Сверху

«Волшебное» зеркало по очереди показывает экстрасенсам их средний балл, полученный от коллег за прохождение испытания. Марат называет число и кратко комментирует, особенно задерживается на балле колдовки. – Тот момент, когда Ангелина оказывается сверху Максима, – звучит серьёзный тон мужчины, но фраза, произнесенная им, сразу вызывает тихие смешки со стороны эзотериков. Они и сами еле сдерживаются, чтобы не выдать себя. Колдун всё-таки расплывается в улыбке, прикрывая при этом лицо рукой, а черноволосая закусывает изнутри щеку, чтобы не сделать то же самое – выходит плохо. Максим поворачивает голову в сторону женщины, смотрит на её реакцию, но быстро переводит своё внимание на чернокнижника, как ни в чём не бывало. Следом уже Ангелина бросает на него быстрый взгляд, но потом отводит его куда-то в пол. – Но долго ли будет доминировать, – ведущий выделяет последнее слово по-особенному, – Ангелина Юрьевна над Максимом Николаевичем? Продолжение фразы они уже плохо улавливают, взмаливаются мысленно всем силам, чтобы это скорее прекратилось, потому что сдерживать глупые улыбки становится сложнее с каждой секундой.

***

Почти все экстрасенсы, за исключением двух, уже разъехались, как и большая часть съёмочной группы. В стороне крыла здания, где находилась гримёрка, была идеальная тишина. Мужчина неторопливо шел по длинному, темному коридору. Из приоткрытой двери, к которой он держал путь, сочился свет. Женщина, внимательно глядя в отражение зеркала, поправляла макияж – не сдержала эмоций в готзале, вспоминая морально тяжёлое испытание. – Значит, ты сверху, – раздался хриплый шепот возле уха. – Чёрт, – выругалась она, вздрогнув от неожиданности: слишком задумалась и не поняла, как мужчина так тихо подкрался. – Где? – показательно оглянулся по сторонам. – Дурень какой, – стерла последние следы потекшей подводки и туши. Максим положил руки на ее плечи, легонько переминая их, а на лице появилась улыбка – не простая, а прямо указывающая на определенное настроение. – Что? – усмехнулась она, поддерживая зрительный контакт, – Шутки эти дурацкие от всех надоели, – закрыла косметичку, находящуюся в руках, и отложила на стол. – А что, хочешь сказать, не нравится доминировать? – будто невпопад к её словам, начал говорить о своём, а взгляд, тем временем, невольно скользнул на женские губы, но быстро вернулся обратно. Колдовка закатила глаза, но усмешки не сдержала. Положила руки на край стола, а Левин, считав её намерения, помог повернуть крутящееся кресло так, что она оказалась к нему лицом. – Этого я не говорила, – отросший ноготь коснулся прозрачной пуговицы на черной рубашке, – А вот девятку запомнила, – невинно похлопала глазами и убрала руку. – Ну не могу же я тебе всегда высший балл ставить, – пожал плечами, – Это будет слишком очевидная предвзятость. – Не юли, Максим Николаевич, – посмотрела на него своим фирменным прищуром, – Не только в этом дело. – Ну, согласись ты могла пройти лучше? – пушистый кончик длинной косички оказался в его руке, – Я понимаю, что тяжёлая, личная история... У Влада же тоже, но он дальше продвинулся, – отношения отношениями, но на критику работ друг друга они по-прежнему не скупились. – Ладно, – едва заметно кивнула она, соглашаясь, – Но жди ответку, – один уголок губ приподнялся в улыбке. – Не сомневался, – ухмыльнулся он, – Жду, – тонко сплетенная коса оказался обвита одним оборотом вокруг его ладони, – Так, как там сверху? – вернулся к своему первоначальному провокационному вопросу. – Ты знаешь, не жалуюсь, – уложила ногу на ногу, – Превосходно, я бы сказала, – каблук скользнул вверх по ноге мужчины. – Хорошо, – протянул он, – Насладись этим ощущением по полной, акция продлится недолго. Глаза черноволосой сверкнули, а нога добралась до внутренней части мужского бедра. Мужчина медленно втянул воздух и предвкущающе сглотнул. – Это мы ещё посмотрим, – тихо, но уверенно ответила она, и снова эта обезоруживающая улыбка. Левин выпустил её волосы из своего плена, наклонился к лицу. Кончики пальцев коснулись подбородка, вынуждая приподнять его. – Посмотрим, – сдержанно произнес колдун, приблизившись к приоткрытым губам и коснулся их своими. Медленный поцелуй с каждой секундой набирал обороты. Тонкие пальцы легли на щетинистую скулу, а мужская рука устроилась на затылке колдовки, хотелось привычно запутаться в её мягких волосах, но они были крепко заплетены. Нога скользнула ещё выше по бедру мужчины, почти оказываясь у намеченной цели, заставляя его глухо простонать сквозь поцелуй. – Дверь, надеюсь, догадался закрыть? – с его помощью поднимаясь с кресла, уточнила Изосимова. – А как же? – вернулся к уже зацелованным губам, при этом уводя её в сторону совсем не большого, черного дивана – особых вариантов не было, поэтому пришлось довольствоваться тем, что имелось. По привычке хотел сначала опустить на мягкую мебель женщину, но она не позволила этого сделать. Он без удовольствия разорвал поцелуй, чтобы понять, в чём причина. Потом снисходительно улыбнулся, найдя в омуте зелёных глаз ответ на немой вопрос. Максим устроился на диване, посмотрел на Ангелину снизу вверх, аккуратно, но настойчиво потянул за руку к себе. Чёрное обтягивающее платье поползло вверх, собираясь гармошкой. Ладони мужчины скользнули с поясницы на ягодицы черноволосой. Он притянул её ближе к себе, не оставаясь в долгу надолго, сорвал стон с женских губ и тут же накрыл их поцелуем. Кардиган слетел с плеч колдовки, беззвучно опускаясь на пол. Пуговицы на его строгой, уже заметно помятой рубашке расступились под натиском умелых рук женщины. – Платье отвратительное, – выругался Левин. – Оно предназченно для съёмок, а не этого всего, – справедливо напомнила, расстегнув пряжку ремня. – Одно другому не мешает, – ухмыльнулся мужчина и коснулся губами её подбородка, наровя опуститься с поцелуями ниже, – Блять, – воротник закрывал даже доступ к шее, – Издевательство. – Хватит возмущаться, – усмехнулась, касаясь губами его плеча, – Времени мало, – окончательно скинула с него рубашку. Максим послушно смирился со всеми «отягчающими обстоятельствами». Быстро избавившись от всех преград, тела слились в одно целое, ловя единый ритм. Руки колдуна скользили по изгибам любимого тела, скрытого под тонкой, черной тканью платья, задержались на груди, сжимая с нужной силой. Губы колдовки хаотично касались лица мужчины, обжигая его горячим дыханием и позволяя слышать сдержанные стоны и судорожные вздохи. Однако стук собственных сердец оглушал сильнее с каждым движением. Когда женщина опустилась с поцелуями к его шее, он приоткрыл глаза, случайно задержав взгляд на их отражении в зеркале. От открывшейся картины возбуждение накрыло его с новой силой, вынуждая ускорить темп. Тут же почувствовал как чёрные ногти впитываются в его плечи – оба были на грани. Мужчина с усилием оторвал взгляд от зеркала и перевел своё внимание на колдовку, затягивая ту в поцелуй. В помещении становилось невыносимо душно – её белоснежная кожа быстро зардела, а лоб колдуна покрылся мелкими каплями пота. Они отпрянули друг от друга на несколько секунд, чтобы восстановить дыхание. Колдовка сначала облизнула губы, потом сжала их в тонкую линию, он проследил за этими действиями и снова притянул её к себе, заставляя посмотреть на себя. – Что ты со мной делаешь? – проговорил сдавленно, вновь целуя черноволосую.

***

Ангелина не могла найти в себе силы поднять голову, лежащую на татуированном плече. Оба всё ещё тяжело дышали, пытаясь прийти в себя после произошедшего безумия. Он ненавязчиво гладил её по спине, вдоль линии позвоночника, смотря при этом куда-то в потолок. – Твое нахождение сверху очень даже благотворно сказывается, – ухмыльнулся мужчина, первым прерывая тишину. – Тогда привыкай к положению снизу, – самодовольно и уверенно проговорила она. – Ну-ну, – расплылся в улыбке, сжав одной рукой женское бедро. – Всё, – это действие будто отрезвило, – Пора, – поднялась с его колен, – Сейчас снова придут проверить, остался ли кто в гримёрке, – начала собирать упавшие на пол вещи: и свои, и его, – Второй раз в заклинившую дверь никто не поверит, – кинула в мужчину рубашку. Максим сначала с минуту лениво наблюдал за быстрыми передвижениями Ангелины по помещению, потом, в отличие от женщины, неторопливо начал одеваться. – Мне кажется, что скоро всё и так станет понятно, если не уже, – спокойно сказал он, – Слишком уж активно нас начали сводить. Да и наше поведение, взгляды, которые мы постоянно прячем, – застегнул ремень, – Такое не пропишешь по сценарию. – Пока мы не подтвердим лично, всё это – больные домыслы и фантазии, – успокаивала себя этим доводом. – Ангел, – хмыкнул колдун, – Они, какие никакие, экстрасенсы. Вон, – кивнул в сторону стола, – Посмотрят в зеркало и всё увидят. – Блять, – выругалась она, понимая, что эта глупая неосмотрительность может их раскрыть, – Нельзя было другое место найти? – полетела претензия в сторону мужчины. – Хорошо, в следующий раз пойдем на тот диван, – взглянул на мебель, что ближе к двери, – Вероятно, случайно проходящему человеку явно будет интересно послушать, чем мы тут занимаемся. – Никаких следующих раз в стенах этого здания, – строго проговорила она, ткнув пальцем в грудь мужчины, – Хватит экстрима, – поправила кольца. – Ну это мы ещё посмотрим, – перехватил её ладонь и оставил поцелуй на тыльной стороне, – Ещё раз напомню, они люди видящие и понимающие, могут хоть по запаху определить. Сотни способов есть, сама знаешь. Ангелина подошла к столику, на котором стояла большая кожаная сумка, и начала собирать в неё свои вещи: косметичку, расчёску, телефон. – А если ты каждый раз будешь так нервничать, – подошёл он к ней, обнимая сзади, – Тем более почуют, – поцеловал в плечо. Закрыв сумку, колдовка обернулась к мужчине лицом. – Такси вызывай, – закрывая тему, произнесла она. Максим повиновался и принялся вызывать сразу две машины, чтобы точно отмести подозрения. Он давно уже был готов раскрыть все карты, но уважал выбор женщины, понимая её страх, в проявлении которого во многом винил себя самого. Оставалось только надеяться, что рано или поздно она сможет его перебороть.