Твой аферист

— Здравствуйте, вас беспокоит компания по защите недвижимости. Заканчивается срок дороговора, будете продливать? Дазай выдумывал на ходу, подбирал наиболее убедительную формулировку, скрывая гаденькую улыбочку. На том конце провода долго молчали, Дазай уже было решил, что его сбросили, как собеседник ответил, голосом, от которого по спине пробежали мурашки: — Где бы ты не был, живо дуй ко мне в кабинет, болван. Собеседник не говорил, а шипел, как змей, в последний раз обращающийся к жертве. Разговор закончился, но Осаму ещё долго стоял, глупо глядя перед собой, держа телефон у уха. Когда же он медленно опустил трубку, то истерически рассмеялся — видимо главной ошибкой его жизни было не подписывать номера.

***

— Дазай! На громогласный возглас повернулись Ацуши и Танидзаки, для них разборки коллег были интереснее работы. Отчитывать людей на публике вошло у Куникиды в привычку со времени работы учителем, но сейчас он почему-то отказался от этого метода пристыженний и, схватив напарника за руку, потащил его в коридор, ведущий в архив. — Куникида! — взвился Осаму, но его бесцеремонно перебили. — Я делаю всё, чтобы огородить людей от обмана, а мой напарник оказывается телефонный мошенник?! Мы работаем в Детективном Агентстве, наша работа помогать людям, а не врать им! Дазай, чтоб тебя, какого черта?! — ругался Куникида. — Да подожди! Ты мне даже слова вставить не даешь! — Хорошо, я слушаю твои оправдания. — Это была просто шутка! Я никого не грабил. — Но врал? — Ну... Можно и так выразиться, — отвёл взгляд Осаму, едва подавляя ухмылку. — Я просто звонил и нёс всякую околесицу, ничего больше! — поспешил продолжить он, уколовшись о чужой гнев. — Убью... но потом, — вздохнул Куникида. — Я просто не понимаю. Зачем тебе это нужно? Я могу... теоритически могу понять мотивы реальных мошенников, но ты... Это как минимум низко! — Я никому не навредил по-настоящему, — уперто повторил Дазай. — Допустим я тебе поверил, но вопрос было не про это. — ... Молчание продолжалось так долго, что гнев Куникиды успел трижды дойти до предела и тут же сгореть, от невозможности излить его на напарника. — Телефон бы у тебя отобрать... — сказал он уже спокойнее, потирая переносицу и стараясь вновь не перейти на повышенные тона. — Я не хочу осваивать голубиную почту! — Заткнись. Чтоб я ещё раз взял незаписанный номер... — А у тебя оказывается нет моего номера! Божечки, мы работаем вместе два года! — Нужен мне твой номер, когда до тебя даже вживую не достучаться! — Куникида сжал кулаки, понимая, что ни капельки не задел, и не вразумил Осаму. — А если бы... — Всё! Умолкни уже. И до конца недели ко мне можешь даже не подходить. — Это жестоко! — наконец осознал своё положение Дазай. — Заслужил. — Ну Куникида! Ну прости. Хочешь я тебе телефон сдам? Не буду я больше никому звонить! Это шутка была! — ... — Неделя это так долго... Не будь извергом! — Да я ужасно поступил, больше не стану. Прости! — Три дня. — Два. — Три. — Куникида развернулся, не желая снова уступать.