Любовь, ставшая зримой

      Со скромной свадьбы прошел уже год, СССР и Канада были в счастливых отношениях, особенно когда больше никто не обращал на них внимания. Они могли спокойно наслаждаться друг другом и не подвергаться осуждению со стороны других стран или обычных людей. Только вот в какой-то момент в браке наступал такой момент, когда нужно было продолжить род… У русского мужчины с этим проблемы не было, но он знал, что его партнеру очень хочется заиметь хотя бы одного ребенка. Только им обоим не особо хотелось брать кого-то из приюта… Хотелось родного ребенка. И в данном случае был вопрос, а как завести родного ребенка двум мужчинам?       Они обсуждали этот вопрос уже несколько месяцев, не сразу находя необходимое решение. Очевидным конечно было все же смириться и взять ребенка, которому нужна семья… Но они хотели еще поискать варианты. Особенно когда канадец мечтал о собственном сыне или дочери, которые могли быть похожи на него или на его партнера.       И этот вопрос стал главным на повестке дня, когда они встретились в доме Канады, обсуждая всевозможные варианты того, как сделать так, чтобы все получилось. Во время разговора, старший мужчина сказал: — А если попробовать суррогатное материнство? — СССР с вопросом посмотрел на него, слышав что-то ранее об этом, но не особо зная процесс этого, — Нам понадобится здоровая женщина, которая согласится на то, чтобы выносить нашего ребенка. Кто-то из нас станет материалом, а так же нам нужна чья-то яйцеклетка из родственников… Предположительно моих. Чтобы этот ребенок был наиболее близок к нам.       Союз прокрутил это в голове и спросил, — Это действительно безопасно? Чтобы ребенок был здоров и чтобы он был наш… А не к примеру этой женщины… — Если бы они решились пойти на такое, то за девять месяцев они бы знатно прикипели к этому ребенку, уже почти что их собственному, и терять его из-за какой-то ошибки не хотелось. Все должно было быть идеально.       Канада немного помолчал, подумав о чем-то, после этого говоря, — Безопасно. Мы не первые, кто будет это делать. Поэтому нам и нужен еще один человек для яйцеклетки… И так как у тебя нет иных родственников, я бы предложил из своих… К примеру Новая Зеландия. Главное поговорить с ней и спросить, как она вообще к этому относится.       Младший мужчина только нахмурился, думая о том, что ведь по-факту, это будет не их с Канадой ребенок… А его и его двоюродной сестры ребенок. Он даже вздрогнул от этого осознания и как-будто его возлюбленный прочитал его мысли, — У нас нет другого способа сделать ребенка, который будет почти родным нам обоим по крови. Но она самый близкий родственник, который может нам помочь, чтобы это стало возможным. Документально этот ребенок будет нашим, женщина, которая поможет его нам выносить, не будет никак причастна к нему… Ее крови здесь будет ни капли, — Давая подумать русскому мужчине, Канада не давил, понимая, что это не самый простой разговор в их жизни. Особенно когда для другого это было что-то новое. — Можно еще проконсультироваться с врачами, посмотреть, что они скажут… Не хочу спешить с этим, — Действительно, ему было боязно. Все же… Не будет ли его двоюродная сестра против этого? Сможет ли она помочь, при этом не вмешиваясь в их дела. Если условно она будет биологической матерью этих детей, не захочет ли она поддерживать с ними контакт?       Как будто читая мысли, Канада продолжил говорил, — Если Новая Зеландия сможет нам помочь, в данном случае заключается соглашение и с ней, что она всего лишь жертвует свой материал, но отношения к детям не играет никакого. И я думаю… Ей бы не хотелось иметь от тебя детей, — Может это звучало почти как оскорбление, но младший мужчина фыркнул на это. Он тоже не хотел иметь детей от этой женщины, он хотел этого ребёнка от него и от его мужчины. И в принципе, это можно было легко представить если ребенок будет похож на них. — А каков шанс, что нам повезет и ребенок будет иметь твои черты, точнее черты твоего отца, а не ее или Великобритании? — Задав хороший вопрос, канадец пустился в раздумья о том как могло бы выглядеть это чадо. Шанс того, что это будет рыжеволосый кудрявый малыш с бледной кожей — был высок. Но не стопроцентный, поэтому он ответил. — Могу предположить, что почти поровну. Поэтому нам действительно нужно будет надеяться на удачу в судьбе… Но знаешь, не смотря на то, как будет выглядеть этот ребенок… Я буду любить его всей своей любовью.       Канада видел, как СССР все еще выглядит скептически, поэтому садясь с ним рядом на диван, все это время волнительно расхаживая кругами, он взялся за правую руку своего мужа, поглаживая его ладонь, — Если ты не уверен в моих словах, мы все еще можем сходить на консультацию к более опытному человеку, который сможет ответить на все твои вопросы. Это действительно не моя сфера изучения. Но вот что я скажу еще… Этот ребенок будет нашим. Этот младенец будет воспитан нами, принадлежать нам и при хорошей удаче, будет выглядеть как мы. И даже если в итоге этот ребенок перенимет черты Великобритании или Новой Зеландии, то не чужие мне люди и там будет все еще твоя кровь. Я не буду любить ребенка только из-за этого меньше. Мы так долго боролись, чтобы быть вместе… И волноваться из-за такой ерунды?       Слова канадца наконец что-то затронули в младшем и он слабо улыбнулся ему, сжимая его ладонь в ответ. Действительно, они так долго к этому шли и если их общий ребенок все же возьмет черты внешности от других канадских родственников, это не сделает его менее любимым. Этот ребенок будет его и Канады, не меньше и не больше. — Ты прав, так и будет. Просто я волнуюсь… Я впервые собираюсь заниматься таким и даже никогда не думал о таком. Поэтому я хочу еще консультацию у специалиста. Посмотреть, что еще он скажет, — И не сдержавшись, обнимая своего партнера, он не мог поверить. Союз правда хотел детей, которых он мог бы воспитывать с этим замечательными человеком.       Сам СССР уже был готов к усыновлению ребенка, зная, что у них особо выбора нет… Но Канада подарил ему этот выбор. И он хотел его. Попробовать. И так как это был серьезный выбор, СССР хотел, чтобы все было идеально. Следовательно им обязательно нужно обратиться к специалисту. Но уже сейчас, Союз чувствовал лучше себя от этой мысли. Им еще многое нужно будет сделать, чтобы все получилось. Но уже сейчас, они могли представлять то, каким будет их первенец, какое имя ему бы подошло, будет это мальчик или девочка, и, конечно, с кем этот ребенок останется и кто о нем будет заботиться большую часть его жизни. Все эти мысли приносили радость обоим мужчинам, уже представляя их счастливый брак с результатом их любви в маленьком человеке. Им предстояло пройти долгий путь, но они были готовы к этому.