Крёстный отец

       — Нет! Нет! Нет… — Северус рыдал, крепко прижимая к себе тело, которое только недавно принадлежало его любимой. — Лили, как же так… Лили… Ты же должна была… Ты же… Но Лили уже его не слышала. Ещё полгода назад Северус и помышлять не мог, что всё так случится. За возможность хоть изредка видеть Лили, говорить с ней, Северус решился… Но нет, не на предательство! В тот майский день, когда они с не слишком-то довольной Нарциссой вернулись в Малфой-манор, Северус почти сразу же отправился к Лорду Волдеморту. Правда, с чуть подправленными воспоминаниями, из которых он аккуратно убрал упоминания о Гарри Поттере и своём обете. Он сообщил Лорду, что его обманом вытащили на разговор и вместе с хорошей знакомой его встретил Дамблдор, а затем предложил ему работать в Хогвартсе и шпионить за «Пожирателями». И что его прощупывали и намёками шантажировали тем, что его имя как Мастера зельеварения и пока не замеченного в свите Лорда обязательно раскроют общественности. Но пока он «не засветился», есть шанс отмазаться и «помочь делу света». Лорд даже не стал просматривать его воспоминания глубокой легилименцией, лишь поверхностно транслируемые, и сказал, чтобы Северус соглашался. Так он стал «двойным шпионом», преследуя лишь одну цель: быть ближе к Лили и помочь её сыну, если это правда потребуется. Благословенное лето они с Лили еженедельно встречались в маггловских гостиницах Лондона. И если бы встал вопрос о том, что происходит, то их бы заподозрили в чём угодно, только не в шпионаже. К сожалению. Лили любила этого своего идиота-Поттера. Но на два часа в неделю можно было забыть об этом. Эти два часа были их временем. Они обсуждали зелья, вспоминали Хогвартс, просто разговаривали и не могли наговориться. Северусу казалось, что он самый счастливый на свете в эти два часа. Словно к нему приходило его персональное солнце с кучерявыми рыжими волосами, яркими зелёными глазами и ослепительной улыбкой. В сентябре Северус принял приглашение Дамблдора. Впрочем, старик Слагги, декан Слизерина, не допускал его к самим занятиям, а просто скинул всю чёрную работу по подготовке уроков, нарезку и заготовку ингредиентов, и даже мытьё котлов. Двадцать галлеонов в месяц лишними, конечно, не были и если бы не обстоятельства, Северус бы ни за что на такое не пошёл. Он, мастер зельеварения, и должен мыть котлы за учениками?! Но приходилось терпеть, раз уж это для дела. К тому же, после того, как его поселили в комнатах рядом со входом на факультет Слизерин, а потом вменили ещё и ночные дежурства, он всегда находил себе проштрафившихся студентов, которым перепоручал мытьё котлов. Из плюсов: под рукой всегда была самая богатая магическая библиотека и субботы. По субботам Северус продолжил встречаться с Лили, и это перекрывало и брюзжание Слагги, и неуёмных студентов Слизерина, которые вообразили себя королями школы, и некоторые неудобства по перемещению… и даже дурацкую кличку «Ужас Подземелий», которую ему дали ученики. Суббота… Сегодня тоже была суббота. Уже суббота. Но они уже не встретятся. Так и не встретятся. Северус узнал о том, что Лорд разыскивает Поттеров в четверг вечером. Случайно. И то благодаря Люциусу, который намекнул на такое положение дел из-за того, что был посвящён в его сердечные дела. И сказать, что Северус был шокирован, значит ничего не сказать. Не теряя времени он напросился на личную аудиенцию к Лорду Волдеморту, чтобы прояснить ситуацию. — Я узнал, что вы ищете Поттеров, мой Лорд… Могу я узнать зачем? — Северус-с… — тихо прошипел Лорд Волдеморт, рождая у Северуса мурашки на загривке. Увлечённый Лили и занятый в Хогвартсе, он как-то совсем упустил момент, когда Лорд Волдеморт стал вызывать такой животный и не поддающийся разуму страх. Почти ужас. Невольно ему вспомнились слова Лили «ты сам не понимаешь, какому чудовищу служишь». Лорд стоял возле камина с бокалом вина, смотрел на огонь, и красные всполохи отражались в его глазах, создавая какую-то потустороннюю картину. Сердце Северуса билось в горле от волнения и испуга. Не за себя. За Лили. — Ты сам принёс мне когда-то пророчество обо мне, — продолжил Лорд Волдеморт. — «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… Рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца…» Пророчество было произнесено в августе семьдесят девятого, а значит, имелись в виду дети, рождённые в конце июля восьмидесятого. Газеты весьма удобно публикуют имена всех рождённых волшебников с датами. Так я узнал несколько имён. Ну, а дальше… У меня появилось два кандидата, родители которых оба подходят под условия сказанного пророчества. — Два? — сипло выдавил Северус. — И почему вы решили, что это семья Поттеров? — Случай, — ответил Лорд Волдеморт, усмехнувшись, и, пригубив вина, продолжил: — Ведь в пророчестве сказано, что выбрать должен я. Так что я подкинул монетку. — М-монетку? — прошептал Северус. В голове не укладывалось, что судьбу Лили и Гарри, да и придурка-Джеймса, решила какая-то там монетка. — Н-но… — Так почему тебя так интересуют Поттеры, Северус? — спросил Лорд Волдеморт, отставляя бокал и поворачиваясь к нему бесстрастным идеальным лицом. Лорд был красив, той смазливой мужской красотой, которая очень нравилась женщинам, и Северус немного ему завидовал. Наверняка, будь у него такая внешность, а не огромный нос, слишком чёрные глаза и несуразная костлявость, то Лили… — Я… Я… Я люблю Лили Поттер, — выпалил он и упал на колени. — Прошу, мой Лорд, прошу… я… я всё сделаю… Только не надо… — Не надо что? Разве какая-то магглокровка достойна того, чтобы ты за неё вступался и тем более любил. А, Северус? — Статус Лили ошибочен, мой Лорд. Её отцом был изгнанный сквиб из рода Гриндевальд, — сказал Северус. Ему было плевать на все тайны, если они могут спасти её. — Я сам проводил расследование в «Дурмстранге». — Гриндевальд? Надо же, — хмыкнул Лорд Волдеморт. — Тогда, пожалуй, я мог бы пощадить её для тебя. Но у меня для тебя будет особое задание. — Я сделаю всё что угодно, мой Лорд, — поклонился Северус. — Дамблдор. Убей старика. — Я… — заикнулся Северус. — Хорошо. Я сделаю это. Но Лорд Волдеморт раскатисто засмеялся. — Рад, что ты настроен столь решительно, Северус. Мне это нравится. Ты отличный зельевар, и было бы слишком расточительно использовать тебя таким образом. Впрочем, влепить пощёчину Дамблдору я не против. Хочу, чтобы ты сделал это для меня. Завтра. В пятницу. У них как раз будет ежемесячное заседание в Визенгамоте.

* * *

Предупредить Лили о готовящемся нападении на её семью не представилось возможным: после разговора с Лордом тот поручил Северусу сделать несколько сложных зелий. К тому же рядом постоянно крутился тот новичок, который вызывал у Северуса стойкое чувство дежавю. Его явно проверяли. И если бы он сбежал, Лили точно не жить. К тому же при всём желании он бы не смог её найти и предупредить: каждую встречу они договаривались о следующей, и встретиться они должны были в субботу, тридцать первого октября, в Ньюки. Сейчас из-за подпольной деятельности Джеймса Поттера их дом был закрыт. И даже зная, что он находится где-то в Годриковой Лощине, найти его из-за чар никак не выйдет. Лили упоминала, что они доверили тайну Фиделиуса одному из друзей Джеймса, но всем известно, что настолько Джеймс доверял только своему дружку-неразлучнику — Сириусу Блэку. Так что оставался только Дамблдор. И Северус надеялся, что тот будет преследовать его в одиночку.

* * *

— Это послание от Лорда Волдеморта! — Северус отправил оглушающий луч прямо в грудь Дамблдора, на которого он напал в маске «Пожирателя Смерти» прямо в Министерстве Магии. Министерские чиновники хлынули в стороны, разбегаясь, словно крысы, и давая времени на побег. У Лорда оказались свои люди в Отделе Тайн, так что Северусу вручили специальный амулет телепортации. И всё же, вопреки инструкциям — «сразу аппарировать после переноса, чтобы запутать след», он остановился. В Министерстве было слишком много свидетелей и шпионов, которые точно доложат Лорду о предупреждении, да и авроров, которые стреляли заклятьями на поражение, тоже немало. Северус остановился, снял маску, упал на колени, и как только в грозной вспышке аппарации появился преследовавший его Дамблдор, отбросил палочку и закричал: — Не убивай меня! — Я и не собирался, — чуть не споткнулся Дамблдор, который выглядел вовсе не старичком-добрячком во вспышках своей магии. — Ну, Северус? Что же мне хочет передать лорд Волдеморт? — спросил он, грозно нахмурив брови и сверкая глазами. — Ничего! Я здесь по собственной воле! — ответил Северус. — Я — я пришёл предупредить — нет, попросить — пожалуйста… Дамблдор, сообразивший что к чему, сделал вокруг них порог неслышимости. — Какая же может быть ко мне просьба у пожирателя смерти? — пафосно спросил Дамблдор. — Ты пришёл ко мне в маске, напал средь бела дня… — Это был единственный способ связаться, — ответил Северус. — И задание Того-Кого-Нельзя-Называть. В последнее время ходили упорные слухи, в том числе и среди коллег по ордену «Вальпургиевых Рыцарей», что Лорд ввёл какие-то опознавательные чары на своё имя. — Это пророчество… предсказание… Трелони… — продолжил Северус, собираясь с мыслями. — Помните, в «Кабаньей голове», два года назад? — Ах, да, — отозвался Дамблдор. — Значит, сейчас ты в него поверил? И это ведь ты передал его лорду Волдеморту? — Да. Всё — всё, что услышал! — сказал Северус. — Хотя от моего желания это не особо зависело. Да и от моей веры. Но пророчество… Самое главное, он считает, что в этом пророчестве говорится о Лили Эванс! — В пророчестве не упоминалось о женщине, — качнул головой Дамблдор. — В нём говорится о мальчике, рождённом в конце июля… — Вы же знаете, о чём я! — разозлился Северус. — Вы сами пришли ко мне с Лили и взяли тот обет. Она, как мать и волшебница, чувствовала опасность для своего сына. И он действительно считает, что это означает её сына, и нападение на Поттеров лишь дело времени: он её выследит — убьёт их всех… — Если она так много для тебя значит, — хмыкнул Дамблдор, прожигая его взглядом, — то Лорд Волдеморт, конечно же, её пощадит? Разве ты не можешь попросить его пощадить мать в обмен на сына? — Я просил — я просил его… Он даже согласился пощадить Лили, но… — Северус хотел сказать, что она бы не согласилась на такой обмен, его Лили. И поэтому он и обратился к Дамблдору, окончательно выбрав сторону, но Дамблдор перебил его. — Ты мне отвратителен! — громыхнул директор с презрением. — А смерти её мужа и ребёнка, выходит, тебе безразличны? Пусть умирают, лишь бы ты получил то, что хочешь? — Я в любом случае не получу что хочу, потому что если от руки Лорда умрёт её сын, умру и я, — тронул своё запястье Северус. — Это верно, — с каким-то будто злорадством кивнул Дамблдор. Горло мгновенно пересохло. В голубых глазах директора Хогвартса Северус читал радость победителя. И что целому Альбусу Дамблдору до какой-то там Лили? Ему, как ни крути, важней Гарри и его отец. А Лили — всегда была лишь приманкой для него. Его светом, на который он полетел, как глупый мотылёк. — Ну так спрячьте их всех, — хрипло попросил он. — Пусть она — они — будут в безопасности. Пожалуйста. — А что ты дашь мне взамен, Северус? — с нажимом спросил Дамблдор. — Взамен? — раскрыв рот, уставился на Дамблдора Северус. Хотя чего удивляться? Сильные мира сего всегда всё будут обставлять себе на пользу. — Что угодно.

* * *

И всё же, несмотря на то, что Северус предупредил Дамблдора, сердце было не на месте. Не верил Северус, что хоть кому-то из сильнейших интересна Лили и её безопасность. Или сколько-то значил он сам, чтобы с ним и его просьбами действительно считались. Ему никто ни в чём не клялся. Это лишь его опутали обетами и обещаниями. Поэтому он отправился в Годрикову Лощину. Уже перевалило заполночь и Северус хотел просто убедиться… Успокоиться, что не сможет найти их дом. Лорд Волдеморт, конечно, силён, но Фиделиус — очень старое заклятье, которое ещё никому не удалось взломать как раз из-за ненаходимости. Никому… Так как сама суть чар запечатывалась в сердце Хранителя… Найти дом невозможно, только если Хранитель добровольно не откроет его местонахождение, — с этой мыслью Северус остановился у дома Поттеров. У видимого дома с открытой настежь дверью, за которой были видны лежащие на полу ноги. Сердце гулко билось в висках, и Северус, вытащив палочку, на негнущихся коленях приблизился к двери. Поттер. Это лежал Поттер. Нелепо умерший от «авады» за долю секунды. На его лице так и застыло глупое выражение, а карие глаза смотрели на лестницу второго этажа. Оттуда послышалась какая-то возня, а потом тягучую, словно патока, тишину нарушил детский плач. Северус буквально взлетел наверх и замер от открывшейся картины. — Нет! Нет! Нет… — Северус рыдал, крепко прижимая к себе тело, которое только недавно принадлежало его любимой. — Лили, как же так… Лили… Ты же должна была… Ты же… — Снейп?! — отвлёк его возглас, и Северус увидел поднимающегося по лестнице Сириуса Блэка. Хранителя, который добровольно впустил убийцу в дом. — Сектумсемпра! — Протего максима! Бомбарда! — защитился и контратаковал Блэк. — Конфринго! Северус выставил щит, закрывая маленького сына Лили и её тело, и заклятия Блэка снесли часть стены. — Предатель! Как ты мог, тварь, будучи их Хранителем, впустить это чудовище в дом? Ступефай! — выкрикнул Северус, отправляя в спину ретировавшегося Блэка оглушающее заклинание. Но Блэк ловко выставил щит и сам приложил его чем-то. Перед глазами потемнело. И падая рядом с телом Лили, Северус понадеялся, что Блэк не поскупился на «авада кедавру».                      ©, Кицунэ Миято, 2025 г.