Стань моим маяком

Прошла неделя. Солнечные лучи пробивались сквозь щель между не до конца закрытыми шторами. Кехун открыл глаза. Казалось, будто лежать на кровати можно вечно, и так же вечно будет длиться утро сегодняшнего дня. Но не тут то было - Кехуну назначили испытательный срок. За прошедшее время он успел устроиться в фотостудию, которая пользовалась спросом у газет и журналов Нихом. Работа не пыльная, тем более, Кехуну нравится фотографировать. Его первый снимок была сделан на фотоаппарат папы, который любил запечатлять красоту мира. Тогда Кехун сфотографировал свою маму. - Мама, мама! - Да, милый? - Посмотри сюда, я тебя сфот... сфотографирую! - Ха-ха-ха, хорошо! Мама прикрыла глаза и улыбнулась, а мелкие цветочки, которые ей подарил маленький Кехун, приблизила к лицу. Щёлк! - Мама, ты такая красивая. - Спасибо, милый. Кехун вздохнул. Пора вставать. Собравшись, он вышел из дома. Путь к фотостудии шёл через улицу, на которой находилась пекарня, и Кехун, идя мимо "Коко" пытался высмотреть в окнах Донхва. "Нужно будет зайти к нему после рабочего дня", - подумал Кехун. У входа в фотостудию его встретил молодой парень высокого роста, с тёмными волосами и большими карими глазами. Он был намного выше Кехуна, и ему приходилось смотреть на парня, словно на облака: слегка запрокинув голову. - Доброе утро, Джуван, - сказал Кехун. Чан Джуван был его наставником на первый день обучения и испытательного срока. Он был вежлив, однако одним своим взглядом мог показать отвращение к чему-либо или кому-либо. - Доброе, Кехун! Пройдём в мой кабинет. Джуван перешёл сразу к делу, как ответственный работник. "Джуван - заведующий отделом, где мне скоро придётся работать, если я, конечно, пройду испытательный срок. В нём виден внутренний стержень. У него даже есть свой кабинет", - Кехун думал об этом, пока шёл за заведующим в его кабинет. Дверь открылась, и Кехун с Джуваном вошли внутрь. Кабинет был небольшой, но в нём умещались все нужные вещи: от двух ноутбуков до ручек и карандашей. Расположившись, Кехун и Джуван начали диалог: - Сегодня твой первый день, Кехун, и прежде всего, хочу тебя поздравить. Надеюсь, ты пройдёшь испытательный срок и останешься с нами, - начал Джуван. - Большое спасибо, - сказал Кехун и кивнул головой. Джуван посмотрел в один из своих ноутбуков и сказал: - Господин Пак, основатель и руководитель фотостудии, сказал, что тебе нужно будет сделать пятнадцать фотографий на тему "Тепло и любовь". Срок - 2 дня. - Хорошо, Джуван, но... почему именно эта тема? Джуван посмотрел в глаза Кехуну и ухмыльнулся. Он сложил руки в замок и заговорил: - Любовь и тепло бывают разные. Покажи, как ты видишь эти две необходимые каждому человеку вещи. Кехун кивнул. Выйдя из здания, он присел на лавочку, что стояла рядом со входом. "Что же мне сфотографировать?", - думал Кехун. Тем временем тучи сгустились, и казалось, будто вот-вот польёт дождь, ведь облака выглядели тяжёлыми и были тёмно-серыми. "Я даже зонтик не взял, в прогнозе погоды не было указано на дождь". Кап! Внезапно на нос Кехуна упала капля. И ещё раз, и ещё. Кехун встал и направился в своё излюбленное место. До пекарни было ближе, чем до дома, и Кехун решил переждать непогоду там, тем более, он собирался туда зайти. Прошло около пяти минут, и парень оказался на месте. Дзынь! Раздался звонок колокольчика, висящего над входной дверью. Донхва не было за кассой, и Кехун, обнаружив это, сразу вспомнил о тех незнакомцах, которые окружали в ноги кланяющегося им кассира. "Надеюсь, с ним ничего не случилось и те люди не причастны к его отсутствию...". Кехун заказал кофе и продолжил мыслить: "И почему я переживаю за него? Он взрослый парень, с ним точно всё хорошо...", - мысль оборвалась. Из сердца пекарни, кухни, вышел тот самый кассир, о котором немного волновался Кехун. В его руках были тарелки с пирожными. Донхва аккуратно поставил их на витрину и о чём-то заговорил с другим кассиром, который, видимо, подменял его. Кехун встал и подошёл к кассе. Донхва увидел его и, как обычно, улыбнулся. - Здравствуйте, приятно снова видеть вас! Кехун слегка покраснел. - И.. мне приятно вас видеть, Донхва. Глаза Донхва сверкали, как блики на воде, хотя солнечных лучей не было вовсе из-за туч. Его фартук был тщательно отглажен, не было ни одной складки. Вдруг Кехун заметил, что на щеке кассира было что-то белое. - Донхва, извините, у вас здесь..- Кехун показал на себе. - Думаю, это мука. Донхва отвернулся и потёр щеку. Повернувшись обратно, он спросил: - А сейчас осталось что-то? - Да, есть немного. Кехун заметил, что второй кассир удалился. Убедившись, что рядом никого и никто не смотрит на них, Кехун внезапно для себя спросил: - Позволите?.. - Кехун медленно протянул свою руку к щеке Донхва. Вдруг он взглянул на Кехуна как-то странно.. И Кехун также медленно, как и поднимал, опустил свою руку и отвёл взгляд. "Что я делаю? Надо взять себя в руки! Он не позволит мне, мы с ним даже не друзья!". - Да.. Сердце Кехуна пропустило удар. - Что? - Если вам не трудно, помогите мне убрать всю муку с щеки. Кехун молча кивнул. Он дышал спокойно, и ничего не выдавало его волнение, которое парень не понимал. Всего лишь помочь человеку привести себя в порядок, с чего ему волноваться? Просто убрать муку... Кехун замялся. Донхва смотрел ему в глаза, и, когда Кехун наконец приподнял руку, он отвёл взгляд вниз. Кехун сначала дотронулся до щеки одним пальцем. Он сразу почувствовал упругость и нежность кожи Донхва. Она была светлой, даже слегка бледной. Кехун принялся аккуратно водить пальцами по щеке парня, будто бы боялся, что его кожа настолько нежная, что одно неловкое движение, и на лице кассира образуется царапина или синяк. Донхва всё это время смотрел в пол. Кехун, находясь очень близко к нему, не чувствовал его дыхания. "Он сам еле дышит?..", - подумал Кехун и от этого покраснел ещё больше. И он, и кассир чувствовали себя словно и в своей, и не в своей тарелке одновременно. Наконец от муки не осталось и следа. Кехун убрал руку. - Большое спасибо, - произнёс Донхва и поднял глаза на Кехуна. "Как же они светятся..", - Кехун подумал об этом, посмотря в глаза покрасневшему кассиру. Тот немного замялся, но спустя пару секунд пришёл в себя, хотя Кехун видел, что Донхва ещё думает об этом - в его глазах будто отображалась только что произошедшая ситуация. - Кажется, вы что-то хотели? - спросил Донхва. Этот вопрос вывел Кехуна из дымки мыслей. - Ах, да, - Кехун выпрямился и заговорил так, будто пару секунд назад он не стоял перед Донхва с пышащими от смущения щеками, - я устроился на испытательный срок в одну фотостудию, и сегодня мне дали первое задание. Донхва неожиданно захлопал в ладоши. - Поздравляю вас! - Большое спасибо, - сказал Кехун и неловко улыбнулся, пригладив волосы на затылке. В голове парня раздалось: "Успокойся же ты!". Он продолжил: - Мне нужно сделать фотографии на тему "Тепло и любовь". Сначала я не мог придумать что-то стоящее, но посмотрев на то, как вы аккуратно кладёте пирожные на витрину и с какой заботой это делаете, я понял, что мне бы очень хотелось сфотографировать вас с процессе готовки. Я уверен, что эта концепция подойдёт, потому что.. Кехун вздохнул. - Потому что.. я думаю, что когда вы творите что-то своими руками, вы вкладываете в это всё самое светлое. Закончив, Кехун посмотрел на Донхва глазами маленького щеночка. Донхва смотрел ему в глаза и молчал несколько секунд, потом заговорил: - Как к вам можно обращаться? Кехун только что понял, что до этого момента даже не удосужился представиться. Он сложил ладони в замок, поклонился и сказал: - Извините, что не представился раньше. Я Кехун. "Я звал его по имени, а сам не представился.. Ох.. Надеюсь, он не воспринимает мою глупость как знак неуважения...". - Всё хорошо, не переживайте! - Донхва улыбнулся так, что все тягостные мысли Кехуна разом сгинули, - Кехун, я согласен, и мне приятно, что вы подумали именно обо мне, - Донхва поклонился, - и для меня честь временно стать моделью на ваших фотографиях! Но сначала мне нужно спросить у директора, можете ли вы провести съёмку. Донхва и Кехун ещё немного поболтали, обговорили детали возможно будущей съёмки. Во время разговора Кехун часто поправлял свои волосы и не знал, куда деть руки, на которых оставался невидимый след от кожи его собеседника. Их разговор вскоре прервался, так как Донхва нужно было работать. На улице, не прекращая, шёл дождь. Кехун вышел из заведения. "Отлично, сегодня вечером я встречусь с директором пекарни, обговорю всё, и если он одобрит мою затею, то завтра будут съёмки.. Я буду снимать Донхва..". В голове парня прокрутились воспоминания о недавней ситуации с мукой. "Внутри меня будто всё горело.. И он тоже покраснел.. Неужели ему было приятно? Я же просто убрал муку.. А мне?.. А мне тоже было приятно..". Кехун снова слегка засмущался. Он осмотрел свои руки, которыми трогал щёки Донхва. "Наверное, во время разговора с директором его не будет", - подумал Кехун. Он уже почти дошёл до дома. Будто в завершении, в его голове пронеслось: "Значит, мы встретимся завтра". Прошло около четырёх часов. Скоро нужно было выдвигаться в "Коко" на встречу с директором. Внезапно зазвонил телефон. Парень взял трубку. Оказалось, что это был Чан Джуван. - Добрый вечер, Кехун! У меня не особо много времени, поэтому я просто скажу как есть: господин Пак попросил передать тебе, что к тем фотографиям, которые ты сделаешь, нужно будет придумать названия. - Хорошо, Джуван, я понял, спасибо. Заведующий бросил трубку. "Названия.. - принялся думать Кехун, - надеюсь, я смогу придумать что-то стоящее".