То, что ты чувствуешь сейчас, я чувствовал всю свою жизнь...

Раннее утро в Демоническом Лесу было обманчиво спокойным. Багровое небо светлело до оттенка запёкшейся крови, воздух был холодным и звонким. Хозяин леса возвращался с инспекции дальних рубежей, мысленно уже составляя отчёт: периметр стабилен, следов вторжения нет, два пограничных маркера требуют замены в ближайшую декаду. Двигался бесшумно, как всегда, когда лес становился продолжением его самого. Привычный ритм: шаг, вдох, анализ. За поворотом тропы открылась поляна с одной из малых портальных арок. Слендермен остановился в тени гигантских сосен — потому, что картина у арки выбивалась из привычного утреннего паттерна. Сплендормен и Ингрид заканчивали работу. Она стояла на коленях у основания арки, выводя финальные штрихи укрепляющего глифа. Пальцы двигались ровно, без судорожной спешки новичка. Сплендор сидел на корточках рядом, векторы мягко вились рядом — верный признак хорошего настроения хозяина органических пут. — Замыкай на третьем узле, — тихо сказал младший брат. — Только не торопись! Тут нужно только терпение. Ингрид серьёзно кивнула, сильнее сдвинув брови к переносице. Через несколько секунд глиф вспыхнул ровным серебристым светом. Она выдохнула, откинулась назад, опираясь на руки, и улыбнулась: — Всё же верно получилось? — Ха! Да! Лучше, чем в прошлый раз, — Сплендор поднялся и протянул ей руку, помогая встать. — У тебя стало лучше получаться! Глифы стали стабильнее! — Ещё бы! Знаешь сколько учитель Бэгит меня гоняет?! — Ингрид гордо хмыкнула, но глаза блестели от удовольствия. — Ну, если бы одна мышь с хвостиком в виде косички две недели назад не подпалила пару учебников, то, думаю, Бэгит был бы мягче... — Притворно обиженно сказал Сплендор и при этом хитро улыбался в ответ! Сама дерзость, а не меланхоличный демон! Они не торопились уходить. Вместо этого уселись на поваленный ствол неподалёку, и Ингрид, достав флягу с водой, сделала несколько глотков. Сплендор смотрел на арку, но его мысли явно блуждали где-то рядом. — Помнишь тот сладкий куст, о котором я рассказывал? — спросил он неожиданно. Ингрид кивнула, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Это ты про тот, что должен нести пьянящие ягоды, но пока лишь чахнет? — Да. Он дал первый урожай. Ингрид удивлённо подняла брови: — О! Правда? И как? Сплендор повернулся к ней, и на его лице — если можно так назвать две черные глазницы и рот — читалось что-то вроде сдержанного торжества. — Три ягоды. Маленькие, кислые, но уже выполняющие функцию увеселительного напитка! Я проверил на импе. Он спал шесть часов и проснулся с некоторым головокружением. Ингрид рассмеялась без смущения: — Ты проверяешь свои эксперименты на подчинённых? — На добровольцах, — поправил Сплендор, и в его голосе тоже зазвучал смех. — Имп согласился за дополнительную порцию орехов. — И что теперь? Будешь масштабировать? Офф обрадуется семейной винодельне! — Ха! Ещё чего! От него это дело нужно держать подальше! Но в целом, попробую. — Демон пожал плечами. — Правда... с моими садоводческими способностями... скорее всего, следующие ягоды появятся через полгода. Если вообще появятся. Ингрид покачала головой, но без осуждения — скорее с мягким изумлением: — Сплендор, это удивительно. Ты можешь создать гибрид, который не снился ни одному алхимику, но вырастить обычный плющ для тебя — проблема. — Потому что плющ требует терпения и рутины, — ответил он без обиды. — А эксперимент — воодушевления. Я хорош на старте и проваливаюсь на долгих дистанциях... — Тогда тебе нужен кто-то, кто будет поддерживать, — сказала Ингрид и тут же добавила: — Я могу помочь с уходом, если скажешь как. — Договорились, — тихо сказал он.

________________________________

Слендермен наблюдал эту сцену из тени. Видел, как Ингрид рассмеялась — открыто, по-человечески. Как Сплендор, обычно замкнутый и меланхоличный, отвечал ей с живым интересом. Как они обсуждали ягоды, импов, садоводческие неудачи — будто старые друзья, а не хозяин и служанка. «Общаются на равных, — подумал Хозяин леса. — Как... ровесники. Просто дети...» Но это наблюдение было важным новым штрихом в мире Слендера. «Сплендор получил то, что заслуживает каждый. Принятие без жалости. Общение без снисхождения. Дружба начатая не благодаря кровному родству». Хозяин леса вспомнил, как младший брат годами прятался в мастерской, избегая лишних контактов. Как его голос становился тише, когда в комнату входил кто-то из старших в семье. Как он сжимался при каждом резком слове отца. Сейчас же — прямая спина, спокойный взгляд, готовность делиться своими маленькими победами. И причина этих перемен сидела рядом и с интересом слушала про кислые ягоды. «Выбрался из своей раковины». Слендермен позволил себе задержаться на этой мысли дольше обычного. «Но, похоже, и Трендер стал более участливым в событиях дома и более открытым. Ему есть с кем посудачить не только о заказах, есть постоянная публика, которая не отказывает в дополнительной помощи. А Оффендер стал терпимее. Появилась некоторая аккуратность в общих делах, видимо, совместные задания, в которых Ингрид не могла быть боевой единицей заставили брата больше думать». Старший перевёл взгляд. Подопечная слушала демона рядом, подперев щёку рукой, и на её лице не было ни тени утомлённости или притворства. Просто интерес. Просто присутствие. Слендер сосредоточился на главном: она вписалась. В его дом, в его распорядок, в его жизнь. Это вписывание принесло результаты, которых он не ожидал, заключая контракт. «Теперь моя задача — не мешать. Продолжать учить, давать задания, наблюдать. Позволять ей проявлять себя. Без излишнего контроля, без давления. Просто — давать расти». Хозяин леса сделал шаг вперёд, выходя из тени. Шорох гравия под ногами заставил обоих обернуться. Сплендор поднялся, спокойно ожидая следующих действий. Ингрид тоже встала, отряхивая юбку. На её лице — лёгкое смущение человека, которого застали за разговором на рабочем месте, но не паника. — Слендер, — кивнул младший брат. — Инспекция завершена? — Да, — ответил старший, позволяя взгляду скользнуть по арке. — Работа выполнена на хорошем уровне. Портальная структура стабильна. Ингрид почувствовала прилив радости. — Благодарю, сэр! Старший не добавил больше ничего. Короткий кивок, развернулся, зашагав к усадьбе. Демон думал о том, что дом, который он выстраивал, после отца, как механизм, вдруг начал напоминать всё больше живой организм. Каждый элемент — на своём месте, но при этом они дышат, взаимодействуют, поддерживают друг друга. И запустила этот процесс не реформа и не приказ — а просто появление одного человека. Лес вокруг него шумел. Багровое небо понемногу светлело. И в этой тишине, нарушаемой лишь редкими птичьими криками, Слендермен позволил себе редкую роскошь в его положении — просто идти и ни о чём не жалеть. — Пожалуй... даже хорошо...