***
Чонгук собирается на работу, в очередной раз окинув взглядом отражение в зеркале. Хорош, нечего сказать! Широкие плечи и узкая талия, как обычно, делают своё дело. Благодаря такой фигуре Чонгук выглядит грациозно и соблазнительно, а тотально чёрный цвет в одежде добавляет некоторой строгости и даже агрессивности. Как раз тот образ, который необходим эксперту. Но любой образ, каким бы сногсшибательным он не был, ничто без подходящего аромата. Это — как последний штрих. Как вишенка на торте. Капля искренности, и даже признание. Аромат — это твоё Я. Личная подпись. Печать. Глупо гоняться за модными тенденциями, которые меняются со скоростью света. И постоянно носить один и тот же парфюм тоже, наверное, глупо. Но Чонгук не может отказаться от своего. Ему без этого запаха становится одиноко и некомфортно. По образованию Чонгук — инженер-строитель. Выбор профессии был предопределён, ведь его дед — владелец, а отец — гендиректор строительной фирмы. Предполагалось, что Чонгук продолжит династию. Но после университета он не вернулся в Пусан. Ещё будучи студентом, Чонгук проявлял свои аналитические способности, и на практику был приглашён в городскую экспертную службу, а после получения диплома устроился туда работать. Это стало отличным поводом не возвращаться под суровый гнёт деспотичного деда. Теперь Чонгук стал одним из лучших экспертов по строительным вопросам. Его знания и умения востребованы и хорошо оплачиваются. Жизнь течет размеренно и свободно. Единственное, что до сих пор расстраивает, так это редкие встречи с мамой. Лим Суа — безгранично любящая мать. Для неё сын — это свет в окошке и смысл жизни. До его появления Суа, кажется, никого так не любила. Да и, вообще, не любила… Замуж она вышла по воле отца за перспективного молодого человека, который впоследствии стал его правой рукой и хорошим мужем для дочери. Всё складывалось как в типичной традиционной корейской семье. Любящий заботливый муж и принимающая эту любовь благодарная жена. А Чонгук так и остался очень привязан к маме. Ему всегда не хватает её заботы и абсолютно трезвого взгляда на жизнь. Мама никогда не отличалась излишней сентиментальностью или наивностью. Эта женщина точно знает, что правильно, а что нет, как нужно поступать, а как не стоит. Надёжная, как скала. Именно с мамой был связан выбор Чонгука. Суа очень любит жасмин. Эти цветы и их аромат никогда не покидали пределы родительского дома. Жасмин на картинах, лёгкой паутинкой на обоях, в текстиле и ароматах. Дома всегда было надёжно и спокойно. Дома — запах жасмина. Когда Чонгук уехал учиться, он очень скучал и чувствовал одиночество. Но, вместе с тем, возвращаться желания не было. Вот тогда Чонгук и нашёл простое решение. Совершенно случайно, зайдя в парфюмерную лавку, обнаружил флакончик, который сильно напоминал аромат родного дома. С тех пор прошло немало лет, и Чонгук теперь — постоянный клиент. Конечно, он пользуется и другими ароматами, но крайне редко. Жасмин — это его база. Казалось бы, слишком сладко для мужчины, но в сочетании с древесно-мускусными и лаймовыми нотками звучит очень даже брутально. Необычно, да. Но не женственно. А то, что мужчины редко выбирают такие ароматы, вносит в образ Чонгука некоторой загадочности. Ему того и надо. Пара капель на запястье, растереть на шее и всё — образ грациозной, неприступной и опасной пантеры готов. Хищно и завораживающе. Притягательно и загадочно. Чонгук готов. К новому дню, новым успехам и потрясениям, к новым задачам и их решению. Вот ещё бы высыпаться…***
Неделя прошла без происшествий. И вот, наконец, наступила долгожданная пятница. Сегодня Тэхён планирует выспаться, привести себя в порядок, а завтра… Завтра в клуб! Нет больше сил терпеть дикое возбуждение каждую ночь и воздерживаться. Надо исправлять ситуацию. А как известно: клин клином выбивают. Тэхён — хорош собой. Очень привлекателен и очарователен. Так говорят все, кто его знает. Да и сам Ким не слепой. Каждый день в зеркало смотрит. Только вот круги под глазами… Так на то есть миллион средств. Да и макияж никто не отменял. Завтра он пойдёт отдыхать. Найдёт себе симпатичного мальчишку, возможно, похожего на того, что из сна, и отлично проведёт время. Это же не измена? Правда? Изменять-то некому. Это просто бой со своим подсознанием. И кто знает, возможно, завтра Тэхён найдёт того, кто затмит собой ночные фантазии. Реальность ведь сильнее, острее и не развеется к утру. План такой. А что из этого выйдет — одному Богу известно.***
Пятница. Наконец-то пятница. Удивительно, но Хосок всё ещё дома и, по всей видимости, никуда не собирается. — Хо, ты сегодня дома? — удивился Чон. — Как видишь… Твой братан сегодня никому не нужен, — проворчал старший, — Даже Тэ заявил, что хочет выспаться. Хотя я его понимаю. Проблемы у парня со сном… — Хм, значит я не один такой, — ухмыльнулся Чонгук. — В смысле? А у тебя что за беда? — заинтересовался старший. — Хён, мы с тобой живём в одной квартире уже несколько лет, а ты ничего обо мне не знаешь, — с обидой произнёс Чонгук. — Хотя, какое тебе до меня дело… — Эй, притормози, мелкий! — возмутился Хо. — Как мне догадаться, что у тебя проблемы, если ты молчишь с каменным лицом? — Забей. Зачем тебе мои заморочки… — ответил Чонгук. — Нет уж! Сказал А, говори Б. Я ж с тебя не слезу, — принялся приставать старший. — Опять из тебя клещами всё вытягивать надо. — Не надо ничего вытягивать. Просто нечего… — потухшим голосом проворчал младший. — Так. Зайдем с другой стороны, — не унимался брат. — Что мешает тебе спать? — Сны. — Бред какой-то! — бросил Хосок, но через мгновение продолжил: — Кошмары, что ли? — Если бы… — отозвался Чонгук. — Да будешь ты говорить по человечески или нет?! — закипел Хосок. — Бурк-бурк… Ни информации, ни эмоций. Как тебе помочь, если ты молчишь?! — Да не могу я об этом с тобой говорить! — взорвался младший. — Прости, что заорал. Не могу… — А-а-а… Понял. Фантазии мучают? — догадался Хо. — Есть такое… — согласился младший. — Как же трудно с тобой говорить! — покачал головой брат. — Мне и самому не сильно легко, — пробубнил Чонгук. — Тебе не понять. Вон, каждые выходные с новой девчонкой. — Да надоело всё тоже! — признался старший. — Хотел сегодня зависнуть, чисто по-мужски, но все заняты. Друзей тьма-тьмущая, а выпить не с кем… Все по бабам. Ну, кроме Тэхёна — он из другой оперы, как и ты. — Серьёзно?! Твой друг не натурал?! — искренне удивился Чонгук. — А что здесь такого? Мне плевать, с кем он спит, — выдал Хосок. — Тэ весёлый и очень интересный. С ним классно. И друг он надёжный. — Тебе повезло. И ему, наверное, тоже, если ты так говоришь, — заметил Чонгук. — Так и у тебя Чима есть, — напомнил Хо. — Вот зови его — и в клуб! — Так мы и собираемся завтра. Кстати, Чимин сам это предложил, — признался младший. — Ну, и кому из нас больше повезло? — рассмеялся старший. — Если твой друг-натурал готов идти с тобой на поиски любовника, то ты действительно счастливчик! — Ага. Чима — лучший! — согласился Чонгук. — Только ты от него желающих-то отбивай, — насторожился Хо. — А хочешь, я с вами пойду? — Давай. Только надо тебя чуть замаскировать, — подмигнул младший.***
Утро оказалось добрым. Тэхён на удивление хорошо спал. Сегодня ночью он много говорил, точнее, разговаривал. Сон был необычным, в свете последних событий. Никакого телесного контакта или намёков на него. Просто разговор по душам. И как же хотелось, чтобы всё, что было во сне, случилось в реальности. Вот такие неспешные разговоры по вечерам, камин, ужин, приготовленный любимым человеком, и парочка бокалов вина. Банально. Ванильно. Даже приторно. Но как же этого спокойствия не хватает! Может быть сон поменялся потому, что Ким, наконец-то, решился впустить в свою жизнь реального человека. Может случится чудо, и Тэхён найдёт наконец того, кто станет близким и родным? Всё может быть… Отражение в зеркале очень порадовало. Синяки под глазами сошли на нет (всё-таки корейская косметика творит чудеса), а кожа светилась свежестью и слегка раздражала лёгкой щетиной. Но это дело поправимое. Полный предвкушения предстоящего вечера, Тэхён отправился в душ. Завтрак готовить не стал. Зачем, если есть доставка? Сегодня день отдыха, значит: «да здравствует лень! И веселье! И, возможно, счастье…»***
В квартире Чонов тоже настало доброе утро. Возможно, впервые за всё время совместного проживания, братья завтракали, бурно обсуждая перспективы предстоящего вечера. Сейчас было даже удивительно, почему раньше они не могли вот так запросто болтать обо всяких мелочах. Оказывается, Хосок не такой уж и придурок, а Чонгук — совсем и не зануда. Видимо, зная о кровном родстве и сложностях со старшими, парни просто опасались друг друга. Не болтали лишнего в семье и не лезли друг другу в душу. Как добрые соседи. А теперь их как будто сорвало. Они болтали без умолку. Хохотали. Вспоминали родителей и деда Чонгука. Этот, вообще, стоял особняком в семействе. Старый Лим был настоящим тираном. И, благо, что у него не было сыновей, только дочка. Зато был зять. И этому парню реально не повезло. Чон Сон Мин, ничего не подозревая, влюбился в девушку, а она, на его беду, оказалась единственной дочерью хозяина фирмы, в которой молодой человек работал. На тот момент Суа была в отношениях с другим парнем, и у отца Чонгука не было даже намёка на счастливое стечение обстоятельств. Он молча любил. А шеф заметил и решил, что Сон Мин будет лучшей партией для дочери. Так всё и закрутилось. Тот неизвестный возлюбленный куда-то пропал, а Суа отправили к родственникам на пару месяцев. Через полгода сыграли свадьбу. Сон Мин был счастлив! Он даже не мог представить, что такое возможно. А потом в полной мере почувствовал, что значит быть зятем хозяина. Лим Ду Хëн не терпел иных мнений, кроме своего. Его излюбленными фразами были: «Слушайте меня внимательно!», «Я говорю правду» и «Моё мнение — есть истина. Потому, что я босс!» Спорить не смел никто, особенно зять. Он и не спорил, постепенно, день за днём, год за годом завоёвывая расположение и уважение тестя. Теперь эти двое — как зеркальное отражение друг друга. Хосок некоторое время даже завидовал двоюродному брату. Ещё бы! У младшего всегда были лучшие игрушки, лучшая одежда, богатые родители и влиятельный дед. А у Хо всё как-то средненько. Не плохо, но и не круто. Его отец тоже работал на фирме господина Лима самым обыкновенным бухгалтером и имел двоих детей — сына Хосока и дочь Дауль. Было как-то не до роскоши. Потом, спустя годы, Хо понял, что не всё то золото, что блестит. Осознал, что имея множество материальных удовольствий, Чонгук лишён главного — свободы. И стал ему сочувствовать. Но близких отношений между братьями так и не сложилось. До вчерашнего вечера… Что именно произошло вчера, и почему теперь их холодность друг к другу казалась глупостью? Ясно одно: Чоны — братья. Теперь по-настоящему. Теперь они в одной лодке и плыть будут в одном направлении. Пока что — в гей-клуб. А почему бы и нет?***
Полумрак и яркие вспышки прожектора… Оглушающий грохот колонок и парочка полуобнаженных парней на подиуме. А в зале — пьянь на пьяни. Грустная картина. Конечно грустная! А чему тут радоваться? Если тебя никто не любит… Родители презирают и считают позором семьи. Друзей просто нет, потому что знают. Любимого тем более нет, тут все такие — потерянные. Просто множество одиночеств, ищущих хоть какого-нибудь тепла. По крайней мере, здесь не осуждают и не гнобят. Цепляешь на себя пару вычурных ярких тряпок, делаешь безумный макияж и, считай, что другой человек. Можно быть почти собой… Очень грустно. Гей-клуб это не место свободы, это место сосредоточения одиночества. Сюда ходят, чтобы выдохнуть, снять напряжение и, наконец, признать, что ты — не обычный, не стандартный, особенный… Но, блин! Человек! Живой! Из крови и плоти. Такой же, как все остальные. Примите таким, какой есть! Не гоните! Дайте жить… В этом клубе тоже было очень много отчаявшихся, сломленных мужчин, ищущих сиюминутных связей для банального перепиха. Просто чтобы выдохнуть и набраться сил жить дальше в жестоком, осуждающим мире. Чтобы суметь и дальше играть чужую роль, скрывая свою суть. Мрачная картина получается, но «Квадрат» Малевича — тоже не очень красочен, а классика! Чонгук, в сопровождении брата и друга, зашёл в заведение. Ощущение, прямо скажем, не очень. Но почему-то кажется, что необходимо остаться. Сегодня он совсем не хищная пантера, а скорее милый зайка. С острыми зубками, но зайка. Даже привычный образ ради этого сменил, надев кожаные чёрные (Да-да! Как же без этого?) штаны и белоснежную рубашку оверсайз, под которой при малейшем движении был отчётливо виден рельеф точëного торса. Соблазнительно и сексуально. Свои совсем не короткие волосы Чонгук не стал укладывать, как обычно, а пустил свободной струящейся волной. Макияжа нанёс совсем немного, подчеркнув глаза и добавив цвета губам. Очарование в чистом виде! При его появлении в зале начали шушукаться. Ещё бы! Такая красота пожаловала! Уверенный в себе, что здесь крайне редко встречается, грациозный… сильный. Лакомый кусочек! Двоих сопровождающих местная публика сразу сбросила со счетов. Ясно, что из другого теста эти парни, хотя внешне мало чем отличались. Тот же макияж и яркая одежда, даже зашли, держась за руки. Но энергетика - не та. Не пара они. Точно. Скорее незримая охрана, телохранители. От этого объект всеобщего внимания становился ещё более желанным и недоступным. Спустя двадцать минут в зал пожаловал ещё один лакомый кусочек. Взрослый, матёрый, спокойный и сдержанный. Выглядел почти так же. Те же чёрные кожаные штаны, рубашка оверсайз, но глубокого коньячного цвета. Так же волосы волной и лёгкий макияж. Огляделся и прошёл к барной стойке, уселся в дальний край и попросил виски. Чонгук его, конечно, не заметил, поскольку вокруг него сразу образовалась стайка вполне приличных парней, желающих проявить себя. Всякую шушеру Чимин и Хосок очень быстро отсеяли. Не пришлось даже угрожать. Достаточно было взглядов.***
Тэхён молча пил свой виски, покачиваясь в такт музыке. Форсировать события и пускаться в охоту за парнями он не намерен. Кому надо будет, тот сам проявит себя. Поэтому Ким просто старался расслабиться, зависая в телефоне и ища, как обычно, того самого. Неожиданно он почувствовал знакомый запах и повернул голову. К нему шёл симпатичный молодой человек лет двадцати пяти, с яркой боевой раскраской. Весь такой ладненький, хоть и не высокий, в чёрном, и с тем самым жасмином… Не сразу Тэхён понял, что перед ним - уже знакомый паренёк. Уж слишком отличается этот красавчик от услужливого продавца, влюблённого в постоянного покупателя. — Добрый вечер, господин… — поприветствовал парень, присаживаясь на соседний стул, попутно обращаясь к бармену. — Виски, пожалуйста! Мне и этому мужчине. — С чего это студент угощает дяденьку, — спросил Тэхён, наконец узнав своего воздыхателя. — Я работаю и могу иногда позволить себе такую слабость, — спокойно ответил парень. — Давно хочу познакомиться с Вами лично, а сейчас очень удобный случай. — Ты следишь за мной? — спросил Ким, понимая, что аромат у парня именно тот, что преследовал уже не один месяц. — Нет. Иначе нашёл бы повод познакомиться раньше, — улыбнулся собеседник. — Логично, — согласился Тэхён. — И чего ты хочешь? — Для начала, узнать Ваше имя, — парень смутился, но продолжил: — Сложно мечтать о человеке, не зная его имени. Парень поднял на Тэхëна взгляд, полный обожания и восторга. Долго смотрел, ожидая ответа. А Ким поймал себя на мысли, что совсем не против, но, видимо, пауза затянулась. Парнишка опустил взгляд и разочаровано вздохнул. — Тэхён. Ким Тэхён меня зовут, — протянул руку старший. — Донсу! Просто Донсу, — с надеждой и трепетом проговорил парнишка, пожимая предложенную ладонь. — Будем знакомы, — поднял бокал Тэхён. — За знакомство! — Ответным жестом Донсу тоже поднял свой виски. Говорили много. Выяснилось, что парнишка действительно студент. Обучение и квартиру оплачивали родители, а на личные расходы он зарабатывал сам. Учился хорошо, чтобы не разочаровывать семью ещё больше, ведь, они знали про его предпочтения и терпели это. Донсу оказался интересным собеседником и весёлым парнем. Поболтав и выпив по бокальчику, новые знакомые пошли танцевать. Смеялись над тем, насколько устарел в этом вопросе Тэхён. Донсу учил его новым движениям. Ким повторял. Получалось неплохо. Они смеялись, обнимались, постепенно добавляя виски и градус веселья.***
Чонгук заполнил собой львиную долю пространства клуба. В своей белоснежной рубашке он походил на спустившегося с Небес ангела, но, выйдя на танцпол, доказал всем, что ангел падший, на грани с бесом. Каждое движение источало страсть и опасность. Чонгук танцевал самозабвенно, пытаясь избавиться от назойливых мыслей про человека из своих снов, стереть его из памяти хотя бы на этот вечер, отвлечься и расслабиться наконец. А Тэхён его не замечал. Был занят другим. Вот так, находясь в одном зале, танцуя под одну и ту же музыку, два человека, ищущие друг друга, просто не встретились взглядами. Что тому виной? Возможно, алкоголь. Или полумрак. Или… что-то иное, неподвластное человеческому разуму. Они не встретились, занятые каждый своими мыслями. Не увидели друг друга, находясь на расстоянии пары метров. К полуночи в клубе не осталось трезвых, кроме бармена и охранников. Хотя бармен тоже был под вопросом. По углам стали появляться весьма откровенные парочки, иные покинули заведение, чтобы найти более удобное место и заняться более важными делами. Донсу утащил Тэхена в служебное помещение, объясняя это тем, что управляющий - его хороший знакомый и проблем не будет. Там было намного тише, но также мало света. Полумрак, алкоголь, рядом - молодое красивое тело интересного человека и долгое, очень долгое, воздержание. Руки не слушались. Они действовали по собственной воле. Губы тоже. Тэхён и сам не понял, как и когда начал целовать. Зачем? Тоже не понял. Очнулся только тогда, когда почти залез в штаны к парнишке. А тот не сопротивлялся. Наоборот. Тяжело дышал, подавался навстречу, буквально требуя продолжения. — Стой! Стой, Донсу, — выдохнул Тэхён. — Остановись на секунду. Это неправильно. — Почему-у-у? — с досадой протянул парень. — Ты хочешь меня, я очень хочу тебя… Что мешает? — Да. Ты классный и пахнешь одуряюще, но ты не ОН, — выпалил Ким. — Прости… — Ты с НИМ в отношениях? — расстроился Донсу. — Нет. — Тогда не вижу проблем, — повеселел младший. — Давай отомстим ЕМУ за то, что не видит такого классного мужика! Тэхён опешил, внимательно глядя на своего почти любовника, и задумавшись на пару секунд, вдруг сказал: — А знаешь... поехали!