Прошлыга у порога

— Слушай, Давид, я не знаю, что делать, — начал Сергей, сжимая салфетку так, будто это была шея Антона. — Он же теперь не отстанет от Арсения. Давид отпил кофе, кивнул, не моргнув: — Ну… не замужний беременный омега — это же хуже, чем замужний беременный омега. Сергей замер. — Ты это сейчас серьёзно сказал? — Абсолютно, — спокойно ответил Давид. — Если уж всё так плохо, то… чисто теоретически, можно их поженить. — Поженить?! — Сергей чуть не поперхнулся. — Да ты с ума сошёл! — Нет, я просто реалист, — Давид пожал плечами. — Ты же сам сказал, что этот парень не уйдёт. Так пусть хотя бы официально не уходит. Сергей уставился на него с ужасом, а Давид уже с невозмутимым видом листал меню. — Только не говори, что ты сейчас подбираешь им банкетный зал. — А что, — усмехнулся Давид, — я просто посмотрю, где хорошие хинкали подают. На свадьбе пригодится. ——— Антон даже не успел как следует закрыть дверь своей квартиры, как на пороге появился Сергей. Без звонка, без приветствия. Только тяжёлый взгляд и сжатые кулаки. — Нам нужно поговорить, — произнёс он низко, так, что воздух в прихожей будто стал гуще. Антон прищурился, руки машинально вытер о джинсы: — О чём на этот раз? — Об Арсении, — сухо ответил Сергей. — Он… беременен. От тебя. Слова ударили, как выстрел. Антон будто не сразу понял смысл сказанного. Его губы чуть дрогнули, а потом он выдохнул: — Что?.. — Ты всё прекрасно слышал, — холодно сказал Сергей, делая шаг ближе. — И теперь, парень, ты женишься на нём. Антон медленно провёл рукой по лицу. — Женюсь? Вы это серьёзно? — Абсолютно, — продолжил Сергей. — Я не позволю, чтобы мой сын оказался в положении… без имени отца рядом. Ты сделал — ты отвечай. Антон на секунду закрыл глаза, потом поднял взгляд. В зелёных глазах не было страха — только твёрдость. — Хорошо, — сказал он тихо. — Если он действительно беременен… я не сбегу. Но только если он этого хочет. Сергей чуть скривился: — Он ребёнок, он ничего не понимает. — Тогда я сам у него спрошу, — резко ответил Антон, проходя мимо, словно пробивая себе путь сквозь стену. ——— Арсений сидел в гостиной, поджав под себя ноги, листал телефон и делал вид, что всё в порядке. Но когда в дверь позвонили — он вздрогнул. На пороге стоял Антон. В руках — букет и маленькая коробочка. За его спиной, как на параде, уже маячили Татьяна и Сергей. — Антон?.. — Арсений побледнел. — Что ты… — Я пришёл, — перебил тот твёрдо. — Поговорить. Он вошёл, оглядел комнату, потом посмотрел прямо на Сергея: — Я всё знаю. И если Арсений действительно… беременен, то я не собираюсь прятаться. Татьяна ахнула, сестра Арсения застыла с кружкой в руках, а сам Арсений ощутил, как кровь уходит из лица. — Что?.. — выдохнул он. — Антон, ты… Но тот уже встал перед ним на одно колено. — Я не умею красиво говорить, — тихо произнёс Антон, — но если уж я виноват… если в этом есть моя доля — я беру ответственность. Арсений, выйдешь за меня? Тишина. Только тиканье часов на стене. Сергей сжал кулаки до белых костяшек, Татьяна прикрыла рот рукой. А Арсений… просто сидел с округлёнными глазами и понимал, что его нелепая ложь вдруг стала реальностью. — Антон, — выдохнул он дрожащим голосом, — я не… Но взгляд Антона был такой искренний, такой решительный, что слова застряли в горле. Он просто кивнул, будто не зная, что ещё сделать. И только Татьяна заметила, как у Сергея на лице появилось выражение полного ступора: его план явно пошёл не так. На кухне пахло чем-то домашним — чаем, пирогом и тревогой. Арсений потянул Антона за рукав, почти силком усадил на табурет и, глядя по сторонам, прошептал: — Ты с ума сошёл?! Антон поднял на него глаза, зелёные, спокойные — будто вообще не осознавал, что только что сделал предложение перед всей семьёй. — А что? Всё правильно. Если ты беременен — я… — Я не беременен! — выдохнул Арсений и сразу понял, что сказал это слишком громко. Молчание длилось секунду. Потом — знакомое тяжёлое покашливание за спиной. Оба медленно обернулись. В дверях стоял Сергей. Руки скрещены на груди, лицо — каменное, взгляд прожигающий. — В смысле — не беременен? — произнёс он медленно, отчётливо, словно боялся, что ослышался. Арсений побледнел. — Пап… я… — Ты, значит, мне врал? — голос Сергея становился всё ниже. — Врал, всей семье врал?! — Я просто… — Арсений сделал шаг вперёд. — Я испугался, ты же… ты бы не дал мне с ним встречаться! — Так правильно бы сделал! — резко рявкнул Сергей. — Я тебя защищал, а ты устроил спектакль?! Сергей молча стоял, потом резко дёрнул плечом и гаркнул: — Всё, с меня хватит! Пошёл вон из моего дома! Антон даже не успел ответить — Сергей уже сделал шаг к нему, будто собирался схватить за шиворот. — Пошёл! — повторил он, лицо покраснело от злости. — Серёж, перестань! — вмешивается Татьяна, стараясь перекричать брата. — Он тут ни при чём! — Как это «ни при чём»?! Ты же сама сказала — тест положительный, Арсений беременен, вот всё это! В комнате на секунду становится тихо. Арсений застывает, сжимая пальцы в кулаки, Татьяна глубоко вздыхает. — Серёж, — наконец говорит она, тихо, — этот тест… мой. — Чего? — он моргает, не веря услышанному. — Мой, — повторяет она чуть громче. — Я попросила Арсения не говорить, пока сама не решусь тебе сказать. Я сказала, что тест его — чтобы ты хоть раз подумал о ком-то, кроме себя. Сергей опускает плечи, будто из него всё выдули. — Ты… ты серьёзно?.. — Более чем, — спокойно отвечает Татьяна. — И если хочешь кого-то выгнать — начни с себя. Она проходит мимо него и закрывает за собой дверь в спальню, оставив Сергея стоять в прихожей, растерянного и вдруг очень одинокого.