Осенний день в ледяном море

По небрежно подвижной глади холодного моря плыло судно. Оно было отчасти похоже на те, что выходят из морского города, однако что-то разительно в нем отличалось. Возможно, дело было в высоком борту, который делал рыболовецкое судно похожим на туристический корабль, а, возможно, особенными были двое мужчин, которые плыли на нем. Один из них, более высокий, слегка оперся на ограждение и, глубоко вдохнув холодный морской воздух, восхищенно произнес: — День обещает быть отличным! Погодка прям шепчет для хорошего улова. — Если вообще доплывем, — мрачно ответил собеседник, высунувшийся из комнаты управления, — кучу механизмов за свою жизнь пересобрал, а у вас лодки как будто вопреки всему ходят. Парень рассмеялся и, приблизившись к приятелю, хлопнул его по плечу. — Да ладно, дружище, не будь таким кислым. Я думал, ты по консервным банкам спец. Юноша прыснул. Слегка пробежав глазами вдоль сияющих на солнце рыжих волос, он неожиданно для себя отметил, что неприятные чувства от холодного ветра, сложных механизмов и жуткого недосыпа прошли, стоило им двоим оказаться вместе и стоять так близко друг к другу. Наверное, именно поэтому парень и проделал этот сложный путь в забытую богами приморскую деревеньку в северном регионе. Внутри него что-то щемило. Сложно было понять до конца природу своих чувств, а потому он решил еще пару месяцев назад во всем разобраться и если не признаться в любви, то хотя бы на одну ночь овладеть своим другом. — Ведешь себя как дитя, — прикусывая губу в попытке сдержать улыбку, пробормотал мальчишка. — Ну, так и назвали, — пожал плечами собеседник и, потрепав приятеля по его золотистым волосам, скрылся в рубке. Юноша остался на палубе в одиночестве. Пройдясь вдоль ограждения, он присел на лежащий мешок со снастями. Нужно было что-то придумать. Конечно, он оставил вполне явный "намек" на достаточно заметном месте, пока разбирался с управлением лодки. К счастью, со зрением у парня был полный порядок, а потому вскоре до ушей сидящего донесся голос. — Итэр, иди сюда. — Ща, — довольный своей шалостью поднялся юноша. — Кажется, я понял, почему ты не разобрался с управлением, — радостно отметил Чайлд, указывая куда-то вперед. Вошедший опешил. — Ты о чем? — Да вот же, — парень неожиданно схватил приятеля за руку и, подведя к приборной панели, указал на лежащее на ней белье, ту самую шалость, оставленную намерено, — Тут тряпку кто-то оставил. По спине Итэра прошел холодок. — Тряпку? — переспросил он, не веря в то, что друг отреагировал именно так. — Ну, да, вот же, — подтвердил Тарталья и не глядя скинул трусы с панели куда-то в угол, — иногда бывает, что, когда перед сдачей в аренду корабли убирают, оставляют щетки или тряпки. А основная панель управления здесь. — Ааа, — протянул юноша, пытаясь сохранить улыбку, — теперь понял. — Хочешь, покажу, как управлять? Итэр кивнул. Хотя бы такое внимание было слегка согревающим и подбадривало. Вскоре молодые люди добрались до необходимого места и, заглушив мотор, выбрались на палубу. — Сейчас прикормим, потом на удочки половим, слегка передохнем и сети будем ставить, — просиял Чайлд — Ага, — вяло отозвался его спутник, который уже смог прикинуть, что раньше вечера они не вернутся. Нужно было что-то придумать, прежде чем парень окончательно погрузится в свои заморочки с рыбой. С надеждой Итэр поднял голову к небу, и неожиданно идущее к зениту солнце озарило его. Вот оно: один из самых простых способов выйти на физический контакт, который уже не раз срабатывал и растапливал даже самое черствое сердце. Рывком юноша скинул с себя топ и вытянув что-то из сумки постарался протянуть как можно более заигрывающее: — Чааайлд, ты не мог бы намазать мне спинку? На секунду повисла тишина. Тарталья стоящий все это время спиной к другу повернулся и слегка поморщив нос уточнил.— Что? — Ну, чтобы не обгореть, — пояснил Итэр, соблазнительно наклонив голову. Парень буквально завис, продолжая сжимать в руках ведро опарышей, однако заметив, как переменилась кожа на руках приятеля, успокоился. — Дурак, что ли? Юноша покраснел, когда как его собеседник вновь повернулся спиной и быстро направился к ограждению, чтобы скрыть свою улыбку, однако едва приглушенный смех все же доносился. — Ну, ты придумал, конечно! — наконец просмеялся Чайлд, — Потеплее места не нашел, чтобы позагорать? Итэр надул губы. Ему было ужасно обидно. — Оденься, — протянул парень своему приятелю его вещи, на что тот злостно мотнул головой. — Мне не холодно! И если с моей кожей что-то случится, ты будешь виноват. — Хорошо, — прикрывая губы ладонью согласился молодой человек, — если ты вдруг умудришься обгореть осенью в Снежной, я оплачу тебе лечение. — Оплатишь, — согласился юноша и, исчезнув на секунду в нижней палубе, вернулся оттуда с парой раскладных кресел. — Вот это доброта, — миролюбиво отметил Тарталья, располагаясь в одном из них, — все же ты замечательный друг. На бледной коже парня проступил едва заметный румянец. Ему казалось, что через пару фраз, он будет похож на вареного рака, однако в то же время Итэр знал, что его спутник сочтет все это за обморожение, а потому очень попытался оставить на губах только легкую улыбку. — Ты не будешь загорать? — Не, просто передохну пару минут. Юноша сдавленно цыкнул. Все же ему очень хотелось взглянуть на обнаженного друга. — Не, все-таки тупо, — продолжал Чайлд, — ты столько времени пробыл в самых разных местах, а греться решил тут. — А сам бы, куда направился? Парень задумался. — Ну, мне не везде будут рады. Плюс куда-то меня просто не пустят. — Начальство не пустит? — Ага, — усмехнулся Тарталья, — все мое начальство вчетвером в меня вцепятся и будут плакать, чтобы я сидел дома. — Ясно, — рассмеялся молодой человек, размышляя о том, что друг на удивление очень податлив, когда речь касается его огромной семьи. — Я бы не отказался сгонять в Натлан, когда наши там закончат с делами до конца, но сам понимаешь. — Ага, — согласился собеседник, — не для семейного отдыха. Чайлд потянулся, а после, закинув руки за голову, мечтательно протянул. — Будет отпуск, увезу всю семью на пару недель в Сумеру. Ты говорил, что там есть огромный страж. Тевкр наверняка оценит. — А разве у тебя не сейчас отпуск? — Отпуск. — А чего не едешь? — Тебя ждал. Парень напрягся, его рука вцепилась в подлокотник. На уже и так замершей коже возникли крупные мурашки. — Что? — Ну, ты же писал, что хотел встретиться. Да и дернуть могут по делам. Итэр отметил, что молодой человек мялся, будто стесняясь чего-то. "Возможно, он тоже хочет большего," — подумал он и протянул руку вбок, рассчитывая обхватить запястье собеседника. — Ну, посидели и будет, — будто почувствовав приближение, поднялся со своего места Тарталья, — пора ловить. Рыба практически не шла, что для ловли с лодки обычное дело. От холодного воздуха Итэру было не по себе. Казалось, он вот-вот вырубится от холода, однако желание довести дело до конца и какая-то глупая гордость не позволяли ему одеться. Более того, парень снял с себя брюки и, повязав их на поясе так что они едва прикрывали зудящий от нетерпения орган, старался как можно ближе расположиться к объекту вожделения. В лучах дневного солнца молодой человек выглядел прекрасно: солнце будто пряталось в его рыжих волосах, когда как еле ощутимые морские волны сливались с его глубокими синими глазами, внимательно глядевшими на болтающийся поплавок. Фигура его, едва выдающаяся сквозь свитер плотной вязки напоминала древнюю статую, поклонение которой было легко сопоставить с почтением одному из семи. — Все норм? — уточнил Чайлд, оторвавшись наконец от борта. В этот момент он вытащил очередную рыбешку и кинул ее в ведро рядом с собой. — Да, почему спрашиваешь? — Ну, ты еще даже удочку не разложил. — Я же говорил, что загораю. — И так весь день планируешь? — А что не так? — Итэра несколько злили эти бессмысленные вопросы, а потому он решил наконец высказать то, что не давало покоя — Я может хотел, чтобы ты меня поддержал. Юноша стоял к спутнику спиной и явно собирался сказать ему что-то еще, когда мягкая слегка колючая субстанция прилетела в его спину. — Одень хотя бы это, — улыбнулся парень, оставшийся в тонкой майке, плотно прилегавшей к его крепким мышцам, — у тебя пальцы уже синие. — Надень, — едва сдерживая улыбку поправил мальчишка, быстро просовывая голову вовнутрь вязанного полотна, надеясь уловить в нем аромат. Итэр мог бы простоять со свитером на голове еще долго, все смакуя запахи, когда его боков коснулись сильные руки друга, потянувшие края кофты вниз. — Ой, да я не особо разбираюсь, — признался Тарталья, — меня уже все подряд поправляли, никак не запомню. — Ясно, — протянула вылезшая наружу голова, которая лишь отметив, что собеседник пристально разглядывает, налилась краской. Как ни странно, друг это заметил. — Вот, — радостно заявил он, — не успел одеться, а уже цвет лица нормальный стал! Молодой человек вздохнул и выдавив из себя благодарность начал вертеть удочку в руках. Пусть план с загаром провалился, так быстро сдаваться он не намерен, а потому не надевая штаны, решил переходить к следующему шагу. — Черт! — наигранно выругался Итэр. — У твоей удочки такая сложная конструкция. Ничего не понятно. — Возьми другую тогда, — отозвался Чайлд, не отрывая взгляд от поверхности воды, — ты же сам говорил, что у тебя их целая коллекция. — Я взял только эту, — беспомощно проговорил парень, также, не отрываясь от рассматривания подкаченной спины, что ранее была скрыта от его взора. Среди прочего на шее стоявшего болтался какой-то шнурок, которого было раньше не видно из-за кофты. — Ща, — отозвался собеседник, однако даже не поторопился помогать, а лишь продолжал вглядываться в глубины покачивающихся волн. Путешественник бросил на своего приятеля резкий взгляд. Даже незаметно для него самого, губы парня слегка раздулись. Как его смели игнорировать! Сконцентрировавшись, Итэр представил перед собой теплые цветущие долины Фонтейна и, почувствовав в себе благословение гидро архонта, направил небольшой сгусток силы по направлению друга. Снаряд прилетел ровно между лопаток, намочив майку. Черная ткань мгновенно прилипла к коже, отчего Итэр невольно сглотнул. Ему безумно хотелось сорвать с приятеля эту майку, чтобы вдоволь насмотреться на предмет своего воздыхания. "Может, — невольно подумал парень, — мне намочить его майку полностью? Или вообще выкинуть его в воду" Решившись провернуть трюк снова, молодой человек начал концентрировать в руке крупный сгусток гидро, однако именно в тот момент, когда всплеск был готов лететь в цель, его спутник наконец начал оборачиваться. Путешественник резко вскинул руку и направил цель в воздух, однако Тарталья, казалось этого даже не заметил. — Чего у тебя там? — спросил парень, поставив свою удочку на специальный крючок, приделанный к борту. — Не понимаю, как ей ловить... — Так, ты ее разложи сначала, — усмехнулся парень, — давай сюда, сейчас я ее соберу. Его собеседник, однако не был рад такому предложению, сжимая в руках корпус так, будто это самое ценное его оружие. — Я хочу разобраться сам, лучше научи меня. Чайлд улыбнулся. — А вот это правильный подход, — отметил он, запустив руку в волосы друга, и поворошив его макушку. Ему было действительно приятно проводить время с Итэром, человеком, с которым по воле службы его впервые столкнула судьба и открыла в нем потенциал прекрасного партнера по спаррингам, а порой приятель и вовсе казался частью семьи или даже чем-то большим для предвестника. Особенно сейчас, когда тот стоял в длинном, покрывающем его тело свитере и не понимая, что делать крутил удочку в руках. Было видно, что его это беспокоит, ведь руки парня были заметно мокрые. — Не делай так, — попросил молодой человек, перехватив руку друга со своей головы, — и без этого волосы из-за кофты пушатся. — Действительно, — согласился собеседник, взглянув на спину парня, длинная коса которого изрядно растрепалась и прилипла к свитеру. Итэр тем временем слегка отступил назад, так чтобы его спина вплотную прижалась к груди парня. Не отпуская правой руки, он взял в нее корпус удочки, в то время как левой сначала обхватил запястье, а после положил пальцы этого уже раздражающего своим непониманием человека над своими. — Учи. — наконец попросил он, предлагая своему приятелю вести его руками, будто в танце. — Прям так? — опешил Тарталья, отмечая для себя, что это было слишком близкой дистанцией, отчего у него самого взмокла спина. Ранее, еще до этой странной позы, молодой человек чувствовал, как от взгляда приятеля по коже пробежал холодок, однако теперь все приняло куда более странный оборот. — Да, — Итэр немного отклонил голову назад и, сделав слегка просящее лицо, заметил, — я так куда легче обучаюсь. Мужчина улыбнулся. Это напомнило события далекого прошлого, когда наставница с ее вечно пустым и отстраненным взглядом учила его правильному хвату оружия. Она делала это медленно и размеренно, однако стоило ему наконец освоить хват, провела первую тренировку, где избила до потери пульса. В те моменты еще только будущему предвестнику казалось, что наставница была в одном шаге, чтобы отсечь ему руку, однако вовремя остановилась и вновь обратилась холодной и безразличной статуей. — Хорошо, — согласился Чайлд, будто перенимая на себя это бремя ответственности. Он немного отстранился, чтобы не слишком прижиматься к все еще лишь прикрытой завязанными вокруг брюками заднице друга, слегка расправил плечи, наклонился и положил свою голову ему на плечо, а после, стараясь говорить немного тише, начал объяснять, как правильно разложить устройство. Всем телом в этот момент парень слышал, как сердце обучаемого колотилось: его звуки раздавались до кончиков пальцев, словно тот боялся сделать что-то не так. — Ты в порядке? — полушепотом осведомился Тарталья, немного переживая за приятеля, — сейчас с леской разберемся и закончили. Итэр сглотнул. Он сейчас сам закончит от таких действий. То ли из горячего дыхания, направленного прямо в ухо, то ли из-за внезапного шепота, голос парня казался дико сексуальным. Хотелось просто отбросить в сторону эту идиотскую удочку, развернуться и оседлать этого тугодума, однако при всем своем опыте Путешественник понимал, что подобные действия не принесут результата: если согласие не будет обоюдным, то их дружбе конец, а этого не хотелось. Тем более, что от предвестника, который сначала делает, а потом, лишь по прошествии долгого времени, думает, за такие выходки можно было больно получить по лицу. — Да, я в порядке, спасибо. — Ну, и отлично! — отстранился и более привычным голосом произнес мужчина. — Теперь, ты разобрался? — Ага, — соврал Итэр, понимая, что он вообще ничего не запомнил. Водная гладь слегка подрагивала от шелеста волн, однако даже сквозь них, если присмотреться можно было заметить два небольших поплавка, лежащих на поверхности воды. Нужно сказать, рыбалка — далеко не самое веселое занятие, которым Путешественнику доводилось заниматься в Тейвате, скорее, от этого клонило в сон, и, если бы не вечно болтающая за спиной Паймон, парень точно не поймал бы в своей жизни ни одной рыбешки. Однако сейчас этот монотонный процесс был слишком тихим, и даже его спутник, обычно очень разговорчивый и веселый, совсем затих будто с головой утонув внутри своих мыслей. Итэр несколько раз пытался заговорить с ним, однако, казалось, не находил слов, а потому, так и не рискнув издать хоть какой-нибудь звук, молча смотрел на воду. Наконец поплавок парня колыхнулся. Привычным образом парень принял стойку и уже принялся тянуть рыбу, когда вдруг в голове родился очередной план.— Аххх, — куда более громко и протяжно простонал он, отчего Чайлд, нанизывающий в это время на крюк червя, остановился и наблюдал. — Ч-что ты делаешь? — уточнил молодой человек, едва его друг вытащил из воды несчастную оризию и опустил ее в ведро. — Ловлю рыбу. — А что это было? — О чем ты? — инициатор стонов едва сдерживал смех, глядя на то, как румянец слегка охватывает щеки собеседника, — Что-то не так? Только сейчас Тарталья заметил, что отчего-то истер несчастного, наполовину нанизанного червя между пальцами. Глядя на эту картину, он вдохнул холодного воздуха, быстро сплюнул на руку и, потянув плечи, вытер руку о ограждение лодки. — Че-то я перенапрягся, — отметил парень, цепляя крючок, с которого он уже успел счистить наживку, к основанию, — Пойдем, поедим? Итэр улыбнулся, похоже лед, возникший между ними, тронулся. — Может тогда сразу в каюте полежим? — Можно, но я хочу есть. Будто в подтверждение этого живот Чайлда забурлил, молодой человек отвел взгляд и, забрав из рук приятеля удочку, направился внутрь судна. На удивление, он не стал возится с переносной печкой для приготовления пойманной рыбы, а вместо этого, вытащил из лежащей в каюте сумки сверток, завернутый в бумагу. — Чего у тебя там? — с интересом осведомился парень, уже успевший расположиться на складной кровати, закрепленной к стене каюты. — Понятия не имею, — улыбнулся собеседник, продолжая разворачивать сверток. Как оказалось, для рыбаков был подготовлен целый пир: в сумке вместе со свертком лежал термос, который на один из праздников для всех коллег изготовила Марионетка, и стоило открыть его запах чая с летникой распространился по судну. Кроме того, отдельно, также завернутая лежала буханка свежего хлеба, испеченная только с утра. Под другим слоем бумаги теплилось блюдо с картошкой и мясом, выложенными слоями и залитыми густыми сливками с сыром. Казалось, будто их только вытащили из печки, однако чья-то нежная рука, уложившая поверх шапочку из сметаны, в которой была примешана слегка подсушенная зелень, указывала на то, что блюдо было полностью готовым и ждало лишь того, пока его съедят. При этом, на всякий случай, сметана была отложена и отдельно. — Тут будто ресторан! — искренне восхитился Итэр. — Вот-вот, — поддержал друга Тарталья, уже успевший сунуть кусок запеканки в рот — до отпуска сто лет не ел такого. Боюсь, совсем меня разбалует, потом галеты в рот лезть перестанут. — Давай дам тебе Паймон до конца отпуска, — пошутил парень, прихлебывая чай прямо из крышки термоса, — с ней не разбалуешься. — Она-то точно спуску не даст, — прикрывая ладонью рот, согласился приятель, — только как ты ее потом из моего дома вытащишь? — Я ее выкачу! Оба молодых человека рассмеялись, представив, как маленькая, но очень прожорливая фея катится при помощи Путешественника по коридору, при этом цепляясь за дверные косяки и выкрикивая, что никуда не уйдет без десерта. — Кстати о десертах, — подметил Чайлд, когда основное блюдо уже было съедено, — кажется, я сумел стащить нам одну банку. Из недр рюкзака он вытащил небольшую баночку, крышка которой была закрыта платком и перевязана ниткой. — Варенье? — Ага, только этого года. Даже в погреб не успели спустить. Путешественник не совсем понял, в чем именно прелесть данного ингредиента, однако одобрительно кивнул, в то время, как его спутник быстро снял с закатки защитную ткань и, подцепив острием походной ложки, крышку протянул открытую банку другу. Это не было похоже на обычное варенье из ягоды и цветков-сахарков, оно слегка отличалось по свету и запаху, а кроме того сверху лежало что-то не очень понятное. Это был какой-то твердый диск, притопленный в варенье, отдающим легкой кислинкой. Итэр подцепил покрытую сладкой субстанцией корочку ложкой и положил на хлеб. — Не могу понять, что это, — пробормотал он, продолжая счищать с предмета варенье. — Попробуй, — предложил парень, размазывая по хлебу, предварительно смазанному тонким слоем сметаны, варенье. Глядя на непонимание друга, он улыбался, хотя в душе ему было немного обидно, что эта часть блюда досталась не ему. Радовало лишь то, что где-то в глубине баночки была еще одна. Молодой человек вновь подцепил предмет ложкой поднес к губам и слегка коснулся языком. Сладко. Даже слишком, сладко как сахар. — Надкуси побольше, — посоветовал друг, вливавший себе в рот чай прямо из термоса. Итэр послушно вцепился зубами в диск. Это было слегка похоже на карамельные леденцы, что продавали на площадях Снежной и Норд-Края, отливая всяких замысловатых зверюшек, однако корочка почти сразу треснула, пустив вместе с узнаваемым хрустом на язык что-то еще. Вкус был знакомым и очень освежающим, однако перебрав в голове большую часть растущих поблизости ягод, молодой человек не смог сопоставить их по вкусу. — Это пузырин, — пояснил предвестник, видя ступор на лице своего приятеля. — Привез парочку из Фонтейна, после того случая, а теперь каждый год прошу у кого-нибудь из подопечных Слуги взять ящик. Собеседник присвистнул. — Не мало отдаешь за такие приколы. — Есть такое, — казалось Тарталья на секунду смутился и отвел глаза, — но что-то моим в них нравится. Тем более, что вполне вкусно получается. — Это точно.

***

За разговорами пролетело еще немного времени, когда Итэр наконец выбрался из каюты и взглянул на слегка пасмурное небо. Неужели и в этот раз ничего? Снова не сможет сказать, уедет, вернется в гостиницу, где оставит надоевшую Паймон, а сам уйдет искать краткосрочных развлечений. Среди них найдет одного или нескольких людей для интрижки, получит еще пару отметок в своей галерее. А он? С ним еще удастся пересечься через пару месяцев, а после на свой день рождения снова пришлет подарок и предложение поспарринговать. И все. Как можно быть таким тупоголовым? — Наверное, остался только один способ, — бросил парень куда-то в пустоту, прекинув свою косу на плечо и слегка проведя по волосам. Когда посуда была прибрана, из каюты показался и второй участник этого путешествия. Он устало окинул палубу, однако никого не нашел. Лишь где-то вдалеке слышались странные звуки, а на открытой двери висела кофта. — Итэр, — позвал Чайлд в поисках своего друга-эксгибициониста, и, идя на голос, пробормотал, — надеюсь, ты перебираешь сети. Звуки становились насыщеннее и складывались в удивительную мелодию, слов из которой парень не мог разобрать, однако та казалась ему очень красивой и загадочной. Наконец, взору предстала необыкновенная картина: Сидя на краю лодки и слегка поджав под себя ноги, Путешественник, будучи полностью обнаженным, распевал ту самую странную песню. Глаза его были закрыты, волосы распущены и стекали длинными золотыми прядями вдоль тела На плечах, едва прикрывая спину и грудь лежали сети, составляя тем самым основное одеяние парня и будто даже защищая его от холодного морского ветра. Правая рука Итэра лежала у него на груди с повернутым к небу локтем, куда была устремлена и голова, в то время как левая рука слегка покачивалась в такт музыке. Он научился этому еще до прибытия в Тейват, однако вспомнил технику совсем недавно. В любом случае, направленного потока должно было хватить, чтобы захватить внимание парня и донести до него свои чувства. Это был последний гарантированный бросок, однако уже через пару секунд Путешественник понял, что проиграл, когда до его ушей донесся сдавленный смех. — Итэр, ну, елки-палки, — выдавил из себя Тарталья, задыхаясь и хрипя от незаканчивающегося смеха, — у меня нет полцарства, чтобы тебе его дать! Угомонись, пожалуйста! В каком- то безудержном припадке он даже согнулся и, прикрывая рот рукой, выплевывал из него нечленораздельные звуки. — Ой, ну и, пошел ты... — обижено бросил парень, злобно зыркнув и откинув с лица волосы. Он уже собирался встать, как понял, что его ноги запутались в брошенных сетях. Резко дернувшись в попытке выбраться, молодой человек с грохотом упал лицом на палубу. Сверху над ним пронеслась еще одна волна хохота, сопровождаемая в этот раз кашлем и звуками, схожими с криками сиреневых чаек. — Ты похож на морское чудовище, — немного успокоившись и не сдерживая улыбки, заметил Чайлд. Он наклонился перед другом и, протянув руку, помог подняться и выпутаться. — Пойду, оденусь, наверное, — пробормотал Итэр, сдавлено. — Иди. Тарталья остался собирать и складывать сети. Теперь ими не половишь. Удивительно, как этот дурак не поранился о нити! К чему вообще это было? Хотя, если подумать, у предвестника было с десяток еще более странных знакомых, а потому ситуация его мало смущала. Он смотрел на простирающееся море и корил себя за то, что так и не смог решиться. Весь день он только и делал, что осторожничал, не решаясь признаться. А ведь это его друг! Прекрасный человек и боевой товарищ, с которым они провели не мало времени, однако теперь слова совершенно не хотели вылетать изо рта. Будто вторя настроению, на плечи и голову звонко начали падать капли дождя. Парень вздохнул, казалось будто персональное облако возникло над ним. Итэр, тем временем, собрав по судну одежду и натянув ее на себя, вернулся. Он нес в руках отданный ранее свитер и сразу понял, что он пригодится, поскольку его друг оказался в незавидном положении: Путешественник напрочь забыл о выпущенной энергии, и теперь она, потеряв в воздухе свою форму, тонкими струями спускалась вниз ровно на стоящего на палубе мужчину. "Черт"— выругался про себя парень, и, запустив вперед поток ветра, быстро направился к своему спутнику. — Ты не простынешь? — беспокоясь, уточнил он, протянув кофту. — Не, — понуро отозвался Тарталья и, наконец посмотрев на небо, добавил, — да, и дождь вроде кончился. Они стояли и смотрели на спокойную, едва движимую поверхность воды, когда один из них не выдержал: — Да, не могу я так больше! — воскликнул Чайлд и быстро начал что-то искать в кармане. Его собеседник стоял в ступоре и не понимал, как ему следует поступить, когда в его руки опустилась небольшая жестяная коробочка. — Что это? — Открой, — попросил парень, слегка отводя глаза, а когда его спутник обнажил содержимое, добавил, — прости, что не сказал раньше. В коробке лежали леденцы и несколько съедобных монеток моры, которые были популярны в Снежной, однако дело было вовсе не в них, а в гравировке на дне коробочки. — Приглашение? — удивленно пробежался глазами Путешественник, — Так ты женишься? Чайлд смутился и, вытащив из-под одежды висевшее на шнурке кольцо, показал его другу. — Это, скорее, формальность. Сам знаешь, скоро война. Хотелось бы сойтись раньше, чтобы ей было спокойней. — Ты не говорил, что у тебя кто-то есть. — Да, как-то не сложилось. Все ждал, пока ты приедешь, потом у меня уйма дел. — Она из твоих? Из отряда? — Ну, не, — улыбнулся предвестник, казалось, после признания ему стало куда легче, — ей там нечего делать. — А ты с ней счастлив? Ни промедлив ни секунды, Аякс кивнул, на что его друг лишь, слегка подавив тоску в своей душе улыбнулся. Может быть, за все это время он так и не понял этого безмятежного, взбалмошного и обожающего драки парня. А может, он его никогда и не знал.