Воссоединиться

      — Ты его не спас.       Металлический, безэмоциональный голос пробивает густую тишину комнаты, отдаваясь эхом в ушах всех присутствующих.       Холмс младший закусывает губу, отходя на шаг назад. Ностальгическая печаль, подступившая к глазам так и не пролившимися слезами, сменяется испугом.       Льюис стал так похож на Лиама...       Но от того никогда, даже в моменты самой искусной игры на публику, не исходило настолько физически ощутимой...       ... Угрозы.       — Как ты смеешь жить, когда он мёртв? — глаза Льюиса, и без того пугающе красные, блестят нездоровым огоньком. Таким, какой Шерлок больше всего боялся увидеть...       Весь состав "Ми-6" напрягся в ожидании. Майкрофт забегал глазами по комнате, судорожно готовясь придумывать план примирения. Атмосфера была похожа на то, что происходит в заряженном ружье до того, как будет спущен курок.       — Я не... Льюис, я пытался, клянусь. Если бы ты только выслушал меня... — Холмс попятился к стене, прижатый взглядом младшего Мориарти. — Мы оба потеряли сознание, и когда нас выловил Билл, Уильям уже был мёртв. Я не хотел этого. Я пытался. Я прыгнул за ним, прыгнул, слышишь?! — каждое слово сопровождалось глухим стуком каблуков по полу. Расстояние между двумя сторонами стремительно сокращалось.       — Прекратите этот цирк немедленно. — раскатистый бас Майкрофта Холмса разнёсся по помещению, лишь колыхая натянутую в воздухе струну, но даже будто и не пытаясь сдвинуть её с места. — Давайте мирно обсудим произошедшее, мистер Мориарти, вы же не можете всерьез винить моего брата за суицид вашего...       — Это. Был. Не. Суицид!— Льюис резко повернулся к столу начальника, сверля взглядом уже его. — Это была часть плана. И она должна была сорваться. Я уверен, он хотел именно этого, — каждый звук, вылетавший из его уст, становился всё более хриплым. И наполненным гневом и жестокостью.       — Мистер Мориарти, если вы позволите, он ведь... Сам... — робко произнёс Фред. Вся команда, до того пытавшаяся тихо усидеть на местах, в мгновение оживилась.       — Да, Льюис, прошу, одумайся. Шерлок сделал всё, что мог... — Бонд поднялся с места, делая шаг в сторону Мориарти. — Я уверен, он скорбит не меньше нашего, и...       — И тем не менее стоит здесь?! — уголки губ Льюиса размыкаются, и белый ряд зубов превращаеется в жутковатый оскал. — Смея показаться мне на глаза?!       — А с чего бы не должен?! — Гердер вскакивает, как ошпаренный, ощущая скорый переполох.       — Потому что он пообещал. Поклялся своей жизнью, что он будет жить. И я принял это обещание, — Льюис почти рычал, вновь поворачиваясь к Шерлоку Холмсу. Тот уже стоял вплотную к стене, часто дыша и бегая глазами из угла в угол. — А знаешь, как забирают свои кровавые долги братья Мориарти?!       — Позвольте вырезать... Фунт мяса... — дрожащими губами произносит детектив, и наконец шестеренки в голове, остановленные эмоциями, начинают приходить в порядок и вращаться в прежнем темпе.       — Да уж, Холмс, ты стал таким мямлей...       Выпад приходится за миллиметр от правого уха Шерлока. Нож, спрятанный в элегантной трости, превращает её в настоящее боевое копье. Холмсу может и хотелось бы поразмыслить, не стоит ли обзавестись таким, однако времени даже на такую мысль у него нет.       Прыжок в сторону, попытка сбить противника с ног и обход со спины были встречены лишь самодовольной ухмылкой и резким движением руки. Лезвие промелькнуло непозволительно близко. Крошечная прядь волос плавно опустилась на пол, а по лбу Шерлока прокатилась предательская капелька пота.       Только что густое напряжение в штабе Ми-6 лопнуло, и он тотчас обратился в хаос. Фред и Джеймс с ужасом смотрели на открывшуюся картину, не решаясь принять сторону. Страх заставил оцепенеть, не давая ответа, что делать дальше.       Помочь Холмсу — обречь Льюиса на мгновенную и неизбежную казнь.       Не помочь — и боюсь, он долго не протянет.       Майкрофт сорвался из-за стола, чуть не налетая на выставленое лезвие "копья".       — Не. Лезть. — Льюис обводит присутствующих взглядом, и даже невозмутимо позитивный обычно Гердер резко сжимает зубы, чувствуя эту угрозу в его глазах даже без зрения. Этот взгляд прожигает больно, до самой души.       Не взгляд Льюиса. Но взгляд Лорда Преступности.       Шерлок тяжело дышит, стоя на одном колене, придерживая вес грудной клетки выставленной вперед рукой.       Замах. Удар. Прыжок, и снова мимо.       — Майкрофт, нож! — командует Шерлок, и брат не медля бросает ему лежащий в ящике стола резной инструмент, пока младший в очередной раз уворачивается от выпада разворотом на 180 градусов. — И не вмешивайся, — Майкрофт с вопросом смотрит на младшего брата, но, прочитав в его глазах решимость и уверенность в победе, отступает на шаг назад.       Прыжок, удар в стену, неудавшаяся подножка и поцарапанная щека. Отскок, свист пролетающего в воздухе металла, капля крови на ковре.       Удар по руке, ответный по боку. Звон скрестившихся лезвий. И такой же резкий лязг их рассоединения.       Противникам удалось встать прямо, разбегаясь по разные стороны помещения.       — Ты правда не готов платить по счетам? — спокойно спрашивает Льюис, и Холмс тяжело вздыхает, пересекаясь с ним взглядом.       — Нет. Не считаю себя должником, — оба синхронно делают шаг за шагом, двигаясь по кругу, будто хищные звери, ввязавшиеся в драку. — И готов биться за своё мнение. Могу и буду. Но я хочу просто объяснить...       — А я не собираюсь слушать, — Мориарти первым нарушает кратковременное перемирие, попадая Холмсу тупой частью трости по животу, заставляя того на секунду сжаться от боли, лишь чтобы затем провести концом копья по воздуху прямиком у него над головой, вновь отрезая прядку волос.       Едва успевший пригнуться Шерлок бросается вперед, резко поднимая лезвие ножа вверх.       Льюис отступает на шаг. Длина копья имеет один несомненный минус — манёвр придется совершать дольше.       И Холмс успевает упасть на пол и перекатиться к дивану, когда лезвие приземляется прямиком на ковер, где секунду назад было его плечо.       — Бегаешь. А говорил, — замах, — что будешь, — укол, — драться, — подъем.       И всё же Шерлоку удаётся уворачиваться.       Он не собирается убивать Льюиса.       Он молится всем известным Богам, что тот одумается.       Он верит, что тот одумается...       — Ты думаешь, что знаешь, с кем имеешь дело?! — Льюис бьёт снова, будто ни на долю не устал. — Знаешь, от "наёмника" до главы Ми-6 долгий путь...       В этом голосе больше нет Льюиса.       Есть только больной гнев. И холодная месть.       Нож царапает обивку дивана, пролетая в опасной близости от руки Бонда. Тот опасливо сжимается, беря за кисть Фреда и сжимая его средний палец в ладони.       Он помнит — пора.       Лиам знал и это.       Он дал инструкции.       Но Фред медлит. Лишь тянет руку к кобуре, замирая в таком положении.       Убить Мориарти для него кажется непостижимым уму преступлением.       Холмс перескакивает через кресло, и копьё пролетает над его макушкой, срезая дорогую итальянскую кожу со спинки.       Секунда, и оно уже бьет туда, где только что был сам Шерлок.       А он уже у стола.       У окна.       У стены.       В конце концов придется перестать бегать, да?       Прижатый к стене, Шерлок отбивает атаки одну за другой. Холодный стук металла о металл оглушает, заставляя мысль метаться только в одном направлении — это конец.       Не его, не Холмса, конечно же.       Он ведь знает, что брат влезет. Что влезет Бонд или Фред.       Лиам ведь...       И всё же, на что надеется Льюис?       — Глупо забываться, Холмс.       Копье пронзает плоть, и алая кровь начинает расползаться по костюму и белой рубашке...       Выстрел.       Безжизненное тело падает на пол.       А следом и обессиленный Шерлок.

***

      Он открывает глаза в больнице. Не может сообразить, что только что произошло.       Глаза плохо видят. Протерев их руками раз 10, Холмс не смог добиться никакого эффекта. Зато, кажется, разбудил своего гостя.       — О, ты... Быстро очухался, — Шерлок поворачивает голову, встречаясь взглядом с размытой фигурой брата, до этого неспокойно дремавшего на кресле.       Недавние события всплывают в голове. Виски загораются огнём, и его словно вкидывает обратно в реальный мир.       Шерлок рефлекторно приподнимается, но Майкрофт мгновенно прижимает его рукой обратно.       — Лежи. Прошло всего несколько часов, рано бегать.       Воцаряется гробовое молчание. Невероятно душащее и с таким очевидным недосказанным подтекстом, что, кажется, это можно прочитать в воздухе.       Но никто не решается этого сделать.       И потому Майкрофт лишь молча протягивает брату помятую, красную, влажную записку...       Шерлок сильно напрягается, чтобы суметь прочитать одно лишь слово "Спасибо"...       — Выходит, я правильно понял... — шепчет он, откидываясь на подушку и закрывая глаза.       — Ага, только можно было просто озвучить, а не позволять ему проколоть тебе плечо. Если бы он ударил чуть-чуть по-другому...       — Он бы не ударил, — отрезает Шерлок и, чувствуя на себе вопросительный взгляд Майкрофта, добавляет: — Он прекрасно знает, как должен был бить на поражение. Я стоял лицом к нему. Не двигаясь. Льюис — профессиональный киллер, Майкрофт. Его знания нельзя недооценивать.       — Хочешь сказать, что... Впрочем, очевидно...       — Именно. Теряешь хватку, братец! — Шерлок ухмыляется.       Конечно Льюис не хотел его убивать.       Только лишь хотел умереть.       Умереть от рук любимых людей, которые не выстрелили бы до последнего...       Уйти бесславным злодеем, как его брат. Уж очень младший Мориарти любил ему подражать.       — Вот ещё что... — прошептал Майкрофт, и задумавшийся детектив приоткрыл один глаз, вопросительно глядя на него. — Полтора часа назад... Скончался Альберт. Инфаркт миокарда. Нашли уже холодным...       Повисла тишина.       Гнетущая, и тем не менее осязаемо хрупкая.       Черт его знает, какая сила связывала этих троих. Но и из мира они тоже решили уйти все вместе. Наконец... Воссоединиться.       — Вот и мёртв "Лорд Преступности". Весь, если можно так сказать... — Майкрофт, до того уставившийся в пол, поднимает глаза на брата. И видит бегущую по его щеке... Слезу. — И что-то мне не весело.       Майкрофт не знает, какая муха его укусила.       Но он тянется к Шерлоку, заключая его в, наверное, первое в их жизни братское объятье.       И они делят скорбь.       Как позже будут делить и радость, и горе. И любовь, и ненависть. И жизнь, и смерть...       Как делали братья Мориарти. Как делала самая преданная, великая, могущественная... И любящая семья.