После победы Наруто
Арена гудела. Толпа скандировала имя Наруто, а Третий Хокагэ с лёгкой улыбкой наблюдал, как мальчишка, в котором когда-то видели лишь носителя демона, теперь становится символом новой эпохи.
Саске стоял у выхода из арены, молча.
На его лице — ни радости, ни злости. Только холодная сосредоточенность.
Саске (мысленно):
“Он победил Неиджи. С помощью силы, которую сам едва контролирует. Мокутон… сила Сенджу… и всё же она слушается его. А я… даже свою собственную чакру не могу удержать в равновесии.”
Он прикоснулся к шее, где, под повязкой, скрывалась проклятая печать Орочимару.
Кожа жгла, как будто под ней ползали змеи.
Тишина за ареной
Наруто и Сакура нашли его позже, когда солнце уже клонилось к закату.
Он стоял у старого дуба, вглядываясь в горизонт.
Наруто: “Эй, Саске! Я же говорил, что смогу победить, да?”
Сакура: “Ты был просто невероятен, Наруто! Даже Хокагэ выглядел удивлённым.”
Саске повернул голову. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на зависть, но тут же исчезло за холодной маской.
Саске: “Хм. Повезло тебе. Но Неиджи — не я.”
Наруто (улыбаясь): “Это ещё посмотрим, когда дойдём до финала!”
Наруто не заметил, как на мгновение зрачки Саске сузились — печать слегка засияла под кожей, словно шепча что-то ядовитое.
Разговор с Какаши
Позже вечером, в тренировочном поле, Какаши встретил Саске наедине.
Солнце уже садилось, и длинные тени ложились на траву.
Какаши: “Ты был на арене сегодня. Видел, как сражался Наруто?”
Саске: “Да.”
Какаши: “Что чувствуешь?”
Саске замолчал. Его кулаки дрожали.
Саске: “Я… чувствую, что отстаю. Что он становится сильнее, а я… нет. Эта сила…”
Он прикоснулся к шее, и печать вновь зловеще пульсировала.
Какаши сразу понял.
Какаши: “Орочимару оставил в тебе свой след. Это не сила — это цепь.”
Саске: “А если она поможет мне отомстить? Если только так я смогу стать сильнее, чем Итачи?”
Какаши молчал, потом медленно поднял взгляд.
Его голос стал твёрдым:
Какаши: “Ты ищешь силу, чтобы разрушить. А сила настоящего Хокагэ — защищает. Посмотри на Наруто. Он не ищет силы ради себя. Он дерётся ради других. И потому он растёт быстрее, чем ты.”
Саске отвернулся.
Саске: “Ты не понимаешь. Ты не знаешь, что значит потерять всё.”
Какаши (тихо): “Ошибаешься. Я знаю.
Тишина между ними была тяжёлой, как сталь.
Ночь. Пробуждение печати
Позже, когда деревня уснула, Саске не мог сомкнуть глаз.
Он сидел на крыше, глядя на луну.
Голос Орочимару (в его голове):
“Ты чувствуешь это, Саске? Твоя сила… за пределами того, что тебе разрешили. Освободи её. Отринь слабость. Отринь их.”
Печать вспыхнула — черные линии поползли по коже, глаза Саске засияли красным.
На мгновение он почувствовал прилив мощи — дикий, неуправляемый, но соблазнительный.
Саске (сквозь зубы): “Нет… Это не моё…”
Но сила не слушалась.
Молнии пробежали по его рукам, деревья вокруг зашевелились от чакры.
Вмешательство Наруто
На крышу запрыгнул Наруто, встревоженный вспышкой.
Наруто: “Саске?! Что с тобой происходит?”
Саске резко повернулся. В его глазах — боль и ярость.
Саске: “Ты не поймёшь! Ты не знаешь, что такое быть слабым!”
Наруто (твёрдо): “Знаю. Каждый день. Но я не даю этому сломать себя.”
Они столкнулись взглядами.
Печать дрожала, чакра вокруг Саске бурлила, но рядом с Наруто она постепенно стихала.
Наруто: “Ты мой друг, Саске. И я не позволю тебе исчезнуть в этой тьме. Даже если придётся вытащить тебя оттуда силой.
На мгновение тишина. Потом Саске тяжело вздохнул и опустил голову.
Саске (тихо): “Тогда постарайся, Узумаки.”
Затишье перед бурей
Утро встретило деревню золотым светом.
Команда №7 снова стояла вместе — внешне как прежде, но под поверхностью что-то изменилось.
Сакура чувствовала напряжение между Наруто и Саске.
Какаши наблюдал молча — но знал, что впереди их ждёт выбор, который определит всё.
Какаши (мысленно):
“Двое учеников, два пути… Свет и тьма. Но пока пламя Наруто горит, у Саске ещё есть шанс.”