Конкурс

Солнце на пляже было жарким, а воздух пропитан запахом моря и кремов от загара. Эрик, растянувшись на шезлонге, лениво наблюдал за Никки. Тот с присущей ему яростной сосредоточенностью строил из песка нечто сложное и угловатое, больше похожее на фортификационное сооружение, чем на замок. Внезапно энтузиазм детского мегафона нарушил идиллию: «Объявляется конкурс на самый лучший песчаный замок! Призы победителям!» Эрик снял очки, его взгляд скользнул от Никки к группе малышей, азартно копошащихся у своих куличек. В его глазах вспыхнула искра азарта. Он подошел к Никки и опустился на песок рядом. — Слушай, — начал он, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Смотри на них. Полная бессистемность. Никакой стратегии. У них даже рвы кривые. Никки поднял глаза, на лице написано вопросительное: «Ты в своем уме?» — Эрик, нам по сорок. Нас не поймут. — Именно поэтому мы должны это сделать. Представь: два титана, мастера своего дела… и полное, тотальное превосходство над пятилетками в искусстве песчаной архитектуры. Это вызов. Уголки губ Никки дрогнули. Идея абсурдного, детского хулиганства зацепила его за живое. — Они заплачут, — без тени сомнения констатировал он. — Несомненно, — согласился Эрик. — Но мы великодушно разделим с ними призы. Или нет. Решим по ходу. Через пять минут они стояли перед юной аниматоршей. — Мы участвуем, — заявил Эрик своим самым обволакивающим голосом. Девушка смутилась. — Но это для детей… — У нас внутри живут дети, — парировал Эрик. — Очень амбициозные и обделенные вниманием. Никки, стоя рядом, лишь кивнул. И началось. Эрик взял на себя руководство, размечая периметр и читая лекции о консистенции песка. Никки с яростной сосредоточенностью ваял бастионы и вырезал зубцы, используя палочку от мороженого. Они спорили о высоте башни и вместе хихикали, когда их творение стало затмевать все вокруг. В итоге они получили не главный приз, огромную плюшевую акулу, а «специальный приз жюри» за «масштабный подход»: две медали из фольги и по леденцу. Эрик застыл с медалькой в руке, его самоуверенная улыбка медленно сползла. Он проиграл. Песочный конкурс. Пятилетке с ведерком. Никки посмотрел на свой леденец, на их грандиозный замок, потом на лицо Эрика. И он рассмеялся. Это был редкий, по настоящему громкий смех. — Мы… мы проебали! — выдохнул он сквозь смех. — Мы построили цитадель, а нас обыграл карапуз в плавках! Эрик посмотрел на него, на смеющееся лицо, на дурацкие медали, и его собственная досада растворилась. Он тоже рассмеялся. Они стояли посмешищем для всего пляжа, два взрослых мужчины с леденцами, и смеялись до слез. В конце концов, Эрик обнял Никки за плечи. — Ладно, признаю. Это было хорошо. — Еще бы, — фыркнул Никки, откусывая кусок леденца. — В следующий раз просто украдем ту акулу. Гораздо эффективнее. — Договорились, — ухмыльнулся Эрик, чувствуя, как пахнет сахаром и морем от его шеи. Провал никогда еще не был таким сладким.