Ангел в порочной обители

Алый закат, пламеневший на улице, казался ничтожным и блеклым, в сравнении багровых софит, мерцающих в темном помещении. Десятки девушек в нарядах, едва скрывавших хоть что-то, наносили макияж и поправляли друг другу прически, готовясь к открытию клуба. — Ты заблудилась, крошка? — подошла к ней кудрявая девушка и протянула руку, приподнимая за подбородок её лицо. — Школа не в этом районе, — усмехнулась вторая, с черным коротким каре. Она едва закончила поправлять чулки, что были прекрасно видны с учетом длины её юбки, и тоже подошла к Гермионе, открыто разглядывая. — Серая мышка. Лаванда, как ты её вообще заметила? — Я не заблудилась, — как можно увереннее сказала Гермиона, — мне нужно найти мисс Блэк, не подскажите, где её кабинет? — Помяни черта, — оглянувшись сказала девушка с каре и тут же снова вернулась к своим чулкам, согнувшись пополам и очевидно оголяя всё, что до этого скрывала мини юбка. Все вокруг засуетились, с утроенным рвением приводя себя в порядок. — Панси, — обратилась брюнетка к той самой девушке, назвавшей Гермиону серой мышью и сейчас стоящей раком, — когда последний раз ты была в зале? В прошлом году? — Позавчера… — уже куда менее уверенно отозвалась девушка. — Твоя форма говорит мне об обратном, — она была грубой и слишком одетой, относительно всех вокруг. — Мои клиенты платят деньги не за то, чтобы трогать целлюлитное желе. Не придешь в норму за неделю — понижу ставку. — Да, мисс Блэк, — сглотнула она, отворачиваясь от Гермионы. — Неплохо, — прокомментировала женщина девушку с кудрями по имени Лаванда, подтянув её мерцающий бюстгальтер прямо между пышных грудей нескромным движением. — А ты кто? — перевела она взгляд на Гермиону, — заблудилась? Неужели здесь я выгляжу настолько несвойственно? — Нет, — всё ещё стараясь быть уверенной, ответила Гермиона, — я как раз искала вас, чтобы поговорить. Она не рискнула сказать о собеседовании среди своих, возможно, новых коллег. Блэк окинула её взглядом, в котором смешались недоумение и явное сомнение в адекватности, а затем едва заметно кивнула головой, молча говоря Гермионе следовать за собой. За спиной послышались смешки и перешептывания. Они вышли в коридор и прошли в самый его конец, где Блэк ключом отперла дверь. Кабинет был мрачным, но не имел ничего общего с обстановкой клуба, выглядя как самый обыкновенный офис работника, только с мебелью из хорошего темного дерева. Блэк прошла за свой стол, села и открыла ноутбук одним легким движением. Гермиона без прежней уверенности прошла к креслу напротив женщины, которая смотрела на неё поверх экрана. — Садись, — приказала она. Сказала? О, нет, именно приказала. Мерлин. Гермиона заняла место напротив, сев на край кожаного кресла с ровной спиной. — Смею предположить, «поговорить» — значило собеседование. — Верно, — кивнула девушка. — Официантка, бармен? — небрежно спросила Блэк. — У меня укомплектован штат и кухни и работников зала. — Нет, — поджала губы девушка. — Я здесь за другой работой, мисс Блэк. Женщина продолжала скользить изучающим взглядом по лицу своей посетительницы, а затем закинула ногу на ногу и спросила: — Ты хоть знаешь куда пришла, девочка? Гермиона не ответила, и брюнетка продолжила: — Я держу не простой стриптиз-клуб, и просто потанцевать здесь не получится. Мы — элитный бордель под прикрытием красивых костюмов и прочей мишуры. Все без исключения девочки здесь продаются. — Я знаю. Именно поэтому — я здесь. Брюнетка смотрела на неё ещё несколько секунд, прежде чем сказать: — Нет. — Что? — Я сказала — нет. Уходи, — уже с раздражением ответила она. — Но… почему? — опешила Гермиона. — Я регулярно занимаюсь спортом, у меня хорошая фигура, я могу поддержать разговор на любую тему с людьми разного возраста, я не привередлива и могу исполнять практически всё. Почему вы отказываете мне? Блэк молчала. Она смотрела на Гермиону так, словно та была крайне занимательным экспонатом на выставке. — Где ты учишься? Откуда она вообще взяла то, что я студентка? — ВУЗ, специальность, — дополнила вопрос Блэк. — London Business School, бизнес и экономика. Как вы поняли, что я… — Вот и иди делай домашнее задание по экономике, девочка. — Гермиона. Гермиона Грейнджер, — представилась она, настаивая на своём. — Хоть Уинстон Черчилль. Я уже сказала, что не возьму тебя. — Хорошо, — решила поменять подход Гермиона, — можете ответить почему? И я уйду. Не одна она решила сменить тактику. Блэк посмотрела на наручные часы и встала со своего места, направляясь к двери. — Идём, — Гермиона пошла следом. — Покажу почему, а заодно и провожу тебя до двери. Возвращаться в общество тех девочек не хотелось от слова совсем, особенно, не зная, что именно задумала Блэк. Они вышли на небольшую площадку между входом и основным залом, с которой открывался вид на уже работающий клуб. Он медленно заполнялся людьми, а девушки, что ещё недавно язвили Гермионе, теперь танцевали на большой сцене по центру и на небольших возвышениях с шестами около столов. Блэк подошла близко к Гермионе, и девушка почувствовала ноты вишни в её парфюме, а вскоре и тепло её тела, ведь музыка была настолько громкой, что говорить по-другому не было никакой возможности. — Ну смотри, — сказала она почти на ухо Гермионе, от чего у той пошли мурашки по телу, — на той сцене слева Панси, ты с ней уже знакома. Она специалист по групповым программам. Её часто заказывают на приват за один стол, а потом трахают всей компанией из шести-семи человек. Гермиона сглотнула. — На общей сцене слева Ромильда. Клиенты обожают её за глубокое горло и отсутствие рефлекса даже на члене в тридцать сантиметров. Дальше Чжоу. Любители азиаток от неё без ума, её заказывают по шесть раз за ночь, только и успевает переодеваться и смывать сперму с лица. Ещё правее Кэти. Она гимнастка и порой мы все удивляемся, как она ещё жива, ибо в каких только позах её не трахали. Блэк аккуратно убрала пряди от уха Гермионы и прильнула почти вплотную, так, чтобы её только не услышал никто кроме девушки. — На другой отдельной сцене ещё одна твоя знакомая — Лаванда. Она без ума от больших чаевых, и ей абсолютно всё равно, какими путями их добиваться. Но она нашла свою сильную сторону, и теперь её чаще всего заказывают самые мерзкие и жирные ублюдки. Честно, я даже не знаю, как она находит их член, если учесть, что их живот накрывает колени, когда они сидят за столом. Гермиона едва сдержала желание передернуться от отвращения и подступающей тошноты. — Скажи мне, на какой роли ты видишь здесь себя, Гермиона Грейнджер? — сказала ей в ухо Блэк, прежде чем отпрянуть. — Вы правы, я не совсем похожа на них. Но ведь не все они были такими изначально, правда? Я могу раскрепощаться в процессе работы. — Сколько у тебя было партнеров? — проигнорировав её, спросила Блэк, делая несколько шагов от общего зала. Гермиона замялась. — Один, мы жили с ним три года и расстались недавно. Но это не значит, что у меня мало опыта, — тут же спешно добавила она. — Я очень способная к обучению и я правда смогу. Возьмите меня. Ещё до того, как она договорила, у входа показалось двое мужчин. Один был красив и солиден. Он выглядел благородно и беспечно. Второй же был одет небрежно и вызывал отвращение, хоть Гермиона ещё и не успела понять, чем именно. Оба подошли ближе к дамам, прервавшим свою беседу. Первый приблизился к Блэк и по-свойски поцеловал её в щеку. — Добрый вечер, Белла, — сказал он, переводя взгляд на Гермиону. Взгляд его не был наполнен презрением или пошлостью, скорее наоборот. — Добрый, Руди, — коротко поздоровалась женщина, ответив ему тем же и дотронувшись рукой до предплечья. Второй же мужчина неприятно оскалился. — Моё почтение, Беллатрикс, — он протянул руку и едва заметно склонился, прижавшись губами к руке Блэк. Гермиона, смотревшая на неё в этот момент, увидела как та сжала челюсть, лишь после выдавив подобие вежливой улыбки на лице. Отпустив её руку, мужчина переключился на Гермиону, стоявшую рядом. — О, у тебя пополнение? Что-то новенькое… Надо взять себя в руки. Срочно. Вспомни, ради чего ты это делаешь, тебе нужна эта работа, — мысленно твердила себе девушка, пока мерзкий взгляд гулял по её телу. — Надо показать себя с лучшей стороны. — Добрый вечер, сэр, — как можно более невинным и покорным голосом сказала она, скромно улыбаясь. — Хм-м, такая невинная, смотрит почти как девственница, — ухмыльнулся он, сделав шаг на неё. — Да, на таких огромный спрос, — подтвердил первый мужчина, который по правде говоря, нравился Гермионе куда больше своего друга. — Наш извращенный мужской разум крайне падок на этот мнимый шлейф правильности, чистоты и недоступности, увы, — усмехнулся он, глядя на Беллатрикс. — Да, да, Рудс, — протянул второй мужчина, подойдя к Гермионе вплотную, — её ждёт успех в данной сфере, — он протянул руку и взял девушку за подбородок, а та едва выдержала, чтобы не отшатнуться в ту же секунду. Терпи, терпи, терпи, — твердила она себе и продолжала невинно улыбаться в его отвратительное лицо. — Она не работает, — довольно жестко сказала Блэк, увидев этот жест. — Да ладно тебе, Беллатрикс, ставь высокий прайс. Спрос не заставит себя ждать, — отмахнулся мужчина, вперившийся своим мерзко-похотливым взглядом в Гермиону. — Я сказала, что она не товар, Руквуд, — сквозь зубы повторила Блэк, выходя из себя. — Выбери кого-нибудь из зала. — Ты встала на сторону добра и света? — усмехнулся другой мужчина, с удивлением рассматривая Блэк. — Брось, — сказал Руквуд и Гермиона почувствовала неприятный запах из его рта. — Назови мне любую цену сейчас, Беллатрикс. Я заплачу втрое больше за каждый час и заберу её на всю ночь. Да, рыбка? — он провел рукой по шее девушки, почти опуская её на грудь. — Д… да, сэр, — едва выдавила из себя Гермиона. — Убери руку, — едва сдерживая себя выдавила Блэк, а затем обратилась ко второму мужчине, — Руди. — Да, Август, брось ты её. Смотри, там две твои любимицы сегодня на сцене, — начал он переключать внимание своего друга. — А я хочу эту, — он убрал руку, но теперь наклонился ещё ближе, и Гермиону буквально начало тошнить. — Оставь её, дружище, Белла же сказала, что она ещё не на работе. Вдруг, у неё справки не чистые, — он взял за плечо Руквуда и плавно направил в сторону входа в зал. Тот вздохнул. — Как только рядом появляется Беллатрикс, ты становишься тем ещё подкаблучником, Рудс, — выплюнул он, с презрением глядя на своего друга, которого абсолютно не смутило данное заявление. — Что я могу поделать, если она настолько сводит меня с ума? — отшутился он, и подошёл к Блэк, в то время как Руквуд наконец скрылся в дверях зала, и Гермиона смогла выдохнуть. — Занята этим вечером? — обратился он к женщине уже спокойнее. — Да, много работы. — А после? Блэк вздохнула, сделав шаг ему навстречу. — Рудольфус Лестрейндж, — с укоризной начала она, — ты ходишь ко мне в бордель, и таскаешь сюда своих мерзких друзей. У тебя нет шансов. Но что бы она там не говорила, голос её был загадочен и даже игрив, абсолютно не такой, как с Гермионой раньше. — Что поделать, если я не могу застать тебя нигде больше? — он протянул руку и аккуратно откинул один из её локонов за плечо. Этот невинный жест, кажется, был почти единственным, что он мог себе позволить рядом с женщиной. — Я люблю свою работу, ты же знаешь, — отшутилась она, делая шаг назад, ближе к Гермионе. — И всё же, — мужчина сделал шаг в сторону зала, — я буду один за дальним столиком. — Один. Ровно до двенадцати ночи, — усмехнулась Беллатрикс, — дальше твоего терпения ещё не хватало. — Что я могу поделать, если при мыслях о тебе тестостерон бьет мне в голову, и дальше я попросту не выдерживаю? Блэк снова усмехнулась, когда мужчина уже подходил ко входу в зал. — Отдыхай, дорогой, — игриво подмигнула ему она, явно разжигая пыл, — не стоит сдерживать себя. Мужчина ушел и она повернулась на Гермиону, тут же растеряв весь флирт в голосе. К сожалению. Что? — Ты ещё здесь? — она направилась вглубь коридора в сторону кабинета, и Гермиона последовала за ней. — Зачем ты отвечала Руквуду? Тебя ведь чуть не стошнило ему на ботинки. — Разве вы сейчас делали не то же самое с этим мужчиной? — скептично спросила Гермиона. — Отнюдь, — качнула головой Блэк, — Рудольфус мой давний друг. Он влюблен в меня со школы, и в целом, он неплохой человек, — она вошла в кабинет и подошла к полкам, достав оттуда антисептик и вылив щедрую его порцию на руку, которой касался губами второй мужчина, — чего не скажешь о Руквуде. Она растерла по рукам жидкость с резким запахом спирта и прошла к своему месту. — Запри дверь, — снова приказ. Гермиона опешила, но подчинилась, повернув щеколду и подойдя и заняла кресло напротив. — Ты не ответила на мой вопрос, — напомнила Блэк. — Я отвечала ему, чтобы понравиться. Доказать вам, что я смогу работать. — И как тебе? — скептично спросила Блэк. — Они сказали, у меня большие шансы на успех. — Как тебе чувствовать себя шлюхой? — дополнила она свой вопрос, поставив локоть на стол и опираясь подбородком на руку. — Я готова ко всему. Только возьмите меня, умоляю, — настаивала на своём Гермиона. Но Блэк её будто не слышала. — Кем ты работаешь сейчас? Гермиона снова замялась. — В кофейне. Но я сегодня же скажу о том, что увольняюсь, — тут же заверила она женщину. — Бариста — отличная работа для студента. Что не устраивает? — снова клонила она не туда, куда Гермиона. — Зарплата. Мне срочно нужны деньги, — честно призналась она. — Хм, дай угадаю. Новый айфон, кредит на машину? Или без чего там ещё студентки чувствуют себя неполноценными? — Нет, — сжала зубы Гермиона. — Моей маме нужна операция. Мне не хватает четырнадцать тысяч фунтов, что нужны мне через полтора месяца, а бариста мне работать на них год. Другой сферы для заработка таких денег с моими навыками просто не существует. Блэк окинула её другим взглядом, что вскоре сменился изучающим и даже пошлым. Но совсем не таким, как у Руквуда. — Ладно. Разденься. От столь резкой перемены направления диалога, Гермиона опешила. — До нижнего белья. Девушка встала, решив, что это её шанс, и преодолевая себя изо всех сил, начала стягивать свитер, кладя его на край кресла, а затем приступила к юбке, расстегнув её и заставив упасть на пол, после чего тоже отправила прямиком на кресло. Блэк наблюдала за ней с неподдельным интересом, и когда Гермиона закончила, лениво откинулась на спинку своего кресла. — И правда хороша. Зал? — Семь лет, почти без пропусков, три раза в неделю. — Вижу, — она пробежала взглядом по бедрам, а затем спросила. — Готова работать, говоришь? — Да. — Тогда отлижи мне. Гермиона резко начала краснеть. В кабинете стало душно, а тело и вовсе резко забыло как двигаться и говорить. — В…вам? Сейчас? — чуть не заикаясь, выдавила она. Блэк самодовольно усмехнулась. — Что такое? Не нравится задание? Не бойся, я заплачу по прайсу, — продолжала издеваться она. — Знаешь, девочки которых ты видела, душу бы продали за такую возможность. Тем более, за такого первого клиента. А ты — просто не готова. Поэтому я говорю тебе последний раз — вали. Иначе, когда я скажу в следующий раз, тебя вышвырнут вышибалы. Гермиона прикусила губу, и вместо того, чтобы начать одеваться, обошла стол и опустилась на колени, заставив самодовольную ухмылку стереться с лица Блэк. — Брось, малышка, это было провокацией. Выше головы не прыгнешь, ниже пола не упадешь. Однако она не знала, что одни из главных черт Гермионы — это храбрость и решительность. А ещё, не знала того, что девушка, сама не зная, как это произошло, была бесстыдно мокрой ещё с того момента, как Блэк говорила с ней, почти касаясь губами уха. Гермиона двинулась ближе, смотря снизу вверх и поднимая юбку платья Беллатрикс. Темные глаза наблюдали за её действиями с неверием и искрами разгорающегося желания. Гермиона приблизилась сильнее, и провела кончиком языка по бедру женщины, ощущая мягкую теплую кожу. Блэк абсолютно точно не верила, что это не блеф, и что девчонка сможет двинуться дальше. И она ошиблась. Гермиона оставила несколько поцелуев на внутренней стороне бедра, прежде чем вновь поднять взгляд на женщину и двумя руками подцепить края черного кружева, что совсем скоро было снято с помощью самой Блэк. Гермиона сглотнула и положила руки на её бедра. Она была близко. Ещё несколько мгновений, и горячий язык коснулся клитора, проводя по нему снизу вверх. И ещё раз. — Тебя почти трясет, — усмехнулась Блэк, но голос её не был грубым. Наоборот, он словно ласкал уши бархатистостью и мягкостью. Гермиона повторяла свои действия вновь и вновь, пока не привыкла и не стала увереннее, чтобы двигаться смелее. Она абсолютно не верила в происходящее. Не верила в то, что это делает она сама. И особенно в то, что ей это приятно не меньше, чем Блэк, которая начала дышать глубже и резче. — Мм, — протянула она, — скромный котенок становится смелой львицей. Руки Гермионы гладили её бедра, в то время как язык исследовал всё что мог, обводя клитор, опускаясь ко влажному от смазки входу и поднимаясь обратно. Теперь она сама, абсолютно точно, наслаждалась процессом и то и дело ловила себя на мысли, что безумно хочет большего. Однако, нарушать волю заказчика нельзя. Особенно, когда это твой будущий начальник. Хм, а может, это всегда будет настолько приятно? И я просто всегда была прирожденной шлюхой? — вдруг подумала она. Но стоило ей представить хоть кого-то на месте Беллатрикс, как её резко начало тошнить. — Нет, кажется, это так не работает. Она понимала, что сейчас хочет слышать дыхание только одной женщины. Чувствовать её вкус на языке. Доводить её до этого состояния сладкой истомы, в котором она кладет руку на волосы Гермионы, аккуратно заправляя их за ухо, чтобы они не мешали, и почти гладит её по голове, проводя приятные линии. В котором начинает смыкать губы, чтобы с них не слетело ни единого звука, но всё же приглушенно и низко стонет, когда Гермиона доводит её до оргазма. — Хороший язык, — снова усмешка. Едва отошедшая от оргазма, она показалась девушке особенно красивой. И кажется, в этот момент она как никогда понимала влюбленного в неё Рудольфуса. Гермиона встала. — Я могу одеваться? — Можешь, — всё ещё расслабленно ответила Блэк, снова наблюдая за девушкой. Гермиона спешно натянула юбку, а затем и тонкий свитер, расправляя его на себе. Она не садилась обратно, и не знала, что делать дальше, а потому осталась стоять у стола, наблюдая за хозяйкой кабинета. Та в свою очередь прошла к полкам, расположенным у стены, и Гермиона услышала писк кнопок. Ровно четыре раза. Беллатрикс вернулась к ней и положила перед девушкой на стол несколько скрепленных пачек 50 фунтовых купюр. Гермиона отрыла рот, но так и не найдя ни одного слова, снова его закрыла. Блэк вернулась и села в свое кресло. — Тринадцать с половиной. Ещё пятьсот заработаешь бариста. — Но… — не могла сформулировать вопрос Гермиона, — что… — Считай, это чаевые. А теперь пошла вон отсюда, и не смей возвращаться. Узнаю, что ты меня обманула, увижу анкету хоть на одном сайте внутреннего рынка, — она стрельнула взглядом на монитор, — сядешь за мошенничество. — Не увидите, — наконец обрела дар речи девушка, — я сказала правду. — Молодец. А теперь уходи. — Вот так просто? Но это… — Тебя не устраивает чувство, что тобой воспользовались? Малышка, напомню, это бордель. Кто ещё кем воспользовался, сложно сказать. Я, конечно, не знаю точных расценок, но абсолютно уверенно могу заявить, что такая оплата за содеянное может претендовать на книгу рекордов Гиннеса. — Нет. Просто это странно, вот так уйти… Спасибо вам… Она сделала шаг назад, абсолютно не понимая, как себя вести. Блэк всё ещё изучала в ней что-то, не отпуская из поля зрения. — Хотя нет, стой. Гермиона остановилась и вернулась обратно. Беллатрикс протянула ей листок и небрежно положила сверху ручку. — Напиши мне адрес кофейни. Гермиона нерешительно притянула листок к себе и на сердце у неё стало тяжело. — Вы расскажете моему начальству о том, что я приходила на собеседование, да? — сказала она, но при этом покорно написала верный адрес места работы. — Не угадала, — ответила Блэк, опуская взгляд в монитор, — просто люблю кофе.