Экспериментальная группа

      Рука Ксено, сжимающая его ладонь, придавала уверенности, но не успокаивала полностью. Стэнли отчётливо понимал, что что-то не так. Дело было не в интуиции или чём-то подобном, но в выражении лица Ксено.       — Всё будет хорошо, — сказал он так, как будто сам верил в это меньше всех.       Что же будет дальше? Ксено знает, что Стэнли сделает всё, что он попросит, поэтому он вряд ли будет проверять способность повиноваться, как с прежними образцами. Может быть, будет что-то с правдой и ложью? Ксено же говорил, что они не знают ничего про их пленников, поэтому не могут проверить правдивость их ответов, но Стэнли-то он знает, как самого себя, если не лучше. Что-то вроде игры «две правды, одна ложь» — что ж, возможно.       Шли они недолго: видимо, Ксено заранее переоборудовал ещё одно помещение замка под свои научные нужды. Интересно, где в этот момент был Стэнли и почему он этого не заметил…       Широким жестом Ксено пригласил его внутрь. Стэнли не хотел идти туда, но давно научился бороться с собой, поэтому сделал шаг без промедления, тут же обнаружив, что новая комната, по сути, ничем не отличается от предыдущей. Такие же кресло и стул, как будто нажали «копировать-вставить», такие же проводки.       — Приготовил на случай, если то помещение станет непригодным, — пояснил Ксено, — присаживайся.       Стэнли уже привычно опустился на стул, который сегодня показался почему-то особенно твёрдым и неудобным.       — Так ничего и не расскажешь?       Ксено нахмурился.       — Если кратко — то я хочу проверить, как эта штука влияет на память. Ничего критичного, просто тест на восприятие значимых событий в жизни.       Значит, всё-таки две правды без одной лжи. Забавно.       Ксено подошёл и встал рядом, глядя на Стэнли сверху вниз. Тот попытался подняться, но Ксено удержал его.       — Сиди.       Он наклонился и легко поцеловал Стэнли в лоб, а потом и вовсе прижался к нему, обняв за шею. Странно. Ксено обычно ведёт себя так в двух случаях: либо когда всё очень хорошо и он спокоен, либо когда он очень волнуется, но не признаётся. Стэнли обнял его в ответ, уткнувшись щекой в мягкую ткань пиджака, и замер в этом положении, не желая двигаться. «Ещё не поздно отказаться», — промелькнуло у него в голове, но Стэнли тут же отогнал от себя эту мысль. Чушь. Отказаться — значит подвести Ксено.

***

      Стэнли повёл плечом — провода мешались, но Ксено обещал, что это продлится недолго. Огромный рупор нового прибора, направленный прямо на него, тоже не добавлял спокойствия, навевая какие-то смутные ассоциации с сегодняшним и вчерашним снами. Если с утра они казались просто наваждением, то теперь, в этих серых стенах, будто снова обретали власть.       — Ну что… — Ксено вздохнул, улыбаясь, как показалось Стэнли, через силу. — Ты готов?       А может, лучше не надо?       — Да. Начинай.       Стэнли увидел, как Ксено нажал первую кнопку. По идее, пока ничего происходить не должно — раньше все изменения начинались, когда он двигал ползунки частоты.       «Это похоже на действие наркотика», — кажется, как-то так сказал Ксено. Интересно. Стэнли никогда не пробовал наркотики, будет забавно почувствовать похожий эффект при таких необычных обстоятельствах. Думать об этом было вообще как-то легко: если в прошлые дни Стэнли действительно волновался, то теперь ничего даже отдалённо похожего на тревогу не было.       — Как себя чувствуешь? — заботливо спросил Ксено.       — Пока хорошо. Как будто выпил чуть-чуть.       Стэнли смотрел ему в глаза, видя не Ксено, а кого-то совершенно чужого — ещё не Чёрного человека, но уже кого-то близкого к нему. Но и эта перемена почему-то его не пугала — по-прежнему было спокойно и хорошо. Ксено не причинит ему вреда, и это главное.       — Сосчитай до десяти. Вслух. Медленно.       Тихий голос, прозвучавший неожиданно жёстко, резанул по ушам своей странной отрешённостью. И Стэнли повиновался — он не мог иначе.       — Один, — интересно, насколько медленно нужно считать? — два…       Он успел увидеть, как Ксено потянулся к ползункам, и сознание начало плыть почти сразу. Неожиданно потяжелевшую голову теперь было сложно удерживать ровно, а в переносице почему-то стало горячо.       — Три. — Взгляд расфокусировался, теряя фигуру Ксено из вида. Говорить тоже было всё тяжелее и тяжелее. — Четыре. Пя…       Что-то будто взорвалось у него в голове. Стэнли не слышал звука, но мог поклясться, что его аж дёрнуло назад от невидимого удара. Он разом забыл про приказ Ксено, про тупую боль в висках, которая так и не утихла со вчерашнего утра, и про тяжесть в груди. Теперь он впервые за долгое-долгое время дышал полной грудью, с каждым вдохом будто наполняясь живительным теплом. Мир стал каким-то другим — но и Стэнли больше не был прежним, видя всё вокруг по-новому.       Стэнли смотрел на Ксено, но почти не видел его — точнее, мозг просто отказывался складывать увиденное в общую картинку. Стэнли смотрел на стену и видел, как под лупой, шевелящиеся на ней складки между камнями; смотрел вперёд и видел знакомые глаза, повязанный на шее галстук и следы крови на брюках; смотрел на свои руки и видел, как они вытягиваются у него на глазах.       Это было… необычно.       — Забавно, — сказал Стэнли, не узнав своего голоса, — всё такое… ненастоящее.       Произнеся эти четыре слова, он понял, что только что сделал нечто невероятное. Хотя бы потому, что уже в следующий миг думать стало гораздо сложнее. Даже не думать, а соединять мысли в связные фразы. Стэнли уже потерял представление о том, как правильно строить предложения, но всё ещё пытался усмирить круговорот слов в голове.       — Стэн, — раздался издалека искажённый голос, который, несмотря ни на что, Стэнли всё-таки узнал, — ты меня понимаешь?       — Да. — Единственное слово, на которое он пока был способен. Сосредоточится на более сложной фразе — потеряет почти построенное предложение, которое с таким трудом собирал. — Ксено, это… Очень странно… Даже неприятно…       Получилось. Хотя бы теперь можно выдохнуть.       — Я знаю, — искажённый голос Ксено звучал жутковато, но уловить в нём сочувствующую интонацию было легко, — я знаю. Скоро всё это закончится. Обещаю.       Стэнли кивнул, чувствуя, что его голова стала как будто очень большой и очень маленькой одновременно. Он больше не управлял своими движениями — а если и управлял, то слабо. Он не паниковал, будто забыв о том, что страх существует, но и не радовался своему положению. Ему как будто было всё равно, и это безразличие наполняло его целиком, с каждой минутой въедаясь в голову всё больше.       — Мне нужно, чтобы ты ответил на пару вопросов. — Кожа Ксено почти на глазах чернела, и Стэнли отвел взгляд. Чёрный человек не захватит его. Это невозможно. Это просто иллюзия. — Вопрос первый: тебе страшно?       — Нет, — честно ответил Стэнли. Соврать он не мог: в голове теперь не помещалось больше одной мысли, которая всегда оказывалась правдивой, и молчать о ней тоже не получилось бы, как ни старайся.       — Ты мне доверяешь?       — Да.       Может, ему стоит отвечать более развёрнуто? Если так, то надо снова попробовать собрать мысли вместе.       — Я... доверяю… тебе. — Три простых слова, но как тяжело их произносить. — Всегда.       — Ты умер бы ради меня?       Вопрос, который поставил бы Стэнли в тупик в любое другое время, но сейчас кажется лучом света в мельтешащем пространстве — чем-то, за что можно надёжно зацепиться.       — Да. Я бы сделал... что угодно.       «И ты это знаешь», — закончил Стэнли мысленно, не в силах больше говорить вслух. В нём каждую секунду будто разряжалась батарейка, молниеносно заменяющаяся на новую.       — Тогда… Сделай для меня кое-что.       Стэнли снова взглянул на Ксено: от постоянного дрожания стен уже кружилась голова. Ксено был почти не узнаваем, всё больше превращаясь в чёрную липкую мумию, и Стэнли стоило больших усилий не отвести взгляд.       — Ты помнишь, что случилось два года назад?       — Да, — Стэнли помнил и не просто помнил, а видел те картины перед собой, будто наяву, — зелёный луч и… Нет… Это было раньше. Два года назад мы уже проснулись здесь.       — Правильно. Но мне нужно, чтобы ты усвоил другое.       Ксено подошёл ближе, и Стэнли с облегчением вновь разглядел в его лице знакомые черты. Чёрный человек теперь казался тенью, которая стояла за плечом Ксено, но не была им самим.       — Ничего этого не было. Ни окаменения, ни прошлой жизни. Ты родился и жил здесь всегда. Я тоже. Не было ничего — ни армии, ни операций, ни моих исследований. Ты понял?       Стэнли сопротивлялся этому новому знанию. Держа в голове одну только фразу — фразу о том, как всё было на самом деле, — думать о чём-то новом оказалось тяжело. Ксено не может врать — значит, он говорит правду. Но как тогда объяснить все его воспоминания, которые он только что видел?       — Неправда, — Стэнли качнулся вперёд, почти хватаясь за пиджак Ксено, — неправда!       — Тише, тише, — кажется, Ксено остался неудовлетворён его ответом. Стэнли успел увидеть, что он идёт обратно, но не успел понять, что происходит, потому что…       Блять!       Резкий звон в ушах разрезал прежде тихий мир своим пронзительным писком. Стэнли забыл все слова, все звуки, кроме безотчётного крика, который рвался из него сам, пока его голова разрывалась от боли на миллиарды частей, рассыпаясь по полу стеклянными осколками сознания. Стэнли успел понять, что падает, и в следующую секунду всё исчезло, не оставив в опустошённой голове ни одной мысли.

***

      Человек с трудом разлепляет веки, кажущиеся свинцовыми. Ему в глаза тут же бьёт свет — неестественный, неприродный. Лампочка?.. Откуда…       — Стэн!       Видимо, это обращаются к нему. Человек поворачивает голову, пульсирующую болью, к источнику звука. Это точно кто-то знакомый. Кажется, ещё немного — и он всё вспомнит. Лишь бы так не болела голова…       — Ксено?       Нужное имя всплывает из глубины сознания. Да, это Ксено, а он — Стэнли. Точно.       — Да! — Ксено так радуется ему. Забавно. — Ты помнишь, что произошло?       Стэнли пытается вспомнить, но сама идея о воспоминаниях кажется ему бредовой. Было ли прошлое? Стэнли кажется, что комната вокруг — это всё, что существует в мире. Может, и правда только кажется: ведь есть же и другие люди, которых нет рядом с ними сейчас, и другие места… Стэнли пытается вспомнить хотя бы одно и не может.       — Я пойду.       Стэнли с трудом встаёт и направляется к выходу, который мерцает странным ненатуральным светом, будто ускользая от него. Кажется, он уже видел что-то подобное. Мир не всегда был таким цветным и подвижным, что-то в нём изменилось.       — Стэн!       Ксено хватает его за плечо, и Стэнли инстинктивно сбрасывает его руку, словно боясь случайного прикосновения.       — Всё в порядке?       — Да.       Стэнли не был уверен в этом, но по-прежнему не мог сказать ничего большего. Оборачиваться тоже не хотелось — он знал, что он увидит Чёрного человека за спиной Ксено.