It is always nise to see you

Осенние листья стремительно напитываются грязными лужами, расползаются яркими красками по асфальту и заставляют меня невзначай улыбнуться про себя. Осень красива, осень нужно любить со всей ее грязью, горечью и холодом, не забывая про горячее солнце в сентябре, желтые листья вокруг и горячий кофе в местной забегаловке. Телефон робко звенит, сначало тихо, будто спрашивая разрешения на звук, за тем все громче. — Ало? Лэйн? — Ало, Анна! От знакомого голоса тепло клубится внутри моей груди, и кончики пальцев охватывает незаметная дрожь, ее голос — ещё одно чудо осени, что так меланхолично звучит на фоне слякотливого дня. — Я тебя уже тридцать минут жду, где тебя носит? – и вправду, прошло чуть больше получаса, от назначенного времени. — Я уже подхожу! Дай мне десять минут. Рука механически соскальзывает к телефону, чтобы положить звонок, перед этим несколько раз имитирую поцелуй прям в динамики, но тут же вспоминаю как смешно бы Лэйн поморщилась от резкого звука. Телефон отправляется в карман пальто, а я оглядываюсь по сторонам, в поисках бордовой крыши нашего с ней любимого кофе, нашего с ней места встречи. Два раза меня чуть ли не сбили с ног, третьего не было, но ненастья не закончились. Небо, скорбя по кому то, кого я не знаю заливается в пронзительном грохоте и младенческом плаче. Срывает с деревьев их последнюю одежду, оставляя их стоять нагими. И почти уносит за собой мой шарф, что так неприятно колит в голую шею. Время теряет рассудок и вместо привычного, медленно текущего дождя мое лицо встречает ряд водяных пуль. Пытаясь устоять на ногах расправляю черный зонт, который тут же выгибается назад от грубого ветра. В голове я держу «ничего, идти ещё совсем немного!», но как на зло знакомые вывески прячутся от моих глаз, виляя по мокрым улицам рассматриваю как бьют крыльями черные вороны, спешат куда то напыщенные взрослые. Вспоминаю теплые руки Лэйн, которые на деле совсем не теплые, но сейчас согрели бы меня получше чем сырое пальто. И наконец вижу перед собой знакомую черную дверь, со стеклянными вставками и бежевыми вывесками, по которых бьет неуспокоимый дождь, а потом стекает и опять же бьет, но уже по асфальту рядом. Тяну ручку на себя, ощущаю на себе чужой взгляд и глазами ищу в толпе Лэйн. Она вскакивает, несётся ко мне и спешно целует в обе мерзлые щеки по очереди. Помогает снять пальто, укладывает его на вешалку вместе с шарфом. — Неужели, я уже заждалась. — Показушно отводит от меня глаза, я смотрю прямо в них и вижу черную тушь. И я бы подумала что она приросла к векам возлюбленной, если бы не видела ее без макияжа. — Не делай вид, что глубоко на меня обижена, я знаю что ты не способна на такое ко мне. — Может быть, но ты опоздала на наше с тобой десятое свидание. Я раскрываю широко глаза, точно как кошка и прикидываюсь удивленной, хотя на деле я вела точный счёт и знаю: это не десятое свидание! — Не верю. Ты серьезно? — Да! – она сново отводит глаза, сводит к переносице брови. — Ты не считаешь? Мне кажется что Лэйн совсем скоро развернется и уйдет, я чувствую как в ее голове клубится вихрь мыслей и как предчуствовав начинаю говорить с ней в такт. «я считаю!» — крикнула Возлюбленная и я вместе с ней, но в отличии от Лэйн, мой голос был слегка вопросительный, отчего она задирает одну бровь и я сдерживаясь от смешка. Мы обе тут же замираем, и я решаю продолжить. — И я точно знаю, что сегодня не десятое свидание, а девятое. — Серьезно? Значит, я ошиблась. — Значит да. Расчетливая Лэйн, что записывает все в маленькую записную книжечку все таки просчиталась. — Ты только что простебалась надо мной? На ее вопрос я отвечаю улыбкой и она улыбается в ответ, в проигрыше закатывая глаза. Мы идём к нашему столику в противоположном углу: оттуда видно окна, входную дверь, и то, как суетятся за стойкой бариста. Только чтобы сделать заказ приходится подходить ближе, впрочем, сейчас это не пригодится ведь Лэйн заказала все заранее. — Ты, вообще, как дошла? На улице дождь такой, будто может незаметив смести тебя с асфальта. — Вместе с листьями? — Точно, ты была бы вон тем, жёлтым. — Каким тем? — Мне тебе пальцем показать? — Показывай уже. Она берет мою руку в свою, и она реагирует на контраст холодной улицы, горячего кофе и затем сново холодных рук Лэйн. Кончики пальцев, раскрасневшие и одервенелые. Моя Возлюбленная направляет их за окно. И на кончике зловещего черного дерева, что тянул свои худые лапы в небо, красуются ярко жёлтый лист, он колышется на ветру и в миг его сбивает крупная капля дождя. Лэйн громко выругалась почти мне на ухо и я подскочила. — Боже! — Что? Оно было таким красивым, а теперь лежит в грязи. — Хм. Я хмыкаю ещё раз, затем ещё раз. Тембр растет и становится смехом, которым мы в одночасье заливаемся. Через смех Лэйн пытается что то сказать, я не разбираю, она пытается донести мне мысль усерднее и давится кофе. — Лэйн! Аккуратнее. — Не могу, когда у тебя такой забавно-кокетливый смех. — Какой у меня смех? И мы сново смеемся, пока не затихаем. Наше дыхание прерывистое, я вслушиваюсь в тихий джаз, который поют черные колонки в углах на потолке. Затем смотрю на Лэйн. Одна рука касается моей, а вторая подпирает лицо. Она выглядит поэтично, будто что то не существующее, а написанное самым искусным художником. Лэйн, Моя Лэйн, смотрится на фоне темно-зеленого кресла живописно и даже меланхолично если брать во внимание дождь и слякоть за окном. Картина постоянно меняет контрастность, смотря куда обращён мой взгляд. Снаружи холодно, ветер кружит в танце не только листья, но и прохожих вместе с их зонтами и шарфами, вороны поют своим неприметным голосом песни. А может он приметный и это мы далеки от понимания прекрасного? Впрочем неважно. Внутри теплый свет, приглушенная музыка, тихие голоса рядом сидящих людей. И Она, в своем мрачном полу-готическом образе выглядит так не к месту, что даже начинает вписываться. Лэйн в черном свитере с горлом, поверх ее бордовое пальто из шерсти. Подведенные черным ее темно-карие глаза, слегка подкрашенные губы.. — Аннааа-а-а... Заглядываешься на мои губы так, словно мы снова в десятом классе. Ее взгляд внимательный, голос тянется сладкой струёй и я пробую его на вкус словно мед. Она смеётся, сново что то говорит.. Я слышу тихое «иди сюда», перед тем как она берет меня за щеки и целует в губы. И я все краснею, ведь, о боже! Я разглядывала ее все это время так бесстыдно, будто я и впрямь откатилась во времени назад. Она улыбается, довольная тем что застала меня врасплох. И я непроизвольно улыбаюсь в ответ, наклоняя голову ниже, но все ещё смотря ей в глаза. — Ты была бы этим деревом. — Я бы тебя ни за что не отпустила. Моя и ее улыбка принимает одно настроение. Мы смотрит на друг друга тепло, и, я уверенна она чувствует тоже самое. Одновременно отводим глаза и я смотрю в свою чашку, в нетронутое кофе. Подношу к губам, вдыхаю запах, будто проверив на наличие в нем яда, отпиваю, сразу чувствую его сладость и слегка ощутимый аромат ванили. Затем смотрю в кружечку Лэйн, она такая же белая на небольшом блюдечке. И я тут же морщусь, вспоминая как она уговаривала меня попробовать свое кофе. — Боже упаси, как ты его пьешь! — Сладко-приторной девочке меня не понять.. — Как драматично она это тянет, порой я удивляюсь ее артистичности. — Тебе бы подошла роль в театре. — Хм. Скорее грустного Мима в цирке. Она корчит рожицу и мы сново улыбаемся. Я никогда не понимала как люди пьют черный кофе, а Лэйн пьет его ещё и без сахара. Но, признаться честно: в глубине души мне безумно нравится. И черный кофе, и тот факт что его любит Лэйн. Мы одновременно смотрим в окно, я ощущаю что её уже потеплевшая рука всё ещё лежит на моей и слегка поглаживаю большим пальцем. Дождь почти стихает, даже выглядывает местами солнце, что кажется невозможным в середине сентября. За соседними столиками тихие разговоры, чьи то будничные сплетни. Шумит за стойкой кофемашина и напевает себе под нос бариста: «I see friends shaking hands, saying: "How do you do?" ... They're really saying: "I love you"» Хриплый голос старого Луи Армстронга мешается с голосами, с нашими немыми взглядами и суетой. Я сново смотрю на Лэйн, она смотрит на меня. И я говорю слова, что произносятся и будут произносится эхом в моей голове всегда. «Я безумно люблю тебя, Лэйн»

"Безумно люблю тебя, Лэйн"

— Даже пьющую черный мерзкий кофе? — Он тебя дополняет. — ... — Что? — Я тоже безумно люблю тебя, Анна. Она вырывает из шарфа и накручивает на мой безымянный палец черную нитку. Поднимает серьезные, отчего то поникшие темные глаза, наклоняется и шепчет мне в лицо. «Навсегда люблю. Носи и не снимай.» Не сниму. Никогда.