На его каверзном пути через вселенные

      — Кто это вообще такие?       Слова, сказанные, должно быть, вполголоса, подхватил ветер и разнёс по округе. По всей улице вспыхивали похожие вопросы.       — Голые землекопы? Слоны?       — Да не. Для тех и других они ростом не вышли.       — Вон та явно лисица. Улыбается как лиса.       — Полегче. Это уже стереотипы.       — Может, это панды?       Повисла короткая пауза, словно все разом уставились на говорившего.       — С-с-с плохой стрижкой? Что? Всякое бывает. Лишнее подтверждение, что стричься надо только у своего парикмахера.       — Никакие это не обритые панды, идиотина.       — А ты сам хоть раз видел панду?       — Ну, нет…       — Ага! Что и требовалось доказать. Но важнее другое…       — Они травоядные?       — Или хищники?       Такой шёпот сопровождал Жона, пока он шёл по кварталу. Он старался не принимать это близко к сердцу, пытаясь взглянуть на происходящее их глазами. В этих репликах сквозило скорее недоумение, чем откровенная враждебность. Может, ещё немного страха, но пока не настолько, чтобы стоило беспокоиться. Но это пока.       Ему пришло в голову, что, наверное, фавны иногда испытывают нечто подобное. Как, однако, перевернулась ситуация: стоило лишь чуть‑чуть изменить расклад.       — Пожалуй, мне больше нравился Восторг, — сказал он, ещё раз окидывая взглядом дома и улицы. Город чем‑то напоминал Вейл. Тот был самым обыкновенным, почти во всём.       Рядом с ним почти неслышно ступала Сплетница. Девушка покосилась на него и фыркнула:       — Там же была адская дырища.       — Я про то, чем он мог бы стать, — пояснил он. — Если на минутку забыть про психов, про треснувшие и протекающие стёкла – единственное, что не даёт океану затопить город, – про безумцев в водолазных костюмах, про способности, от которых можно заработать рак, про маньяков с манией величия, эксперименты над сознанием и всю прочую прелесть.       Сплетница одарила его тяжёлым взглядом. Надо признать, попросил Жон о многом.       — В лучшие времена город, должно быть, выглядел потрясающе, — добавил он.       Восторг был чьим‑то личным видением, и надо же, каким. Завораживающая красота подводного города до сих пор стояла у него перед глазами. Огни улиц, разгоняющие мрак на дне океана. Коралловые рифы, растущие бок о бок с высотками. Стаи рыб, проплывающие мимо огромного обзорного окна уединённого роскошного салона. На всё это можно было бы смотреть вечно.       Уж не говоря о бесчисленных автоматах, которые их команда вскрыла, как это обычно и делают трудные подростки. Никто, впрочем, не стал пользоваться шприцами с обещанными суперсилами: даже хулиганам не стоит до такого опускаться. Зато, продав весь этот «товар», они неплохо заработали.       Здесь же его не ждало ни особой красоты, ни особой выгоды – по крайней мере, ничего выходящего за рамки обычного.       — Ладно, в этом ты можешь быть прав, — признала Сплетница. — В каком‑то смысле там было красиво, — на лице у неё появилось задумчивое выражение. — И те Вита‑камеры были… любопытными.       На этом она умолкла, и они пошли дальше.       Чуть впереди вприпрыжку шла Эска. Ради неё Жон и давал этому миру шанс. В недавно купленной одежде, которую она то и дело одёргивала, Эска удивительно хорошо сливалась с местными жителями – особенно теперь, когда прошёл первый суматошный час поисков её гардероба. То кому‑нибудь помашет, то звонкое «Привет!» крикнет: она осваивала город так, словно родилась здесь.       Никто и глазом не моргнул при виде ходящей и говорящей кошки. В конце концов, вокруг были сплошь какие‑то животные.       Всех видов. Слишком многих видов. Из универмага выходили ламы, увешанные пакетами, и едва не сталкивались с гиенами в деловых костюмах, спешащими с обеда обратно на работу; за суматохой наблюдали коалы-детишки, вцепившиеся в перекладины детской площадки. По дороге в обе стороны текли машины, и за каждым лобовым стеклом виднелась чья‑то звериная морда. Лошади, прикрыв рты копытами, показывали на него и оживлённо обсуждали, что он за существо такое.       Мимо, задев его плечом, протопал бегемот в поло.       — Смотри, куда прёшь, урод, — рыкнул он и неуклюже потопал дальше.       Сюрреализм какой‑то.       — Знаешь, я тут понял одну вещь. Возможно, людей здесь вообще не существует, — невпопад заметил Жон.       — Да неужели? Гений, блин, — огрызнулась Сплетница. Ей этот мир явно не нравился. — Тут ничто не рассчитано на людей. Двери, тротуары, машины – всё либо слишком большое, либо слишком маленькое.       — Ага… — Жон остановился и поднял голову к высокому, угловатому зданию. — Будем надеяться, в этом отеле найдётся номер подходящего размера.       Поиск ночлега на этот раз обернулся настоящим испытанием: местные отели оказывались разного калибра. Формально они «принимали всех клиентов», но когда дверь по высоте и ширине едва доходила Жону до пояса, «принятым» он себя не чувствовал. Сейчас всё было наоборот: перед ним высилось здание, к входу в которое вели ступени вдвое выше привычного. Семейство дикобразов, таща чемоданы, с трудом карабкалось по ним вверх.       Забросив свой багаж на верхнюю ступеньку, Жон направился к входу. Он только взялся за ручку двери, как услышал крик:       — На помощь! Помогите! Она озверела!       Он резко обернулся; его нервы и внимание мгновенно перешли в боевой режим. Его взгляд метнулся по улице. Чуть поодаль, там, откуда они пришли, он заметил знакомого бегемота, который удирал во весь дух. За ним на четырёх лапах неслась койотиха, оскалив зубы в совершенно кровожадной гримасе. Несмотря на отчаянные крики о помощи, прохожие либо цепенели на месте, либо в панике шарахались в стороны.       Тревога Жона немного улеглась, и он чуть расслабился.       — Бегемот тяжелее койота на пару сотен килограммов. Он мог бы спастись, просто упав на неё…       Пока он размышлял, мимо промелькнул белый силуэт. Эска не занималась оценкой ситуации, ей было плевать на весовые категории. Когда койотиха прыгнула бегемоту на спину, её морду встретил пушистый комок, врезавшийся со всей кошачьей яростью. Несколько ударов лапками, и перед глазами у койотихи заплясали звёздочки. Комбо завершил бумеранг, который Эска вытащила из кармана куртки, явно слишком маленького для такого оружия: тот звонко стукнул койотиху по голове, и та отключилась. Спустя считаные секунды Эска уже стояла победительницей над поверженной противницей.       Подойдя ближе, Жон протянул ей ладонь для «дай пять».       — Классно уложила её, Эска, — сказал он.       Эска заулыбалась и легконько хлопнула его по ладони.       Рыдая навзрыд, бегемот вклинился между ними, снёс Жона с ног и покатил его по мостовой. Когда Жон приподнял голову, бегемот уже ухватил Эску за лапу обеими руками… передними ногами… конечностями – и тряс её вверх‑вниз так усердно, что Эска подлетала в воздух.       — Спасибо, спасибо, спасибо! Ты спасла мне жизнь!       Жону всё это казалось слегка преувеличенным: с такой проблемой бегемот вполне мог бы справиться сам, не будь он таким трусишкой. Но настоящая кошка здесь от благодарности будто подросла на пару сантиметров, так что он промолчал. Вместо этого он подошёл к койотихе, чтобы убедиться, что второго раунда не будет.       Там же уже была и Сплетница. Девушка опустилась на колено рядом с отключившейся хищницей; на лице у неё читалось любопытство.       — Хм…       — Что там? — спросил он, присаживаясь рядом.       Сплетница покачала головой.       — Да нет, просто удивлена. Эта койот ведь флорист. Я буквально чувствую запах всех букетов, которые она сегодня собрала. Одежда выдаёт скромный нрав и консервативные вкусы.       — Не тот тип, кого первым заподозришь в бешенстве и убийствах, да?       — Вообще не тот. От такой я бы ждала чего‑то менее очевидного, чем нападение средь бела дня. Отравит кого-нибудь, может быть, — она нахмурилась. — На шерсти кровь.       Жон посмотрел туда, куда она показала. На загривке у койотихи виднелись пятнышки крови.       — Это не Эска, — сказал он. — Она била спереди.       Сплетница раздвинула шерсть и наклонилась поближе.       — Вижу небольшой бугорок на коже. Похоже на след от иглы. Синяк вокруг: от удара на высокой скорости, значит, выстрелили издалека. Это точно не доктор сделал.       — Может, дротик с транквилизатором? — предположил он.       — Только вот не сработал, — пробормотала Сплетница. — Наоборот, если судить по таймингу. Что бы там ни было в игле, именно оно довело её до такого состояния. Она в панике выдернула её, отсюда кровь. А потом…       — А потом ей сорвало крышу, — закончил за неё Жон.       Вот это уже тревожило куда больше, чем обычная уличная драка. Химия, превращающая обычных граждан в убийц, звучала как сюжет фильма.       Как заговор.       Он поднялся на ноги.       — Похоже, мы нашли Событие.       — По крайней мере, его часть, — согласилась Сплетница.       Когда опасность миновала, начали подтягиваться зеваки. Они подходили всё ближе, но так и не решались подойти совсем уж вплотную к «дикой» койотихе; любопытство боролось с осторожностью.       — Ты видал?       — Как эта кошка двигалась? Потрясающе!       — Гепарды быстрее.       — При таком‑то росте? А ты видел, как она ушатала койота? Сила как у быка.       — Мам, мам! Она как супергерой!       И впрямь: Эска снова выудила из своих, казалось бы, бездонных карманов маску‑домино. Жон думал, что она выбросила её после их карьеры кейпов в Броктон-Бей, но вот кошка стоит в маске, поворачивается то в одну, то в другую сторону и машет лапой зрителям.       Жон с нарастающей завистью осознал, что Эска воплощает его давнюю мечту – быть героем в маске.       Завыли сирены, подъезжала полиция. Толпа шарахнулась в стороны, когда одна за другой к месту происшествия влетели патрульные машины. Из них повалили полицейские, и вскоре их окружили массивные фигуры тигров, медведей, носорогов и ещё с десятка разных видов.       …А почему они уже достали пистолеты?

***

      — …ещё раз вынужден подчеркнуть: этому городу не место для сумасбродов в масках, самовольно берущих закон в свои лапы. Они представляют очевидную угрозу для добропорядочных жителей Зверополиса, сеют панику и нарушают общественный порядок.       — Если у вас есть какая‑либо информация о местонахождении так называемого «Мяустериозного Кото‑Кэта», которая может помочь в его задержании, мы настоятельно просим вас обратиться в полицию или оставить анонимное сообщение по телефону…       — Вот блин, — сказал Жон, выключая радио. — Совсем не этого я ожидал после дачи показаний полиции.       Сплетница, сидевшая на парапете крыши их нынешнего дома, тихо фыркнула:       — Ох, наивное ты дитя. С чего ты вообще взял, что всё кончится иначе? Если где‑то есть кто‑то, кто решает проблемы, значит, проблема существует. Убираем этого кого‑то... и, пуф!... проблемы нет.       В реальности всё работало совсем не так, но мысль Сплетницы была ясна. Супергерои иногда выставляли полицию в плохом свете, высвечивая преступность, которую стражи порядка не сумели предотвратить. В идеальном мире эти две силы действовали бы сообща. В Зверополисе закон предпочитал сохранять статус‑кво.       Инцидент закончился погоней, и их команде пришлось искать новое жильё на окраине района Центральная Саванна. В обшарпанном доме с облезающими обоями не задавали лишних вопросов, кроме одного: «Где деньги?», что их вполне устраивало. Золото говорит тихо, но слышно его далеко.       — Я не сумасбродка, — проворчала Эска.       Как и Жон, она стояла на самом краю крыши. Порывы ветра взъерошивали её шерсть, а она, глядя на город из‑под маски, приняла героическую позу (насколько это возможно для кошки).       Жон наклонился и похлопал её по спинке:       — Нет, конечно. Ты теперь супергерой. Готова начать тренировки?       Кошка тотчас оживилась, все обиды вмиг забылись, и она быстро закивала.       — Отлично. Приступим.       Жон напустил на себя мудрый вид. События вытолкнули его в роль наставника, и хотя опыта у него, как у мстителя в маске, было немного, комиксы и собственная жизнь дали ему примерное представление о работе.       — С героической позой у тебя уже всё в порядке, так что это пока пропустим, потом разберём разные сценарии. А сейчас займёмся куда более важным: твоей техникой приземления.       — Жон?       Он махнул Сплетнице, показывая, что всё, что она хочет сказать, подождёт.       — Для тебя это особенно важно. Кошки всегда приземляются на лапы, а значит, и герой в кошачьем образе обязан уметь то же самое. С любой высоты.       — Жон?       Эска шлёпнула лапкой себе по лбу в подобии салюта:       — Готова, готова!       — Эска? Жон?       — Запомни: важно не только приземлиться и выжить. Надо при этом ещё и выглядеть круто. Это, вообще‑то, приоритет номер один. Классика: приземление на три точки, но есть ещё множество… э‑э…       Жон осёкся, уставившись вдаль. Его глаза расширились.       Над линией городских крыш в ночное небо взмыл луч света. Он проецировал на облака символ, видимый из всех уголков Зверополиса: круглая морда с вертикальными зрачками и двумя треугольными ушами – силуэт, который ни с чем не спутаешь.       Жон посмотрел вниз на кошку, та подняла взгляд на него. Он присел на корточки и положил руку ей на плечо.       Прошло всего два час, и у Эски уже был Кэт‑сигнал.       — Эска, ты добилась успеха.

***

      Здание полицейского участка представляло собой внушительный комплекс из стекла и камня, на крыше которого зеленели лужайки. В одном углу стоял прожектор, всё ещё посылавший свой сигнал в небо, хотя само здание уже погрузилось в ночную тьму. Эска повела команду прямо к нему.       Там они обнаружили маленькую фигурку, которая так долго мерила траву шагами туда‑сюда, что на газоне уже успела появиться тропинка. Из головы у неё торчали длинные уши, подрагивающие в такт каждому шагу. На ней была та же полицейская форма, что и на тех, кто недавно пытался их арестовать, и это тут же вызвало подозрения у Жона. Ага, именно с этим у него была проблема.       — Кролик? — сказала Эска, обратив внимание совсем на другое.       Полицейская замерла и повернулась к ним. Розовый носик дёрнулся, и Жон по инерции отшатнулся. Меч Кроцеа Морс мелькнул и исчез в его руке в одно мгновение.       — Кто… О… О‑О! — крольчиха заметила Эску. — Да, это я. Это я включила прожектор. Джуди Хопс. Привет!       Джуди Хопс приняла уверенную позу, выпятив грудь. Впечатление слегка портила лишь лёгкая дрожь, от избытка нервной энергии она буквально вибрировала.       Эска ответила ей тем же. Уперев лапы в бока, она величественно провозгласила:       — Внемли, гражданин. Ты стоишь перед Мяустериозным Кото‑Кэтом. Излагай свою просьбу, дабы я мяугла свершить… правосудие!       Чуть позади неё Жон тихо пихнул Сплетницу локтем.       — Это я её научил, — прошептал он.       Сплетница закатила глаза:       — Я в курсе. Я там была. Объясни: почему из всего, что ты мог сделать, ты решил обучать её переигрыванию на публику?       — Герой делает больше, чем просто бьёт морды злодеям.       Как бы там ни было, на полицейскую это подействовало. Сбросив остатки дрожи, Джуди Хопс запрыгала на месте от восторга.       — Ууууау! Для меня честь познакомиться с вами, мэм… Кото‑Кэт, — она пулей метнулась вперёд, чтобы пожать Эске лапу. Жон поспешно сделал широкий шаг назад. — Я столько слышала о вашей длинной и легендарной карьере, — она заглянула за спину Эски. — А вы те самые обритые панды, о которых все говорят! Вау!       — Я… моей кто? — Эску это выбило из колеи.       — Так, стоп, — вмешался Жон. — Какая ещё «длинная и легендарная» карьера?       До второй части её комментария они ещё доберутся.       Из крошечного кармашка на форме Джуди Хопс извлекла малюсенький телефон. Пару раз ткнула по кнопкам и развернула экран к ним. Парень, девушка и кошка дружно нагнулись, щурясь и пытаясь разобрать текст на экране, рассчитанном на кроличьи глаза.       Сплетница тяжело вздохнула и принялась массировать виски.       — Ну разумеется, блин. Звери и люди идиоты.       Не замечая её комментария, Джуди захлёбывалась восторгом:       — С тех пор как вы вышли из тени, по всему городу всплывают отчёты о ваших подвигах. Я и о половине этих случаев не слышала!       Судя по тому, что читал Жон, не слышала она ни об одном. Среди обычных горожан слухи о новейшем – а может, правильнее сказать, древнейшем – супергерое Зверополиса распространялись со скоростью света. Кто‑то клялся, что видел Мяустериозного Кото‑Кэта; кого‑то якобы спасли; а кое‑кто – и Жон не понимал, зачем вообще так врать – утверждал, что был побеждён ею прямо посреди преступления. Вокруг прошлого Эски успела сложиться целая легенда, уходящая почти на столетие назад: то ли о бессмертной героине, то ли о (несуществующей) мантии, переходящей из поколения в поколение. В комплекте прилагался не менее «мяустериозный архимяувраг», якобы дергающий за ниточки из тени. Между тем шли споры: одни напоминали, что она в розыске, другие говорили о нравственной значимости её миссии.       Жон снова похлопал Эску по плечу.       — Эска, ты вышла в высшую лигу.       — Но я же ничего не делала! — прошептала кошка ему на ухо, косясь на Джуди.       — Ещё как делала. Ты дала им надежду, что кто‑то там, снаружи, ведёт праведную борьбу. Это, вообще‑то, урок номер десять в моей (выдуманной) программе курса юного героя. До выпуска тебе остался один день.       Она застыла, моргнула.       — Правда?       — Ага. Отличная работа.       Эска засияла от похвалы. Жон тихо хмыкнул и вернул внимание к крольчихе.       — Потрясающе, сколько всего они успели накопать, — сказал он. Да, он совершенно сознательно собирался этим пользоваться. — Что подводит нас к вопросу: почему офицер полиции решила встретиться с опасным народным мстителем, а не арестовать его?… Хотя нет, сперва другое: как вы вообще так быстро сделали этот сигнал?       Джуди застыла. Её глаза метнулись к прожектору, и остальные последовали за её взглядом. Поверх устройства были разложены куски занавески, разрезанные и сшитые в виде символа.       — Э‑хе-хе. Хе, — крольчиха почесала щёку, выдав дрожащую улыбку. — Шеф, наверное, не заметит пропажи. Наверное. Я надеюсь.       — Кто‑то у нас напрашивается на увольнение‑е‑е~ — пропела Сплетница.       — Нет! — возразила Джуди. — Как только я раскрою это дело, всё будет шито-крыто. А с твоей помощью… — она посмотрела на Эску. — Я знаю, у нас получится.       Жон увидел момент, когда Эска приняла решение. Её стойка выпрямилась, неуверенность в ней исчезла.       — В чём вам… мяу‑нужна помощь? — спросила кошка, стараясь придать голосу громоподобный оттенок.       Полная возбуждения Джуди тут же бросилась в объяснения.       Вкратце: в течение последнего месяца хищники в Зверополисе начали впадать в дикое состояние, что в народе прозвали «озверением». Сегодня зверь в порядке, а завтра – как бешеный, нападает на всех подряд.       — Мэр Златогрив неделями скрывал масштаб эпидемии, пока мы не арестовали его за тайное заключение пострадавших, но с тех пор мы ни на шаг не продвинулись. Никто не хочет расследовать дальше! Все говорят, что это «просто случается», и делают вид, что напряжения между травоядными и хищниками нет. И… и я признаю, что сама усугубила ситуацию тем, что сказала на том интервью, но я ошибалась. Мы обязаны что‑то сделать, пока не стало слишком поздно!       Жон и Сплетница переглянулись поверх голов двух коротышек.       Загово-о-ор!       «А я говорил», — беззвучно произнёс он.       «Нет, это я говорила», — так же одними губами ответила она, пихнув его бедром.       Джуди Хопс снова принялась мерить крышу шагами.       — Я не могу найти ни одной зацепки, которую шеф счел бы стоящей. Ему страшно, но он уже махнул рукой на возможность всё исправить, и это мешает ему увидеть закономерность. А она есть. Какая‑то. Эту часть я тоже ещё не поняла. Все думают, что я паранойю, — она резко обернулась к ним с безумным лицом. — А я не паранойю!       У неё нервно дёргался глаз.       Когда стало ясно, что её тирада исчерпана, заговорила Сплетница:       — Жон, достань Обонятельный датчик.       Он послушался, и она забрала устройство, подняв его перед носом у Джуди.       — Вот, возможно, твой ответ. Этот прибор способен брать след, которому уже несколько часов, даже в переполненных городах вроде Зверополиса.       У Джуди отвисла челюсть. Она смотрела на устройство как на святыню, моментально оценив его потенциал.       — Мы сможем отследить путь одного из этих предполагаемых «озверевших», — продолжила Сплетница, — и, возможно, узнать, где и как это с ним случилось… если, разумеется, Кото‑Кэт сочтёт эту идею хорошей.       Эска уже некоторое время горела энтузиазмом, но понятия не имела, что именно им делать. Услышав своё имя, она тут же оживилась:       — Идеально, мяу! Я согласна с этим планом. Отличная работа, Сплетмяу!       Сплетмяу ухмыльнулась, проигнорировав новое прозвище (в отличие от Жона).       — Стараюсь для команды, — сказала она и переключилась обратно на Джуди. — Сколько уже задержано пострадавших? Ты сможешь обеспечить нам доступ к ним, чтобы взять образец запаха?       Здесь полицейская сникла.       — Их увезли… ради безопасности всех остальных. Я не уверена, куда.       — Кто отдал приказ? — с подозрением спросила Сплетница.       — Э‑э, мэр Барашкис? Или начальник полиции? — неуверенно ответила Джуди, нервно ковыряя пол лапой.       — Хммм. Их всё равно стоит проверить, — посоветовала Сплетница. — А пока нам придётся найти нового зверя, чтобы его… пометить.       — Может, не надо так это формулировать, Сплетница? — попросил Жон, поморщившись.       — Как «так»?       — Неважно. Про проблемы фавнов поговорим потом.       Прежде чем покинуть крышу, Эска попросила кусок занавески. Джуди с радостью отдала ей всё, охотно избавляясь от улик. С помощью Жона и Сплетницы кошка соорудила себе из ткани плащ.       — На помо‑о‑ощь!       Как раз вовремя, ведь долг звал. Этот город нуждался в герое.

***

      Найти ещё парочку озверевших особей труда не составило. Между двумя грабежами и одной попыткой взлома Мяустериозный Кото‑Кэт успела остановить три нападения одичавших животных ещё до полуночи.       По словам Джуди, раньше такие инциденты случались максимум раз в неделю. Теперь же прослеживалась нарастающая тенденция, от которой у крольчихи дрожали лапки.       Первый «подопытный» толком ничего не дал. Они нашли его дом, место работы. Он жил в центре, недалеко от делового района. Всё указывало на то, что весь день он провёл там. Со вторым была та же история. В обоих случаях те районы, где, по прикидкам Сплетницы, жертвы должны были «озвереть», уже давным‑давно вылизали до блеска – местные уборщики работали на совесть.       Третьего зверя они отследили до переулка. Крепкий тигр решил срезать путь домой после ночного похода за перекусом. До дома он так и не дошёл, и пудинг свой так и не попробовал.       В переулке они нашли шприц. Запах от него ещё был свежим и вывел их к…       — Вы у-уверены, что это тут? Тут как‑то т‑темновато, — сказала Джуди Хопс, заглядывая в частично – подозрительный ум сказал бы «в спешке» – заложенный кирпичом вход в заброшенное метро.       — И с‑страшно, — добавила Эска, кутаясь в свой новый плащ.       Джуди повернулась к ней:       — М?       — Ничего. Кхм, — Эска выпрямилась и нарочно огрубила голос: — Ничего. Не бойтесь, гражданин, ибо я войду первой, и мы раскроем это дело в два счёта!       Джуди отступила, пропуская её, и тем самым вынудила кошку соответствовать собственной браваде. Пока Эска шаг за шагом продвигалась вглубь тоннеля, крольчиха едва слышно пискнула:       — Так круто…       Жон поспешил догнать дрожащую Эску и сунул ей свой свиток с включённым фонариком. Она благодарно кивнула, и он вернулся назад, чтобы идти рядом со Сплетницей, оставив Эске «сцену». Замкнутое пространство ей всё ещё явно не нравилось, но яркий луч хоть немного успокаивал нервы.       Заброшенная ветка метро тянулась под городом, большей частью ниже новой линии. Периодически тоннель вздрагивал, когда над ними проносился поезд. Каждый раз с потолка начинала капать вода, и их одежды (и шерсть) намокали всё сильнее, а глубокие лужи разлетались брызгами от каждого шага. Обитавшие в трещинах стен насекомые и прочая ползучая мерзость тоже не добавляли удовольствия.       Из темноты доносились звуки. Стоны и завывания, пробирающие до костей. Казалось, что они спустились в преисподнюю.       В какой‑то момент Сплетница шагнула ближе и шёпотом сказала ему на ухо:       — Жон, на пять часов.       Он коротко хмыкнул и незаметно покосился через плечо. Добравшись до поворота, он вдруг рванул назад. Движение в темноте выдало цель, и он схватил кого‑то за шкирку.       — Попался! — торжествующе выкрикнул он.       В ответ послышалось кряхтение и попытки вырваться. Не обращая внимания на жалкие удары, он выволок пленника на свет и рассмотрел лицо.       — …Сплетница, это твой давно потерянный кузен?       — Ой, да иди ты. Я совсем не так выгляжу.       Лис в его хватке изобразил до боли знакомую ухмылку.       Стараясь держаться непринуждённо, несмотря на враждебные взгляды, он помахал им лапой. Точнее, одной конкретной крольчихе.       — О, кого я вижу, — хрипло сказал лис, так как пальцы Жона сжимали его горло.       — Ник? — изумлённо выдохнула Джуди.       — Во плоти.       Джуди подошла ближе:       — Что ты здесь делаешь!?       — Ну, знаешь. Был поблизости. Подумал, дай зайду, поздороваюсь.       — Ты… Ты же говорил, что больше не хочешь иметь со мной ничего общего…       Так, между этими двумя явно была история. Похожими словами полицейские обычно не бросаются в адрес задержанных.       Лис отвёл взгляд и пожал плечами:       — Я не врал. Просто увидел тебя днём, ты шла в нехороший район в компании пары обритых панд. Решил проверить.       И вот теперь крольчиха начала хлюпать носом. Джуди смахнула слёзы и кинулась вперёд.       — Эй, длинный, выше подними! — пискнул Ник, хлопнув Жона по руке. — Подними! Подними!.. Ай, поздно, — простонал он и обмяк, когда Джуди повисла на нём в объятиях.       Вопреки показному нежеланию, он в итоге обнял её в ответ.       — Кстати, для тех, кто не любит телячьи нежности: там впереди что‑то есть, — добавил лис после неловкой паузы.       — Что? — выкрикнула Джуди, отпуская его и резко оборачиваясь.       Со всех четырёх сторон на неё зашипели:       — Ш-ш-ш-ш-ш!       Крольчиха зажала рот лапами и прошептала:       — Простите.       Вняв новой информации, они двинулись дальше на цыпочках. Ну, почти все. Жон ещё какое‑то время нёс Ника за шкирку, пока тот деликатно не кашлянул в кулак, напоминая, что пора бы его отпустить. В остальном они работали как хорошо смазанный механизм.       Объект, о котором говорил лис, оказался вагоном метро – ржавым, разрисованным граффити и стоящим посреди тоннеля. На первый взгляд это была просто старая рухлядь, забытая временем. Но музыка, доносившаяся изнутри на грани слышимости, говорила об обратном. Эска посветила фонариком в окно, но вместо салона вагона увидела лишь черноту.       — Пыль потревожена, — заметила Сплетница. — Тут недавно кто‑то был. Окна заклеены чёрной плёнкой. Нет нужды говорить, что так делают, когда затевают что‑нибудь нехорошее, — она навела Обонятельный датчик на вагон, и график на дисплее взбесился. — Ох, какая неожиданность! Кто бы мог подумать? Именно отсюда и идёт сыворотка, сводящая всех с ума, — ровным голосом констатировала она.       Эска и Джуди переглянулись. И синхронно кивнули.       — В а-а-а-ата-а-аку! — хором взвыли они и рванули к вагону. Дверь с грохотом отъехала, на миг открыв фиолетовый свет внутри, и тут же захлопнулась прямо за кошкой и крольчихой.       Спустя пару секунд к вагону трусцой подбежал Ник и куда менее вдохновенно протянул:       — Ата-а-аку…       Он отодвинул дверь и вежливо прикрыл её за собой, снова погружая тоннель во тьму.       Вскоре из вагона донеслись крики, выстрелы и пронзительные боевые визги. Вагон затрясся на ржавых колёсах и начал раскачиваться из стороны в сторону.       — Ты не пойдёшь? — спросила Сплетница.       — Не, — ответил Жон, скрестив руки на груди и прислонившись к колонне. — Это шоу Эски. Пусть насладится звёздным часом.       Урок героя №11 от Жона Арка (фальшивый): Герой делает больше, чем просто бьёт злодеев. По крайней мере до того момента, пока не наступает время бить злодеев.

***

      — Жаль, что мы так и не вышли на кукловода, который стоял за лабораторией, — сказал Жон, развалившись на диване в их межмировой квартире.       — П-ф. Зато мы закрыли Событие, — просто пожала плечами Лиза, играя со свитком Компании. Ногами она отпихнула его ноги, отвоёвывая себе больше места. — Всё хорошо, что хорошо кончается.       — Тоже верно.       Лабораторию, штамповавшую сыворотку, сдали полиции как улику, а овцу, её производившую, отправили за решётку, так что всплеск нападений должен был сойти на нет. Почти сразу после этого портал начал вести себя активно, подавая знак, что кризис миновал.       Продолжать борьбу за справедливость предстояло уже Джуди Хопс – днём офицеру полиции, а ночью новому мстителю в маске Зверополиса.       Вдруг Лиза резко села.       — Ух ёпт!       — Что?       — Химик-то овца. Новый мэр, которая воспользовалась хаосом и заняла пост, тоже овца. Они точно заодно!       — Лиза, это уже какие-то стереотипы. И, я бы сказал, видовой шовинизм.       Она некоторое время сверлила его тяжёлым взглядом, потом сникла и снова откинулась на подушки.       — Эх, да и ладно. Я‑то, конечно, права, но какая теперь разница? Возвращаться туда не хочется.       — То есть жить в Зверополисе точно не вариант? — не то чтобы он ожидал другого ответа.       Лиза кивнула:       — Слишком уж это похоже на бесконечный фурри‑конвент, чтобы я там осела.       — На что?       — Неважно. А ты как, Эска?       У своего огородика Эска отставила в сторону лейку. Она задумчиво потёрла подбородок лапой, потом улыбнулась.       — Людишки смешные, так что я хочу мир, где они хоть в каком‑то количестве есть.       Лиза рассмеялась:       — Рада, что мы сходимся во мнениях. Я это учту.       В квартире снова воцарилась ленивая тишина: каждый занялся своим. Но длилось это недолго.       — Кстати о конвентах, — заметила Лиза, постукивая пальцем по скроллу. — Хотите на один сходить?       Жон приподнял голову с подлокотника:       — В смысле?       Лиза развернула к нему свиток. Там было открыто приложение «Магазин», и помимо привычных вкладок и товаров теперь вдоль верхнего края экрана бежал новый баннер.       Реклама в приложении. Ну прелесть.       — Через несколько дней состоится один конвент под патронажем Компании, — пояснила Лиза. — Сможем заглянуть за кулисы.

Вселенная: «Зверополис»

Локация: Зверополис

Событие: Заговор Ночных Горлодёров

Добыча: супергеройский костюм Мяустериозного Кото‑Кэта