Один путь, два исхода

Улян активировал проклятье шипа на обеих жемчужинах и ощутил на себе испепеляющие ненавистью взгляды. Если такая эмоция от Тёмной жемчужины была предсказуема, то лицезреть чистейшую ярость в голубых глазах Светлой было чем-то будоражущим все его нутро до видемой дрожи в теле. – Светлая жемчужина… – Пухлая и маленькая, словно детская рука Ульяна не удержалась и коснулась щеки юного дракона. Ао Бин оскалился, прожигая его взглядом из-под нахмуренных бровей. Эта чистая ненависть была невыносимо… возбуждающей. По телу Ульяна пробежал разряд, по силе сравнимый разве что с энергией молнии. В штанах стало тесно. – Посмотри на себя, – пробормотал Улян. Его пальцы ловко и невесомо скользили минуя шипы по утонченным линиям шеи пока не оказались на груди Ао Бина. – Чистый свет, охваченный свепоглощающей тьмой… Тебе идёт. Нэчжа не мог понять действий врага, что творится в голове у этого безумца. – Думаю, у нас есть немного времени, чтобы побыть наедине… не так ли? – Улян обернулся к своим ученикам. Те, поняв намёк и предвкушая потеху, взлетели и зависли в воздухе, по обе стороны от своего учителя, охраняя, осматривая горизонт на внезапное появление новых возможных врагов. – Кто-то скажет, случайность, а я назову это судьбой. Мы повторим опыт Небесного Императора, – он указал на себя, – и Царя драконов, – его палец ткнул в Ао Бина. Последний был ошеломлён, его лицо вытянулось в не понимании, при чем тут его отец? – О, дитя… — Силой посоха он подхватил принца драконьего рода и потащил за собой к центру крышки котла. — Ты думал, Император сохранил жизнь драконам, существам столь могущественным, способным соперничать с силами небес, просто так? Ао Бин был в шоке. В его голове мысли меняли друг друга со скоростью света. Однако, как бы он не старался, он не понимал его речей, но были и те кто был хорошо об этом осведомлён. – Да-да, именно так, Ао Гуан, будучи молодым и красивым, выменивал жизни сородичей свои телом. – Что за бред! Это гнусная лож! – Взревел Ао Бин не веря речам бессмертного, в ответ, ухмылка Уляна стала только шире и противнее. — Скоро сам сможет узнать подробности у отца. — Больше Улян не сказал ни слова. Оказавшись на месте, Улян спустился с маленького облачка, который слущил ему транспортом, сгустил и увеличить его вокруг них, лишая Нэчжу и остальных возможности видеть… но не слышать. – Эй, отойди от меня! – Раздался требовательный голос Ао Бина. – Тшшш… – В ответ промурлыкал возбуждённый голос Уляна. – Не трогай меня… – прорычал Ао Бин с угрозой. – У тебя такой нежный голос, – томно парировал Ульян. – Не бойся, Улян позаботится о тебе. – Убери руки! – Сейчас… Вот только… Ай! Чёртовы шипы! – Что ты… Нет, не смей! – Хи-хи… хи… Яростные протесты Ао Бина становились всё более хриплыми, по мере того, как прикосновения Уляна становились всё смелее и грубее. Нэчжа слушал их голоса доносящиеся из облака потрясённый. Он не верил своим ушам, в силу возраста он не доконца осознавал, что там происходит? Он скользнул взглядом на родителей, их лица были стыдливо отвернуты от его взора, как и Тайи. Затем воплощение Тёмной жемчужины посмотрел на лучших учеников Ульяна – Диро и Крану. На их же лицах были злые ухмылки, они перешёптывались, сопровождая свои слова непристойными жестами. И тут он начал осознавать какое именно насилие творит Ульян. Надрывной вопль Ао Бина заставил Нэчжу вздрогнуть, руки сжались в кулаки, он обезумил от злости! Третий сын Ли начал вырываться из пут проклятья, но шипы не пускали его, они казались частью его самого. С каждой неудавшейся попыткой его ярость только ещё сильнее разгорала и рвала его на части и это причиняло страшные страдания, но он не остонавливался, он безжалостно драл свою плоть тянувшись на свободу. На помощь. – Нэчжа, сынок, – позвала его мать, видя его мучения ей самой было больно, – побереги своё тело. – Наплевать мне на своё тело! – Закричал обезумевщий Нэчжа, с новой силой дернувшись к облаку. Обратив внимание на крики вне облака и увидев потуги Нэчжи, Диро и Крана захихикали, наслаждаясь видом. Затем произошло то, что потрясо воплощение Тёмной жемчужиди до глубины его черной души: болезненые крики Ао Бина перешли в надрывные лищенные какой-либо надежды рыдания, которые шли в перемешку с неконтролируемым зовом единственного родственника способного его спасти – отца, который по истечению обстоятельств не мог помочь. Но если бы он только знал, Ао Гуан нашёл бы способ: разорвал котёл, спас своего ребёнка. Однако в юном драконе уже не осталось сил продолжать бороться, его сломили как физически так и психически. Перед глазами Нэчжи всё потемнело. Чистая ярость затмила его рассудок, сила пламени хлынула волной в нём, вырываясь наружу через проколы шипов. Они засветились, жар стал невыносимым, и некоторые шипы начали трескаться, но больше ничего не происходило. Проклятье оказалось слишком сильным. Наконец облако рассеялось, являя взору страшную картину: довольного и запыхавшегося Уляна, чьё лицо было краснее обычного, и измученного Ао Бина, стоящего в той же позе, почти, если не считать ноги, которые слегка поменяли положение, они стали чуть дальше друг от друга, и кровоточили, ведь движения сопровождалось порезами шипов. Его грудь тяжело вздымалась, на лице застыла гримаса агонии, из зажмуренных глаз текли ручьи слёз, а губы были искусаны до крови. Улян снова силой посоха заставил Ао Бина переместиться к остальным связанным бунтарям. – Спасибо, дракончик, ты утолил мой голод и в награду я позволю вашей жертве послужить во благо небес. — С улыбкой сказал насильник. Улян, уверовавший в свою безнаказанность, даже Тайи вместе с остальными скидывает в котёл. Таким образом избавляясь ото всех свидетелей. Он придумает, как обыграть гибель своего бессмертного брата в свою пользу. Обречённые испытали всю гамму эмоций смертника, от безразличия к своей судьбе до безутешного отрицания неминуемой участи. Именно эти эмоции сжигали Нэчжу изнутри. Он не собирался так просто умирать и оставлять ублюдка безнаказанным за то, что он сделал с Ао Бином и с заставой! Он найдёт способ отомстить! P.s Нечжа, его родители и Тайи были связанны и под присмотром, Диро и Краны, ожидали свою судьбу, в то время как Улян уединился с Ао Бином в облочке, из которого то и дело раздавались сначала болезненные вопли, а после вызывающие жалость рыдания, которые не могли оставить равнодушным никого. В какой-то момент, Нэчжа перестал себя контролировать и перед его глазами всё потемнело. Чистая ненависть к небожителю затмила его рассудок, сила пламени окатила его волной и начала вырываться наружу через проколы шипов. Они засветились, жар стал невыносимым, и шипы сначала начали трескаться, а после разлетелись вдребезги. Освободившись, Нэчжа моментально призвал копьё и, не помня себя от ярости рванул в облако, но на его пути встали Диро и Крана. Началась бойня, которая перешла в погоню. Нэчжа, понимал тратив время на учеников, ему не добраться до их учителя. Пролетая мимо родителей и Тайи, он освобождает их от пут. Они сразу поняли его замысел и приняли бой на себя, давая Нэчже возможность сорвать зловещие планы Уляна и разобраться с ним раз и навсегда. С оскаленными зубами, без сомнений и страха Нэчжа нырнул в облако. Облако нестабильно пульсировало, скрывая в себе элементы надругательства, перед тем как развеялось, или, скорее, унеслось прочь, преследуя Нэчжу, который не собирался блуждать на вражеской територии, не видя дальше собственного носа. Он разогнался до предела и пролетел сквозь облако, заставляя его проследовать за собой. Избавившись от видимых преград, перед Нэчжа представила ужасающая картина: Ао в подвешенном состоянии , а за его спиной, сжимая в кулочках светлую ткань его одежды работает сосредоточенный лишь на своих ощущениях бессмертный. Сначала его увидел Улян и Нэчда испытал сладостное удовольствие, наблюдая, как похотливая ухмылка медленно сползла с его лица прежде, чем тело перестало совершать толчкообразные движения. Ему потребовалось пара мгновений, чтобы начать отстраняться от своей жертвы, и тут взгляд Тёмной жемчужины упал на взъерошенную Светлую. Задранная одежда. Обнажённые, интимные участники туловища в гематомы от "нежных" прикосновений рук бессмертного. Его грудь тяжело вздымалась, губы были искусаны до крови, а из глаз по щекам стекали слезы, будто ручецки чистейший подземнаой воды, что нашла выход наружу из двух прекрасных родников. Тело Нэчжы вспыхнуло словно факел. Улян едва успел среагировать, когда кулак брюнета со всей силы врезался ему в челюсть. От силы удара, кость оказавщаясь под кулаком хрустнула. Злодей отлетел на внушительное растояние моментально начиная собираться с мыслями, но Нэчжа не был готов дать ему время прийти в себя. Он обрушился на него, словно разгневанная стихия, нанося сокрушительные удары, как совсем недавно небеса обрушили на него самого свой гнев в виде разрядов молний. Бой продолжался, и силы обеих сторон утекали, словно вода с водопада. Не считая вышедшего из строя Ао Бина, врагов было намного больше, вся адмада «Охотников на демонов», но Нэчжа не собирался отступать, он был готов биться до последнего своего вздоха, однако глаза то и дело искали родителей. Он не простит себя если допустит вред маме и папе. И вот он замечает их выматоность и факт, что мать ранена. Тут он, трезвым взглядом осмотрел ситуацию и был вынужден принять для себя горькую праду. – Мама, папа, отступайте! – Прокричал Нэчжа. Жизнь и здоровье родителей важнееего всего! Вместо того, чтобы продолжать борьбу, чтобы дать возможность им отлететь подальше, или сразу устремиться вслед за ними, чтобы прикрыть тылы, он стремительно помчался к Ао Бину, который всё еще находился в состоянии шока. Его тело дрожало от боли и тяжести ощущаемой грязи на себе. Подлетев на огромной скорости, несмотря на болезненные уколы шипами, Нэчжа осторожно подхватил Ао Бина на руки и помчался прочь. Ао, почувствовав тепло Нэчжи, медленно начал приходить в себя. Припав к нему в ответ, он крепко вцепился в плечи. Боль вырвалась из него громкими рыданиями. Полет продолжался в гнетущем молчание если не считать плача дракона. Почему-то Улян не отправил за ними погоню, видимо, не видя в них опасности. Когда Ао Бина выплеснул некоторую часть страданий, то прошёл в себя и осознал, что они удаляются от котла мироздания. Сердце сжалось от отчаяния. Он вздрогнул и попытался вырваться из нежных объятий Нэчжи. Последний не понимал, что вдруг нашло на его друга и принялся удерживать его. – Нет, отпусти меня! – Прорычал Ао Бин. Ощущалось словно кричит не тело, а душа. . Он через боль протянул руку в сторону удаляющегося котла, его сердце было переполнено несправедливостью и горем. — Там мой отец! Но все четверо не только, не повернули назад, но даже не замедлили ход. Ао скользнул раздраженными от слез глазами на своих спасителей, и все как один отвели взгляд. Он заметил на их лицах следы глубокой скорби. Им нечего было ему сказать. Да, печально лишиться родственника, отца, но они не собирались ради монстра рисковать своим жизнями и возвращаться. Они должны думать о себе. Осознание сдавило ему грудную клетку. В этот момент он все понял, никто не собирается ему помогать в освобождение отца и его рода, как и отпускать, Он, последний дракон, был полностью опустошён, раздавлен, растоптан.