Три поцелуя и всякое другое

Бом Сок переминается с ноги на ногу, скучающе провожая проходящих мимо людей взглядом и немного всё-таки горя нетерпением. Шиын не делал лишних движений, стоял молча, тоже смотрел по сторонам, пару раз встретился своим нечитаемым взглядом с другом, но объяснять что-либо отказывался. Не без Сухо. Он зачем-то ждал их опаздывающего третьего и упорно молчал даже после просьбы хотя бы примерно намекнуть что такого он хотел им сказать, что это нельзя было озвучить в школе или сразу после уроков. Он пригласил их встретиться поесть вместе. Шиын, который отказывался всё первое время от «такого бесполезного времяпрепровождения», а сейчас сам позвал их, сказав, что угостит. Для Бом Сока не было проблемы в деньгах, но зато само предложение было приятным. А для Сухо не было ничего необычного во встрече вне учёбы — он, вот, как раз чаще и настаивал на том, чтобы кто-то за кого-то платил. — Эй! — они видят издалека, как к ним наконец почти подбегает их друг, махая рукой ещё с другого конца улицы. Он чуть виновато улыбается, окидывает взглядом их обоих и приобнимает за плечи, подталкивая ко входу в кафешку, и произносит, — сори за опоздание, примчал как только смог, правда. Долго ждали? — На работе задержали? — Бом Сок спрашивает, поглядывая на Шиына, что держался тихо. По-особенному тихо, не как обычно. — Да там убраться надо было напоследок быстренько, хоть я и отпросился раньше. Фигня. Давайте наедимся до отвала, я жрать хочу ужасно. За твой счёт, Шиын-а? Парень кивает на вопрос, идя следом за уже шагающим впереди них другом, что отвёл их к столу у окна. Нравилось ему смотреть на улицу, всегда только там места и выбирал. Они заказывают еды на троих, вкусно и плотно едят, обсуждая что-то отвлечëнное: учёбу, всякие новости, их знакомых, что-то из интернета. Они едят вкусно, болтают расслабленно, отдыхают после уроков и хорошо проводят время в кафе, в которое они итак не раз ходили. Не то, в котором работал Сухо, чтобы ему не находиться здесь и в своё свободное время, но тоже одно из хорошо известных им. Сухо спорит с Бом Соком о каком-то увиденном в сети тренде — Шиын не интересуется таким, просто слушает, жуя свою порцию и посматривая на друзей. В какой-то момент Сухо будто одëргивает себя, неожиданно резко стукая ладонями по столу и повышая голос. — Точно, блин, ты же позвал нас поговорить о чём-то, Шиын-а! Почему не напомнил? И чего молчишь? Что хотел сказать? Давай выкладывай. Шиын поднимает взгляд, вдумчиво смотря ему в глаза, а затем переведя его и на третьего. Бом Сок притихает, но всё же тоже поддерживает фразу другого. — Да, ты так и промолчал весь вечер, может выложишь уже? — Нам интересно, давай! Две пары глаз прожигают теперь одного человека, когда он откладывает палочки на тарелку и складывает руки перед собой, подбираясь всем своим видом, чтобы что-то сказать. Остальные двое тоже концентрируются. Шиын подаёт голос: — То что я вам скажу сейчас — абсолютно серьёзно. Не шутка, не троллинг, не на спор, не чтобы посмотреть реакцию. — Ну ты не из таких людей, конечно мы знаем, не тяни, — подгоняет его Сухо, когда Шиын смиряет его взглядом, так и говорящим «пожалуйста, подожди», что работает. Они слушают дальше внимательно. — Это обдуманная мысль, я крутил её, возможно, дольше, чем нужно, дольше, чем я обычно это делаю, прежде чем действовать, но это… — он делает небольшую паузу, будто собираясь с мыслями, — первый раз, когда я такое говорю кому-то. — Что такого это может быть? — Ещё раз повторю: это не шутка и я абсолютно честен с вами. — Мы не будем смеяться, — Бом Сок соглашается, тоже чуть наклоняясь теперь над столом и невольно понижая голос, повторяя за одноклассником. Сухо просто слушает и кивает. Шиын больше без промедлений озвучивает наконец то самое им напрямую. — Вы мне нравитесь. Оба. Не как друзья, романтически. Я долго думал и понял, что правда нравитесь и правда двое, и я не могу молчать об этом, потому что знаю, что это не с пустого места. Не отрицайте ничего, я всё вижу. Поэтому это и заняло у меня столько времени перед озвучиванием — я наблюдал и за вами, и думаю, что не мог надумать. И если вы ответите мне взаимностью, то я бы хотел вступить с вами в отношения. Это всё. Повисает молчание. Шиын смотрит на обоих, поэтому знает — не напряжëнное, удивлённое. Бом Сок подаёт голос первым. — В отношения втроем? — Да. — Как это возможно? — Что именно? — Не знаю… Встречаться втроём? Тебе нравится и Сухо, и я? Одинаково? И ты уверен в том, что точно романтически, и точно оба из нас? — Да, Бом Сок-а. Я во всём уверен. — В обоих одновременно? — Да, я почитал об этом статьи, полиамория нормальна и не является отклонением или проблемой, если всё обсуждается и согласуется. Поэтому я говорю это вам. Не обязательно давать мне точный ответ именно сейчас, я не жду его. У вас сколько угодно времени на размышления, и при любом исходе я не хочу, чтобы наши с вами отношения ухудшились. Это самое меньшее, чего я бы хотел. Бом Сок открывает рот несколько раз, чтобы что-то сказать, но останавливает себя, так и оставаясь просто смотреть на Шиына, что тоже смотрел на него. Возможно, его собранность и серьёзность сейчас успокаивали как никогда вовремя. — А ты уже говорил об этом Сухо? — Нет, я решил озвучить вам одновременно и видеть реакцию сразу обоих. — Но… — Бом Сок всё ещё не до конца верит, — тогда почему он молчит и не задаёт вопросов как я? Шиын соскальзывает взглядом вбок, и Бом Сок тоже поворачивает голову. Они застают Сухо в неожиданном для обоих виде — его щëки густо покраснели, даже лоб стал темнее, тогда как рот, всё же точно так же, как и у другого из них, был приоткрыт в немом вопросе, что он так и не смог озвучить. — Сухо-я? Бом Сок трогает его за плечо коротко, и Сухо дëргается. Опускает голову сначала вниз, мотая ею из сторону в сторону, а затем наоборот вскидывает её наверх, хлопая себя по щекам, будто стараясь собраться с силами. И с мыслями. Сегодня думать получается тяжело. Шиын сказал, что ответа не ждёт, но реакция всё равно нужна. Он пропускает нервный смешок. — Ого. Эм… Они замолкают все втроём и все трое переглядываются. Шиын тоже волнуется, это становится заметно и понятно по тому, как много он говорил. — Если у вас есть вопросы — я отвечу. Я открыт к обсуждениям и, более того, я настаиваю на них. Только не молчите вместо ответа и не замалчивайте свои мысли. Мне важно знать, что вы думаете. — Я, э-э, я… приму к сведению, — Сухо выпаливает, ещё раз хлопая себя по щекам в попытке остудить лицо, — спасибо за честность. — Да, спасибо, что сказал, — кивает Бом Сок тоже без возможности сформулировать что-то дельное. — Подумайте над моими словами, — Шиын кивает и поднимается со своего места. Еда доедена, посидели они достаточно, счёт он сейчас оплатит, так что тянуть неловкий момент дольше нужного нет смысла, — не держу вас больше. Спасибо, что пришли. Он отходит расплатиться, пока друзья собирают вещи и ждут его у выхода. Прощаются на улице: Сухо машет ему рукой, Бом Сок краем губ улыбнулся. Оставшиеся двое переглядываются между собой, но слова на язык совсем не лезут, только мысли бешено и смешанно крутятся в голове. Они расходятся молча, после коротких «пока, до завтра». Если честно, Шиын застал их обоих совсем врасплох. Даже если они и думали что-то похожее себе, то никто не осмеливался до конца сформировать в голове общую картинку и тем более сформулировать это в конкретный вывод с чётким планом действий. Шиын озвучил это, поставив их всех в открытое друг перед другом положение без возможности теперь избегать этой мысли и прятаться от неё. Ни перед кем из них. Помимо признания он тут же озвучил и своё предложение. Быть вместе. Шиын, который сконцентрирован на учёбе и которому не нужны были друзья, обнажил перед ними нечто очень личное, задев этим и их самих также глубоко внутри. Это тепло, что все трое делили, но прятали друг от друга. Это было общее чувство. Он сказал, что наблюдал за ними и пришёл к выводам. Он никогда не действовал легкомысленно, тем более не говорил без твёрдых аргументов и подтверждённых фактами доводов. И он сказал это первым. Прямо, ничего не утаивая и не ходя вокруг да около. Они вели себя как обычно на следующий день. Старались. Сухо догнал их у самого входа в класс, с привычной улыбкой подняв раскрытые в стороны руки над их плечами и, всего на секунду пропустив замешкавшуюся паузу, хлопнул обоих по бокам, приобнимая. Дрогнули у него обе ладони. Шиын был тем, кто им признался, но это признание напрямую связывало всех троих в одинаковой степени. Между Бом Соком с Сухо было точно такое же неразрешённое молчание, какое фоново висело и на их фоне с главным его инициатором. Они всё ещё разговаривали. На переменах между уроками, за обедом в столовой, после учебного дня, распрощавшись как обычно и разойдясь без лишних слов. И на следующий день. Они не игнорировали поставленный открытым вопрос и неразрешённое дело хотя бы потому, что никто не игнорировал друг друга. Если бы кто-то кого-то начал избегать, скорее всего, это было бы странным. С другой стороны просто молчать не получалось. Все трое посматривали друг на друга украдкой. Ну, Сухо и Бом Сок — со своей стороны Шиын сделал всё, что хотел и мог, так что дело оставалось за второй стороной. Точнее, за ещё двумя лицами. Они проводили Шиына по дорожке до пути к его дополнительным занятиям, каждый махнул рукой на прощание, и они остались наедине вдвоём. Сухо медлит уходить, точно так же, как медлит его вслух остановить и Бом Сок, но он же и озвучивает вопрос: — Что ты думаешь, Сухо? — Про Шиына? Угукает. Из всех них Сухо держался наиболее непринуждённо. Или старался держаться, опять же. Он пожимает плечами, смотря в сторону. — Не уверен, — медлит немного, обдумывая, прежде чем всё-таки добавить, — но он прав. — На счёт? — Нас, — шаркает ногой, пиная камни на дороге, — я разделяю его чувства. — К нему? — Бом Сок хочет заглянуть ему в лицо, но Сухо упорно смотрит под ноги, но на вопрос всё-таки переводит взгляд и на него и произносит ровно. — И к тебе. Бом Сок вслух выдыхает, чувствуя, как затряслись пальцы рук. Сухо признаётся ему? — Что? Ты шутишь? — Нет, — Сухо держит зрительный контакт, однако совсем больше не двигаясь. Бом Сок качает головой. — Ты смеёшься надо мной. — Нет, я имею это ввиду, — секундно кусает щёку изнутри и выдыхает, дрогнув (от волнения ли?) плечами, — ты мне нравишься. Бом Сок отступает на шаг назад, не с первого раза попадая ладонями в карманы кофты. Руки пробивает неконтролируемый тремор, а внутри всё так тяжелеет и сжимается, что начинает болеть голова. Бом Сок отводит глаза, опуская голову к носкам своих кед. Как это всё может быть возможно? — А ты надумал что-нибудь? — Сухо спрашивает его в ответ, наблюдая за реакцией. Бом Сок молчит немного, а затем хрипит что-то, от волнения приходится прочистить горло, заодно и оттянуть время на пару секунд. Он уходит от ответа. — Два дня прошло… — Шиын не подгоняет нас, но он точно ждёт ответа. Не затягивай, ладно? — А ты можешь… — порывается к нему на полшага, когда парень минимально поворачивается, — можешь не говорить ему без меня? — Так же одновременно ему скажем, как он нам? — Да. — Без проблем, — снова дёргает плечом и, кажется, сдерживается от того чтобы как-нибудь его тронуть на прощание. Любое действие между ними троими теперь казалось двусмысленным или же наоборот слишком раскрывающим их, так что он просто коротко улыбается и говорит, — до завтра? — До завтра… Бом Сок молчит дольше, чем Сухо. Возможно, совсем немного, он всё же отстраняется, меньше говоря за обедом и быстрее прощаясь с ними после уроков. Это всё казалось нереалистичным и несерьёзным. Как это возможно? Как это возможно? Шиын поворачивается к нему, как только учитель объявляет об окончании урока. Пока он не успел придумать себе дело и уйти куда-то. Бом Сок успевает быстро обернуться тоже — Сухо снова спал. — Бом Сок-а, ты ещё не готов поговорить? — Ты сказал у нас сколько угодно времени на раздумья. — Верно, я этого не отрицаю, — Шиын кивает. Он говорит как можно более мягко, — я не тороплю тебя, но если слишком долго молчать и слишком много крутить в голове то, что касается кого-то ещё, то, скорее всего, ты надумаешь себе того, что с реальностью мало чем совпадает, — Бом Сок успевает дёрнуться в какой-то эмоции, когда ему тут же возражают на неозвученное что бы там ни было, — я доверяю твоему решению и я доверяю тебе, просто хочу напомнить, что любое твоё сомнение можно обсудить вместе. Втроём или вдвоём — как тебе удобно. — Почему ты обращаешься только мне? — Сухо не выглядит таким же напряжённым. Я думаю, он уже всё для себя решил и тоже ждёт только шага с твоей стороны. Мы оба за тебя, ты знаешь? — Хм, — Бом Сок неопределённо мычит в ответ. Сухо обещал ничего не говорить без него, но, кажется, Шиын их обоих слишком хорошо читал. Возможно, он и правда просто тянет время от… страха? Точно. Нужно было озвучить уже хотя бы то, что наиболее чётко крутилось у него в голове эту уже более чем неделю. Двинуть вопрос с мёртвой точки, раз уж только он был их балластом. Он просит их задержаться после уроков. Не в школе — просто по пути. У Шиына скоро репетитор, так что время ограничено, они решают просто постоять на их распутье. — Я вас слушаю. Шиын становится напротив них, чтобы смотреть сразу на обоих. Они начинают одновременно. — Я… — Скажи первым, — Бом Сок уступает Сухо. Он итак знает, что он скажет, а самому говорить намного волнительнее. Сухо кивает. — Я бы хотел встречаться с вами обоими. Я был бы правда рад. — Хорошо, — Шиын ему улыбается. Поддерживающе и облегчённо. Не то чтобы он сильно в нём сомневался. Самое неочевидное для них решение должен был озвучить Бом Сок, хоть остальные двое надеялись на одно и то же. — Я… — он собирает волю в кулак и произносит то, о чём думал всё это время, — не уверен. — В? — В своих чувствах, в том что это сработает… В том что в принципе отношения со мной будут работать. — Конечно будут, в чём проблема? — Если ты захочешь, чтобы они работали, то все мы приложим все усилия, чтобы так и случилось, — перефразирует слова Сухо Шиын. — Я не знаю… Я не знаю что мне делать, чтобы всё вышло правильно. У меня не было отношений. — Ни у кого из нас, — Шиын отвечает быстрее Сухо. Почему-то у него получается лучше подбирать слова для убеждения и таких переговоров, — и не нужно правильно — нужно хорошо и комфортно для нас. И для тебя тоже, в первую очередь. — Я не знаю что мне нужно, не знаю как себя вести. Что можно будет делать с… вами, а что нельзя. — Мы можем начать с малого, — Шиын успокаивает и мягко настаивает, — я не требую чего-то великого от обоих из вас, это же просто… всё ещё как дружба, но с чуть новыми чувствами? Чуть большей дозволенностью. — Цветы нам дарить не надо, — улыбается Сухо, поддерживая точку зрения в своей манере, — на свидания мы итак по сути ходили уже, а? — легко толкает его в локоть, разбавляя чужую нервозность, — всё остальное придёт по накатанной. Целоваться к тебе никто так сразу не полезет, можешь нас не шугаться. Целоваться… У Бом Сока загораются уши от прилившей к ним крови, а Шиын одаривает Сухо молчаливым взглядом не совсем понятного по эмоции содержания. Конечно о поцелуях им было слишком рано говорить, но сам факт их возможности… Бом Сок нервно поправляет длинную чёлку над своими глазами, чтобы прикрыть лицо от смущения. Он даже не думал о таком. Не позволял себе думать. — Бом Сок-а, — Сухо смягчается, прошуршав в тишине их молчания рукавом своей ветровки, чтобы положить ладонь ему на спину в ободряющем жесте, — мы хотим быть с тобой, так что мы обо всём позаботимся, и о тебе в том числе. Дай нам шанс. В любой момент ты можешь сказать, что тебе не нравится, и мы или изменим подход, или примем любое твоё решение. М? Что скажешь? Шиын избегал прямого склонения парня к желаемому им решению, но Сухо именно что уговаривал Бом Сока. Возможно, он и сам не заметил, как взволнованно стало выглядеть его лицо. Он правда хотел, чтобы их отношения начались и сработали во что бы то ни стало. Всё-таки правильно, что Шиын озвучил это хотя бы за них двоих. Третий из них всё ещё не до конца как будто осознавал свою симпатию к ним. А ещё, возможно, прямо сейчас ему надо было услышать именно настаивание и нужду в его участии тоже. Два разных подхода сделали своё. — Я… Наверное, можно попробовать… — Бом Сок произносит совсем тихо, потупляя взгляд. Шиын пересекается с вмиг загоревшимися глазами Сухо и тоже вдруг совсем расслабляется. Он не заметил, как напряжены были его плечи всё это время, так что сейчас гора на них будто распалась на песок и скатилась по рукам в облегчении. Бом Сок не стал отрицать и отказываться, и это было одним из самых позитивных исходов, которые допускал во всей этой затее Шиын. — Нужно! — Сухо радостно восклицает, тряся теперь из стороны в сторону парня в его объятиях и так и светясь от радости, — о, Господи, спасибо! Я даже в какой-то момент испугался, что ты правда можешь отказаться. Шиын бы очень расстроился. — А сам-то, — Шиын с улыбкой выдыхает, прекрасно понимая, что этой фразой он просто отшучивался, но Сухо тут же соглашается. — И я, да! Бом Сок смотрит на них обоих, и Шиын делает шаг к нему, несильно сжимая ладонью его плечо. — Спасибо, — говорит искренне, смотря ему в глаза, — я очень рад, что ты будешь с нами. Бом Сок задерживается, также смотря на него. Его говорящий взгляд был спокоен и нежен в обращении к нему, что отозвалось чем-то щемяще тёплым внутри. Он тоже был рад. Теперь теплеют и щёки, так что он поворачивает голову к Сухо, чтобы отвлечься. Он был очень неуверен, но очень хотел. Встречаться с ними обоими. Они отпускают наконец Шиына спешным шагом пойти на свои дополнительные, и Сухо ещё раз хлопает Бом Сока по спине, радостно прощаясь с ним и полушуточно прося не засомневаться за ночь в своём решении. Мог ли он? Бом Сок сам не знает… Сухо ставит им обоим на парты по банке милкиса и вслух хмыкает. — Доброе утро. — Доброе. — Привет. Их дни ничем не отличаются от того, как они проводили их до всего этого разговора и решения. Просто теперь все трое дольше задерживали взгляды друг на друге, дольше задерживали касания, а ещё сами хотели на подольше задерживаться вместе, просто чтобы… Да непонятно было даже чтобы что. Просто быть вместе. Чуть подольше. Чуть поближе. Шиын звонит Бом Соку во второй половине дня и сдавленно просит прийти в какой-то там район. Бом Сок подрывается из дома и доезжает на такси, выскакивая из машины и с волнением оглядываясь по сторонам, когда его окликают со стороны. Шиын выглядывает из какого-то проулка, и Бом Сок подходит ближе. Сухо сидел поодаль у стенки и еле двигался. Оба подрались, обоих избили. — Как вы… стойте тут, я сейчас, — Бом Сок убегает в ближайшую аптеку и возвращается с влажными салфетками, перекисью, ватками, пластырями и двумя бутылками воды. Шиын одаривает его благодарным взглядом, Сухо с отдышкой выпивает почти всю бутылку за раз. Ему больше досталось. Шиын сказал, какие-то старшеклассники с другой школы снова что-то там не поделили, и Сухо ринулся его защищать. Вдвоём чуть легче переносить ярость толпы, но это было всё ещё не из приятных ощущений. Бом Сок промокал Сухо кровавый лоб и подбородок и клеил пластырь на бровь, когда второй потянул его за руку, чтобы сел рядом, и навалился ему щекой на плечо. — Да ладно тебе, не впервой же, — отшучивается, терясь лицом о его кофту, немного пачкая, но Бом Соку было всё равно. Шиын садится рядом, просто прислоняясь к нему с другой стороны и выдыхая. Они молчат, а потом Бом Сок вызывает ещё одно такси и развозит их по домам. Они готовятся к тесту вместе, также думают и про скорый групповой проект по другому предмету, вместе задерживаясь в школьной библиотеке, общественной, иногда собираясь и просто в кафе. Шиын упорно объясняет им материал, Сухо на скорости 1.5 включает лекцию с интернета, Бом Сок смеётся, конспектируя материал. Сухо как всегда потом будет их оратором, Шиын будет его поправлять, Бом Сок листать презентацию, которую они с горем пополам на троих и оформили. Сухо убегает играть в баскетбол на физкультуре, Шиын и Бом Сок остаются на лавочках просто смотреть на игру. Или на то, как играет Сухо. Или просто на него. Оба из них не были спортивными, игрового запала у них не было, командного духа на победы тем более, но понаблюдать за тем, как быстро бегает, как ловко огибает противников и как чётко попадает мячом в кольцо их одноклассник было интересным. Их парень. Шиын смотрит на то, как пялится Бом Сок, и, кажется, случайно сам пялится на него. У Бом Сока горели глаза и была улыбка на лице, а ещё он был расслаблен. А ещё он чуть покраснел, когда Сухо ему помахал с поля, и тогда он отвёл глаза и заметил на себе чужой взгляд. — Что? — Ничего, — Шиын соскальзывает глазами с него всё-таки и поворачивает голову снова к игре, произносит, — мне приятно быть с тобой. Вот так просто. Просто сидеть с ним рядом и молчать могло вызвать у него желание сказать что-то такое. Абсолютно повседневным тоном с, он знал, абсолютно не повседневным подтекстом. Никто бы больше не уловил его в этой фразе, но Бом Сок-то знал. О его чувствах. — Мне… тоже. И он их разделял. Сухо иногда таскал их рюкзаки на себе, так просто, будто похвастаться какой он спортивным и выносливый и просто посмеяться с этого, а вроде и доносил до самого их распутья. Иногда провожал Шиына до дома. Бом Сок их к себе не водил, а те уже пересекались ранее прямо у Шиына в дверях, так что Сухо у него в гостях, считай, был. Бом Сок не был. Шиын почему-то знал в какие дни и по сколько часов работал Сухо, на сколько мог задержаться, а когда отпроситься пораньше. Запомнил ли, спросил или сам Сухо ему сказал — было непонятно, но иногда они в школе переговаривались о том, как Шиын приходил в ресторанчик, где он работает. Бом Сок такое пропускал. Сухо, оказывается, учил Шиына драться. Не всему, не долгими тренировками, но хотя бы самой базе по самозащите и основам ударов. Бом Сок драться совсем не умел. Бом Сок выскакивает из школы первым, спешным шагом спускается вниз по улице, ничего не говоря, не оборачиваясь, когда Шиын догоняет его чуть запыханно и одёргивает за плечо. — Всё нормально? Бом Сок скидывает с себя его руку и продолжает идти. — Не лезь ко мне. — Бом Сок-а, постой, — Шиын идёт за ним, он слышит это. Сухо он за ним не заметил, — что случилось, скажи мне. — Не хочу, — не поворачивает голову и избегает пересечения глазами, когда его хватают за запястье и тянут назад, чтобы притормозил, а затем и остановился. — Поговори со мной. — Иди с Сухо поговори, вам же так весело вдвоём, — слетает с языка, и Бом Сок тут же прикусывает нижнюю губу. Не хотел же показывать. — Что? Скрывать уже было бессмысленно, поэтому он выпаливает полную мысль. — Вы постоянно проводите время без меня, о чём-то локально шутите, зачем вам я? Вдвоём вам итак хорошо. Он снова повторяет «вдвоём», и тогда становится понятным. Шиын выдыхает, заглядывая ему в глаза. Он продолжает отнекиваться. — Мне всё равно. Бом Сок ревнует. — Оставь меня, мне нужно домой. Бом Сок расстроен и злится из-за мелочей, которые, тем не менее, расстроили и разозлили его. — Ох, Бом Сок-а, — Шиын тянет тихо, не совсем представляя даже, что он должен говорить в такой ситуации. После совсем недолгого колебания его рука соскальзывает с чужого запястья к ладони, взяв её своей. Бом Сок мечется взглядом от их рук к лицу парня и по сторонам, а Шиыну так до больного грустно, что другой может ощущать себя оставленным или не вписывающимся к ним. Потому что это было абсолютной неправдой. Как он мог допустить такую мысль? Шиын подаётся вперёд, не дав парню толком никак среагировать, мягко прильнув лбом к его плечу. Бом Сок испускает воздух ртом и совсем немного покачивается назад, когда его всё ещё держат за руку, а вторую ладонь располагают на спине, аккуратно приобнимая. — Что ты… — Бом Сок-а, — Шиын говорит тихо, но чётко, — не говори так. Мы оба хотим быть с тобой и мы тебя не оставляем. Ты нам нравишься. И нам нравится твоя компания. — Но вы проводите время вдвоём… — Мы с тобой сейчас вдвоём, — возражает, отстраняясь. Бом Сок еле заметно ведёт плечом вперёд, не хотя прерывать контакт. Пальцы своей руки дрогают в чужой ладони. Шиын спрашивает, чуть шутя, — Сухо должен ревновать из-за этого момента? — Я не… — тут же осекается, стискивая зубы. Шиын всё понял, — прости. — Не извиняйся. Всё нормально. — Прости… Можешь не говорить Сухо? — Сам скажи, что ты хочешь проводить больше времени вместе. Спроси когда он свободен. — Ты мне не скажешь? — Спроси его, он тебе скажет. Я за него ничего решать не могу. Бом Сок кивает. Шиын прав. Он как всегда прав, поэтому Бом Сок с ним не спорит. — Может спрошу… Шиын знает, что говорить вслух о своих желаниях ему тяжело. Вообще все трое из них не привыкли выражать словами свои чувства, но в отношениях иначе было нельзя — это понимали оба. Хоть и было сложно. — Хочешь постоять так ещё немного? — Шиын спрашивает, всё ещё не расцепляя их рук и вновь касаясь его спины. Бом Сок молчит растерянно, а потом просто кивает. И Шиын просто обнимает его ещё раз теперь обеими руками, а подбородок располагает на его плече. Бом Сок был выше его на полголовы, из-за чего вот так опираться на него было крайне удобно. Они стоят с краю улицы, основная толпа школьников уже прошла, прохожих было мало. Сухо то ли остался в школе, то ли уже побежал на работу. Бом Сок обнимает Шиына за плечи и прислоняет щëку к его макушке, пока тот руками обвивает его спину и прикрывает глаза. Хорошо. У Бом Сока ощутимо быстро стучит сердце, а ещё от него пахнет лёгким шлейфом одеколона. Шиын одними только большими пальцами гладит его по лопаткам, а Бом Сок переминается с ноги на ногу и пытается удобнее расположить руки. Оба не обнимались вот так слишком давно. Возможно, никогда. Возможно, чем больше Бом Соку позволяли и давали, тем больше он хотел. Возможно, это работало со всеми ними, но у Бом Сока была именно что нужда в действиях, подтверждающих чужую привязанность к нему, хоть он всё ещё не смел заявлять о ней прямо. Шиын понимал. Сухо, кажется, оставался немного не в курсе, однако всегда шёл навстречу и никогда не отказывал. Они все убирались в ресторане, в котором работал Сухо. Почему-то какой-то из сотрудников не вышел на работу и почему-то Сухо решил втянуть именно их, как бесплатную рабочую силу. Возможно, потому что иначе ему пришлось бы бегать и всё делать в одиночку. Возможно, потому что оба парня не имели никаких больше планов на вечер, а ещё они были готовы выручить друга, их парня из запары. Шиын мыл посуду, Бом Сок её приносил, Сухо разносил блюда, убирал со столов и помогал Бом Соку. В благодарность им выдали пару бесплатных пирожков, а Сухо пообещали, что зачтут в виде премии в конце месяца. Он улыбался, кланялся и благодарил владельца, а потом тихо шикнул про него друзьям, мол, пожалуйста, конечно, но лучше бы подставившему их прогульщику вставили нагоняй. Сухо идёт на задний двор, чтобы выкинуть большие мешки мусора, Бом Сок тащит ещё один, Шиын плетётся позади, когда парни почти одновременно скидывают с себя груз и так же одновременно поворачиваются друг на друга, сталкиваясь между собой. Сухо ловит его за спину и вдруг замирает, не отходя назад. Бом Сок задерживает дыхание. Они бегают взглядами по лицам друг друга. Бом Сок ловит момент, когда Сухо задерживает внимание на его лице ниже уровня глаз, и сам тоже соскальзывает ниже. Он коротко поджимает губы, зная, что второй сейчас смотрит на них, и тихо произносит: — Можно поцеловать тебя? Мы же… в отношениях. Сухо выдыхает, сжав руку на его спине в кулак. Поднимает глаза к глазам и совсем немного колеблется. Бом Соку страшно. Сухо может ему отказать, конечно может. Вдруг ещё не время, и Бом Сок торопит события, или сейчас неподходящая обстановка или не подходящее настроение… У него есть такая возможность и есть вероятность того, что это может случиться, но Бом Сок просто не… Сухо кивает. Сухо кивает и краснеет в щеках, а сам не двигается. Кто бы мог подумать. Бом Соку страшно до чего-то тяжёлого в животе и чего-то горячего в груди, но он не хочет отступать назад. Не может. Сухо разрешил ему. Он согласился и ждёт. У Бом Сока начинает немного кружиться голова, когда он пересиливает себя и двигается вперёд. Коротко чмокает в губы. Не знает что делать дальше и что вообще можно и нужно делать. Ни один, ни второй не целовались ни разу в жизни, точно так же, как никогда не были в отношениях даже, поэтому это всё настолько в новинку для них обоих, что волнение вокруг них будто видимым накалённым облаком окружает их фигуры. Сухо наклоняется, чтобы повторить движение, но после этого не отстраняется насовсем, а задерживается в миллиметрах от чужих губ. Он просит ещё. Он настаивает на продолжении, потому что этого минимума было мало обоим. Сухо соскальзывает одной рукой со спины и неловко располагает её на чужой шее, притягивая к себе ещё раз. Они пробуют целоваться ещё. Дольше и больше. Аккуратно, прощупывая почву, переступая через границы ранее и вступая во что-то новое и неизведанное. У Бом Сока дрожат ресницы, и он то и дело приоткрывает глаза. Сухо держал их закрытыми и отвечал ему с ничуть не уступающим желанием, осознание чего отдавалось у Бом Сока внутри такой жгучей радостью и счастьем, что он не смог сдержать выдоха голосом вслух, стоило чужим рукам обвить его плечи и теперь локтями обнять зе шею, заключая в крепкое и крайне близкое объятие, чтобы он не мог отстраняться. Он и не хотел. Он цеплялся подрагивающими пальцами за его плечо и льнул только ближе, чуть наклоняясь из-за небольшой разницы в росте и шумно дыша через нос. Шиын им не мешал. Он остался стоять в стороне, наблюдая. Он был рад. Что у двух его единственных и самых близких друзей всё хорошо. Что он смог устроить всё так, чтобы всем было хорошо. И это делало хорошо ему. Он не звал их по именам, чтобы отвлеклись, не кашлял демонстративно, чтобы привлечь внимание — он просто смотрел. Всегда отводил глаза от парочек на публике, но сейчас это была пара его партнёров, которых он бесконечно любил. Может, и на них не стоило так пялиться, но он сам не заметил, как губы расплылись в спокойной улыбке, а на душе стало тепло и самому. Они будут в порядке. Они не торопили события, ничего сверх друг от друга не требовали, вообще, можно сказать, ничего друг от друга и не требовали, кроме открытости между собой. Они разделяли молчаливые взгляды на троих, пропускали задержанные касания друг к другу и ненавязчиво заботились в повседневности. Бом Сок тихо приходил третьим в кабинет и бесшумно прикрывал за собой дверь, просто чтобы сесть за парту перед Шиыном и почти совсем ему не мешать. Случайно один раз Шиын позволил себе глупость в виде порыва взять Бом Сока за руку, пока он чуть скучал и ждал урока, и это, случайно, стало традицией. Сухо часто спал в классе, и Бом Сок часто клал свой подбородок на согнутый перед собой локоть и вполглаза смотрел на то, как Шиын пишет, или же слушал, как он почти неслышно повторял про себя материал. И в эти моменты Шиын протягивал ему руку и брал его пальцы и ладони в свои. Молча, без лишних слов. Просто акт привязанности. Совсем немного, но, возможно, Шиын стал лучше спать и чуть меньше учиться, Сухо перестал хмуриться и начал лучше есть, не без помощи угощений его друзей, а Бом Сок, правда капельку, с меньшей тревогой выходил из дома и совсем чуть больше позволял себе желать от жизни. Это всё было так незначительно и примитивно, но вдруг это тихое и значащее очень многое для всех троих единение принесло им столько веры, что становилось даже чуть смешно. Просто знать, что тебя любит не один, но сразу два человека — оказывало на них какой-то невероятный фоновый эффект, будто так и накачивая желанием просыпаться с утра, чтобы увидеться снова. Они встречали друг друга до и после уроков, гуляли по городу, сидели в караоке, ели вместе, ходили друг к другу в гости, и Сухо поцеловал Шиына у него же на кровати. Они готовились к какому-то тесту: что-то писали, что-то зубрили, что-то смотрели, Бом Сок с ноутбука Шиына искал видео с материалом, когда Сухо позвал хозяина комнаты подойти к нему и объяснить почему он не прав в решении задачи. Он валялся на его кровати, борясь с мягкостью матраса, чтобы выводить цифры ручкой в тетрадке, и Шиын подсел к нему, заставляя тоже принять сидячее положение, чтобы обоим было удобно. Он водил пальцем по написанным строчкам и разбирал задачу, Сухо поставил подбородок ему на плечо и притих, возможно, совсем чуть-чуть, отвлекаясь. Шиын поворачивает голову вбок, спрашивая, понятно ли ему теперь, но Сухо молчит, задерживая дыхание. Шиын не отворачивается, тоже теперь смотрит. — Можно поцеловать тебя? Сухо говорит вполголоса. Волнуется. Шиын думает, что глупо это — такой момент, когда он просто помогал им двоим понять материал, а Сухо расчувствовался. Или, может, просто всё искал хоть какого-то повода, но подходящего никак не наступало, так что он решил сделать уже хоть когда-нибудь. Скорее всего, второе. Шиын думает, глупо это, а сам выдыхает «да» и уголком губ дрогает в улыбке. Это очень глупо. Сухо подаётся вперёд и аккуратно накрывает его губы своими, задерживаясь. Мягко. Второй поцелуй Сухо и первый Шиына. Очень-очень мягко. Сбоку от них отодвигается стул от стола, и Бом Сок тихо говорит «я в туалет» и выходит из комнаты. Как глупо. — Ты смутил его, — говорит Шиын, и Сухо расплывается в улыбке. — Неловко получилось. А ты пялился на нас, когда мы целовались. У Бом Сока хотя бы чувство приличия есть. — Завали, — толкает его локтем в грудь и отворачивается, — я был рад, что вы хорошо ладите. — Шиын-а, — Сухо поворачивает его лицо обратно к себе, не переставая улыбаться, — давай ещё раз по-нормальному. Сухо не убирает руку с его щеки, гладя кожу большим пальцем, и Шиын чувствует его дыхание на своём лице. Теперь он наклоняется, чтобы первым коснуться, и тоже притягивает его к себе, но за шею. Почему-то, оба очень сильно взволновались, хватаясь друг за друга и всё норовя прижаться ближе. Оба были первыми друзьями друг друга, и даже несмотря на то, что Бом Соку пришлось заплатить Сухо, чтобы он помог Шиыну, из них двоих именно Сухо первым начал зависать взглядом на нём. Шиын замечал и отводил глаза обычно, а сам долго и тщательно думал что же ему с этим делать. Шиын перекладывает руку ему на плечо, приобнимая, и Сухо тут же повторяет за ним, шумно выдыхая в губы. Они целуются рвано, слишком спешно и слишком порывами, с одинаковым рвением наседая один на другого. Шиын первым отстраняется, вытирая рот рукой и выдыхая, блестя своими тёмными глубокими глазами, пока Сухо снова выглядит радостнее некуда. Он треплет со смехом Шиына по макушке, пока тот возмущается, а в комнату возвращается Бом Сок, бросив на них быстрый взгляд. — Иди к нему, — тихо шепчет Шиын, подталкивает в бок, и Сухо спрыгивает с кровати, подходя к третьему парню. — Чё мы там дальше разбираем, ты нашёл? — Почти, — отводит глаза, когда Сухо над ним нависает, одной рукой опираясь на стол, а второй сжимая его плечо. — Давай, работяга, ты отличные видосы находишь, не то что Шиын со своей нуднёй. — Мне не нужны дополнительные стимуляторы в видеоуроках, чтобы держать фокус внимания на чистом материале, а не цветастые презентации и несмешные аналогии объясняющего. — Поэтому я и посадил за поиск Бом Сока. Из-за тебя я бы тут уже три часа спал. Бом Сок с Сухо смеются, пока Шиын закатывает глаза и подбирает тетрадки с кровати, чтобы не помялись. Неловкость прошла, они быстро перевели тему и снова вернулись к учёбе. По окончании всех контрольных и тестов было решено конкретно расслабиться в караоке. Как сказал Сухо «навеселиться так, чтобы вся эта зубрёжка напрочь вылетела с их голов, и думали они только о том, как через неделю, когда им объявят результаты, они будут отдыхать на заслуженных каникулах. Всё равно после написания они уже ничего поделать не смогут». Шиын не любил пить, не особо видел смысла в этом, но Сухо настоял на том, что у всех троих как минимум должны раскраснеться щёки, чтобы они полностью отпустили все заботы. Бом Сок меньше отпирался, сказал, что заплатит за них всех, так что пусть набирают еды и питья сколько захотят, но Шиын его остановил. — Не стоит, мы скинемся и заплатим вместе, все же пьют. Мы же не на твоём дне рождении или типа того. — Да ладно, я угощу, я настаиваю. Шиын придерживает его за плечо, всё ещё не давая самому пойти расплачиваться. Сухо, кажется, не понимает проблемы, так что встаёт на сторону Бом Сока. — Да ну, Шиын-а, если хочет, пусть заплатит. Мы же тоже его угощали. — Нет, — отчего-то упрямится, — одно дело обед или газировка, а другое — снять зал и заплатить за всю еду. Нам это не нужно, Бом Сок-а. — Ты отказываешься от моего подарка за всё что вы делаете для меня? — Бом Сок-а, — настаивает, отводя его чуть в сторону от ресепшена и говоря тише. Сухо тоже интересно, — мы делаем это искренне, а не из-за денег твоей семьи. За нас не нужно платить, чтобы мы были с тобой. — Что ты говоришь? — Любовь… не покупают. Может, мне показалось, что ты делаешь это с таким подтекстом, но если да, то прекрати. Ты нам нравишься за просто так. Без внешних факторов. Без твоих денег. — Ты не даёшь мне просто вас угостить? — Это слишком много для «просто угощения». — Потому что я могу себе это позволить, — Бом Сок, кажется, обижается, — что плохого в том, что я заплачу больше, чем вы? — Ну вообще Шиын прав. Правильнее когда мы остаёмся на равных, чтобы нам не становилось неудобно, что мы не можем дать тебе столько же взамен. Бом Сок растерянно смотрит то на одного, то на другого, начиная злиться от несогласия с ними. Или с ним. Конфликт с пустого места. — Я не требую от вас ничего взамен. — Но ты же думаешь, что нас должно это подкупить, — Шиын твёрдо возражает, — я отказываюсь как раз чтобы показать, что ты для намного больше чем… — Кошелёк? Ты думаешь я считаю, что вы используете меня? — Нет, конечно, я верю, что ты о нас лучшего мнения. — Тогда зачем бы я самовольно вызывался платить за вас, если знаю, что меня никто не заставляет? — Бом Сок-а, — Сухо кладёт ему руку на плечо в попытке расслабить его, — нам правда от тебя ничего не нужно. Если Шиын прав, то я тоже не хочу, чтобы ты платил за нас. Нам просто тебя более чем достаточно. Бом Сок хмурится и бегает взглядом по их лицам, а затем пристыженно опускает глаза. Шиын всё ещё был слишком умным и слишком внимательным. Составить такую логическую цепочку доводов о нём и с таким твёрдым напором… оказывать заботу и выражать понимание, при этом не злясь на него. Сухо гладит и легко мнёт его по плечу, будто говоря «всё окей, мы понимаем и не осуждаем». Шиын был хорош в считывании эмоций и в обсуждении происходящего, тогда как у Сухо отлично получалось поддерживать действиями и своим поведением. Идеальный баланс их троих? Бом Сок сглатывает мысль, что он будто их слабое звено, ничего им не отвечая. Соглашается поделить счёт и отмахивается всё-таки от всех навязчиво-негативных мыслей. Сухо сделал всё, чтобы теперь они точно отвлеклись и забылись. Он мешает газировки с соджу и пьёт, сплетая локти с Бом Соком и опрокидывая в себя стакан алкоголя. Шиына заставляет читать рэп — на удивление, у него получалось делать это ритмичнее всех, пока остальные двое тянули бэк вокал и припевы. Сухо, сбиваясь на смех, один остаётся прыгать перед экраном под песню, которую, к его удивлению, знал только он, когда Бом Сок валится плечом к плечу на диванчик к Шиыну, а затем разворачивается к нему лицом, ставя руку по другой его бок, чуть нависая над ним. — Шиын-а. — М? — Прости. — За что? Бом Сока развезло сильнее их. Возможно, он и выпил больше, чтобы не чувствовать стыда после сегодняшнего. Он пьяно перетаптывается на руках, держась слишком близко к его лицу. Шиын на него внимательно смотрит. — Я вас подвожу. — Вовсе нет. Ты стараешься как лучше. — И позорюсь. Я не хотел так выставлять себя, я не имел это ввиду. — Я знаю, я тебе верю. — Ты не злишься? — Не злюсь. — И я тебе… всё ещё… — видно, что стыдно спрашивать, но пьяный мозг не держит пьяный язык за зубами, — нравлюсь? — Нравишься, Бом Сок-а, — спокойно ему отвечает, ничуть не отодвигаясь назад или в сторону, просто разрешая быть настолько внутри его личного пространства, пока Бом Сока что-то беспокоило. Его беспокоило это ровно настолько же, пока второй вновь не почувствует себя уверенно. Шиын был готов убеждать его в его нужности и важности для себя и для них троих, пока он ему не поверит. Бом Сок, кажется, всё-таки остывает и отступается от своих мыслей, когда быстро скользнул по лицу Шиына и наклонился к нему, всё ещё прижатому к спинке дивана. Но Шиын почему-то отворачивается, а рот его прикрывает своей ладонью. Бом Сок удивлённо-расстроенно мычит в неозвученном вопросе. — Ты пьян, — поясняет ему, — давай в другой раз? — Почему? — Ты не соображаешь и можешь даже не вспомнить этого завтра. — И что? — Бом Сок-а, — Шиын соскальзывает рукой с его губ на его щёку, поглаживая её большим пальцем, — я не хочу целоваться с тобой просто для галочки. Это серьёзно для меня, и я хочу, чтобы ты полностью отдавал себе отчёт в своих действиях. Понимаешь меня? Бом Сок медлит, бегая глазами по его глазам, пытаясь найти в них злость, отвращение, разочарование или ещё хоть что-нибудь, но Шиын как всегда смотрел на него мягко и понимающе. Снова становится стыдно. — Прости, — он опускает голову и наваливается лбом на его плечо, подбирая и руки. Обнимает парня, наваливаясь на него, — а завтра можно? — Да. — Обещаешь? — Обещаю. Шиын делает чуть виноватое выражение лица, когда к ним оборачивается Сухо, мол, когда они там уже присоединяться к нему, но видит картину раскиснувшего жмущегося к Шиыну Бом Сока, и тот жестом просит дать им ещё время. Абсолютно не то, как они планировали свой вечер, но, наверное, выяснение чувств и отношений никогда не ждёт подходящего времени? Так что они дают время парню, пока он сам не отстраняется (Шиын чуть было не подумал, что он заснул) и не присоединяется к Сухо снова с микрофоном. На следующий день был понедельник, потому что суббота у всех была чем-то занята, поэтому и решили собраться в последний день недели. Отпраздновать-то конец семестра надо было. Бом Сок приоткрывает дверь в класс и привычно видит спину Шиына за его партой. Он пытается делать всё тихо, но в ещë пустой школе каждый звук был отлично слышен. Последняя учебная неделя, а выработанная привычка приходить слишком рано никуда не делась. Шиын поворачивает к нему голову и встаёт из-за своего места. Бом Сок подходит. — Как себя чувствуешь? Ты вчера много выпил. — Нормально, — пожимает плечами. — Как голова? Не болит? — Немного, но не страшно… Не волнуйся. — Хорошо. Они стоят молча друг перед другом. Бом Сок не знает, помнит ли он сам всё со вчерашнего вечера, а Шиын думает, что даже если он забыл, то он ему пообещал. Так что левой рукой он берёт его за ладонь, а правой притягивает к себе за макушку и без промедления целует. Кажется, Бом Сок совсем не ожидал. В школе. Поцелуй от Шиына. Его вмиг охватывает сильное волнение, но он тут же старается ответить, цепляясь за плечо парня. Бом Сок жмётся и наклоняется к нему, кажется, слишком сильно и слишком быстро перевозбудившись, почти наседая на него. Шиын отклоняется назад дальше, чем Бом Сок к нему может дотянуться, просто чтобы чуть унять его пыл. Руку с затылка он переводит ему на грудь, немного ниже плеча, слегка сжимая его кофту. «Будь спокойнее, я никуда не денусь» просит без слов, смотря в глаза парню выше. Почти становится стыдно ещё раз, когда Шиын снова накрывает его губы своими, беря на себя инициативу и задавая темп. Бом Сок сжимает его ладонь и придерживает за щëку, пристыженно принимая поцелуй так, как хотел этого Шиын. Это отличалось от того, как целовался Сухо. С каждым из них. Бом Соку он позволил быть требовательным и нуждающимся, дал ему всё, что он хотел, и добавил ещё рвения от себя. К Шиыну он сам полез, тоже сам за него цеплялся и сам улыбался ему в губы. Шиын наоборот его заземлял. Что своим поведением, что своими словами, что сейчас. Бом Сок не может держать руки на своём месте, поэтому когда Шиын склоняет его в сторону и прижимается к его груди, Бом Сок прижимает его к себе за талию, а второй рукой придерживает его предплечье всё ещё на своей груди. Шиын дарит ему спокойствие и уверенность в их взаимности и обоюдном желании. Простым поцелуем. Их вторым в жизни и первым друг с другом. — Милуетесь? — слышится со стороны дверей кабинета, и оба отшатываются друг от друга, встречая взглядами Сухо. — Агх, — Бом Сок краснеет с шумным выдохом, отводя глаза, будто ему было стыдно целовать Шиына на глазах Сухо, хотя в этом не было абсолютно ничего плохого. Шиын прислоняет щëку к плечу Бом Сока, оставаясь стоять с ним рядом. Он не стеснялся. — Тебе никто не мешал в твою очередь. — Я вас прервал? — со смешком выпаливает Сухо, забавясь с такой реакции, — Шиын-а, ты настолько ненасытный, что ли? С таким напором целуешься. — Себя видел? Прилипала. — О, я-то? — Сухо совсем раззадоривается, подходя к ним и намеренно игнорируя парня между их плечами, смотря глаза в Бом Соку, — можно? Кивает. Без уточнений понял, о чём он. Сухо утягивает Бом Сока в поцелуй прямо над макушкой Шиына, залезая в густые тëмные волосы нижнего пятернëй, ещё больше его дразня. Он сделал это не только чтобы побесить — это тоже, но всё же целоваться с Бом Соком ему тоже понравилось. Последний совсем тихо мычит — целовался Сухо и правда совсем иначе: с бóльшей энергией, бóльшей силой. Когда они отстраняются, Сухо улыбается и опускает глаза. Треплет чужую макушку ниже его, лохматя, и издаёт смешок. За мгновение Шиын притягивает его за ворот и к себе и тоже целует. С каким-то соперничеством, немного вызовом. Бом Сок отворачивает голову в сторону, хотя Шиын продолжал удерживать его рукой со спины, а под ухом у него слышались мокрые звуки и дыхание двух парней. Он смущается только сильнее. — Прекращайте вы двое, — чуток шуткой, полусерьëзно, но парни его и правда слушаются. Сухо обнимает обоих за плечи, заставляя остаться стоять совсем близко. — А я, получается, у вас обоих украл первые поцелуи, а? Бом Сок опускает глаза, а Шиын еле заметно ведёт бровью. Зачем-то Бом Сок произносит: — Зато Шиын предложил нам встречаться. — Это не соревнование, — без злобы осекает их двоих, но Сухо было слишком весело. — Но может быть таковым. Что дальше? У кого будет первая ночëвка? Кто поведёт нас на намеренное свидание? Столько пунктов, которые я тоже могу сделать первым. — Тебе лишь бы гоняться за кем-то, — фыркает Шиын, наклоняя голову в другой бок, прислоняясь ухом к руке Сухо. Всем троим нравилось стоять вот так, но никто этого не говорил, да и зачем бы, так что они просто продолжали диалог. — За тобой, вот, погонялся, ты сам к нам и приполз. — Придурок, — толкает его в бок, улыбаясь. Бом Сок тоже расплывается в улыбке, переглядываясь со светящимся радостью и ехидством Сухо. Пока что, работали они на ура и лучше. Случались уже конфликты и недопонимания. Бом Сок думает — дважды из-за него, Шиын и Сухо думают — раз решили, значит решат и все остальные. Сообразительностью Шиына и открытостью и упорством Сухо. Даже если придётся постараться. Даже если Бом Соку вновь придётся переступать через себя, они сделают всё возможное, чтобы и дальше держаться вместе. Потому что привязанность друг к другу была слишком сильной, чтобы можно было это просто так бросить.