Другой

      Само Время страдает, Смотрящий испытывает нестерпимую боль каждую секунду, которая усиливается каждый раз, когда из его плаща выбивается новая нить. А все это из-за одного могущественного существа, которое решило использовать свой потенциал на полную. Но и оно не просто злое, оно просто сломлено. Его жизнь полна смертей, и не абы каких, а смертей его близких друзей (и не только). Оно просто хотело, чтобы его знакомые не страдали. Раздробив Время на бесконечность осколков (которых с каждым разом все больше), оно начало поиски “идеальной” ветки. Оно, кажется, забыло, что ничего идеального в этой мультивселенной не было, нет и быть не может.       Имя этому существу – Лололошка. Это из-за него на кону стоит целостность мультивселенной. А все потому что он продолжает слепо следовать своей цели, а когда не выходит – скидывает ответственность на следующую версию себя. И так уже много-много раз, уже бесконечность раз, этот цикл, казалось бы, невозможно сломать... Пока не возникла новая, иная версия. Она отличалась от всех остальных своим мышлением. Новый Лололошка не думал только лишь о своих друзьях и близких. Он думал о всей Вселенной в целом. Он знал, что всех не спасти, а если сама Вселенная подвергнется опасности, спасать уже будет некого, так что в первую очередь нужно следить за ее состоянием (которое уже просто ужасное в данный момент, мироздание близко к развалу). И он прекрасно видел абсурдность и безответственность действий предыдущих своих версий. И именно поэтому ему пришлось перешагнуть через себя и... отдать свою жизнь, историю взамен на стабильность мультивселенной. Но... как же появилась эта версия и почему она стала отличаться от других, как она сломала шаблон?       Эту тайну знал только сам Смотрящий, сам страдалец. Он был не в силах просить помощи напрямую, да и в целом просить. Но его страдания были явны и другому очень могущественному божеству, которое само очень редко вмешивалось в дела смертных. Он следит за Вселенной из разных ее уголков, для этого у него есть бесконечное количество его верных слуг и главных источников информации – Зрителей. И он прекрасно видел состояние своего близкого друга, который был постоянно болен, но никогда не просил помочь, из-за чего Роман долго не решался повести мультивселенную в правильную сторону. Но однажды он, устав от цикличности одной и той же проблемы – “невозможного мироходца” – он, наконец, вмешался, впервые за несколько миллионов (а то и больше) лет.       Тогда из буквально ничего – Пустоты – он попытался создать хоть что-то. Ломая пространство, рискуя жизнями сразу тысяч миров, тратя чуть ли не все свои силы, он смог создать мелкую голубую искорку, которая просто зависла в беспространстве. У него получилось! Осталось лишь придать верный облик...       Потратив еще немало магических сил и жизней Зрителей, Роману удалось закодировать в этой искорке всю необходимую информацию, внедрить это в ее ДНК. Тогда искра начала расти. Очень медленно, но верно искра превращалась в маленького эмбриона, размером с пшеничное зернышко. Но Роман знал, что его создание точно не провалится. Твердые моральные принципы, внедренные в его систему, не сломить. Он как никогда раньше был уверен в своем творении. Пусть это и будет очень неправильно и противоречит всем моральным нормам, это единственное, что он может сделать для своего верного друга, чтобы помочь ему, не особо вмешиваясь в глобальные события.       Шли года, десятилетия. Когда истинный Лололошка впервые получил Свет от своего лучшего друга, Эграсселя, Роман, в свою очередь, вежливо поговорил с самой Матерью – Началом – и забрал у нее ровно столько же крови, сколько получил "истинный". Наконец, настал тот день, когда настоящий Лололошка впервые стер себе воспоминания и переместил себя в неизвестный мир. Что сделал Роман? Когда Лололошка с невероятно большой скоростью летел сквозь Межпространственную пустоту, бог быстро перехватил его и раз и навсегда уничтожил, не оставив и следа, а вместо него телепортировал в нужный мир другого, используя его же Искру. Этот внешне был абсолютно идентичен истинному, даже ДНК совпадало, но основным его отличием, конечно, было мышление, а так же тот факт, что он не имел абсолютно никаких воспоминаний, даже на подсознательном уровне. Просто абсолютная пустота в его голове.       Да, Роман подменил Лололошку, который был рожден обычным путем и которому было суждено повторить цикл, другим Лололошкой, который был создан им самим, который бы навечно окончательно завершил цикл страданий Смотрящего, у которого не было болезненных воспоминаний, но было сильное чувство решимости и ответственности. Тот, который поистине идеален. Зрители ласково звали его Лошечкой, Лошиком, а создатель провозгласил его своим лучшим творением. Оказавшись в неизвестном мире, существо неизвестного происхождения впервые открыло глаза и увидело свет, его синтетическое сердце впервые издало стук, разгоняя неживую кровь по резиновым венам, а легкие впервые наполнились кислородом, а не Пустотой. Так и началось приключение истинного невозможного мироходца.       Пройдя несколько приключений вместе с Лололошкой (как наблюдатель), Роман сильно привязался к своему созданию. Он постоянно волновался, когда Лололошка попадал в опасные ситуации и впадал в панику, когда он был на грани смерти.       Предыдущий истинный Лололошка, естественно, не мог видеть, как его преемника заменили искусственно созданным существом. Все это время он думал, что это он же, что это настоящий Лололошка. И поэтому вел его по нужному пути, не зная, что все уже продумано заранее и этот Лололошка – подменыш, что он предназначен для другой миссии.       В момент мнимого “самоосознания” Роман как никогда сильно переживал за своего Лололошку, ведь его моральное состояние сильно страдало в этот момент. Но еще больше он волновался, когда его творение, наконец, попало в мир Архей из будущего. Его пробивало на азарт от предвкушения того, что вот-вот произойдет. Но нервничал он не только из-за этого. Больше всего он боялся того, что Лололошка сойдет с ума от невыносимого одиночества в стертой временной ветке. Но, к его облегчению, Лололошку спасла Организация, которую Роман больше всего презирал за причинение вреда Времени.       Наконец, знаменательный момент. Лололошка в пансионате вне времени, на крыше пирамиды, прямо под Сферой Времени. Здесь все начинается заново. Вся мультивселенная, все мироздание пересоздается. Роман, конечно, к этому и шел. Он стремился спасти Смотрящего от бесконечных страданий, уничтожить любые ответвления от глобального течения времени. Но... на душе все равно было тяжко. Его творение, ничем не связанное с теми мерзопакостными, безответственными уродами, носящими одно и то же имя и одно и то же лицо, погиб из-за их чертовых ошибок, которые невозможно было исправить иначе! Его создание... Его дорогое создание, которое он полюбил совсем как родного сына. Он был ему очень дорог. Даже к Зрителям он не был так привязан, как к ненастоящему Лололошке. Да и они сами очень его полюбили за все это время. Когда Лололошки из разных веток проходили через другого, Роман и сам не заметил, как по его щеке скатилась слеза. Его слух перебивали миллионы голосов плачущих Зрителей, которые просто не могли смириться с потерей такого близкого им существа, второго после Романа. Но, с другой стороны, то было необходимостью, и никакая любовь не должна мешать рациональным решениям. Это должны были понять истинные Лололошки, но они не справились и по их вине погиб совершенно чистый и безгрешный другой, который был так дорог по крайней мере одному богу. Другой, который был готов спасти всю Вселенную, пожертвовав своей историей, жизнью, памятью, так и не узнав о его собственной искусственности и “нереальности”.