Одеяло и немного нежностей

Шмыг. Кулкид сворачивается в клубочек от холода, жаждя побольше тепла. Блудуд забрал у него одеяло, не давая укрыться. Он утверждал что у чертика и так большая температура, и так он сделает только хуже, но.. Кулкиду уже было все равно. Он хотел лишь тепла, и капельки нежности! — Ну блудуд.. — Протягивая последнюю гласную дрожащим голосом просит ребенок. — Отдай мне одеяло.. Мне холодно!! — Еще один шмыг. Глаза мальчишки слезяться от насморка, и довольно большой температуры. Жарко. Но в то же время до бизумия холодно.. — Неет, тебе нельзя укрываться, вдруг хуже станет!!? Одеяло же ужасно теплое!! А если ты сваришься!? — С явным беспокойством твердил в ответ голубой парниша. — Скоро придет твой отец, он даст тебе лекарство, потерпи немного.. — Дети уже успели позвонить Севену, дабы тот вернулся домой с работы пораньше, да помог малышам с лекарствами. — Пожалуйста.. — Тихий, больной голос заставлял сердечко блудуда сжиматься. Кулкид привстал, вздохнул, от резко пришедшей головной боли, и подполз к другу. Его рука ухватилась за толстовку парнишки, и тот начал тянуть старшего к себе. — Мне холодно. — Казалось, что чертёнок сейчас заплачет. Заревет просто потому что нет сил.. — Тише, тише — Отталкивая проклятое одеяло подальше, блудуд двигается к кулкиду. — Скоро тебе будет лучше, правда. — Блудуд кладет ладони на плечи младшему, и начинает аккуратно толкать его назад, чтобы тот улегся обратно. — Ложись. — Нет!! Нет! Я не хочу.. — Каждое слово начиналось с выдоха, словно он стоит зимой без куртки, в центре пустой улицы, в ночи. — Мне холодно! Отдай мне одеяло!! — Все не отпускающие толстовку руки сжались в кулаки. ребенок хнычет, а бедный блудуд не знает что нужно делать. Голубой парнишка все же уложил дружка, и тот, продолжая скулить, все никак не оставлял чужую кофту. — Ляг.. Пожалуйста.. — вдруг попросил чертенок, надеясь что хотябы в этом его послушают. — Рядом со мной. Прошу.. — Хорошо? — Неуверенно согласился Блюдуд. Он прилег, и в его грудь тут же уткнулось лицо. — Хеей? — Нога красного ребенка тоже тут же оказалась на нем, а руки кулкида обнимали его так крепко, как только могло его ослабшее , от злой простуды, тело. Хоть так кулкиду стало теплее. — Эй, эй.. Спокойней, я никуда не уйду ведь, тише. — Его руки легли на макушку ребенка, и теперь пальцы легко утопали в его красных, расстрепанных, пушистых волосах, и массировали голову мальчишке.. Кулкид был ужасно горячим, просто кошмарно.. От чего блудуду даже стало жарко. Однако тот молчал, и продолжал лежать так, как хотелось больному.

***

Кулкид уснул. Блудуд следом за ним от элементарной скуки. Они так и остались лежать в обнимку, а рука голубого все еще иногда дергалась, стремясь погладить по голове этого ребенка. В коридоре, тем временем, уже раздался щелчок. Входная дверь открылась, после чего, почти тут же, закрылась. Шорохи, шаги, что приближались.. и дверь в спальню кулкида открывает 007н7. — Кулкид? — Тихо окликает он ребенка, однако видит пару спящих детей, которым, теперь то, явно не нужно никакое одеяло.. Он поднимает почти упавшее с кровати на пол одеяло, и аккуратно накрывает им детей. — Сладких снов.. — Вздыхая говорит мужчина, после чего покидает комнату, чтобы не тревожит их покой.