Барбоскины Z

В этот день была довольно пасмурная погода. Солнышко уже всю неделю не выглядывало в Пёсбурге и не радовало своими лучами. Улицы Пёсбурга были безлюдны, лишь изредка можно было встретить здесь граждан, идущих в магазин за продуктами, а также проезжающих по дорогам гражданские и военные машины. В мире бушевала серьёзная болезнь, охватившая все страны мира. Она распространялась крайне быстро, и её симптомы были не из самых приятных. Кроме того, эта болезнь была крайне смертельной. Из всех заражённых от болезни умирало примерно 39%. Иногда случалось так, что умерших от болезней не успевали хоронить, и их складывали в небольшие горы трупов в чёрных мешках. Но, а что же до нашей семейки антропоморфных собак? Сегодня наступил один из значимых дней в их жизней — день рождения Малыша, самого младшего члена семьи. Ему уже исполняется 6 лет, совсем уже взрослый мальчик. — С днём рождения, Малыш! Поздравляем! – Мог слышать Малыш уже с самого своего пробуждения от каждого члена своей семьи... Кроме Папы, который даже при таких условиях работал очно. — Идём, Малыш, торт и подарки уже ждут тебя! — Бодро звала Мама Малыша. — А Папа придёт к нам? — Спросил Малыш. — Сегодня он вернётся пораньше, так что мы отпразднуем все вместе! И вот Малыш уже был за столом, он задул шесть белых свечек, принял подарки от Дружка, Розы, Гены и других... Но ему сейчас не хватало только отца. Но уже спустя час праздника домой вернулся Папа Барбоскин с работы. Малыш, лишь услышав звуки открывающейся двери, побежал изо всех ног встречать своего папу. — Папа, папа! Ты пришёл! - С особой радостью говорил Малыш. — С днём рождения, Малыш! - Поздравил его Папа и поднял Малыша на руки, тот лишь начал радостно хохотать. - Ты стал уже таким взрослым. А у меня есть подарок для тебя! И вот Папа Барбоскин сперва поставил Малыша на пол, а затем протянул ему плюшевую игрушку синего совёнка с большими жёлтыми глазами. — Я пытался найти ещё что-нибудь, но... — Какой красивый совёнок! - Тут же на радостях воскликнул Малыш, случайно перебив своего отца, и взял игрушку. - Хороший... Он будет лучшим другом Зайки! Папа Барбоскин в этот момент ничего не сказал, но радость Малыша от подарка лишь грела его сердце. — Как хорошо, ступай к остальным, я скоро присоединюсь. Малыш лишь кивнул и побежал обратно за стол, рассматривать свою новую игрушку, которая хоть и была простой на вид, но была сделана с душой. Папа Барбоскин, переодевшись, позвал к себе свою жену. — Что такое, милый? — Нам нужно поговорить, это очень важно. Родители поднялись наверх, в комнату дедушки. Между ними выдался весьма тяжёлый и напряжённый разговор, который должен был решить дальнейшую судьбу этой семейки. Спустя около получаса родители спустились обратно к детям. На их лицах сверкала улыбка, и они пытались казаться в приподнятом настроении перед детьми. Папа Барбоскин торжественно начал: — Дети! Сегодня, в честь дня рождения Малыша, мы поедем к дедушке на дачу! — На дачу, ура! — Радостно воскликнул Малыш. У остальных же членов семьи наблюдалось недоумение, перемешанное с ноткой радости. Всё же последний раз они видели дедушку вживую целых полгода назад, а связи с ним так и не было с тех пор. — Но ведь нам нельзя выходить на улицу. Это же закон! — Подметила Лиза. — Всегда бывают определённые исключения из правил, Лиза. — Ответил Папа. — Дети, слушаемся отца и идём собирать свои вещи! Детям ничего не оставалось делать. Вся эта затея, разумеется, казалась им довольно подозрительной. Впрочем, беспрерывное обитание в четырёх стенах настолько достало их, что они были только рады такому событию. Уже скоро вся семья была готова к выезду из города на дачу. Они спокойно спускались вниз по лестнице, наблюдая вокруг себя потрёпанные лестницы и поржавевший лифт, который больше никогда не заработает. Семья распахнула двери дома и оказались на улице. Город за полгода изменился до неузнаваемости: везде был мусор, здания казались обветшалыми, чёрные мешки были обыденностью, как и смердящий запах по всему городу. Сейчас же Барбоскинам был предоставлен шанс выбраться отсюда. Они сели в чёрную отцовскую машину, пристегнули ремни и отправились в путь. Папа Барбоскин ехал по дороге внимательно, по чёткому маршруту. Дети лишь смотрели в окна, наблюдая за мрачной атмосферой их родного города. Внезапно к машине стал бежать какой-то мерзкий пёс, который тут же бросился под колёса автомобиля. Никто этого не ожидал, и все оказались глубоко шокированы... Но Папа не остановился, он лишь прибавил газу, переехав этого пса, и продолжил свой путь. Дети оказались в недоумении. Мама старалась держать терпение. — Папа! — Взволнованно крикнула Роза. — Мы кого-то переехали! Мы д-должны были помочь ему! Папа, почему ты молчишь? Отец ничего не хотел говорить, он сохранял своё молчание, несмотря ни на что. Он знает, что делает. Мама, чувствуя себя неловко, также не издавала ни звука, старалась выглядеть по-обыкновенному, словно этого и не было. Лишь прибавила: — Дети, только не смотрите на того... — Но она не решалась договорить... Малыш был напуган, но не осознавал, что только произошло. Дружок, Гена и сёстры пристально смотрели на заднее окошко, наблюдая за тем телом, что было только что переехано автомобилем. Но... Тело начало подниматься обратно на ноги... В этот момент они резко свернули путь. Они продолжали свой маршрут. Дети продолжали недоумевать. — Он... Поднялся на ноги??? — Шокировано спросил себя Гена. — Быть такого не может! — Я тоже это видела... — Сказала Лиза. Родители сохраняли молчание, пока дети начиная странно поглядывать на родителей, словно они изо всех сил пытались что-то скрыть. — Дети... — Серьёзно начинал отец. — Сегодня туман сильнее обычного... Вам могло навсего показаться. Не берите такой вздор в голову, всё в порядке. Дети лишь молча кивнули ему, потому что они сами не хотели верить в то, что только что видели. Машина двигалась вперёд, проехав через основные городские квартала, как можно лучше избегая скопления собак, они проезжали по более бедняцким районам старой застройки. Всё же даже у такого прекрасного города, как Пёсбург, могут быть свои скелеты в шкафу. И всё же их целью был большой металлический мост, который в данный момент представляет собой единственный выход из этого опустевшего города... Но они были здесь не одни. Десятки других автомобилей, что также столпились здесь. А на другом конце моста, практически на том берегу, был развёрнутый контрольно-пропускной пункт, который тщательно охраняли военные, вооружённые до зубов и напяленные в противогазах. В КПП собак подвергали особой процедуре, где гражданам делали тест на наличие болезни и тщательно проверяли другие признаки заболевания, что пока ещё не могли передаваться другим на данном этапе. Если определённые признаки в большинстве совпадали с определённым списком, составленным учёными, то их забирали военные и уводили в ближайший лесок, который был буквально возле леса. Лишь страшные мысли возникали при догадках о их судьбе. Впрочем, процесс данной проверки был слишком долгим, потому пробка на мосту была значительной. Папа Барбоскин был крайне раздражён этим, он надеялся успеть как можно первее... Но опоздал... — Чёрт возьми! — Злобно и раздражённо прошептал Папа. — Похоже, мы здесь надолго встрянем... — Неужели нет другого хода из этого города? — Спросила Мама. — Нет... По остальным путям не пускают — сразу открывают огонь. — Ответил Папа. Постепенно сюда подъезжали и другие автомобили, многие из граждан были сильно обеспокоены и напуганы чем-то. Они поговаривали о об оживших трупах собак, которые нападали на обыкновенных жителей и убивали их. Барбоскины продолжали сидеть внутри душной машины, даже не открывая окно, всё это было вызвано мерой предосторожности, ведь вирус никуда не ушёл... Но правда были и более безответственные граждане, которые открывали окошки автомобилей либо же вовсе выходили из них, чтобы в последний раз насладиться красотой реки и ближайших лесов и поговорить друг с другом... Правда, в таком случае они вынуждены будут соблюдать дистанцию между собой, чтобы не попасть под прицел военных, которые внимательно следили за каждыми их шагами. В случае чего они имели полное право стрелять без предупреждения, если есть необходимость. Машин и собак становилось более, проверки казались бесконечными, огромную массу стало уже сложнее контролировать военными. — Не уж-то мы не выберемся отсюда... — Пробурчал про себя Папа Уже вечерело, а очередь стояла на месте... Это могло бы продолжиться и дальше, но всё вдруг изменилось. Барбоскины сперва начали слышать приглушённые крики, взглянув в окошко, они видели бегущих собак, а повернув назад... Они увидели огромную толпу собак, что выглядели идентично, как тот, которого Барбоскины переехали. Их шерсть линяла, одежда была изорвана и была покрыта пятнами грязи, крови и собственной рвоты. На их лицах можно было заметить волдыри, глаза заливались кровью, у кого-то лица были покрыты швами. Это уже не собаки, а кое-что чудовищнее... Их были не десятки... Их было больше сотни, и они стремительно приближались к мосту. Гражданские начали бежать к КПП, но военные каждый раз отгоняли их предупредительными выстрелами. Военные уже заметили надвигающуюся толпу. Командир КПП переговорил о чем-то с другими солдатами, после чего они нацелились на граждан. Командир КПП с громкоговорителем обратился к мирным жителям: — Внимание! В связи с тем, что пропуск через мост закрывается, вы должны немедленно покинуть эту территорию в течение одной минуты под угрозой расстрела. Внимание! Покиньте эту территорию немедленно! Одним своим сообщением он переворошил эту огромную и напуганную толпу. Горожане кричали, говорили о монстрах, что они грызут собак и убивают, что они вот-вот будут здесь. Но их никто слушать не собирался. Военные открыли огонь по ним из автоматов и пулемётов. В первые секунды погибло около десяти собак. На мосту началась кровавая бойня. Крики граждан стали сильнее. Барбоскины оказались в очень тяжёлой ситуации: с одной стороны военные, которые убивали всех, кого только видели, с другой стороны твари, что также намеревались убить тут всех. Они были словно между молотом и наковальней. Вполне понятно, что медлить в такой ситуации было нельзя — нужно действовать. Папа Барбоскин вытащил из коробочки в автомобиле фамильный пистолет, в комплекте которой было несколько магазинов с патронами. Чтобы прикрыть семейку, патронов было достаточно. — Значит так. Мы прямо сейчас выходим из машины. Вы с Мамой идёте к перилам моста, прыгаете в воду и плывёте к другому концу берега. Я же беру всё внимание военных на себя. — Рассказал свой план Папа Барбоскин. — Н-н-но я ж-же совершенно не умею плавать! — Подметил Гена. — Мы тоже! — Воскликнули Роза и Лиза. — Я вам помогу, я же умею плавать! И мама тоже. — Сказал Дружок. — Но... Как же ты? — С грустью и беспокойством спросила Мама Барбоскина своего мужа. — Если мне улыбнётся удача, то я буду с вами. — Ответил Папа. Он тяжело вздохнул, после чего добавил: — Всё, у нас нет времени. Выходим из машины, живо! Все послушали главу семьи и повыходили из машины. Папа зарядил пистолет, прицелился в одного из солдат и сделал выстрел. Он попал ему точно в голову, тут же убив его. Всё же Папа Барбоскиных был хорошим стрелком. Но реакция последовала незамедлительная. Тут же шквал выстрелов направился в сторону непосредственно отца семейки. Папа Барбоскин смог вовремя укрыться на автомобиле. Лишь одна пуля попала прямо в его левое плечо. Было очень больно, Папа Барбоскиных чуть прорычал от невыносимой боли, но он был готов сражаться дальше в этом неравном бою. Тем временем остальные члены семейки прыгали в воду с моста, пока они, как им казалось, не были в поле зрения военных. Сначала прыгнули те, кто умел плавать, а затем те, кто не умеет. Впрочем, не они единственные додумались до такой мысли. Отчаявшиеся граждане почти сразу стали прыгать в воду, куда некоторые солдаты также вели огонь, пачкая реку в крови и плавающими трупами. Барбоскины потихоньку переплывали эту широкую, но не глубокую реку. Но вдруг они попали под огонь автомата, один из солдатов заметил группу в реке, среди которой были и Барбоскины. В этот момент началась полная неразбериха. Напуганные горожане тут же начали переплывать реку с особым надрывом. Мама потеряла из виду нескольких своих детей. — Гена! Роза! — кричала в дикой панике Мама Барбоскина. — Гена со мной! — Крикнул Дружок. — Я здесь, Мама! — Кричала Роза, едва пытавшаяся удержаться на плаву. Мама подплыла к ней и взялась за неё. Малыш же, плача и хныкая, так и продолжал крепко держаться за свою маму, прижимая к себе совёнка. — А где Лиза? Где Лиза!? — Судорожно спрашивала Мама, но ещё один град из выстрелов вынудил их отвлечься от поисков и плыть дальше к берегу. Папа Барбоскин, тем временем, продолжал отстреливаться от военных, которые подбирались к нему всё ближе и ближе. Орда живых мертвецов уже почти добралась до моста, проходя мимо первых автомобилей. Перестрелка для Папы облегчалась и тем, что среди собак он был не единственным, кто решил оказать сопротивление... Ещё одним смельчаком оказался лабрадор с охотничьим ружьём наперевес. Вместе они смогли убить ещё трёх вояк... Правда вот уже патроны у Папы закончились, а того лабрадора уже застрелили. Он попытался перебежать от машины до края моста, но по пути он резко подхватил несколько пуль в своё тело и тут же пал на землю. Папа Барбоскин всё ещё был жив, но это ненадолго. Он кряхтел, из его рта обильно текла кровь, как и из мест попадания пуль. Он разбил свои очки, и потому всё в его глазах казалось слишком размытым. Но вот уже всё начало темнеть... Папа Барбоскин перед смертью слабо улыбнулся и через силу прошептал: — Простите... Что не смог уцелеть... — После этого отец больше не произнёс ни единого слова. Когда орда мертвецов настигла военных, они успешно справлялись с ними, но их было слишком много, патронов становилось всё мельче. Они отходили всё дальше к КПП, но вот они уже пустились в бегство — мертвецов оказалось слишком много. Оставшиеся Барбоскины смогли переплыть реку и пуститься в бега. Они бежали вперёд, не оглядываясь назад. Их глаза были очень влажными, а Мама и Роза буквально рыдали на бегу. Каждый из них уже понял, что Папа и Лиза остались там навсегда и больше они не вернутся к ним. Потеря близких очень било по их внутреннему состоянию... Но пока что они продолжали бежать. Вот уже вечерело, придорожные фонари включились, но уже не так ярко, как прежде. Барбоскины шли вперёд по дороге среди густого леса, убежав от моста на приличное расстояние. В этот момент они были уязвимее всего, ведь у них не было оружия. Они дошли до разделения дорог. Одна дорога вела на их дачу, а другая на Далматинск. Здесь же Барбоскины решили отдохнуть после длинного и изнурительного пути..