Выученная беспомощность

Выученная беспомощность, скажите вы. А Реклюз считал иначе. Инфантилизм, а может и просто не желание смотреть на ситуацию по-другому? Как-то раз ему сказали, что это всего лишь игра, что он артист. И вот, где же он теперь? В театре? Если бы, но почти. И чего он строит из себя актёра? Сидит, вот это, на лавочке перед домом, один, под дождем и не хочется двигаться. Картина маслом. У него заурчал живот. Денег нет. Именно, денег нет. И поэтому уже несколько дней к ряду его волосы оставались сальными, не мытыми. Именно поэтому пустой взгляд устремлён в лужу, по поверхности которой тарабанили капли. Спасибо, что блондин взял с собой зонт. Ему ещё хватает его глупых мозгов на то, чтобы не заболеть, хотя он старается. А ведь осень дышит в его спину, забираясь под плащ. Хотя казалось бы, чего он тут сидит и ломает комедию? У него наконец появилась работа. Может и не пыльная, но она честная, насколько сильно «честной» её вообще можно назвать. Но прошла всего неделя, и никто раньше времени ему не заплатит, приходится перебиваться последними грошами. Отсутствие денег давит на психику. Давит на него самого, рождая желание свести концы с концами. Но нет. У него есть младший брат — Кустард Куки, за которым ему нужно присматривать. Абсолютно безвыигрышно. Но будто, если он будет сидеть тут, то что-нибудь измениться? Но стоит признать, что и что-то хорошее в его жизни все же имелось. А именно то, что недавно Трусслес познакомился с одним парнем в интернете. Они общаются уже как месяц, или два. Тот представился Сейджем, сказал, что он профессор. Они жили в разных городах, далеко друг от друга. И у Сейджа явно есть деньги. И он даже предлагал их ему. И не за пикантные фотографии, или что-то в этом роде, нет. Он просто хотел ему помочь, от всей души, и в глубине Отшельник это прекрасно понимал. Но отказывался, считая что не может принять эти деньги. В конце концов, он всего лишь какой-то странный рандом в социальной сети. В паутине, что плетётся в мире, созданный кем-то. Он просто депрессивный фрик. Из собственных мыслей выдернул звук. В кармане завибрировал телефон. Реклюз достал его, и увидел сообщение, что как раз-таки пришло от Сейджа. Он прислал какое-то милое видео, или гифку. Очевидно, это было вложение. Реклюз поставил реакцию сердца и закрыл приложение, убрав телефон в карман. Повезло, Мудрец ещё не читал их переписку, значит не видел те сообщение. Ну и ладно, всё равно Труслесс не был настроен на общение в данный момент. А что именно Сейдж не увидел в сообщении? Те несколько голосовых, которые были удалены, и в которых Труслесс жаловался на то, что не может купить себе шампунь, еду и новую обувь, ведь он чувствовал, что скоро эта прохудится. А раз СЕйдж не успел их прослушать, значит не будет снова пытаться скинуть ему денег. А блондин не будет пытаться отказаться, опять. Неужели, скажите вы, Реклюз строит из себя жертву? Кто знает? Может быть. Возможно он привык находится в этой позиции. И не знает, как жить иначе. Не умеет. Жалкий, бесполезный и лживый. Дождь не прекращался; капли барабанили по крышам домов, автомобилей, по маленьким, ещё не опавшим, листьям деревьев, что сгибались под силой ветра. Тучи не хотели открывать небу даже и лучика солнца. Но может оно и к лучшему, ведь благодаря этому, Труслесс наконец может не щурится, а открыть глаза. Звонок на телефон. Ах, это был Кустард. Он ответил, говоря прямо в трубку голосом, который мог звучать хоть немного позитивно: — Приветик, малой. Че хотел? — Ты скоро придёшь домой?.. — начал было говорить ребёнок, и Реклюз уже знал, чем это закончится, поэтому ждал окончания предложения: «Могу я ещё посидеть с друзьями?» Подростки такие подростки, подумал Труслесс, а после покачал головой и ответил: — У вас есть полчаса. Потом я вернусь домой, и чтобы никого больше не было. — Хорошо, — грустно ответили на том конце провода, после чего звонок был сброшен. Можно ещё полчаса посидеть и послушать дождь, даже проронить пару слез. Какой же он актёр? Именно — никакущий. Актёры — играют на сцене, показывая свои эмоции всем, чтобы люди могли оценить каждое движение мускула на лице, а Пьюр… а он всего лишь крыса, которая иногда думает о том, что продать свою пизду было бы легче, чем согнуться через три погибели, сводя концы с концами. А крыса, потому что прячется по углам, чтобы скрыть свою боль. Какая уже там игра на сцене и свет софитов? И кстати об интимных зонах, надо было бы встать с лавочки, иначе так и до цистита недалеко. Всё же уже не лето. Пора вставать. Прикрыв глаза, мужчина поднялся, и стоя под зонтом слушал капли дождя, пока в голове крутилось лишь одно: законченный бедняк. Тот парень, который Сейдж явно был птицей другого полёта. У него были и деньги, и жизнь и работа, которая ему понятна. Хах, и нельзя сказать, что Труслесс кого-то обесценивает, просто сравнивает себя с теми бесконечно-прекрасными и умными людьми. Даже со своими друзьями. Та же Лили. Ах, стоило подумать о ней, как заболела голова. Хотелось лечь на эту мокрую землю и лежать. Он понимал, что как только окажется дома, нужно будет натянуть улыбку. ИЛи хотя бы попытаться не нагрубить кому-нибудь, случайно. Он устал. А если он позволит Сейджу не только платить за себя, но и быть с ним, ведь, ох, как же можно забыть, он предложил ему быть вместе, то тогда, Реклюз сядет ему на шею, будет рассчитывать на него, надеяться, и никогда, не сможет стать по-настоящему независимым. Труслесс очень хотел бы, чтобы у него были свои собственные счета, а в итоге, имеет только кучу проблем и отсутствие финансов. Да что мы всё о деньгах, да о деньгах? Но что сделаешь, если именно это и заставляет Реклюза стоять сейчас тут под дождём и плакать, думая: может он не будет обедать, раз поесть всё равно нечего и денег на еду нет? Эта идея звучит блестяще, именно так он и поступит. А пока серые тучи гонял ветер, перенося дождь с места на место, Труслесс всё же решился пойти домой. Как раз вроде прошло минут двадцать. Пора. Еле передвигая ногами, словно те были свинцовые, он плелся к своему подъезду. Веки тяжёлые, тело ватное, а голова болела. Комбо. Проронив ещё несколько солёных слез, Отшельник наконец-то вошёл в дом. И пока ждал лифт, облокотился на стенку двери, чувствуя себя совершенно без сил. Сказок не бывает. Никто не придёт и не спасёт тебя магическим образом. Никто. Поэтому, нужно взять себя в руки, натянуть улыбку, открыть дверь в квартиру и поздороваться не только с младшим, но и с его друзьями. Возможно, он навсегда останется тут. Навсегда погрязнет в яме. И никогда не увидит того милого профессора. Без намека на свет. Да и честно, Реклюз уверен, что он не понравится ему. Мудрец откажется от своих слов, от своих глупых признаний. Он сделал не правильный выбор. Реклюз — бедный и депрессивный лгун. Ужасный врунишка, что предпочитает соврать всем, спрятавшись в тесном углу, нежели просить чьей-то поддержки и помощи. Если жизнь решит сломать его, скорее всего он сломается, а потом будет собирать себя заново. Не всё раны возможно залечить. Ведь собирая стекло руками, прольешь кровь, и останутся шрамы. А ещё Сейдж был очень далеко, он там жил и работал. А Пьюр боялся перемен, боялся всего, и не хотел уезжать. Это ужасная дилемма, и похоже что их встреча закончится совсем скоро, когда старший уже наконец поймёт, как он ошибался. Мудрец был старше Отшельника всего на 4 года. Разница не большая, но хорошая. И вот, вытирая рукавом слезы, которые он не заметил как потекли, Реклюз зашёл в квартиру, и слегка приулыбнулся, здороваясь с детьми, что, как раз, собирали вещи, дабы уйти домой. Никто ничего не заподозрил, это самое главное. А сейчас, стоит сделать себе чай, взять себя в руки, снова, и пойти работать дальше. А ещё стоило убрать квартиру.