Мой бедный ангел

Любовь к человеку меняет всё, счастье превращается в печаль, обида в ненависть. Любовь сильнее боли, не оставляй надежду там, где ее, казалось, не осталось. Даже чистый ангел падет от любви. Главное — не терять свет внутри себя и вовремя заметить ошибки. – Я была ангелом, — почти шепотом произнесла девушка, стоя спиной и едва протягивая руки куда-то ввысь, так будто ее накажут, если она поднимет чуть выше. — Не веришь? — саркастично добавила она, посмотрев за спину. Где сидел Карл. Разворачиваясь к нему, она распахнула свои крылья. Они были темными, как ночь, плотными, как облака, не пропускающие свет, и по размеру они были как она сама. А ведь когда-то они были самыми белоснежными и нежными, каждый зверек находил в ее руках покой и умиротворение, а ее пение прокладывало путь заблудшим путникам. Тяжесть черных крыльев была настолько тяжела сломанному ангелу, что она уже не использовала их, осознавая всю тягость, что она совершила. – Глупо, не правда ли? — усмехаясь, как от глупой шутки, произнесла она, глядя своими темно-синими глазами прямо в душу: — Я пала от любви к тебе, и ты сейчас просишь меня остановиться? – Ты не видишь эти шрамы, — раскрывая рукав одеяния, истерично произнесла она. — Это всё ты! Ты сказал, что всё ради бедных, и при этом ты унижал их и пожертвовал остальными! Ты никогда не слушал меня и остальных, оставил многих без крова и любимых! А сейчас живёшь припеваючи, когда я понесла наказание вместо тебя!? – Ты так жесток и даже не ко мне... Я сама была слепа и верила тебе, когда братья и сестры пытались раскрыть мне глаза, я вставала на твою защиту, а оказывается, они все время были правы... — закрывая лицо руками, она приобняла крыльями тело. Мелкая дрожь пробежала по телу, а слезы скатывались, бились об холодный пол, превращаясь в обсидиан, хотя когда-то давно они были самыми чистыми жемчужинами. Карл, стоявший все это время неподвижно и молча слушая, лишь произнес сухое: — Я говорил тебе, я не люблю тебя, моя цель всегда была только власть. – Это звучало куда звонче любой пощёчины. Услышав его, она остановилась от своих страданий и тихо прошептала, едва двигая губами: — Я думала, что получив ее, ты посмотришь на меня... Но ты продолжил тиранию Глубокая печаль накрыла ее, и тяжесть чёрных крыльев становилось еще больше, ноги уже не держали ее, заставляя сидеть в окружении мелкого обсидиана. Ее падение было неизбежным и таким болезненным, никого не было рядом с ней, чтобы разделить эту горечь. «Почему я чувствую эту боль? - шептала она самой себе. - Я паду, если останусь с ним, и без него я тоже не смогу. Что есть свет, когда внутри пылают эти чувства? Отец, прошу, ответь на мой вопрос». - молилась своему отцу каждую минуту, когда Карла не было рядом, чтобы услышать ответ. Ответ пришел к ней слишком поздно, когда она уже отчаялась, к ее ладони прикоснулось белое перо. В память бросился момент, когда с сестрой встретили бедного зверька, попавшего в ловушку. «Не стоит думать о том, как малыш получил ранение, его стоит исцелить, также не стоит отвечать злом на зло, это наше учение. Ты спрашивала, как мы отличаем, кому нужна наша помощь, спроси себя, Азария, как ты поступишь, если кто-то попросит твоей помощи?» - нежно произнесла девушка, исцеляя зверька, ее улыбка излучала материнское тепло. – Что есть свет? – тихо прошептала девушка. Робко посмотрев в открытое окно, она заметила маленькую пташку белого цвета, она смотрела на нее своими крохотными глазками, будто понимает ее и прощает. – Вот оно что. Еще не поздно всё исправить, – словно для себя ответила она, поднимаясь с пола, аккуратно держа перо на ладонях. – Знаешь, Карл, – посмотрев она на названного, – я была не права, обвиняя только тебя, прости меня за это, я могу еще всё исправить, – произнесла она, вновь раскрывая свои крылья, легкая улыбка накрыла ее лицо, а сама начала сиять белым светом. – Пусть моя любовь принесла погибель, тогда же я её и исправлю, вернувшись к отцу. Свет есть в каждом, главное не потерять ее, как и себя…