Лор

У Душеньки, что на девушку издалека был похож слишком сильно, грудь весьма.. Увесистая. Как минимум из-за того, что парень ежедневно тяжести таскает. Дотаскался так, что аж накачался. Накачался, грудь стала больше и объемнее, руки стали крепче, мускулистее. И Обсидиан, у которого просто генетическая предрасположенность к такому, честно, скоро завидовать начнет. Особенно грудям мужским. Любит безумно их, но только Душкины. Фетишист слегка. Всегда, когда уместно и не особо, сзади подкрадывается, груди сминая, пока сзади держит крепко-крепко, обнимая. Конечно, Душенька с такого истерит, мол, что творит извращенец противный, помогите, насилуют средь бела дня.. Но все это шутки, а крики о помощи только и слышат, что сам Душенька да Обсидиан. С самого утра Душенька чувствует недомогание. Голова кружится неприятно, а вся грудина горит. Температуры, вроде как, нет. А с сердцем он проблем никогда не имел. Грудная клетка не просто горит, болит. И соски противно натираются о рубашку и свитер. Парень вынужден снять верх. Обзор красивый открывает Обсидиану, который, несмотря на горе парня, не упустил возможности и посмотреть лишний раз, и потрогать, и полапать, и вообще все-все.. В общем.. Интересно. И никого, главное, не волнует, что Душенька бесится. Обсик это считает, в какой-то степени, смешным. Но каково же было удивление обоих парней, когда во время шуточных потираний сосков и нешуточных истерик Душеньки, у пострадавшего пошло.. Молоко? —Блять? —У Душеньки глаза по пять копеек сделались моментально. Он смотрит на белые выделения. Обсидиан тоже удивляется. Но вместо страха, что заметен у Душеньки, на лице улыбка появляется. Старший, что ранее сидел рядом, ноги чужие аккуратно раздвигает, оказываясь между них. В колено-локтевую позу становится, руки под бедра просовывая. —Это лор, Душенька! —С улыбкой, и очевидной шуткой, говорит парнишка. Правда, планы строит далеко не шуточные. —Нихуя себе лор, —Душка, что зайчик миленький, который никогда даже не ругается, в такие моменты позволял себе не просто удивляться, нет. Он позволял себе ахуевать. Оттого и матерится, ведёт себя некрасиво. Но на позу, почему-то, внимания в данный момент не обращает. —Пфф-фф.. Зовём остальных, пусть тоже увидят. Чудо природы.. —Добавляет после мелкой паузы парнишка. Хихикает снова, смотря на розовые бусинки так, будто зверье голодное на еду. —Не дай Бог хоть кто-нибудь узнает.. —Чуть тише отвечает зайченыш, вздыхая по-усталому. Он, конечно, говорил, что без лора скучно.. Но не когда речь идет о таком лоре. Обсидиан ухмыляется насмешливо. Душенька задумался, не понимая, как поступать дальше. Нужно рассказать кому-нибудь, нужно. А кому? И как это преподнести? Подойти, соски сочащиеся молоком показать? Или, не знаю, в бутылку отдельную накачать? Или на словах? Пока Душенька проводил активный мозговой штурм, Обсидиан решает действовать. Ползет немного выше, а потом, на лицо задумчивое посмотря пару секунд, язык вытягивает. Им обводит набухшую горошинку кончиком, а потом в рот берёт полноценно. Заяц глаза по пять копеек снова делает. Лицо краснеет густо, а из рта вырывается тихий стон. Явно не ожидал таких атак. —Обсидиан, блять, Тайм.. Ты то что творишь? А если это что-нибудь радиоактивное? А если-.. —Продолжить говорить не дают.. Обсидиан, слушая слова про радиоактивное молоко, хмыкает. А потом втягивает начинает, стараясь лор этот самый попробовать. А спустя пару мгновений, жидкость, в действительности, начинает вытекать, в рот чужой попадая. Душенька в спине выгибается, но не совсем. Его крепко держат чужие руки, не позволяя и единого лишнего движения сделать. Заяц понимает, что больше не в силах ругаться. Оттого в руках чужих размякает чуть ли не моментально, губы поджимая, ноги сводя вместе.. Случайно тело чужое там зажимая. Правда, это действие, несмотря на то, что было случайным, все равно вызывает смешок со стороны Обсидиана. Смешок вибрацией по грудине всей приходится, и Душенька вынужден глаза прикрыть, рот в немом стоне оставив. На лице Обсидиановом улыбка дикая. Слишком ему нравится вся картина. Слишком сильно заводит. Помучав сосок ещё совсем буквально немного, парнишка переходит на второй, который так несчастно сейчас смотрелся... Ярко розовый, чуть ли не красный. Набухший, вставший. Требующий к себе внимания, причем в таком же количестве, которое было уделено первому. Кто такой Обсидиан, чтобы отказать в таких вещах? Парнишка вновь ухмыляется, а потом, напоследок, сосок обводит языком, полностью. Чмокает заботливо. Губы сладковатые облизывает. Все таки, молоко у Душеньки такое же сладкое, как и он сам. Обсик на второй сосок нападает, на первый руку укладывает. Мнет пальцами, подушечками собирая капельки новой порции лора. Языком работает вновь, причем достаточно активно и резво. В это время Душеньке слишком хорошо. Хорошо настолько, что голова кружиться начинает. Видимо, у кого-то уже сейчас крышу снесет. Да настолько быстро и сильно, что рыдать будет. Но на этот раз не от боли, а от удовольствия, выпрашивая ещё и ещё, больше и больше. Самое удивительное в том, что чем дольше продолжались ласки, тем легче становилось Душеньке. Грудная клетка болела уже не настолько сильно, не горела пожаром, но некий дискомфорт все еще сохранялся. Видимо, о лоре остальные узнают только тогда, когда Обсидиан посчитает нужным.. А это, вероятно, случится не совсем скоро.