Лиса

      Золотая осень щедро рассыпала свои сокровища по улице. Воздух, напоенный запахом влажной земли и увядающей листвы, был прохладен и чист. Сам Королевство Югославия, задумчивый и спокойный, сидел на старой деревянной скамейке, наблюдая, как последние багряные и янтарные листья кружат в медленном танце перед тем, как коснуться земли. Рядом, на мягком ковре из опавших листьев, нежилась его верная спутница — лиса Рита. Ее огненно-рыжая шерсть переливалась в косых лучах солнца, а черные чулочки на лапах и белый кончик хвоста выглядели особенно ярко. Она лениво копала лапой землю, возможно, надеясь найти спрятанный сюрприз, ее умные глаза с любопытством скользили по округе. Мир и покой витали в воздухе, но, как часто бывает, дьявол кроется в деталях.       Из-за поворота улицы показалась пара важных господ: статный, с горделивой осанкой Австро-Венгрия и подтянутый, с острым взглядом Германская Империя. Их шаги были размеренны и полны достоинства. У самых ног Германской Империи семенили две коренастые, с жесткой шерстью таксы — Вадль и Хёксль. Их маленькие глазки блестели азартом, а низко посаженные тела напряглись в предвкушении. Пока их хозяева завели неторопливую беседу, погрузившись в обсуждение чего-то важного, таксы уловили знакомый запах. Их взгляды упали на безмятежно лежащую Риту. Инстинкты взяли верх. Прижавшись к земле, словно две миниатюрные торпеды, Вадль и Хёксль начали осторожно, но целеустремленно подкрадываться к ничего не подозревающей лисе.       С балкона многоэтажного:       В это самое мгновение на балконе, облокотившись на перила, стоял Король Сербия. Его зоркий взгляд, привыкший подмечать малейшее движение на границах, мгновенно выхватил опасную сцену внизу. Сердце сжалось от тревоги и гнева при виде вражеских такс, крадущихся к его внучке-лисе (ведь Югославия — его сын!).       — Эй! — громовой голос Короля Сербии раскатился по всему двору, нарушая осеннюю тишину. — А ну-ка убери свои грязные, волосатые сосиски от лисы!       Германская Империя и Австро-Венгрия вздрогнули и резко подняли головы. Их лица, только что спокойные, исказились от возмущения при виде сербского монарха.       — Что ты разорался, как петух на насесте?! — парировал Германская Империя, презрительно сморщив нос. — Может, моим благородным таксам просто захотелось познакомиться с этой дикаркой? Понравилась она им! Что в этом такого? — Его голос звучал высокомерно и раздраженно. Не обращая внимания на немца, Король Сербия обратился к сыну, все еще сидящему на скамейке:       — Югославия! Ты что, ослеп?! Не видишь, что эти грязные таксы моего врага собрались потревожить Риту?! Смотри!       Крик отца встряхнул задумчивого короля. Он резко обернулся и, увидев опасную близость такс, мгновенно встрепенулся. Голос его, обычно мягкий, стал твердым и властным:       — Рита! Ко мне! Быстро!       Услышав знакомый зов, лиса мгновенно вскочила. Ее уши настороженно прижались, она метнула быстрый взгляд на приближающихся собак и бросилась к хозяину, как рыжая молния. Югославия встал, и они вместе, не оглядываясь, зашагали прочь по аллее, оставив раздосадованных такс и их хозяев позади. Рита трусила рядом, время от времени оглядываясь с легким волнением в глазах.       Чуть позже, уже на другой аллее, прогуливались СФРЮ и его сын Сербия. Внезапно из-за кустов сирени выскочила знакомая рыжая тень. Это была Рита, слегка запыхавшаяся, но явно довольная небольшой самостоятельной вылазкой. Увидев лису, его лицо СФРЮ озарилось теплой, чуть грустной улыбкой. Он присел на одно колено, протянув руку.       — Привет, красавица. Одна гуляешь? — его голос был ласковым. Рита доверчиво подошла, позволив погладить себя по шелковистой шерсти за ухом. СФРЮ взглянул на удаляющиеся фигуры отца. — А, понятно… Отец вышел на прогулку. — В его глазах мелькнуло что-то ностальгическое, воспоминание о временах иного уклада. Погладив лису еще раз, он тихо добавил: — Иди, иди, не отставай.       Рита ткнулась мокрым носом ему в ладонь и побежала догонять Югославию.       На следующей скамейке сидели СССР, Куба, КНДР и Китай. Их разговор был оживленным, временами переходящим в горячие споры, но в целом товарищеским. Напротив них, слегка поодаль, восседал Королевство Италия. Он выглядел беззаботно, даже легкомысленно, на его коленях лежала гроздь спелого винограда, и он с удовольствием отправлял ягоду за ягодой в рот, насвистывая какую-то веселую мелодию.       К этому импровизированному собранию осторожно подошла Рита. Ее привлек запах винограда или просто любопытство. Она остановилась в нескольких шагах, внимательно наблюдая за незнакомцами. Разговор социалистических лидеров на мгновение затих — все четверо устремили взгляды на неожиданную гостью. Даже строгий КНДР слегка наклонил голову. Королевство Италия заметил лису. Его лицо расплылось в широкой, обаятельной улыбке. Без тени страха или высокомерия он протянул руку с несколькими ягодами винограда.       Рита, почувствовав доброжелательность, осторожно подошла. Ее тонкий нос дрогнул, обнюхивая угощение. Затем, доверчиво склонив голову, она аккуратно взяла виноград прямо с ладони итальянца. Зрелище было настолько неожиданным и трогательным, что даже суровые товарищи не удержались. СССР громко рассмеялся, его смех был густым и раскатистым. Куба присоединился, весело подмигнув. Китай улыбнулся сдержанно, но одобрительно. Лишь КНДР сохранял каменное выражение лица, лишь слегка дрогнул уголок его губ.       — Правильно, — весело прокомментировал СССР, вытирая слезу смеха. — У спирохетины виноград вкуснее!       Польщенный вниманием и смехом, Королевство Италия подобрал Риту и усадил к себе на колени. Он нежно гладил ее густую рыжую шерсть, а лиса, мурлыча от удовольствия, покорно принимала ласку и новые порции сладкого угощения. Она чувствовала себя здесь совершенно безопасно.       — Знаешь, — продолжал СССР, наблюдая за этой идиллией с едва заметной усмешкой, — а ты с лисой чем-то похожи. Оба рыжие… и оба — большие хитрецы! — Его слова вызвали новый взрыв смеха у Кубы и одобрительный кивок Китая.       В этот момент к скамейке, слегка запыхавшись, подошел Королевство Югославия. Увидев свою лису на коленях у Италии, он вздохнул с облегчением и легким укором.       — Вот ты где, непоседа! Рита! Куда это ты удрала? Я уже волноваться начал! — в его голосе смешались забота и легкое раздражение.       СССР, все еще посмеиваясь, лениво указал пальцем на итальянца:       — А вашу хитрую лису вот эта самая спирохетина виноградом кормила!       Королевство Италия лишь беззаботно пожал плечами и улыбнулся, продолжая гладить Риту, которая уже сладко задремала у него на коленях, сытая и довольная. Югославия покачал головой, но сердиться не мог. Он видел, что его питомица в полном порядке и счастлива.       — Спасибо за присмотр, — сухо кивнул он Италии, не вдаваясь в детали. — Но нам пора. Рита, домой! Марш!       Лиса лениво открыла один глаз, потянулась и спрыгнула с колен. Она нехотя, но послушно подошла к хозяину, виляя хвостом. Королевство Югославия бросил прощальный взгляд на разношерстную компанию и повел Риту обратно по аллее, к своему дворцу. Солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные тени, а их фигуры — человека и рыжей лисы — медленно растворялись в золотистой дымке осеннего вечера. Мир, хоть и хрупкий и полный скрытых угроз, на этот раз сохранил свое спокойствие.