Эспрессо для демона

***

Кофейня встречала Лилию своей скромностью и нежной, совсем детской внешностью. Это было здание не больше двух этажей в высоту, белого цвета и обставленное снаружи большим количеством цветов, клумб. Среди них стояли 4 пары столов и у каждого по 4 стула, чтобы клиенты могли наслаждаться своим напитком на воздухе, глядя на кипящую жизнь города. Лилия предвкушающе улыбнулась, запуская руки в карманы. На её лице плясали солнечные зайчики, из-за чего она жмурила свои голубые, словно озеро, глаза. На девушке было нежно-коричневое пальто, белый шарфик, а из-под такого же берета выбивались светлые волосы с голубой прядкой, всё время стремящейся попасть ей в глаза. Палец подцепил связку ключей, и Лилия победоносно вытащила её из глубин одежды, прокрутив в ладони. Ещё раз с гордостью и особой любовью взглянув на них, а потом на своё детище - кофейню, она вставила ключи в скважину, прокрутив её до двух щелчков. Стеклянная дверь отворилась с приятным скрипом, скрежетом и кряхтением деревянных порогов, как бы встречая своего хозяина. Сладкий, шоколадный запах ударил в нос, завлекая девушку в родную обстановку. К нему примешивались тонкие нотки ванили и цветов, что активно росли во всевозможных местах. Девушка на момент мечтательно прикрыла глаза, представляя, как тут будет оживлённо, когда она будет известна, а после ловко юркнула в помещение, почти сразу же исчезнув за прилавком. Началась обычная рутина: сначала проверка температуры эспрессо-машины, а также её состояния - не нужен ли ей, случаем, ремонт? Потом Лиля брала тяжёлый и большой поднос с круассанами, от которых пахло терпким ароматом корицы и шоколада. Когда с выпечкой было покончено, начинающий кофевар натирала столики и расстилала на них чистые, свежие скатерти, разглаживая каждую складку. Только после этого она позволяла себе прибрать вещи и выпить чашечку собственного эспрессо, чтобы привести себя в чувства. Именно этим девушка и занималась, когда колокольчик на двери нежно зазвенел, оповещая о первом клиенте. Лиля стремительно развернулась с искренней и доброжелательной улыбкой: -Ах, миссис Канроджи! Я так рада вас видеть! - блондинка улыбнулась ещё шире, поспешно вытирая мокрые руки и подбегая к прилавку, - Чем обязана сегодня? Молодая девушка, кажется, чуть старше самой Лилии, села за самый ближний столик к витрине, кокетливо поставив дорогую сумочку на него, а потом поправив выбившуюся прядь тёмных волос: -Ну, прекращай! Будто я какая-то важная особа, а не обычный клиент, - она подмигнула кофевару, и залилась искренним смехом, стягивая перчатки. Лилия облокотилась на стойку, с улыбкой оглядывая счастливую Мицури. Да, хороший брак по любви сделал своё дело.. И тут она спохватилась: -Ой, ты же теперь Игуро.. Никак не могу привыкнуть, - цокнула девушка. Мицури лишь махнула рукой. -Молю тебя, избавь меня от этих формальностей! Ты же знаешь, я их на дух не переношу, - после девушка обратила внимание на цветы, - Кстати, как твои многострадальные орхидеи? Лилия закатила глаза и с нарочитым, шутливым недовольством ответила: -Гады настоящие - только притворялись! Вон, растут не по дням, а по часам! Непринуждённость нарушила тень, упавшая на порог. Перед кофейней остановился чёрный длинный лимузин. Из него вышел высокий, стройный и, на вид, важный мужчина. Сначала его лицо скрывалось за такой же чёрной шляпой, но после он приподнял лицо, явно оглядывая заведение Лилии. Лицо мужчины было бы чудесным, не будь оно испорчено таким холодом и неподвижностью, словно у каменной скульптуры. Его колкий и ледяной взгляд медленно прошёлся по прилавку, по названию кофейни - "Lily's Bloom", по внутреннему интерьеру, по улыбающейся Канроджи. Этот пустой, словно безжизненный взгляд, не выражал ничего, кроме базового презрения, которое всегда плещется в глазах мужчины. Лилия почувствовала его взгляд и поспешила отвернуться: ей не нравится этот надменный и самовлюблённый человек. Она пыталась оставаться невозмутимой, но на подсознательном уровне выпрямилась, а движения стали более профессиональными, плавными, нарочито растянутыми. Неизвестный наконец толкнул дверь, и колокольчик зашёлся в неожиданно громком, тревожном звоне, словно предостерегая Лилию и соглашаясь с её чувствами. За ним потянулся холод, который она почувствовала, и её горячая, искренняя душа отдалась неприязнью и напряжением. -Эспрессо. Без сахара и без лишней траты моего времени на пустые разговоры, - повеливающий и низкий голос раздался по всей кофейне. Было в нём что-то диктаторское, что-то, что презирает любого, кто не понимает всего доминирования этого человека. Было что-то в его ауре, из-за чего он максимально отталкивал от себя. -У нас нет такого понятия, как "трата времени на пустые разговоры". Может, вы имели ввиду приятное времяпровождение? - ловко ответила Лиля, вставая за аппарат и кинув на него невозмутимый взгляд. Он пересёкся со взглядом мужчины, который смотрел на неё прямо, прожигая своими безжизненными глазами. - Но эспрессо я вам приготовлю. Уверена, вам очень понравится "Эфиопия Иргачеффе". Его кислинка и цветочные ноты как раз подходят для утра. Брюнет не выразил никаких эмоций, но в его безразличных глазах вдруг промелькнула быстрая и мимолётная искра интереса. Интереса, который свойствен по отношению к подопытным животным. Но было в них и раздражение: девушка посмела предложить ему свой выбор, хотя по его интонации и группировке слов было ясно, что её мнение точно не интересует мужчину. Будничный и больше пренебрежительно-расслабленный тон кофевара подогревал это раздражение и презрение. -Я сказал, что хочу, и ваше мнение явно меня не интересовало, - уже серьёзнее произнес он, пройдя к самому дальнему столику и не без мимолётной брезгливости сев на мягкий стул. Лилия вежливо ответила: -Я не люблю, когда в моём заведении мне диктуют права. Вас никто не держит. Остаться здесь и насладиться эспрессо или уйти - сугубо ваш выбор, сэр. Наступила тишина. Но она не означала конца их поединка. Брюнет выжидающе и надменно поднял голову, и вьющиеся волосы подчеркнули его строгие черты лица, придающие мужчине ещё больше важности. Лиля неспеша приготовила ему напиток. Идеальной консистенции и, всё же, с душой, не смотря на их, мягко говоря, очень натянутое знакомство. Всё это время Канроджи заинтересованно смотрела то на неё, то на мужчину, медленно потягивая своё латте. Иногда её глаза округлялись, а моментам Мицури и вовсе предпочитала отвести взгляд, явно переживая за итог этой беседы. Фарфоровая чашка на тарелочке звякнула перед ним: -Пять долларов, - невозмутимо сказала кофевар. Брюнет молча достал из внутреннего кармана пиджака кожаный портмоне и положил двадцать долларов. Намёк был понятен как дважды два: "Сдача не нужна, сопля". Но девушка невозмутимо отсчитала нужную сумму, а оставшееся аккуратно положила около его чашки. -У нас здесь всё по-честному, - с улыбкой сказала она, после чего удалилась к кассе. Мужчина презрительно цыкнул, но всё же взял в руки кружку. Заманчиво пахло кофейными зёрнами, и он отпил совсем немного.. Но этого хватило, чтобы прочувствовать мастерство кофевара: эспрессо было идеальной температуры, не горчило, но и не было водным, а также имело характерную пикантность помола зёрен. Он залпом допил свой заказ, не желая оставаться здесь дольше, и, быстро встав, стремительно вышел из кофейни, поправляя свою шляпу. Хоть незнакомец ушёл быстро, но холод его подавляющей ауры ещё надолго задержался в помещении. Лилия вздохнула и подошла к столу, чтобы убрать чашку: деньги лежали на месте, но рядом также находилась визитка. На чёрном матовом картоне было написано лишь «Muzan Kibutsuji». Без номера, без адреса - только инициалы. Она взяла визитку и пальцы с лёгкой дрожью обвели золотистые буквы. Лилия перевела взгляд на окно: на противоположной стороне улицы он усаживался в лимузин. Их взгляды встретились. Мудзан не улыбался, не злился. На его лице не было ничего, и это не могло не пугать или напрягать. Лишь в глазах всё ещё плескался этот холодный интерес как к подопытной зверушке. -Странный мужчина... Ох, что-то мне он не нравится, - со вздохом заговорила Мицури, которую медленно отпускало от оцепенения из-за угнетающей ауры брюнета. Лили лишь промолчала, прочитывая одно и то же по несколько раз. Единственное, что она точно знала - её жизнь больше не будет прежней.