My kitty

♡⁠˖⁠꒰⁠ᵕ⁠༚⁠ᵕ⁠⑅⁠꒱

Без вопросов где он был и что произошло, не обошлось... — Ну и где ты был? Джин отлипни! — Чимин просто обязан знать, что произошло, что теперь вся омежья часть университета на ушах стоит, и улюлюканье по всем этажам разносится. - Чимини-хён, даже не спрашивай... - Любимый, нельзя так со мной поступать... - а ещё одно разносится прямо над ухом, слюнявя хрящик. Сейчас отвечать ни на какие вопросы не хочется! Дайте Юнги коробку, он наденет себе на голову и будет ходить так, не видя и не слыша ничегошеньки! Кто ж знал, что слух о том, что какой-то омега приставал к "о прекраснейшему Чон Чонгуку" в туалете разлетит так быстро?! И почему-то все сделали вывод, что это был именно Юнги. — Юнни... Что происходит, я не понимаю?.. — Я... эээ.... я пошёл в туалет... Но Джин-оппа не сказал в какой конец коридора идти, поэтому я рискнул и пошёл направо... Вот... — Юнги... - тут уже Джин подключился к разговору с тупой улыбкой, обнимая своего парня за плечи, наклонился к его плечу и удобно уместился там, — ты чё, в альфий туалет зашёл?! — и засмеялся. — Да нет же, я..! — Ким Сокджин, ты дурень! — смех прекратился, теперь доносятся стоны боли от маленьких кулачков, — Из-за тебя Юнги попал в ужасно неловкую ситуацию, он перестанет со мной общаться, прекрати! — Чими-хён, я... — Что он сделал? — "Вот так вот с порога..?" — Кто?.. - "СУУУКА! ДЕД МОРОЗ!" — Юнги, притворяться глупеньким — не твоё, признай уже. Что сделал Чон Чонгук? — видимо Чимин уже понял, что это за слухи... — Кто? — "И вправду не моё..." — Юни, пирожочек мой, если ты мне сейчас же не скажешь, я пойду к нему с заявой о домогательстве. — Чимина лучше не сердить, а врать ему — развлечение не очень. — Н-не надо о домогательстве! Он..! — "А чё говорить-то? Ху..." — Я зашёл в туалет, хотел отстирать пятно на футболке, а он... пришёл и... — "Просто прижал к стене!" — просто посмеялся и... Да не знаю я! — Как ты можешь не знать, что с тобой произошло буквально... — Джин опять влез в разговор, хотя сделал это наверное, чтобы подушнить. — Любимый, замолкни, а! — а потом опять повернулся к младшенькому, — Юнни, выдохни и начни сначала! — Чимин слабо улыбнулся, начиная поглаживать младшего по макушке. — Ну... я пошёл в туалет, чтобы футболочку отстирать. Отмыл, и тут он стоит... ну я и спрашиваю, что ему надо, а он мне: "Так-то справить нужду, но, походу, я впервые ошибся и пришёл в туалет для омег"... — Юнги старается передать тон того альфы, делая голос ниже. Чимин смеётся от мимики друга, вовремя его монолога, Джин в сторонке хмыкает. — А потом оказалось, как он мне сказал, что это был туалет для альф... — Юнги опять начал краснеть, наклоняя голову вниз и пряча взгляд от стыда, — я извинился, правда, но он меня... в угол поставил... — и шмыгнул носиком, так сказать, для правдоподобия. "Ну что за невинность" — подумал Чимин, — и... а! Он мне ещё носик ударил! — "Мдааа, в подробности лучше не вдаваться..." — Он тебя ударил? Да как он...— Чимин прижал котёночка к себе, а потом начал покрывать маленькими поцелуйчиками носик-кнопочку. —А меня так не жалеешь... — Не пизди! — Как грубо, любимый... — Дома свою часть получишь. — Да почему я должен ещё и части получать? Да ещё и делить её с Юнги! — Ким Сокджин! Спишь сегодня на диване! — Вы съехались что ль..? — послышалось где-то в районе шеи Чимина. — Нет, это я у него просто ночую часто... — сказал старший, а потом резко сменил улыбку на серьёзное выражение лица, — Ты чего это тему меняшь! Мы сейчас не об этом! — Ну вот он ударил мне носик, загнал в угол... а потом ты позвонил, и я сбежал... — Я надеюсь на этом всё. — Н-да... я просто побежал к тебе... он не пошёл за мной. — хотя Юнги не знает. После того, как он выбежал из туалета, он даже не оглядывался...

(⁠*⁠˘⁠︶⁠˘⁠*⁠)⁠.⁠｡⁠*⁠♡

Для бедного маленького тихого Юнги жизнь стала адом. Везде шепчутся, везде смотрят. Всем интересно посмотреть на омежку, заполучившиую внимание Чон Чонгука. Юнги сначала не понял, что это за особа. А когда вернулся после выходных в университет, то понял.... — Привет, кошечка... — прохрипел кто-то за его спиной... Нет! Ни кто-то! Юнги теперь узнает этот голос из сотни! Бляя... Мин Юнги, ты проебался! Нет уж, простите, он никогда не повернётся! Поэтому омега, придя в себя, пошёл ещё быстрее, наклонив голову с капюшоном ещё ниже. А потом почувствовал лбом какую-то твёрдую херню фигню. — Ебать, с каких пор у нас столбы посередине... — (почему это звучало, как сарказм?) начал было он жаловаться, потирая лоб, который почему-то болит не так сильно, как должен после удара об столб, как... — Не отвечать на приветствие очень грубо, котик. До этого Юнги очень надеялся, что это реально был столб. Но судьба ужасна. — Т-ты... Ты чё тут делаешь? — "Мин Юнги, ты олень!" — Жду одного хорошенького омежку, — кажется у этого дьяволюги сейчас рот порвётся от ухмылки... — "Давай ему врежем, как хён~и учил?!" — "Еблан, заткнись!.. Тут слишком много людей..." — подумал Юнги и надул губки, смотря по сторонам. Людей и вправду слишком много — через минут десять первая пара. А Чонгук, увидев, что котик на него не обращает никакого внимания, выгнул бровь в удивление. И тут паренёк посмотрел на альфу с низу вверх, мило сморщил носик, будто посмотрел на говно, и пошёл дальше проронив лишь: — Ащщ... — "Ащ"? Что за..? — да ещё никто... да никогда... Омежка пошёл вперёд, смотря на свои новые кроссовочки, которые ему подарил на выходных Чимини-хён, празднуя день рождения своего "пирожочка". — Чонгук-оппа! — осквернённые воробушки, Юнги чуть не споткнулся, но пошёл дальше. Только медленнее... — Джуён, я же сказал, чтобы ты не... — Юнни, всё хорошо? Почему не кушаешь? — спросил Чимин в столовой после первой пары. Слава богу та омега быстро отвлекла Чона, поэтому к Юнги больше не подходил. Вот только... Мин реально не понимает, почему весь мир крутится вокруг этого... — Юнги, ты вообще меня слышишь? ...альфы. Он что, местная звезда? Но точно не шут, слишком красивый, слишком крутой для этого. Бооже, бедная девственная душенька кота сейчас взорвётся. — Мин Юнги! — доброго Чимина долго держали в не виденье. — Кха-кха! Чимин... кхах... ХЁН!.. ох... кхе-кхе... да твою ж! — Господь всемогущий, Юнги, не умирай! — Пак наклонился через стол, чтобы дотянуться до спины младшего и похлопать по ней. Спустя минуту Юн лежал на столе, упираясь лбом, наконец отдышавшись. — Так... что случилось? — Хён! — резко востал из мёртвых Мин. — Да блять! Юнги прекрати! Я всю ночь писал этот ёбанный реферат не для того, чтобы умереть от страха, не сдав его Киму! — Чим кладёт свою руку на грудь, к бедному сердечку. — Кто такой, этот Чон Чонгук? — Ты же видел его, даже очень близко... - вот же падла старенькая, по больному... — Неужели разглядеть не получилось? — Хёооон. С чего ты взял, что я с ним лбами тыкался?! —"А ведь от него так приятно пахло..." —"ЗАТКНИСЬ, ИЗВРАЩУГА!" — Ни с чего. Но сейчас... я ни в чём не убедился! — пауза, — Кооотя, что с тобой, почему спрашиваешь? — Н-нуу... Ты же здесь второй год учишься... Его же наверняка знаешь? Кто он? Чем он занимается и... — "...что за..? Почему так сильно прёт гвоздикой?.. И откуда..? ОТКУДА ЭТА РУКА НА МОЕЙ ТАЛИИ! И КТО МНЕ В УХО ДЫШИТ! ПАААПААА, ПОМОГИ!" — Котёнок, если тебе было так интересно, мог бы сам спросить... — промурлыкал прямо в красное ушко, — Чон Чонгук: 25 лет, 2000 год, 1 сентября — дата рождения; город рождения — Пусан, к сожалению адрес роддома, начальной, средней и старшей школы не помню. Хотя... — большая ладонь медленно начала двигаться вверх и вниз по талии омеги, — ...знаю, что школы находятся здесь, в Сеуле; Закончил школу с отличием, поступил на факультет бизнеса, экономики, сейчас на пятом курсе. Далее: Отец — Чон Хисын, 1972 года рождения, 53 года, директор компании Jcompany; папа — Чон (Кан) Юнхи, 1975 года, 50 лет, владелец ресторана Red Pearl в Пусане... Бооже, я думал ты остановишь меня на первом же предложении, но ты до сих пор молчишь, и я чувствую, как твои щёчки краснеют... Мне рассказать биографию моих родителей? М? — и... чмокнул воздух очень близко к уху парнишки. — Ребят... Вы чё?!.. Мне уйти? — у Чимина с самого появления Чонгука челюсть отвисла, а его друг опустил голову вниз, весь красный и какого-то хуя молчит. — НЕТ! — Опаньки! Проснулись!