Why?

Начался урок, а Пятифанов думал о том, что лучше б не заваливал Петрова вопросами, а пошел ссать. — Извините, можно выйти? — Жанна Михайловна отвернулась от доски и посмотрела на Пятифанова так, будто он сказал, что девять во второй степени будет восемнадцать, а не восемьдесят один. — Пятифанов, тебе перемены было мало? Урок начался, дай Бог, пять минут назад, если не раньше! — Ромка поджал губы. — Я на перемене в столовой был! Ну Жан Михална, отпустите пожалуйста, я вам сейчас прям тут обос..— Петров посмотрел на Рому пытаясь сдержать смех, но в итоге не выдержал и прыснул в кулак. Антон отвернулся и продолжил что то рисовать на полях тетради, подперев голову рукой. А Жанна Михайловна вздохнула, махнув рукой, не дав договорить Роме. — Бог с тобой, Пятифанов! Иди! Не хочу даже дослушивать, что ты тут прям сейчас сделаешь! — брюнет с победной улыбкой встал со стула и пошёл на выход из класса. — Спасибо, Жан Михална, вы лучшая женщина! — Иди уже с глаз моих долой! — Ромка выходя из класса проговорил: — С глаз долой из сердца вон! — Пятифанов!

***

Пятифанов вышел и быстрым шагом пошел в туалет, пришел, сделал свои дела и помыл руки. Возвращаться в класс он не планировал, поэтому сел на подоконник и не знал чем себя занять, поэтому достал из кармана спортивок свой нож-бабочку и начал крутить, вертеть ее в руках.

***

**Антон** Пятифан не пришел в класс ни через пять минут, ни через десять. Антон конечно понимал, что он решил прогулять. Пока Петров рисовал всякую хрень на полях тетради его окликнула математичка. — Новенький! — Она защелкала пальцами пытаясь вспомнить его имя, конечно, она его не знала, но решила сделать вид, что просто забыла. — Петров Антон — со вздохом произнёс Антон. — Да! Точно. Антон, сходи, проверь Пятифанова в туалет, пожалуйста, что то долго его нет. — Хорошо.. — Петров встал и пошел к выходу из класса, перед входом в туалет он решил пошутить над Ромой, поэтому заходя в него и направляясь к двери мужского туалета пытался максимально громко стучать обувью, как каблуками. У него это получилось, так как подошва у обуви была достаточно твердая она стучала почти схоже с каблуками. За дверью послышался щелчок закрывающейся кабинки. Рому, похоже, не смутило то, что учительница ЖЕНЩИНА заходит в МУЖСКОЙ туалет. Антон открыл дверь, и как ожидалось Ромы не было видно, он спрятался в кабинке туалета. Все также тяжело шагая, что бы стучать обувью он зашел в мужской туалет и подошел к самой первой кабинке и постучал в нее, оттуда послышалось тяжелое дыхание и шуршание одежды. Антон ушёл от кабинки, открыл и захлопнул дверь, делая вид, что "учительница" ушла. Он на носочках подбежал к той самой кабинке и встал сбоку, а когда она открылась Антон переступил прям перед кабинкой. — Бу! — Когда с кабинки вышел перепуганный Ромка Антон засмеялся. — Ты че?! Ахуел так пугать? А вдруг у меня пердечный сриступ случился бы?! — от «Пердечный сриступ» Антон засмеялся еще громче. — Тебя... Ахахах, теб... Блять... Ахахах.. Тебя.. Учительница.. Ищет.. — пытаясь перестать смеяться говорил Антон. — Пусть ищет, ты вот, тоже прогуляй, а то мне скучно слишком. — Петров, конечно, прогуливать не собирался, в первый же первый день прослыть прогульщиком не хотелось. — Прогуливать я точно не буду, да и с чего ты взял, что со мной весело будет? — Антон уже перестал смеяться. — Тоже верно, но до сердечного приступа ты довести можешь! — С этим Антон согласился. В детстве Петров уронил какую то игрушку рядом с клеткой с хомяком, а тот, испугавшись грохота, умер от сердечного приступа. Сколько слез было... — Давай думать, как тебя отмазать. — Петров уже устал стоять тут. — Нууу.. Скажи, что я к медсестре пошел? — — А из за чего? — Сам придумаешь, ты же умный, вон окуляры какие. — Пятифанов кивнул на очки Петрова. Ох и зря, Ромка.. У Антона очень большой комплекс очков, он их ненавидит с самого детства, как ему пришлось их носить. — Ладно.. Давай, удачи, что б тебя не заметили. — Ромка похлопал того по спине. — Пасиб, братан.

***

Антон вышел с туалета и пошел в класс, зайдя в класс его спросила учительница: — А Пятифанов где? — в пизде он, Жанна Михайловна, подумал тот, но в слух конечно не сказал. — А он к медсестре пошел, я когда в туалет шел, его увидел, он вниз спускался, сказал, что к медсестре. — Ой, батюшки! А что случилось? И ты почему так долго был? — Петров сначала замялся, но быстро придумал, почему Рома долго в туалете был? Тошнило! Почему Петров так долго был? Он его к медсестре провожал, потому что у Ромы голова очень закружилась! Идеально. — А его тошнило, ещё и голова кружилась сильно, а я его до медсестры довёл, он попросил, потому что.. — Петров снова замялся — потому что сознание потерять боялся. — — Бог ты мой! Ладно, Петров, садись, номер сто семьдесят девять, страница шестьдесят восемь.

***

**Рома** На остальных уроках Рома с Антоном не разговаривали, а вот на переменах Рома с Бяшкой ржали как вне себя. Прошел последний урок, Рома с Будаевым спустились в раздевалку. — Ромыч, на, без меня домой иди, я Аньку с параллели подожду, у нас с ней мутки начались, — Бяша улыбнулся во все имеющиеся зубы, а вот Роме было не очень весело. — Ладно, тогда пока — Рома протянул руку для рукопожатия, а вот Бяша не торопился, он смотрел влево, а на лицо натягивалась улыбка. Будаев быстро пожал руку и пошел в ту сторону, которую смотрел. Облом. Ромка зашел в раздевалку и взял свою кожанку с шапкой, сменки у него, конечно, не было, поэтому он быстро надел кожанку, нацепил шапку и вышел на улицу. Пятифанов решил прогуляться, и не нашел места лучше, чем лес. Вторая лямка рюкзака свисала, а первая висела на плече, между указательным и средним пальцем зажата тлеющая сигарета. Рома пришел в лес. Он дошел до моста, который проходит через Ольшанку и услышал голос Семёна. Рома потушил сигарету об бортик моста и выкинул в замёрзшую реку. Пошёл туда, откуда был голос. Семён стоял рядом с Петровым и толкал его в плечо что то говоря. Почему Петров ему просто не врежет? Тем более тот занимался боксом и знает как бить.. Бабурин ударил Петрова в скулу. И ударил он с такой силой, что даже Пятифанов был в шоке, он никогда не бил так сильно. В голове всё крутилось "Может вмешаться?" Петров ударил Бабурина в живот, что тот аж упал с сугроб. А Бабурин, поднявшись, ударил Петрова снова в скулу, на этот раз слабо, и это было видно даже с такого расстояния, где находится Ромка. Петров ударил Бабурина под дых, а тот попытался ударить Петрова в живот, но у него это не получилось. Почему вообще это началось? Надо будет спросить у кого нибудь из них. Либо он сам услышит. Семён говорил так громко, что казалось он хотел, что бы его услышал весь посёлок. — Сука, че ты с Полинкой тёрся?! — Тёрся? Петров с Морозовой? — Тёрся? Она сама ко мне подошла! Спросила насчет кружка какого то! — Ладно. А почему Семён вообще из за Полинки полез к Петрову?! — Ты же знаешь, что сделает с тобой Ромка, если узнает? А я вот я добавлю! Нехуй к девке моего кореша лезть! — Ромка узнал. Но ненависти у него это почему то не вызывало, что очень странно. Семён буквально набросился на Петрова, но тот быстро среагировал и отошёл в сторону, а Семён упал на живот, рядом с собачьим говном. Как же хотелось рассмеяться в голос, но Рома смог подавить это. — Блять! Че я теперь бабушке скажу? Она же меня убьёт! — Так не в говно же упал, да и че его убивать? У него же бронированный жилет из жира. Подумав про это Рома снова чуть не заржал. — Не лицом упал, переживёшь, свинья. — Ответил Петров и забрав свой рюкзак, валяющийся рядом с деревом, ушел. А Рома, решив, что хочет спать, пошел домой.