Голубое пятно

С самого поступления в Лаки Чармз Лололошку мучают разные кошмары, от которых бесячий будильник ранним утром кажется не наказанием, а глотком свежего воздуха. Каждый день спать хочется всё меньше и меньше, лишь бы не глядеть на очередной ужас. В очередном его сне, как по сути и нужно, он теряет контроль над собой, своим разумом и телом. Видя, как на Ло надвигается песчаная буря, его душат или убивают кого-то близкого прямо на глазах, он не может даже шевельнуться. Приходится смотреть на жуть, которую генерирует его мозг. И никак это не остановить. Единственное успокоение - всё, что видит Лололошка по ночам нереально, это выдумки, и студент это прекрасно понимает. Знает ведь, что проснётся и кошмары прекратятся, нужно только побыть терпеливым. Хоть Ло и страдает, он выполняет потребности своего организма и всегда ложиться спать, сколь бы не хотел смотреть на ужасы. Как и сегодня: после мероприятия в волонтёрском центре особенно чувствуется отсутствие сил. Руки в мозолях от деревянных коробок, на ногах следы от кошачьих когтей, которым не досталось добровольного угощения из-за не менее голодных товарищей. Пока измотанный Лололошка падал на кровать в общежитии, он отчётливо чувствовал, как затягиваются сегодняшние царапины. Быть может, это какой-то вселенский знак, вроде «здоровое тело - здоровый сон»? Если Лололошке удастся сегодня хорошо поспать, завтра он будет самым счастливым человеком во всей реальности. Укрывая всё тело, кроме ног, одеялом, Ло подкладывает руку под подушку и ложится на бок. На удивление, его сознание тотчас спадает набок. Стоило только на пару минут закрыть глаза, как нагрянул сон. Ненадолго.

***

Лололошка просыпается в густом лесу. Темное природное пространство освещают только светящиеся бирюзовым растения. Парень вскакивает, чувствуя под пальцами самую что ни на есть естественную траву. Он несколько раз моргает, потирает глаза, потом опять моргает, но лес никуда не исчезает, а растения продолжают его освещать. Похоже, именно они осветили Лололошке мысль: «в смысле он просыпается?». Ло вздрагивает, однако опять кладёт руки на траву и смотрит уже вниз, на свой живот и ноги. Первое, что он замечает - он не в своей одежде. Спасибо, что вообще в одежде. Чёрный пояс, чем-то напоминающий тугой, но мягкий браслет, сжимает талию. Ниже него проглядываются края молочной рубахи, а не толстовки, в которой Лололошка изначально лёг спать. На удивление, его солнцезащитных очков не было нигде поблизости. Наклоняя голову вбок, он замечает ещё и не свою обувь на ногах: какие-то серо-коричневые ботинки с фасоном кроссовок, где вместо шнурков вшиты два светящихся шарика. К сожалению, их свечение не настолько сильно, чтобы избавиться от лесного мрака. Оголённая шея навевает пустоту. Только после осмотра остальных предметов одежды Лололошка замечает отсутствие дорогого для себя предмета. Неужели с ним нет не только очков, но и шарфа, который гораздо ему ценнее? В небольшой тревоге он оглядывается по сторонам, и в одной из замечает свой шарф. Тревога несколько утихает… и возвращается в двойном размере, когда Лололошка подползает к шарфу ближе, разворачивает его, а он оказывается в два с половиной раза длиннее его повседневного. И что делать с такой громадиной?! Обвязать шею не получится - жарко, да и обычной верёвкой удушиться легче. Обвязать вокруг пояса также не вариант - шарф будет волочиться по земле и собирать всю грязь, огромен шанс о него споткнуться. Но ведь тащить в руках или оставлять шарф здесь Лололошка тоже не будет! И тут в голову закрадывается идея. Сегодня, около промышленного района Хэнфорта, Лололошка видел выпускников, которые шли сжигать свои выпускные ленты. Некоторые держали их в руках как трофеи, некоторые были готовы растоптать их прямо тогда. … Выпускные ленты, точно! Конечно, этот шарф гораздо длиннее и плотнее предполагаемого куска атласа, но ведь никто не запрещал создать похожий фасон. Сидя на траве, завязывать шарф было неудобно. Пришлось встать и продолжить дело, хмурясь от мыслей. «Видя кошмар, Лололошка не может даже шевельнуться» - либо его пока не окутывает такой сильный страх, что вводит в оцепление, либо это не кошмар вовсе. Обе теории не нравились и не успокаивали. Они значат, что либо кранты настанут попозже, либо это какой-то странный осознанный сон, который появился из ниоткуда. Спокойнее, Лололошка, поддерживает он себя, это всего-лишь отголоски дурной фантазии. Ты в любой момент сможешь начать щипать себя как угорелый, чтобы проснуться, не боясь, что тебя увидят и засмеют: соседи по блоку в других комнатах, с тобой же никто не живёт, Ло. Делай, что хочешь. Лололошка решил пойти изучать местность, наконец затянув несколько узлов шарфа кажется на том боку, на котором уснул. За один недолгий осмотр он вынес вердикт: во сне любые физически невозможные вещи кажутся логичными. Например, ему было мягко говоря всё равно на то, что пространство вокруг изменялось прямо на глазах. Сделает он шаг - увидит перед собой три дуба. Поправит после шага волосы - и перед ним уже двенадцать стульев. Заканчивая ходьбу по неровной тропе, Лололошка проходит дальше, заходит глубже в лес и находит странный свет. Он неторопливо шагает ближе и осматривает объект. Невысокие тающие аленькие свечи, да не просто непогашенные, а еще и, видимо, зажженые совсем недавно. Лололошка хотел подобрать её, ибо освещение здесь было просто ужасным, но к свету сразу подбежала стая громко лающих гончих. Настроены те явно не дружелюбно. Лололошка безоружен, перед его глазами меняется пространство, так что нападать на бешенных зверей он не собирался. Решил обойти, и не зря. Спрятавшись за кустом со странными семицветными цветами, Лололошка стал наблюдать за гончими и заметил кое-что. Свечи, казалось, нацеливали на путь. Именно этот путь загораживали гончие, своими дряхлыми, чуть ли не сгнившими телами не давая наглядеться на свет. Убедившись, что он не замечен, Ло выходит из под кустов и идёт по новой тропе, находя хижину. В ней горит тот же яркий свет, что и на недавно увиденных «путевых» свечах, но свеча одна, в хижине. Лололошка обрадовался: вдруг она принадлежит какой-нибудь живой душе, которая не захочет на него напасть и будет рада рассказать, что здесь вообще происходит? Если найдётся компаньон, необязательно даже человеческой расы, сонному спокойствию не будет предела. Лололошка идёт мелкими шагами, быстро оглядываясь по сторонам и возвращаясь к поверхности под ногами: мало ли, вдруг его мозг сгенерирует яму или ловушку, и Ло попадет в нее? Рисковать не хотелось, а изучить хижину - ещё как. Поэтому неспешный ход продолжался до того момента, как студент дошёл до порога. И стоило только начать смотреть на небольшую лестницу, как хижина исчезает, а вместо неё появляется тёмная фигура ростом с Ло, быть может чуть ниже. Её края светятся, как будто обводя её по контуру. Именно поэтому заметно, что эта фигура скорее всего принадлежит человеку в капюшоне. Лололошка подходит ближе - незнакомец никак не реагирует, словно даже не слышит. Ло протягивает руку, и фигура исчезает. Даже без какой-нибудь дымки, без пыли, просто пропадает, будто испорченная голограмма. Ло в замешательстве. Он медленно опускает руку вниз, и когда она ещё не доходит до пояса, со спины доносится голос.

— Что, первый раз здесь? - У голоса меняется тональность от каждого слова, но разобрать речь возможно. — Где? - Лололошка вздрагивает и оборачивается. Перед ним - та малознакомая фигура. Всё-таки человекоподобная, догадки верны… хотя голос у этого существа странный. Лица не видно из-за местной темноты, зато отчётливо видна бледная рука, что держала свечу. Такую же, что была в хижине или из которых был выстроен неизвестный путь. — Значит тоже не понимаешь, что происходит… — Нет, - Лололошка максимально лаконичен. Он даже не знает, правильно ли то, что мозг не хочет убирать эту фигуру или деформировать (не считая голоса), как остальные объекты пространства. — Я знаю кое-что про Сознание. А ты? Знаешь, что это? — Это… восприятие окружающей действительности. Фигура вздыхает - напоминает неуклюжий и измотанный стон. Разве Лололошка сказал что-то не то? — Несмешная шутка. Сознание - место где-то неподалёку, как я понял. И это место, где нельзя мыслить настолько буквально, как сейчас делаешь ты. — Но я знаю, что я в собственном сознании. Разве это не место? Не одно и то же? - начинает спорить Лололошка. С чего бы это фигуре наезжать ни с того, ни с сего на правильное объяснение слова? — Нет, - страдальчески сказала фигура, - ещё раз: не мысли буквально. Может ты и хозяин этого места, но явно не полностью. — Почему? — Если бы ты им являлся, то давно бы остановил это долбанное постоянное перемещение вокруг. На этой фразе голос фигуры начинает уравновешиваться, постепенно прекращая рябеть и показывая полный недовольством тон. В отличие от пространства вокруг: деревья, кусты и облака продолжают хаотично метаться, иногда даже настолько быстро, что те размываются в движении. — Так ты тоже это замечаешь? - начинает Ло. Надежда мерцает в нём также ярко, как свеча в руке незнакомца. — Ну конечно. Я не слепой. — Правда? - сказано с усмешкой. Фигура подносит свечу к лицу. Теперь освещается не только подбородок максимум, но и прочие черты лица. Лололошка ожидал увидеть дьявола, призрака, но явно не человека, который выглядит невыспавшимся, задолбанным жизнью и хмурым то ли всегда, то ли касательно их нынешнего положения. Перед ним стоял самый обыкновенный парень, в синих глазах которого виднелся огонёк свечи. — Правда, - упрекнул он. — Я… Эм, рад за тебя, - Лололошка проморгался, ожидая, что незнакомец перед ним - всё-таки обман зрения. - Как тебя зовут? — Я Дилан. Что я здесь делаю я и сам не знаю, к твоему появлению непричастен. А ты кто? — Лололошка. — Необычное у тебя имя, «Лололошка». Хотя, наверное, здесь у всех такие, - Дилан ухмыляется. - Для этого места скорее странным буду я. — Как по мне, ты выглядишь достаточно обычно. — Именно из-за этого я и буду выглядеть странно. И не поспоришь. — А ты уже успел познакомиться с кем-то кроме меня? — Разве что какой-то бородатый старик заворошил мне голову загадками и подарил мне это, - Дилан опускает свечу ниже, и лицо снова гаснет в тени, - протянул мне, сказал, что «надежды на свет» сейчас почти ни у кого не осталось, что мне нужно бережно хранить вот это. А потом произошёл неописуемый бред, в который я поверил. Капец. Хочешь покажу? — Да, - мигом ответил Ло. Почему-то хотелось верить Дилану. Наверное, это засчёт того, что он единственный, кто в этом таинственном лесу кажется безопасным, кто не хочет наброситься и отобрать то, чего даже нет. По таким критериям Лололошка хотел найти себе компаньона. Пусть те не сильно знакомы, в странном сне хотелось цепляться за любую неподозрительную особу. Дилан вытягивает руки со свечей вперёд и взглядом намекает Лололошке сделать также. Свечи у него нет, так что Ло лишь кладёт ладони под руки Дилана. Они дёргаются, но свечу не опускают, скорее наоборот - поднимают её вверх. Руки Лололошки непроизвольно тянутся за ними. Свеча начинает сиять ярче, а вокруг огонька кружится гамма разных цветов, постепенно вырисовывая пёстрое сердце. Подержав свечу и руки Дилана ещё несколько секунд, Лололошка стал понимать, как начинает чувствовать тяжесть, которой не было до их эксперимента. Дилан отводит свет к своей груди, но полностью он не уходит. Ло щурится и замечает, что в его собственных руках появилась такая же свеча. Лололошка вскидывает бровями, не в силах хоть как-то воспринять произошедшее. — Не удивляйся тем странным лучам. Ну… я про сердце. У меня с тем мужиком вышло абсолютно также, - стеснительные слова Дилана заставили покачать головой, желая опомниться от недоумения. То радужное сердце - последнее, на что Лололошка способен обратить внимание. — Что ты сейчас сделал? - Ло больше не щурится. — Можешь считать, что я всего-лишь улучшил тебе видимость. - пауза. - И запомнил тебя на всё измерение. — Запомнил? — Ты вообще ничего не понимаешь? - Дилан закатывает глаза. - Ладно, проще говоря, мы создали копию моего Света и теперь мне легче будет найти тебя в случае чего, как и тебе, потому что это пристанище вроде как построено на взаимопомощи, - он морщится. — Напоминает концепцию дружбы. Значит мы теперь друзья, Дилан? - на самом деле, Лололошке достаточно одного только согласия на сотрудничество. — А если бы тебе эту штуку дал какой-нибудь ворюга? Ты бы тоже посчитал его своим другом? — Нет, - Лололошка пожимает плечами. — И на том спасибо, - Дилан оглядывается. - В общем, я вот что вспомнил. У передачи этой восковой фигни есть своё название. Надежда на Свет, про которую мне бубнил бородач. То есть, это не чувство надежды, как может показаться тебе и показалось мне тогда, а целое действие. Эн-эн-эс лечит и запоминает. Дальше… Свет, то есть штука в твоих руках, не просто освещение, а лечебный оберег и способ запомнить души вокруг, - Дилан замолкает и хмурится. - Почему-то у меня создаётся ощущение, что ты хочешь спросить «а почему Свет, а не свечка?», - чёрт, это действительно так! - И я отвечу: я впервые думаю о слове «свечка» и не имею представления, почему оно приходит на ум. Так тебе стало яснее? — Да. Но почему ты не знаешь слово «свечка»? Это же название предмета, который находится у тебя в руке. — В руке, значит, - Дилан с недоверием осматривает чужую свечу, затем и свою, - для тебя что, имеет значение уменьшительно-ласкательная форма? Свет, Свечка, одна и та же дичь. — Не сказал бы, что одна и та же, но давай лучше остановимся на «Свете», чтобы не запутаться. Дилан угукает и уже какой раз оглядывается по сторонам. Он, видимо, не знает, что делать дальше. В этом плане Лололошке повезло больше. За время их диалогов ни разу не было слышно и видно знакомых гончих - значит ли это, что они ушли? Или мозг посчитал нужным убрать их, как делает это с аспектами окружения? С освещением и напарником проверять такое гораздо безопаснее, так что решение начать новый диалог с предложения о поиске вызвало некоторый соблазн. — Эй, Дилан, - зовёт Ло, - а если мы соберём много Света, мы сможем раздать его? Ну, заняться массовым ННС? — Не думаю, что здесь есть нуждающиеся. Кроме нас, конечно. Согласись, нам он нужнее, как минимум пока мы не нашли кого-то ещё. Да и Свет бывает разным, не каждый пойдёт для раздачи. — Разным? — Да. Первый тип - тот, что мы держим сейчас в руках. Второй - маленький и тонкий по форме, всегда находится в группе из примерно пятнадцати таких штук. Он красный, подобрать нельзя. Поверь, я пробовал, а в итоге собрал какие-то мелкие огоньки и на этом всё. Я отделил ещё и третий - вот эти мелкие огоньки, которые я упомянул только что. — Ого. Пока что я тесно знаком только с первым. Хотя мне кажется, что я уже встречался со вторым типом. О выдуманном третьем впервые слышу. — Успеешь ещё наверстать… К сожалению. — Почему к сожалению? — Не нравится мне здесь, от этого вообще ничего не хочется знать, - Дилан складывает руки на груди и тем самым чуть не поджигает свой капюшон, - темно, запах ужасный и очень-очень холодно. — Про темноту согласен, а про остальное нет. Лололошка не соврал. Запах он не чувствовал возможно потому, что спал и осознавал это, а в его комнате точно не пахло какой-нибудь вероятной гарью от Света или лесом. Холод - по той же причине, ведь заснул он в тепле (пусть и не укрывал ноги одеялом). — По ощущениям, ты одет теплее меня. Странно, что тебе холодно, а мне нет, - Лололошка задумчиво осматривает Дилана, - слушай, а может… - парень начал развязывать толстый узел шарфа. Когда он извивается во всю длину, Ло смело накидывает шарф через две шеи, - свою и Дилана, и по максимуму обматывает. Спутник явно недоволен затеей. — Мне нечем дышать. - голос был сдавленным из-за шарфа прямо у рта. — Но тебе тепло? — Мне нечем дышать, Лололошка! - одной рукой Дилан стал развязывать шарф, - лучше замёрзну, чем задохнусь. Серьёзно, мне не нужна помощь. — Прости, не буду так больше. Давай лучше осмотримся? — Другой разговор, - вот этой идеей спутник, кажется, вдохновился, но хмурая гримаса осталась. Лололошка кивает, взбодрённый одобрением, и начинает вновь завязывать шарф как ленту. Дилан же снимает капюшон, показывая всему сонному измерению свою растрёпанную тёмно-коричневую голову, и расхаживает в разные стороны. Ничего, кроме появляющихся и исчезающих деревьев, он не замечает. — Нам нужно двигаться дальше, желательно побыстрее, - заявил он, - от этого лесного перекоса мы только сильнее заблудимся. — Кстати об этом… В самом деле, Дилан предложил самый лучший вариант о дальнейших действиях, к которому Лололошка также хотел подвести, но похоже не успел. Ему захотелось рассказать о стае гончих и Свете, что они охраняли. Судя по рассказам Дилана, это не тот Свет, что Ло и Дилан держат в руках и не тот, который собирается из крупиц. Это тот красного цвета, что никогда не найдёшь по одной штуке. Стоял выбор между рассказом о найденном Свете и рассказом о найденном Свете с упоминанием гончих. Если так подумать, единственное, что сможет сделать Дилан, так это наговорить пару ласковых зверям, и они об этом даже не узнают. Первое впечатление о парне заставило вынести данный максимум, поэтому Лололошка всё же решил рассказать всё. — Я видел красный Свет ещё до момента встречи с тобой. Он создавал какой-то путь, но я по нему не пошёл, - получив вопросительный и в то же время осуждающий взгляд, Лололошка мигом решил продолжить повествование, - потому что его охраняла стая гончих. У меня нет ни сил, ни оружия, ни брони, чтобы противостоять им, поэтому я просто ушёл. — Предлагаешь пойти к тому месту? А ты уверен, что искажение не помешает? — Ты слишком волнуешься по поводу него. — Потому что до твоего появления всё было нормально. И эта фраза накрыла разговор удивлённой завесой. Как это не было? Чем же Лололошка особенен, что именно после него начались глобальные проблемы в восприятии окружения? А чем особенен Дилан, раз подхватил неприятности только после определённого момента - появления Ло? Подхватил бы он, не встретив Лололошку? Много вопросов и мало ответов. — И хочу понять, как нормализовать всё обратно. Я не знаю, связано ли это с нами, но однозначно связано с тобой, - Дилан как будто прочитал навязчивые мысли напарника. — Возможно просто вопрос времени, - Ло кивает сам себе. - Так что насчёт похода туда? Взглянем одним глазком и пойдём дальше, обещаю. — Да можем и не одним. Мы никуда не спешим. — Отлично. Тогда пошли!

***

Силуэты путников полностью сливаются с лесной пучиной. Их отделяет лишь Свет, полирующий края фигур. В отличие от нового знакомого, Лололошка бы хотел себе больше компаньонов, понятно почему. Вокруг такой мрак, что, казалось бы, ни одной луной он бы не рассеялся, но чем больше лиц, каковым безопасно доверять, могло быть поблизости, тем больше бы росла Надежда. А вместе с ней и надежда, конечно же. По пути к тропе Ло нравилось фантазировать, что он и Дилан - посланные кем-то мудрым дети света, неизвестно от каких причин и ради каких результатов. Сказочные ощущения, честно говоря. Во сне фантазия имела куда бóльшие просторы, а значит и плоды для витания в облаках. Какие только сцены Лололошка не успел выдумать! Он представлял себя рыцарем с легко развивающимся шарфом за спиной (всё-таки на шее, не столь длинным и туго завязанным, как сейчас), мёртвой тушкой огнедышащего когда-то дракона на плечах и добрых друзей, что тянут свечи вверх за храбреца. Где-нибудь подальше от основной толпы возможно стоял бы Дилан, одной ладонью держа Свет, а второй хлопая своё предплечье. От отрадной мысленной волокиты стали подкашиваться ноги. Лололошка однозначно замечтался, а за этим не заметил, как поднялся сильный ветер, - хотя странно! В лесу такое редко, - и стал сдувать его назад. Ноги подкосились сильнее и от порыва спасти не смогли, направляясь назад. Дилана тоже стало сдувать. Оба прикрыли рукой пламя, чтобы максимально сберечь. В этих снах, конечно, приятно то, что жар от Света не почувствуешь, максимум - тепло для реалистичности, но неприятно то, насколько сильны ощущения давления. На секунду Ло кажется, что он видит ветряные вихри, но ошибается и спотыкается о камешек, по инерции наклоняется вперёд, но мигом сдувается назад и спиной ударяется о жёсткую неровную плиту. Он сжал Свет посильнее - чтоб уж наверняка не выпала. Как только Дилана занесло поближе, Лололошка принял роль утопающего, то есть схватил его за плечо и потянул падать за собой. Тотчас начав возмущаться, Дилан и Лололошка рухнули на землю, а второй в последнюю секунду успел поймать Свет Дилана. Стоило только им обоим упасть, как ветер превратился, словно только провала в буквальном смысле и ждал. Дилан сильно нахмурился и принялся пробовать встать. — Вот же ж лоший… - завздорил Дилан. — Кто? - перебил Лололошка. — Ветер, - он гладит лоб, - и ты тоже. Как раз с твоим именем созвучно, - Дилан быстренько раскинул мозгами, откуда вообще знает слово «лоший». — А я почему? Я, вообще-то, спас твой Свет. Лололошка протягивает напарнику почти потухшую свечу. — Герой, - Дилан закатывает глаза и отнимает свой Свет, - не хватает только твоего развивающегося шарфа сзади. Как жаль, что ветер стих. — Давай мыслить более оптимистично, Дилан… Зато нас больше не будет сносить! — Это пока. Кто знает, может, это были ещё цветочки. — Тогда наша задача - не найти цветочную поляну. Дилан слегка отворачивает голову, улыбаясь, даже посмеиваясь над удачной игрой слов. Затем поворачивает обратно и протягивает ладонь, чтобы помочь Лололошке встать. Сколько бы он не злился, союзник выглядел больно измученным, поэтому и захотелось помочь. К этому времени Ло уже стоял на одном колене и чисто теоретически мог встать сам, поэтому не принял руку Дилана. — Обо что ты вообще споткнулся? - спросил Дилан, пряча ладонь за спиной и осматривая свечу. Пытается придумать, как сделать Свет ярче, так как от падения он сильно затух. — Сначала о камень, потом о какую-то… плиту? Не рассмотрел, но очень больно стукнулся спиной об эту штуку. — Спиной, значит… - Дилан разворачивается на 180 градусов, - «эта штука» здесь. Лололошка оттряхивает грязь и сажу с колен, осматривая спину Дилана. Она неинтересная. Так что Ло подходит к напарнику и глядит на негодницу, из-за которой сейчас страдают позвонки. — Ты был прав, это плита, - говорит Дилан. — Гляди, на ней что-то написано. Дилан наклоняется, а Лололошка садится на корточки. Они замечают, что на плите крупно и криво нацарапаны слова «ВНУТРИ ТЕБЯ ГОРИТ ПЛАМЯ». Потребовалось много усилий, чтобы развидеть последнее слово. Оно было особенно неаккуратным, как будто написанным в спешке. — И что это значит? - озадаченно спрашивает Дилан. — Помнишь сердце, которое появилось от нашей Надежды на Свет? - наконец-то появился нужный момент, чтобы вспомнить явление! Несколько минут назад было явно не до этого, зато сейчас момент уж очень подходящ, - Сердце как орган находится в грудной клетке. Может, это намёк на то, что внутри нас есть Свет? Формально говоря в груди? — Слишком замудрённо. Но даже если есть, думаешь, его бы хватило на то, чтобы зажечь вот этот Свет заново? - Дилан поочерёдно кивает в сторону двух блёклых свечей. — Я думаю его достаточно даже на несколько экземпляров. Прежде чем встать, Лололошка проводит рукой по больной спине. Поднимается и видит, что на рассматриваемой плите, сверху, красный Свет. И вновь Ло встречает его, но теперь не в разговорах и издалека, а реально, прямо перед собой. Ло зовёт Дилана по имени, отчего и ему приходится встать, потом указывает пальцем на алую группу. Синие и голубые глаза пары парней загораются также ярко, как пламя на фитилях. А это пламя выглядит таким необычным, словно это вовсе не оно, а кристалл. Как какой-то червонный сапфир, что встретишь только в ожерельях. Выглядит так, словно огонёк можно забрать себе. Идея украсть эту красоту выглядит как искушение, поэтому Лололошка протягивает руку к Свету. Медленно, но уверенно. — Что ты делаешь? - презрительно интересуется Дилан. — Собираю. — А ты не думаешь, что это делается по-другому? — Как? - Лололошка ненадолго приостанавливает движение руки. - Пока говоришь, дай мне всё-таки попробовать. Лололошка касается ближайшего огонька кончиком пальцев. Они не обжигаются, и это приятно тешит. Но и подцепить, оторвать от фитиля не выходит - всё-таки это пламя, хоть и чутка нестандартное. — Я же рассказывал тебе про три типа Света, - начинает Дилан. - Про наш, красный и такой крупитчатый. Мне кажется, что ты щас пытаешься собрать как раз-таки крупитчатый. — Если честно, я уже забыл, что ты говорил, - признаётся Лололошка и убирает руку с багрового Света. — Неудивительно… - Дилан цокает языком и подносит не руку, как союзник, к пламени, а Свет в руке. Огонь загорается, а его яркость возвращается к изначальной. - О. Попробуй-ка ты, здесь осталось немного. Лололошка быстро приходит в себя от новой информации и судя по всему новой техники выживания здесь, поднося Свет к группе. Точно такой же эффект, что и у Света Дилана. — Отлично, - протягивает Ло и смотрит на Дилана, - мы справились с проблемой. — Да, мы молодцы. Но какой ценой? — Моей спиной, - Лололошка шутит, но это оказывается правдой. — Ага, - кивает Дилан, - ты… как вообще? Мне немного жаль твои позвонки. — Ничего особенного, почти прошло. — Ну обалдеть. Я думал, что ты чуть кости себе не расшиб. Везёт. — Чепуха. Спина действительно ещё болит, но Лололошка не хочет заставлять Дилана волноваться и уж тем более жалеть его. Даже если Дилан ненастоящий, даже если на самом деле сознание решило не ставить его под сочувствие. — Полагаю, здесь всё. Давай искать дальше? - предлагает Ло. — Окей.

***

Видимость из-за деформации леса становилась хуже с каждым шагом. Единственная вменяемость держалась на Дилане - и ведь даже он некоторое время назад пасовал изменениям, сам был с непостоянным голосом. Но теперь он такой же непоколебимый, как и Лололошка, что не могло не успокаивать. Неизвестно сколько времени прошло в молчаливой ходьбе, но Ло с Диланом отыскали то, что усердно пытались выудить из сегодняшнего проклятого сна. На пустынной тропе, оставленной от жестокой деформации, гончих не видно и в помине, зато пунцовыми искрами переливались несколько рядов красных свечей. Лололошка моментально замедляет шаг, позже совсем останавливаясь, не веря своим глазам. Хотя если так подумать - здесь своим глазам и вправду лучше не верить. — Дилан, видишь? Там, чуть дальше? - подзывает интерес Дилана Ло. Дилан также останавливается и щурится, чтобы что-то увидеть. — Не-а. Из-за деревьев ни черта не увидишь. — Ладно, давай подойдём ближе… Всё тело уже трепетало от находки. И ведь идентичную группу компания находила у плиты, но она не доставляла той радости, что доставляет другая сейчас. Ло трогается с места с той же быстрой скоростью, с которой он и Дилан бродили по лесу. Последний отставал, но не сильно. Всё-таки в нём легко удалось пробудить любопытство. Уже совсем около красного Света движение замедляется. Лололошка просчитывает вероятность вылета из кустов нечто похлеще стаи гончих, поэтому идёт теперь осторожнее, пусть всё так же уверенно - после своих прошлых многочисленных кошмаров он привык действовать аккуратно, учитывая всевозможные угрозы. Дилан спокоен как никогда. Может, до появления Лололошки на него нападали и он привык к опасностям? Хотя, по нему не видно. Да и хотелось верить, что он бы рассказал в случае чего. Хотелось верить, что на него вообще не нападали. Последний шаг - из кустов ничего не выскакивает, никаких шорохов или сомнительных звуков, кроме звука шагов их же обуви; Свет, как красный, так и бледный в руке, утомительно согревает. Хотеть спать во сне даже приятно - каждой клеточкой чувствуешь расслабление, ведь всё желание мигом сводится на «нет» засчёт буквального нахождения во сне. Лололошка наклоняет руку со Светом к пламени, но оно не собирается. Лололошка хмурится, Дилан тоже. Ло смотрит на Дилана, мол, попробуй ты тоже, и союзник пробует - таким же образом вытягивает Свет и ничего не получает. Какой-то это поломанный первый тип, раз с него невозможно собрать огоньки. Недоумённо пожимая плечами, Лололошка садится на траву и с мелкой надеждой смотрит на коралловое сияние. Красивое, но очень уж хочется подобрать, не ограничиваясь наблюдением. Ведь Ло знает, что свечи здесь горят не для красоты - у их света, или можно даже сказать Света, материальное предназначение. И что же делать тогда, когда пространство перед собой невыносимо быстро меняется, и соответственно никак это место не запомнишь? Не упускать ведь подпитку для Света даром просто из-за незнания? Это же бред. Сдаваться не собирался ни Ло, ни Дилан. Дилан держит подбородок свободной рукой и всё щурится, как тогда, когда стоял поодаль. Неплохо бы знать, что у него на самом деле есть примерный план и он тоже во время ходьбы занимался подбором всевозможных вариантов исхода событий, а не шёл напролом. Но, судя по всему, задумываться тот стал только сейчас. Ничего, Лололошка подождёт - ему и самому славно сейчас помозговать. А ещё Ло действительно нравилось тепло, исходящее от Света. Оно ощущалось безопасно. Вроде бы перед ним всего-лишь небольшая гурьба огней, однако она оберегала, кутала и чего только не делала, чтобы душа Лололошки отдыхала. Отдых - то, что мы должны получать, когда ложимся спать, и если Ло утром очнётся таким же расслабленным, как сейчас, ему определённо захочется, чтобы этот сон повторялся. Он даже позволяет себе умиротворенную улыбку. Поджав к себе колени, он наклоняется к Свету поближе, пока не чувствует резкую обжигающую боль в грудной клетке. Лололошка тотчас отпрыгивает и краем глаза видит, что Дилан тоже дёрнулся. Позже оба бросают взгляд на Свет в руке Лололошки - всё такой же яркий, но насыщеннее не стал. Зато тело обдало ужасным жаром, пусть и кратковременным. Ло поднимается на ноги и изучает себя - также ничего необычного. — Эй, Дилан, - он смотрит на напарника, - что-то было? — В тебя впился тот гадский Свет. Буквально. — Оу, - Лололошка положил ладонь себе на грудь. Немного печёт, но не до боли. — Ты не там ищешь, - Дилан подходит ближе и тычет пальцем в место где-то ниже лёгких, - вот здесь оказалась эта херня. Дилан отходит, а Лололошка перекладывает руку на указанное место. — Значит всё-таки я был прав о том, что внутри нас тоже есть Свет, - шутит Ло. - Подобрался ведь. Правда как-то негативно. Дилан изнурённо вздыхает, но уголки губ всё равно поднимаются вверх - горькая правда была донесена изумительно. — Тут каждое пламя погасло, значит ты забрал всё, - оповещает он. - Какого фига ты вообще забрал, а не твой Свет? Лололошка молча пожимает плечами. Если не обращать внимание на странный напор от болевой точки, Лололошка продолжал чувствовать себя спокойно, расслабленно, так что строить догадки с Диланом вообще не хотел. Успеет подумать на досуге, но не сейчас. — Лучше пойдём отсюда, - предлагает Лололошка. — Опять? У меня ноги отвалятся скоро. Да и здесь норм место, тебе не кажется? — Норм, но нужно прогрессировать. К тому же, гончие могли положить глаз на это место и вернуться когда угодно. — И это я ещё волнуюсь по поводу изменчивости пространства, когда ты так часто упоминаешь зверюг. — А что остаётся делать… - только сейчас Лололошка опускает руку, - лес успокоится, и больше никаких изменений, я уверен. Когда угомонится он, тогда и появление гончих сможем предугадать. А если лес не успокоится, Лололошка просто проснётся. — И кстати, такое может быть только в лесу, - предполагает он. - Если пойдём дальше, можем убедиться. — Если пойдём дальше, я сдохну на половине пути. — Понесу твой труп на руках. Только давай всё-таки обойдёмся без смертей, Дилан. — Это решится без моего участия. Лололошка фыркает и в итоге двигается вперёд, от тусклых багряных свечек, а Дилан, немного спустя понимающий, что у него нет выбора, ступает за спутником. Долго идти не пришлось - дуэт вышел на обрыв. Именно на нём оканчивался лес. Лишь здесь расступались деревья. Очевидно, расходилась и земля под ногами - чем ближе та была к обрыву, тем короче и бесцветнее становилась трава. Лололошка извлёк некоторый урок и больше садиться без повода в этом сонном измерении не желал, а вот Дилан с удовольствием свесил ноги с обрыва и уткнул челюсть в ладонь. Он устал, явно хочет покоя, но Ло никогда не узнает, хочет ли он сейчас компанию или ему было бы лучше одному. Опустив свой Свет к поясу, Лололошка решает начать новый разговор. — Как скоро мы сможем найти ещё людей? - спрашивает он, как будто Дилан знает ответ. Но Дилан своим видом только выражает максимальное пренебрежение. — Я хочу встретиться с тем бородатым, - планирует он. - Уж больно загадочный тип. Он меня выбесил этим, поэтому я был рад, что наша встреча короткая, но щас я уже не настолько счастливый. Я бы обкашлял с ним пару вопросов. — Например? — Что это вообще нахрен за место и почему ты утверждаешь, что ты его хозяин. — Второе ты можешь узнать у меня. Дилан поворачивает голову к Лололошке. — Почему ты утверждаешь, что ты хозяин этого места? - Дилан не колеблется. — Я попал в это место, когда уснул совсем в другом. — Пил, что ли? — Не ровен час, Дилан… - Лололошка качает головой, - всё вокруг - мой сон. По сути ты тоже. — Ясно. Лололошка был уверен, что Дилан будет шокирован, но он и глазом не повёл. Сто процентов ведь он не думал об этом варианте, тогда почему вообще никак не отреагировал? Наплевал? — Смотри, небо розовое, - Дилан убирает руку из-под челюсти и указывает ей на небо. - Класс. — Когда я появился, оно было чуть ли не чёрным. — Есть момент, - ладонь Дилана расслабляется и укладывается на колено, - но неудивительно, тут ведь идёт время. — Хотелось бы встретить часы. — Такую мощь можно увидеть только в городе. Я вообще не могу сообразить, есть ли здесь что-нибудь, кроме бесконечных лесов. — Необязательно искать город. Может, мы найдём свалку, а там и часы. — Да? Тогда, Лололошка, будешь лезть в горы мусора самостоятельно. — Ну а ты? Уйдёшь? — Буду смотреть и молча поддерживать. Точнее надеяться, что ты не свалишься и не придётся переться на помощь. — Никто ведь не заставляет мне помогать. Я не обижусь, если ты в таком случае останешься бездействовать. — Спасибо за информацию, обязательно ей воспользуюсь и намеренно оставлю в барахле. Лололошка улыбается и отводит взгляд, что так упорно оставался на Дилане, в небосвод. Облака и месяц ласково пробегали сквозь солнечные лучи - неясно, почему вообще месяц виден сейчас, но Ло, опять-таки, это не волновало, ибо «во сне любые физически невозможные вещи кажутся логичными». Главное, что феномен очарователен. Было бы чудесно иметь возможность наблюдать подольше, как затихает маленький месяц и просыпается огромное Солнце, но никак. Разве что если Лололошка умрёт во сне. А он не умрёт, завтрашние пары в университете ему того не дадут. Всё выглядело настолько неестественно, что неестественность эта становилась несносно гармоничной. Наверное, даже самый закоренелый скептик захотел бы подумать здесь о чём-то таком простом, что не сравнится даже с вопросом «какого цвета небо».

«Какого цвета небо?»

Небо… Оно бледно-розовое, как говорил Дилан, с мельком проскакивающими синими оттенками. В нём месяц так и не сходит, борется с солнцем за право продлить ночь. И небо поддаётся борьбе, окрашиваясь то в ночные холодные, то в утренние тёплые цвета. Облака забавно ставят на это полупрозрачную цензуру. Интересно, то, что видит сейчас Лололошка - тоже деформация? Если бы всё было спокойнее, мог ли он наблюдать такую красоту, или она бы выглядела по-другому? Бесспорно, закончить сон стоит так же живописно, каким является небо. Мягко, неприметно, чтобы уж точно счастливым и бодрым встать утром. Ло даже не станет злиться, если данный сон как-то повлияет на его спину в реальности. Боль пройдёт. А вот если пройдёт сон с открытым финалом - тут уже встретятся поводы для обид. — Знаешь, Дилан, - начинает Лололошка, - ты поблагодарил меня за «информацию», и явно в шутку, но лично я серьёзно благодарю тебя за компанию. С тобой было весело. — Ага, - кивает он и склоняет голову набок, не поворачиваясь к Ло, - с тобой тоже ничего так. Даже если Дилан не придёт к нему в следующих снах, Лололошка запомнит его как хорошего компаньона. Как закоренелого скептика, что хотел бы подумать о чём-то таком сложном, что не сравнится с вопросом «как я отношусь к внезапному компаньону». Прямо по окончанию короткого диалога розовые небесные оттенки победили синие - те прямо на глазах растеклись голубыми, как будто из некогда синих пошла кровь. Признаться, это был отличный бой и отличный сон. Но пора прощаться. С небом, со Светом, иссякшим месяцем, с уставшим Диланом. Пришло время приветствовать соседей, шарагу и, конечно же, будильник. Интересно, как скоро он прозвенит? В любом случае… — До встречи, Дилан, - прощается Лололошка. Собеседник спустя пару секунд метнул голову к Ло и слабо помахал рукой. Последнее движение, к сожалению или к счастью, Лололошка увидеть уже не смог.