Помидорка младшая

      Хлоя безумно любила своё чадо. Каждый раз, когда она смотрела на это маленькое прелестное создание, только и способное, что спать, хлопать глазками и растягивать беззубый пока рот в счастливой улыбке, Хлоя думала о Натаниэле. Эти двое были страшно похожи. Нет, не то чтобы Нат тоже сутками валялся в колыбельке и причмокивал, попивая молочко, просто они оба всегда были рады видеть Хлою, улыбаясь так глупо-глупо, но, при этом, абсолютно счастливо.       Она погладила малышку по голове, приглаживая мягкий пушок рыжих волос. Элен отозвалась на это действие матери сладким зевком, но при этом упрямо продолжала со сном бороться, старательно распахивая и без того большие бирюзовые глаза пошире.       — Ну? И чего не спим? — поинтересовалась Хлоя притворно строгим тоном, глядя на лежащую в кроватке дочь.       Ожидаемо, эффекта это не возымело, потому что Элен была ещё слишком маленькой для того, чтобы понимать чужие слова и, уж тем более, чтобы говорить, так что ответить она не могла. Зато мамин голос явно ей нравился, потому что малышка широко и искренне улыбнулась, выдав какой-то булькающий звук и забавно дёрнув одновременно ручками и ножками.       — Чудо ты в ползунках, — фыркнула Хлоя, не в силах сдерживать ответную улыбку, и снова погладила дочку, но теперь уже по животику. — Помидорка младшая, ваша королева приказывает вам спать!       Череда забавных, но неразборчивых звуков была ей ответом. Хлоя недовольно поджала губы и задумчиво побарабанила пальцами по краю кроватки, в которой лежала Элен.       — И что мне с тобой делать, а? Чудище ты моё маленькое, — Хлоя взяла крошечные ручки дочери в свои и легонько их потрясла, вызвав удочери ещё один приступ веселья.       — Ну, как? — заглянул в комнату Натаниэль, ероша полотенцем всё ещё влажные после душа волосы. — Не уснула?       — Не-а, — недовольно проворчала Хлоя, поворачиваясь к мужу. — О, господи. А нормально просушить не судьба? Не удивительно, почему они у тебя потом не хотят лежать нормально. Не мучай меня своим издевательством над волосами.       — Прошу прощения, Ваше Величество, что посмел оскорбить ваш взор сим актом вандализма, — фыркнул Натаниэль, но ерошить рыжие пряди перестал. Вместо этого он подошёл к жене со спины и крепко обнял Хлою, устроив голову у неё на плече.       — Фу, мокрый, — проворчала Хлоя, чувствуя, как влажные пряди холодят кожу, но отстраняться не спешила. Наоборот, положила свои ладони поверх рук мужа, удобно устроившихся у неё на талии.       В этот момент Элен, с которой оба родителя не сводили глаз, снова широко зевнула. Хлоя нахмурилась ещё сильнее и пожаловалась мужу:       — Видишь? Зевает, а засыпать не хочет ни в какую.       — Может, стоит просто перестать её дёргать? — с легкой долей насмешки поинтересовался Натаниэль. — Ты же её наверняка постоянно трогаешь.       — А чего она такая… такая… — Хлоя не смогла подобрать подходящих слов и, вместо этого, только умилённо пискнула.       — Сладкая? Так вся в маму, — улыбнулся Натаниэль. — Пойдём, сядем подальше от Элли, чтобы у тебя не было соблазна её затискать.

***

      А потом Элен научилась ползать. Честно говоря, она была не слишком активным ребёнком и предпочитала наблюдать за чем-нибудь интересным из окна, мять в руках любимую игрушку или смеяться над рожицами, которые ей строила мама. Наверное, поэтому ползать она научилась позже своих ровесников.       Это был самый обычный день. Элен устроилась в манеже, грызя ухо своего резинового лисёнка. Хлоя сидела чуть в стороне, увлечённо читая книгу, не забывая, впрочем, поглядывать на дочь, которая, в свою очередь, с интересом наблюдала за папой, развлекавшим её своими попытками научиться жонглировать. Стоит сказать, получалось у него даже неплохо для первого раза, хотя мячики так и норовили выскользнуть из рук и шлёпнуться на мягкий пол манежа. Нат старался, Элен хихикала.       Вот, один из мячиков в очередной раз упал, упущенный начинающим жонглёром и откатился чуть в сторону. Натаниэль поморщился и попытался было дотянуться до мячика, но Элли вдруг повернулась в ту же сторону и поползла к цветастому шарику. Медленно, старательно, аж язык высунув от усердия. Нат так и замер в нелепой позе, не веря своим глазам, а потом поднял на жену взгляд, чтобы убедиться, что она тоже это видит.       Хлоя смотрела на Элен. Причём с таким умилением, что Натаниэлю даже казалось, что она вот-вот расплачется. От расчувствовавшейся жены его отвлекла дочь, на середине пути плюхнувшаяся на живот и недовольно засопевшая. Но упрямства малышке было не занимать, как и обоим её родителям, поэтому она снова встала на четвереньки и преодолела оставшееся до мячика расстояние. На большее сил, видимо, не хватило, потому что малышка уселась рядом с шариком и, взяв его в руки, тут же потянула его в рот.       — Какая ты молодец, — счастливо улыбнулся Натаниэль, поднимая дочь на руки.       — Умничка моя, — Хлоя тут же поднялась на ноги и подошла к ним, чтобы несколько раз чмокнуть заулыбавшуюся Элен в макушку.       — Меф, — явно недовольная тем, что откусить кусочек от мячика, так похожего по форме на апельсин, не получилось, Элли протянула свою добычу папе.       — Спасибо, — рассмеялся Натаниэль, принимая этот слюнявый дар.

***

      Первым словом Элен, ожидаемо, стало «мама», как и у большинства других детей, но Хлоя этим гордилась чуть ли не как личным достижением. Натаниэль только посмеивался, но разубеждать её не спешил.       Случилось это знаменательное событие в день, когда Хлоя и Нат затеяли очередную шутливую перепалку. Постоянно подкалывать друг друга они привыкли ещё со времён совместной учёбы в коллеже. За годы отношений такой стиль общения было единогласно решено считать флиртом, и обоих это полностью устраивало. Но маленькой Элли, уже начавшей понимать родителей, похоже, не слишком понравились мамины интонации.       — Молодой человек, я заказывала не это, — состроив недовольное выражение лица, заметила Хлоя.       Натаниэль сначала недоумённо нахмурился, не понимая, что она имеет в виду, и только потом заметил, что поставил перед Хлоей свою тарелку. Постаравшись скрыть улыбку, Нат склонил голову чуть ниже.       — Прошу прощения, мадам, — он поднял на неё хитрый взгляд, меняя тарелки местами. — Наше заведение приносит вам свои глубочайшие извинения.       — Нет, простыми извинениями вы не отделаетесь, — Хлоя добавила в голос напускного высокомерия, при этом думая, стребовать с мужа поцелуй или чашечку кофе. Нат не одобрял её кофейной зависимости, потому что знал, что Хлоя после него чувствует себя не очень.       — Мама! — вдруг возмутилась маленькая Элен, сидящая на стульчике для кормления, и хлопнула маленькой ладошкой по столу.       Оба родителя медленно повернулись в её сторону и удивлённо посмотрели на недовольно надувшую щёки малышку, сверлившую их обиженным взглядом. Она словно пыталась сказать: «Мне не нравится, как ты с папой разговариваешь», даже не понимая, что в этот момент оба её родителя уже забыли о недавнем разговоре.       — Что ты сказала, золотце? — дрогнувшим голосом, спросила Хлоя. — «Мама»?       — Мама, — повторила Элен, недоумённо хлопая глазками.       — Нат, она «мама» сказала! — Хлоя буквально светилась от счастья. — Моя маленькая! Хорошая моя!       Хлоя всё сюсюкала с тут же повеселевшей дочерью, а с губ Натаниэля не сходила улыбка. Вот кто ещё кроме него видел его жену настолько живой и счастливой?

***

      Меньше всего Хлоя хотела быть похожей на свою мать: холодной, отстранённой и вечно занятой исключительно своими делами. Нет, ну, разве это нормально бросить своего ребёнка на мужа, а самой уехать в другую страну на долгие годы? И ведь ни звоночка, ни одного короткого сообщения от неё не было.       Наверное, поэтому она твёрдо решила, что даже если Одри вдруг решит проявить интерес к своей маленькой внучке, то тут же получит твёрдый отказ. Но Одри даже не попыталась узнать ничего об Элен. Ну, это было абсолютно ожидаемо, учитывая, что её и родная дочь никогда не интересовала, а уж к её мужу Одри и вовсе относилась с презрением и даже некой брезгливостью. Он был «неровня семейству Буржуа».       Зато Хлою удивило, когда в гости к ним вдруг заглянул её отец. Не сказать, что он был ужасным родителем. Просто никогда не уделял дочери достаточно внимания, предпочитая откупаться деньгами и дорогими подарками. Он, наверное, думал, что делать для дочери всё, что она пожелает и ни в чём не отказывать — и есть забота. В общем, он, наверное, любил Хлою по-своему, как умел. И девушка не так уж и сильно на него злилась, но слова вырвались наружу будто сами собой.       — И зачем ты пришёл? Тоже хочешь своё «фи» высказать, как мама? — Хлоя недовольно скрестила руки на груди и посмотрела на отца холодно и высокомерно.       Это была её старая привычка, защитная реакция в общении с людьми, от которых она ожидала неприятностей или тех, которые были неприятны ей сами по себе. Больше всего в тот момент Хлоя боялась, что отец скажет что-нибудь плохое о Натаниэле, зная, что тогда они рассорятся надолго, если не навсегда.       Но Андре тут же потупился и как-то съёжился, стараясь стать как можно менее заметным, что с его немалыми габаритами было не так-то просто сделать. Это выглядело бы смешно, если бы не было так грустно. Похоже, её родной отец считал, что Хлоя — точная копия матери: такая же жёсткая, властная и бескомпромиссная. И, честно говоря, пятнадцатилетней ей такое отношение бы даже польстило.       — Хлоя, дорогая, я… — начал униженно бормотать мужчина, и его дочь тяжело вздохнула, прерывая этот балаган.       — Хочешь посмотреть на внучку? — довольно сухо поинтересовалась она, шире открывая дверь, пропуская его в дом.       — Да! — тут же обрадовался Андре и даже сделал шаг вперёд, собираясь войти, но вдруг остановился. — Точно можно?       — Если действительно хочешь, — безразлично пожала плечами Хлоя.       Андре неловко переступил с ноги на ногу в нерешительности, выглядя абсолютно нелепо. Уже седой мужчина, далеко немаленького роста, боялся просто зайти в дом. Наконец, видимо, приняв для себя какое-то решение, он всё же вошёл, и Хлоя заперла дверь на замок, отрезая отцу пути к отступлению.       — Нат, у нас гости! — крикнула Хлоя, не выглядя особенно счастливой, и кивнула отцу на вешалку при входе. — Куртку-то сними.       Пока мужчина раздевался и с интересом осматривался, девушка успела улизнуть из коридора. О чём она говорила со своим мужем, Андре не слышал, потому что общались они почти шёпотом, но, когда он прошёл в гостиную, Хлоя выглядела уже куда как более довольной, держа на руках маленькую девочку, сосредоточенно грызущую морковку.       — Ну, помидорка младшая, знакомься, это твой дедушка, — перехватывая малышку поудобнее, с нежностью улыбнулась ей Хлоя.       Девочка ничего не ответила, только нахмурилась и крепче прижалась к матери, как-то не слишком дружелюбно глядя на Андре. Переведя взгляд на Натаниэля, мужчина вздрогнул, увидев ещё более мрачный взгляд таких же бирюзовых глаз.       — Он — мамин папа. Вот у тебя есть папа, и у меня есть папа тоже, понимаешь? — Хлоя же не обращала на молчаливые разборки мужчин никакого внимания, ласково поглаживая дочку по спине. Элен оторвала от гостя свой тяжёлый взгляд и, посмотрев на маму, молча кивнула. — Вот и молодец. Папа, это Элен. Она очень стеснительная и не любит чужих людей. Ей нужно немного привыкнуть, тогда уже сможешь с ней поговорить.       — Я понимаю, — Андре кашлянул, прочищая горло и разглядывая внучку.       У Элен были рыжие, как и у отца, волосы, собранные сейчас в два смешных коротких хвостика, определённо мамин курносый носик и её пухлые губки, которые девочка сейчас недовольно поджимала, снова подозрительно косясь на гостя и совершенно позабыв про зажатую в руке морковку.       — Хотите чаю? — немного смягчился Натаниэль, видя растерянность мужчины.       — Не откажусь. Я принёс вот, — Андре достал коробку конфет, которую протянул дочери.       Хлоя приняла подарок дрогнувшей рукой. Любимые конфеты из её детства. Что ж, возможно, Андре был не так уж и невнимателен к ней, как Хлое казалось. Может, не всё ещё потеряно? Даже если он был не лучшим папой, то, может, станет хорошим дедом?       — Спасибо, — Хлоя улыбнулась немного сдержанно, но вполне искренне, что сразу же заставило и Элен, и Ната оттаять. Напряжение перестало так отчётливо ощущаться в воздухе.

***

      Хлоя поправляла перед зеркалом макияж, когда в комнату вдруг заглянула Элен. Мама заметила её сразу и приветливо улыбнулась отражению малышки в зеркале. Девочка какое-то время с интересом разглядывала прихорашивающуюся Хлою, крепко прижимая к себе пушистого плюшевого лисёнка, а потом тряхнула головой, словно опомнившись.       — Мама-а-а? — протянула Элен вопросительно.       — Да, золотце? — Хлоя обернулась к ней, надевая длинные серёжки. — Ты что-то хотела спросить?       — А вы надолго? — жалобно посмотрела на маму Элли.       — На пару часов, малыш, — чуть виновато ответила Хлоя. Элен ожидаемо поникла. — Но ты ведь будешь не одна. С тобой будет бабушка.       — Бабушка придёт?! — тут же взбодрилась девочка, прямо засияв от радости.       — Ага. И тебе будет совсем некогда скучать. Вы будете играть, смотреть твои любимые мультики, может, порисуете что-нибудь, — Хлоя поднялась со стула и погладила дочь по рыжим волосам. — Ты даже не заметишь, как время пройдёт.       Больше всего Элен любила оставаться с матерью Натаниэля. Катрин была просто прекрасным человеком и, честно говоря, заменила для Хлои родную маму. Когда Нат, много лет назад, решил впервые представить свою девушку матери, которая вырастила его в одиночку, и мнением которой он очень дорожил, Хлоя ужасно нервничала. Она боялась, что не понравится Катрин, но, к счастью, все её страхи тут же развеялись, когда женщина, зная про Хлою только то, что Нат её любит, встретила будущую невестку улыбкой и объятиями.       Честно говоря, Хлоя и сама была бы не против остаться дома, в компании своего рыжего семейства, но не пойти на вручение премии Сезар, будучи номинированной за главную женскую роль было бы крайне глупо. К тому же Элли оставалась в надёжных руках.       — Я всё равно буду скучать, — буркнула Элен, крепко-крепко обнимая маму.       — Да, конечно, — с притворной серьёзностью, на деле лишь с трудом сдерживая улыбку, кивнула Хлоя и чмокнула дочь в макушку.       — Сладкая, ты готова? Нам пора, — заглянул в комнату Натаниэль. — Вау, выглядишь просто великолепно.       Нат притянул жену за талию и коротко чмокнул её в губы. Хлоя не сдержала счастливого смешка, снова чувствуя себя пятнадцатилетней девчонкой, которая могла только мечтать о таких отношениях и просто не верила свалившейся на неё удаче.       Умилённый вздох отвлёк их друг от друга. Повернувшись к дочери, Хлоя увидела, что Элен смотрит на них с искренним восхищением, и у неё самой чуть слёзы на глаза не навернулись, настолько Хлоя растрогалась. Не удержавшись, она подхватила дочку на руки и несколько раз чмокнула смеющуюся малышку в рыжую макушку.

***

      Увидев Катрин, Элен радостно пискнула и налетела на неё маленьким рыжим ураганчиком. Катрин рассмеялась, специально присела на корточки, чтобы оказаться с внучкой одного роста, и обняла её в ответ. Они о чём-то пошептались, и Элен умчалась вверх по лестнице, видимо, в свою комнату. Возможно, чтобы принести большую папку с рисунками, которые она успела нарисовать за то время, что они с бабушкой не виделись.       — Здравствуй, дорогая, — Катрин снова поднялась на ноги, и обняла уже Хлою. — Отличное платье.       — Спасибо, — Хлоя с умилением наблюдала за тем, как мама обнимает Натаниэля. Они были так похожи, что в их родстве не усомнился бы и слепой.       — Не переживайте. К тому моменту, как вы вернётесь, Элен, скорее всего, уже устанет и заснёт, — заверила их Катрин.       — Но если вдруг что-то случится… — начала было Хлоя взволнованно.       — Я обязательно вам позвоню, — кивнула Катрин с понимающей улыбкой.       Когда Хлоя и Нат выходили из дома, Элен, сидя на руках у бабушки, махала им на прощание. И, несмотря на волнение перед предстоящей церемонией награждения, от этой картины на душе становилось спокойнее.

***

      — С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С днём рождения, золотце! С днём рождения тебя, — пропели Хлоя и Натаниэль.       Хлоя держала в руках небольшой тортик с двумя розовыми свечками «16». Элен, сонно потирая глаза, села на кровати. Она выглядела просто невероятно очаровательно и по-домашнему трогательно со встрёпанными волосами и в своей пижамке с лисятами. А Хлоя всё никак не могла поверить в то, что её дочка уже такая взрослая.       — Спасибо, — пробормотала Элен, увидев торт перед собой, и собиралась было задуть свечи, но Нат её остановил.       — Подожди! — он поднял руку в предупреждающем жесте. — Сколько будет триста девяносто два плюс семьсот восемьдесят три?       Элен замерла в недоумении на мгновение, но почти сразу же рассмеялась, выглядя уже гораздо бодрее. Иногда спросонья Элли плохо соображала, поэтому в моменты, когда нужно было быстро разбудить золотце с минимальными усилиями, Натаниэль предлагал ей решить какой-нибудь пример. Пока Элен решала поставленную перед ней задачку, она просыпалась окончательно.       — Тысяча… сто семьдесят пять? — уточнила Элен, и Нат согласно кивнул. — А я забыла загадать желание, перед тем как задувать свечки. Спасибо.       — Пожалуйста, солнышко, — улыбнулся Натаниэль. — Ну, загадывай.       Элен снова задумалась, гипнотизируя взглядом красивые свечки, и только определившись со своим желанием, задула два ярких огонька, выглядя настолько умиротворённой и довольной, что у Хлои внутри растекалось приятное тепло. И это Элли ещё не знала, что её друзья решили устроить для неё праздник в честь её дня рождения.       — Поздравляю, золотце, — Хлоя поставила тортик на прикроватную тумбочку и взяла дочку за руку. — Нам с папой очень повезло, что у нас родилась такая чудесная девочка, как ты. Я тобой безумно горжусь. Ты у меня невероятно талантливая и очень красивая.       — И важнее тебя для нас никого нет, — добавил Нат, протягивая жене подарок, потому что от Элен он сам стоял слишком далеко. — И мы тебя очень любим.       — Больше всего на свете, — согласилась Хлоя, отдавая дочери заветную коробку. — В общем, с днём рождения, малыш.       Элен шмыгнула носом. Кажется, они перестарались с поздравительной речью. Элли сказанного хватило, чтобы расчувствоваться почти до слёз. Она попыталась открыть подарок аккуратно, но рука дрогнула и подарочная обёртка порвалась. Элен посмотрела на дело своих рук полным ужаса взглядом, вызвав у родителей сдавленные смешки, но в итоге смирилась и дорвала несчастную обёртку.       — А-а-а! Новый графический планшет! — Элен счастливо пропищала что-то совершенно нечленораздельное. — Пап, он же даже круче, чем твой.       — Чего только не сделаешь для любимой дочки, — с притворным трагизмом вздохнул Натаниэль.       — Плохой из тебя актёр. Никто не верит в твоё притворство, — Хлоя показала мужу язык.       Продолжить свою перепалку они не успели, потому что у Элен зазвонил телефон. И по тому, как сразу загорелись счастьем глаза именинницы, родители сразу поняли: звонит ей Льюис Агрест, старший сын Маринетт и Адриана, от которого их девочка была просто без ума.       — Ладно, мы пойдём, — Хлоя забрала с тумбочки торт и подмигнула дочери. — Как наговоритесь, спускайся чай пить.       — Спасибо, — Элен послала родителям воздушный поцелуй, и тут же приняла вызов. — Алло?       — Чувствую я, через пару лет будем замуж её выдавать, — тяжело вздохнул Натаниэль, когда дверь за ними закрылась. — И глазом моргнуть не успею, как моё золотце заберут в чужую семью.       — Глупостей не говори, — Хлоя толкнула мужа бедром. — Никто её не заберёт. Просто наша семья станет больше, вот и всё. Со мной такое уже случилось, когда я вышла замуж за тебя, и я ни секунды об этом не жалела.       — Ты не представляешь, как мне приятно это слышать, — Нат чмокнул жену в макушку. — Думаешь, когда она спустится?       — Не раньше, чем через час, — рассмеялась Хлоя.