Тест-драйв

На вечеринке стало тихо и скучно. Ван Панцзы не хотел признавать, что это из-за Лю Сана. Тот куда-то исчез и не появлялся. Ван Панцзы пошел к себе. На пороге комнаты он замер. Потом вошел и быстро захлопнул дверь за собой. Лю Сан лежал на его кровати, что-то смотрел в телефоне. В очках. Кроме очков, на нем не было ничего. Панзцы хотел бы что-нибудь сказать, но не придумал. Заговорил Лю Сан. — Возьмешь меня? — сказал он, поворачиваясь с боку на спину и откладывая телефон в сторону. Правая нога была согнута в колене, и взгляду открывалось почти все. — Ты же хочешь. Я же хочу, подумал Панцзы. Я же очень хочу. Думать приходилось быстро. Вряд ли у него было больше пяти секунд. Чего Лю Сан ждет? Чего хочет на самом деле? Как поступить так, чтобы правильно? Еще секунда, и он запорет этот тест-драйв. Панцзы потянул с плеч куртку. Лю Сан наблюдал за ним. Склонность Панцзы к театральщине осталась за дверью вместе с даром речи. Он разделся максимально быстро, стараясь лишь не перейти грань, за которой это выглядело бы смешно. Лег рядом с Лю Саном. Тот смотрел, не проявляя никаких эмоций. Поцеловать его губы было так же страшно, как… Панцзы не смог найти подходящей аналогии в своей жизни. Коснулся губами виска, щеки, провел по груди, почувствовал, как напрягся под рукой живот. У Лю Сана совсем не стоял. У самого Панцзы, впрочем, тоже. — Так ты хочешь или нет? — насмешливо спросил Лю Сан. Панцзы показалось, что эта фраза была приготовлена заранее. — Я боюсь, — признался он. — Вдруг сделаю что-то не так. — Это секс, — сказал Лю Сан. — Это ты, — возразил Панцзы. Лю Сан снял очки, аккуратно положил на тумбочку. Потом прикрыл глаза и уже тогда потянулся навстречу, целуя, обнимая и прижимаясь. Панцзы все равно казалось, что все вот-вот прекратится, но Лю Сан не отстранялся, тяжело дышал под прикосновениями, негромко стонал в поцелуи, отвечал на все и теперь уже явно хотел. Он был именно таким, как представлялось — сильные мышцы под тонкой кожей, неуместный цилинь, гибкая, хлещущая наотмашь красота. Надеюсь, у меня есть непросроченные презервативы, подумал Панцзы, дотягиваясь через Лю Сана до тумбового ящика. В Дождливой деревне хозяйственные перчатки требовались куда чаще. Лю Сан лежал под ним, ровно дыша, следил блестящими глазами. Панцзы снова поцеловал его, глубоко, откровенно, ловя ответный порыв. И все же, подсказывали уцелевшие остатки здравого смысла, это было не совсем то. Будто впустили в прихожую, а дальше не пригласили. Но никто не возражал против его нахождения здесь. Возражений все еще не было и когда он потянулся рукой ниже, пачкая кожу прозрачной смазкой. Внутри Лю Сана было горячо. Внутри Панцзы тоже. Наверное, в этом было что-то сокровенное — находиться внутри тела другого человека. Это должно было быть сокровенным. Момент единения. Слияния. Какой-то запредельной близости. Надо спросить потом У Се, как это было у них. Панцзы не думал, что можно быть счастливым до кома в горле и беспокойно несчастным одновременно. Лю Сан, казалось, получал удовольствие от его движений, проникновения и поцелуев. Панцзы не видел для него ни одной причины имитировать ощущения. Ему ведь и вправду могло нравиться. Панцзы двигался сначала медленно и размеренно, потом — размеренно и быстро. Звуков стало меньше, теперь Лю Сан под ним закусывал губы и непроизвольно подрагивал при каждом толчке. Потом замер, напряженно-дрожащий, разгоряченный, и с коротким стоном-выдохом кончил себе на живот. Глаза он не открывал, и Панцзы не мог понять, хорошо ему или обычно. Он тоже торопливо кончил, помогая себе рукой, скатился на бок и подумал: а что теперь? Ближе они стали или дальше? Трахаться было неловко, но разговаривать еще хуже. В этом он точно не признается У Се. Но не уходить же молча? — Сан-Сан?.. — на пробу позвал он. Лю Сан скривился. "Детский сад". — А-Сан? — Молчание. — Господин эксперт? — Не изобретай велосипед, — бросил Лю Сан так, будто хотел съежить свои слова, сделать незаметными. Это явно что-то значило. Даже в гробницах Ван Панцзы редко доводилось думать так быстро. Не изобретай велосипед. Все уже придумано. — Несчастьюшко, — Панцзы расплылся в улыбке. — Тебе все-таки нравится? — Нет, — сквозь зубы процедил Лю Сан. — Но так говоришь только ты. Ему было важно. Ему были важны вещи, существующие только между ними. Они снова замолчали. Панцзы хотелось спросить что-то вроде — так я справился? Дурацкий вопрос. — Да, — сказал Лю Сан. — Что? — переспросил Ван Панцзы. — Ты о чем? — Ни о чем. Вообще да. — Лю Сан опять злился, но теперь это перестало пугать. Панцзы будто очутился внутри его злости, стал ее частью, а не объектом. — Мы еще так будем? — спросил он. — Будем. — Лю Сан будто переубеждал его, а не соглашался. — Хочу еще стоя у стены, сзади. И чтобы окно было, большое. — И дождь, — добавил Панцзы. — И дождь, — согласился Лю Сан, глядя снизу вверх. Он лежал на подушке чуть ниже. Наверное, настолько красивых людей в мире нашлось бы немного. Может, вообще ни одного. Как он мог достаться Панцзы? Сказать хотелось так много, что слов не хватало. Панцзы терялся в своих чувствах. — Я все для тебя сделаю, — сказал он. — Просто будь. — С тобой? — уточнил Лю Сан. — Необязательно, — с трудом вытолкнул из губ Панцзы. Не то, что он желал бы сказать, но — правда. — Хорошо, — сказал Лю Сан после секундного молчания, и Панцзы понял, что прошел тест.