Прошлыга у порога

Сергей сидел на кухне, притихший, со стаканом чая в руках. На столе лежал телефон Арсения — экран мигал, пока он раз за разом перечитывал их переписку с Антоном. — Ну и куда это всё катится… — пробормотал он себе под нос, глядя в пустоту. На кухню заглянула Маша — в худи, с наушниками, с любопытным видом. — Пап, ты чего такой мрачный? — Думаю, Маш. — Опасно, — усмехнулась она и присела напротив. — Про Арсения? Сергей кивнул. — Хочу, чтобы он перестал путаться с этим… Шастуном. — А если он любит его? — Любовь — не повод портить себе жизнь. Он сжал телефон Арсения. — Маша… Ты же с телефонами там своими ловко. Мне надо, чтоб ты написала от его имени. — Что? — Антону. Напиши, будто Арсений… не хочет его видеть. Что всё кончено. — Пап, это же подстава! — Я тебе заплачу. Маша фыркнула. — Даже не в деньгах дело, пап. Просто… — она посмотрела на него долгим взглядом. — А если Арс потом узнает? — Не узнает, — отрезал он, отворачиваясь. — Надо, чтоб тот отстал. Маша вздохнула, взяла телефон. — Ладно, только один раз. Через несколько минут Сергей увидел, как в переписке вспыхнуло новое сообщение от Антона: «Понял. Больше не побеспокою». Сергей закрыл глаза. Казалось, наконец-то всё кончено. Но внутри вместо облегчения — только пустота. — Он где сейчас? — спросил он глухо. — Антон? — Маша прищурилась, глядя в экран. — В баре. Публику сториз с пивом. — В баре, значит… Сергей встал, надел куртку. — Пап? Куда ты? — Поговорить. По-мужски. Маша вскочила. — Только не бей его! — Посмотрим, как пойдёт, — буркнул он, выходя в ночь. Бар был полупустым, пахло кофе, пивом и чем-то подгоревшим. Сергей стоял у стойки, скрестив руки на груди. — Мы должны поговорить, Шастун. Антон обернулся, глядя с удивлением. — Вы?.. Сергей Петрович? — Ага, я. — Тот уселся рядом без приглашения. — И сразу скажу — это я Маше сказал написать тебе от имени Арсения. — Вы… что сделали? — Антон едва не уронил бутылку. — Не начинай! — буркнул Сергей. — Я хотел, чтоб ты понял — не твоё это место рядом с ним. — А вы поняли, что поступили как… — Антон шумно выдохнул, сдерживаясь. — Как отец, — упрямо закончил Сергей. Молчание затянулось. В баре тихо играла музыка, кто-то хрустел орешками. И тут к Антону подошла дама в красном платье, кокетливо улыбаясь: — Ой, а ты такой мрачный, может, мне компанию составишь? Сергей медленно повернул голову. — Что?.. Это кто такая? — Просто женщина, — устало ответил Антон. — Ах ты ж прошлыга! — взорвался Сергей. — Значит, мой Арсений тебя бросил, а ты уже тут других подбираешь?! Бармен поднял голову от кружек: — Эй, господа, без конфликтов, ладно? — Заткнись, ты! — рявкнул Сергей так, что стаканы звякнули. И, кипя от ярости, двинулся к выходу. Но судьба решила добить его окончательно — у самой двери он налетел на какого-то мужчину. — Ты куда прёшь, дед?! — возмутился тот. — Дед?! — Сергей вскинулся, — я тебе сейчас покажу деда! Мужик схватил его за ворот, и всё завертелось: барные стулья, ругань, бармен кричит «эй-эй-эй!», а Антон — единственный, кто не растерялся, — рванул к ним. — Отпустите его, быстро! — сказал он и, не дожидаясь, врезал обидчику так, что тот рухнул прямо на пепельницу. ——— Они вышли из бара, оба чуть потрёпанные, но с каким-то странным ощущением единства — будто только что не подрались, а прошли боевое крещение вместе. Сергей шёл первым, нахмуренный, с расстёгнутым воротом рубашки. Антон — чуть позади, устало проводя рукой по волосам. И тут — женский возглас: — СЕРЁЖА?! К ним бежала Татьяна, за ней — Маша, запыхавшаяся, а чуть поодаль — Арсений, бледный, в расстёгнутом пальто. — Боже мой, — Татьяна схватила мужа за рубашку, — что с вами? Опять драка?! — Мам, я же говорила, они поругались! — подала голос Маша. — Не поругались! — одновременно выпалили Антон и Сергей. — Ага, — Маша скептически поджала губы. — А синяк тогда откуда? Антон кашлянул и шагнул вперёд: — Это я… врезался. Случайно. А Сергей Петрович спас. Татьяна сразу повернулась к мужу: — Ой, Серёжа, ну вот видишь какой он хороший мальчик! Сергей прищурился, но в голосе проскользнула усталость, не злость: — Хороший, говоришь? Прошлыга, но… спас, ладно. И тут Арсений подошёл ближе — тихо, почти неслышно, как будто боялся разрушить хрупкий мир вокруг. — Пап, — произнёс он тихо, — может, уже домой? Холодно ведь. Сергей обернулся, посмотрел на сына и, впервые за долгое время, не сказал ничего колкого. Только кивнул. — Домой так домой. Антон опустил взгляд, будто не решался идти за ними, но Арсений, чуть смущённо, дотронулся до его пальцев. — И ты тоже, — шепнул он. — Поехали с нами. Сергей фыркнул, но без злости. — Ну, раз уж спас, то ладно, пусть едет. Татьяна улыбнулась — как будто увидела наконец маленький шаг к примирению, о котором так мечтала.