Ты не помнишь, а я не могу забыть

Тусовка перваков была настоящим хаосом. Ян стоял у стены, чувствуя себя чужим на этом празднике жизни. Чтобы скрасить одиночество, он выбрался на балкон — бетонную плиту, где уже курили десятки таких же, как он, первокурсников. Прислонившись к перилам, он с тоской смотрел на ночное небо, когда к нему подкатил парень с безумными карими глазами и растрёпанными чёрными волосами. — Привет, красавчик! Огоньку не найдётся? — его голос звучал хрипло и весело. От него пахло дешёвым портвейном. Ян молча протянул зажигалку. — Арсений, — представился парень, закуривая. — Но все зовут Арс. С филфака. А ты откуда, с небес спустился? С таким лицом только на журфаке моделировать. — Юрфак, — буркнул Ян, чувствуя, как краснеет. — Ян. — О, серьёзный парень! — Арс флиртозно подмигнул. — Ну что, Ян, спасаешь несчастных гуманитариев от депрессии и никотиновой абстиненции? — Я не гей, — предупредил Ян, но почему-то не отошёл. — А я и не предлагаю ничего такого! — Арс раскинул руки с преувеличенной невинностью. — Я просто восхищаюсь твоей... юридической статью. И скулами. У тебя очень цепляющие скулы. На них диссертацию писать. Ян фыркнул, не удержавшись от улыбки. Этот тип был откровенен как паровоз, но в его наглости была какая-то обаятельная искренность. — Ты всегда такой... прямой? — спросил Ян. — Только когда пьян и одинок, — без тени смущения ответил Арс. — А сегодня я очень пьян и чертовски одинок. Все парочки, а я как будто на необитаемом острове. Может, спасёшь меня? Утащишь в свою пещеру, будешь кормить бананами и защищать от диких зверей? Он сделал шаг вперёд, игриво обвил Яна за шею руками и повис на нём, как кот. Ян застыл. Он должен был оттолкнуть этого пьяного приставалу. Но... не сделал этого. В смеющихся глазах Арса была такая беззащитная, детская тоска. Их взгляды встретились. Смех вдруг исчез с лица Арса, уступив место чему-то хрупкому и невероятно серьёзному. Тишина повисла между ними, густая и звенящая, несмотря на гомон вокруг. — Просто... на одну секунду... — прошептал Арс, и его голос вдруг стал трезвым. Он медленно прикоснулся губами к губам Яна. Это был не пьяный поцелуй. Он был нежным, почти робким, вопрошающим. Мир сузился до точки — до тепла чужих губ, до запаха дождя и табака, до чужого сердца, что билось так же часто, как его собственное. — Арс! Ты где, чёрт возьми?! — с балкона вывалилась ватага громких парней. — А, вот ты где! Иди к нам! Поцелуй оборвался. Арс отстранился, его снова захлестнула маска веселья. —Бегут мои спасатели! — крикнул он, уже отступая. — Было приятно, принц с юрфака! Ищи меня, если затоскуешь! Его друзья схватили его под руки и потащили прочь, смеясь и что-то крича. Арс обернулся на прощание, последний раз взглянул на Яна — и скрылся в дверях. А Ян остался стоять. Не двигаясь. Как статуя. Он медленно поднял руку и кончиками пальцев коснулся своих губ. Там, где секунду назад было это прикосновение — нежное, осторожное, выбивающее из колеи. Он не был геем. Он был в этом уверен. У него в школе была девушка. Были планы. Но почему тогда по его спине бегут мурашки? Почему это мимолётное прикосновение обожгло сильнее, чем любой поцелуй в его жизни? Почему в памяти с болезненной чёткостью всплывает каждое мгновение: насмешливые фразы, тёплые руки на его шее и это лицо — озорное, печальное, прекрасное — так близко? Он так и не закурил следующую сигарету. Просто стоял, пока ветер не раскачивал деревья внизу, а внутри бушевала тихая, необъяснимая буря. Осознание, тяжёлое и неотвратимое, накрыло его с головой: симпатия. Самая настоящая. К парню. К этому пьяному, наглому, невероятно красивому безумцу с филфака. --- Следующие несколько дней Ян ловил себя на том, что ищет в университетских коридорах чёрные растрёпанные волосы и смеющиеся карие глаза. И вот, спустя неделю, он увидел его. Арсений стоял у аудитории с одногруппниками, жестикулируя и громко смеясь над чьей-то шуткой. Сердце Яна ёкнуло. Он сглотнул, подошёл, нарушая личное пространство. —Привет, — сказал он, и голос его прозвучал хрипло. — Помнишь меня? Арсений обернулся. Его взгляд скользнул по Яну — ясный, живой, абсолютно трезвый. В его глазах не было ни капли узнавания. Только вежливое дружелюбие. —Привет! — легко ответил он. — Кажется, не знакомы. Ты с какого факультета? И Ян всё понял. Пьяный бред. Случайное стечение обстоятельств. Никакой магии. Никакой судьбы. Просто ещё один странный эпизод, который навсегда останется в памяти только у одного из них. — Ничего, — тихо сказал Ян, отступая. — Показалось. Он развернулся и пошёл прочь, оставляя в шумном коридоре часть самого себя — того, кто на одну ночь поверил, что алкоголь может говорить правду, а случайный поцелуй может перевернуть весь мир. А Арсений так и остался стоять с друзьями, на его лице — лёгкая тень озадаченности, которая рассеялась, едва кто-то рассказал новую шутку.