То, что ты чувствуешь сейчас, я чувствовал всю свою жизнь...

Ингрид и Сплендормен выбрались на очередную лесную экспедицию, целью которой было пополнение запасов одного редкого мха в этом лесу. Погруженные в сбор серебристого растения, они не заметили, как на толстенных ветвях чёрной сосны над ними устроился Оффендермен с бутылкой дымящегося напитка. — Какая идиллия, — раздался его бархатный, язвительный голос, демон медленно отпивал с горла. — Юный натуралист и его прелестная помощница. Прямо открытка, от которой тошнит. Оффендер сегодня бы в несамом хорошем расположении духа и решил стравливать свое негодование на тех, кто посмешнее, и поменьше. Сплендормен лишь вздохнул, продолжая срезать мох. Но саркастичный индивид, видя, что его первая насмешка не достигла цели, щёлкнул пальцами. С верхних ветвей на головы Ингрид и Сплендора с тихим шелестом обрушилась шапка рыхлого снега. Сплендор лишь вздрогнул, смахнув снег с широких плеч, но вот девушку накрыло до самой макушки. Пришлось экстренно спасать подругу из лап холодной смерти. —Вот, оживил ваш скучный променад, — с довольным смешком произнёс Оффендер. И тут Сплендормен поднял голову на старшего брата. Лицо доброго шляпника выражало не обиду, а редкую для него озорную решимость. Ингрид отрехнув свою шинель, посмотрев на друга и чувствуя как подкрадывается очередная потасовка, поспешила отползти подальше, чтобы ненароком, сново не задело её. — Знаешь, Офф, — тихо, но чётко сказал добрый демон, — ты напрасно так пренебрежительно оотносишься к причине нашей вылазки. Этот мох, кстати, добавляют и в некоторые... тонизирующие эликсиры. Для поддержания... мужской силы. Особенно, когда хочется разнообразия. На лице его, впервые за долгое время, заиграла хитрая улыбка, это было так… непривычно. Ехидный Сплендор, редкое зрелище, которое впечатлило девушку на пару секунд. Повисла гробовая тишина. Оффендер замер с бутылкой на полпути ко рту. Юнец задел его и главное, в присутствии зрителя! —Ах ты, молокосос... — прошипел Офф. В ответ он не стал читать лекцию. Демон-гедонист просто с грациозной скоростью слепил идеальный снежок и запустил его точно в ехидное лицо младшего брата. Хлоп! Началась стычка. Старший дразнил младшего, уворачивался от его снежков и векторов, явно получая удовольствие от процесса, сделав сбор мха своим личным развлечением, периодически подкидывая то новую шутку, то очередную горсть снега. В разгар этой суматохи Ингрид, стараясь отстраниться от приступа хаоса, продвинулась чуть дальше по склону. Девушка не заметила, что под тонким слоем снега скрывался настил из переплетённых корней, образующий хрупкий мост над небольшим, но крутым обрывом. Сделав неосторожный шаг, она всем весом наступила на него. Раздался сухой, трескучий звук. Корни под ней проломились. Сердце Ингрид упало вместе с телом. Не успела даже вскрикнуть, как полетела вниз, в темноту заснеженного рва. Но её падение длилось меньше секунды. Чёрная молния метнулась с вершины обрыва. Оффендермен, отреагировав с демонической скоростью, прыгнул вслед за ней. В полёте демон ловко поймал её на руки, развернулся и приземлился на снег внизу с глухим, но мягким стуком, сгруппировавшись и приняв весь удар на свои ноги. Ингрид, не сразу осознала, что жива. В её голове, она должна была с болью отдать богу душу, а не висеть на чьих-то руках. Она лишь смотрела широко раскрытыми глазами вверх, на зияющую дыру в настиле, сквозь которую они только что пролетели. — Ну что, птаха, — раздался над её ухом спокойный, слегка насмешливый голос. — Как ощущения? Похоже на сцены из тех дурацких романов, что Трендер обожает? Герой спасает даму, рискнув шеей. Теперь, по сюжету, полагается какая-нибудь... благодарность. Хотя бы поцелуй? Ингрид медленно перевела взгляд на его лицо, в ушах гудело сердце и едва-ли она что-то услышала из уст Оффа, лишь глупо переспросила: —Что? Оффендер фыркнул, поняв, что момент для его привычных игр так по глупому упущен. —Ладно, проехали. Теперь будем выбираться... Он сделал шаг, собираясь либо карабкаться обратно, либо искать обходной путь. Но в этот момент земля под его ногами внезапно провалилась. Оказывается, он приземлился на подобный настил из корней, скрытый под снегом на дне оврага. На этот раз демон не успел бы среагировать, но тело действовало на инстинктах. Из его спины, прежде чем они оба успели рухнуть в следующее, более глубокое ущелье, выстрелили несколько толстых, белых как снег векторов. Конечности с хрустом впились в замёрзшую землю и камень стен, остановив их падение. Оффендер повис в воздухе, по-прежнему крепко держа Ингрид на руках, как принцессу из тех самых романов. Сверху донёсся тревожный голос Сплендормена: — Ингрид! Офф! Вы в порядке? Не ударились? Тут весь край хлипкий! — Всё в порядке! — крикнул Оффендер, в его голосе снова появились знакомые нотки насмешки, хотя ситуация была более чем серьёзной. — Просто решили прогуляться поглубже! Сейчас выберемся! Он, словно огромный демонический паук, начал карабкаться по отвесной стене, используя свои белые вектора как альпинистские крючья. Ингрид, придя в себя, инстинктивно обвила его шею руками, крепко вцепившись в ткань его плаща. Девушка зажмурилась, не решаясь смотреть вниз, в тёмную пропасть, и чувствуя, как напрягаются мускулы её невольного спасителя. Через несколько минут они оказались наверху, где их ждал бледный от волнения Сплендормен. Оффендер аккуратно поставил Ингрид на ноги. —Ну что, — выдохнул демон, отряхивая снег с плеча. — На сегодня приключений, я думаю, хватит. И мха твоего, Спленди, тоже. — Он бросил взгляд на пустую корзинку, оставшуюся на краю обрыва. — Считайте, я свою порцию острых ощущений уже получил... Ингрид, всё ещё дрожа, посмотрела на него. Её прежний страх перед ним смешался с новым, сложным чувством — благодарностью и напоминанием, что этот язвительный, надменный демон мог быть стремительным и сильным защитником, когда того требовала ситуация. Даже если он сам же её в эту ситуацию и загнал. Дрожь, сначала от шока, а теперь от пронизывающего холода, всё не отпускала Ингрид. Приключение в ущелье закончилось, но ледяная сырость успела пробраться ей под одежду и кости. Векторы Сплендора всё ещё нервно подрагивали после пережитого, тут же оказался рядом с Ингрид. —Не ушиблась? — его голос был обеспокоенным. Он бережно поправил сбившийся на её шее шарф, словно пытаясь устранить последствия падения этим маленьким жестом. — Я... я в порядке, — выдохнула Ингрид, всё ещё чувствуя, как дрожь от выброса адреналина бежит по её спине. Земля под ногами казалась невероятно твёрдой и желанной. Оффендермен, тем временем, поправлял ворот плаща. Его поза была безупречно небрежной, будто они только что вернулись с лёгкой прогулки, а не чудом избежали падения в пропасть. —Ну, вот и развлеклись, — произнёс он, голос прозвучал как струйка дыма в холодном воздухе. — Дрожишь, птаха? — спросил он, в тоне не было насмешки. — Зато есть чем похвастаться, была в руках такого мужчины! Он деловито натянул свою широполую шляпу на голову. Прежде чем Ингрид или Сплендор успели что-то сказать, Оффендер плавным, почти небрежным движением сбросил с плеч свой длинный плащ. Просто протянул, без пафоса и широких жестов. — Держи. Твоя тряска отвлекает. И видок у тебя, будто тебя только что вытащили из ледяной купели! Ха! Ингрид машинально взяла тяжёлую ткань. Плащ был невероятно тёплым, от него исходил едва уловимый аромат дыма, кожи и чего-то дорогого — вероятно, духов. Он пах... им. Оффендерменом. — Офф, спа... — начал Сплендор, в его голосе звучала неподдельная теплота. — Ни слова, — мягко, но не оставляя пространства для возражений, пресёк его старший брат. Он уже поворачивался, чтобы уйти. — Считай это страховым взносом. Мне спокойнее, когда инструменты содержатся в надлежащем состоянии. И, птаха, — Офф бросил взгляд через плечо, — постарайся не испачкать. Ткань стоит дороже, чем твоя годовая зарплата, которой у тебя нет. Ха! И с этими словами демон растворился между деревьями, оставив за собой шлейф недосказанности и дорогого парфюма. Ингрид стояла, сжимая в пальцах невероятно мягкую подкладку плаща. Оффендер не утерял своей манеры, похвалил себя, оставил в недоумении всех остальных и исчез как туман по утру, не изменяет себе! Сплендормен тихо вздохнул, глядя брату вслед. — Не говори ему, что я это сказал, — прошептал он, — но иногда он умудряется быть... почти милым. Странным, колючим и язвительным способом, но всё же. Ингрид кивнула, натягивая чужой "подарок" на плечи. Он был ей огромен и невероятно тяжёл, но тепло, исходившее от ткани, было настоящим.