О приведениях и стримах

Пугод уверен, что его прямо здесь и сейчас совершенно нагло разводят. Тут должен быть подвох! — Соседи нормальные? — Наугад пробует Пугод. — Да-да! Разумеется. Добрейшие люди. — Милая, вежливая и чрезвычайно любезная (даже слишком) риелторша нервно руками машет. Явно что-то недоговаривает. — Напротив вас никто не живёт, но снизу трое студентов и супружеская пара, а сверху… — Нет, не надо, я понял. — Не в соседях значит дело. — Канализация работает? Не сломана, не находится в аварийном состоянии, не… — Недавно ремонтировали во всем доме! Работает как никогда хорошо. Так. Значит всё сложнее. — На квартире долги какие-то? Сюда нельзя въезжать? — Нет. — Женщина деловито суёт ему стопку документов, подтверждающих ее слова. — Чем тогда обусловлена цена? — Мысленно Пугод прикидывает: если какая-то живность, то вполне можно вытравить, а если квартира нуждается в ремонте, то тоже не особо большая проблема. Да пусть в подъезде хоть вся шпана города будет буянить ночи напролёт, за такую цену Пугод спокойно стерпит. Риелторша вздыхает и, тараторя, начинает: — Люди говорят, что это проклятая квартира, про призраков судачат. Выдумывают байки про летающие вещи, открывающиеся двери, пару человек тут умирало… В общем, бред. Вы же умный молодой человек не должны в городскую легенду поверить, да? — А пару человек, что умерли здесь, это…? — Восемь. — Недовольно отрезает женщина. Явно не хотела, чтобы разговор заходил на эту тему. — Три несчастных случая, четыре самоубийства и одно убийство. — И всё? — Уточняет Пугод. Люди умирают везде. Восемь – это, конечно, много для одной квартиры, но ничего страшного. Наверняка простое совпадение. — Всё. В остальном абсолютно нормальная, обычная квартира… но вы всё же будьте осторожнее. Возможно, Пугоду стоило прислушаться к этим словам. Но, Эй! Вы вообще видели цену за это чудо? Даже если призраки (в которых Пугод, разумеется, не верил, он же не дурак) действительно ошиваются тут, то ничего страшного. Лучше, чем бандиты под окнами, на которых уже рассчитывал парень. С привидениями Пугод вполне найдёт общий язык. Быть может получится уговорить их тоже платить аренду! Эх, мечты-мечты. — Ты ебанутый. — Заключает Секби, когда Пугод вываливает на него всё вышеописанное, пытаясь оправдать решение снимать квартиру с настолько плохой репутацией. — А ещё говорил, что герои ужастиков тупые. — Брось, я ж не в хорроре живу. — Пугод, закончив распаковку одной из коробок, поворачивается лицом к другу. — Да и призраков не существует… Эй! Аккуратнее комп держи. Вот, если разобьёшь его, реально хоррор будет. Мне стримить еще завтра. Секби вздыхает и действительно начинает обращаться с пугодовскими вещами нежнее и деликатнее. Сосредоточенный на помощи другу с разбором вещей, он не замечает ни открывшуюся саму по себе дверь, ни тихое, ироничное фырканье. Зато замечает Пугод. Замирает, думая не привиделось ли, пристально-пристально взглядом прожигая место позади Секби. Неужели тут взаправду водится… некая тёмная, мистическая сила? Да не, бред какой-то. Пугод убеждает себя в абсолютной нормальности квартиры усердно и упрямо. Получается даже неплохо. Засыпая, он искренне верит, что привидений не бывает да и быть не может. Особенно в его, Пугода квартире. Сверхъестественным существам ведь не интересны обычные стримеры. Он спит крепко, без кошмаров вплоть до глубокой ночи, пока по квартире не разносятся шаги. Громкие, тяжёлые и самое гадкое – не дающие заснуть. Сонно моргая, Пугод тянется к телефону. С дисплея на парня издевательски смотрит время, в которое все нормальные люди, а особенно студенты, спят – 3:34. И если это Пугод ещё мог пережить, то совсем уж бесчеловечную надпись "будильник прозвенит через 3 ч и 34 м" – нет. Шаги, будто издеваясь, становятся громче. Пугод не выдерживает этого безобразия и выскакивает из спальни, замотавшись в одеяло. Он выглядит, как герой анекдота: толком не проснувшийся, растрёпанный и в одеяле, но очень отважный. — Хватит ходить, любитель полуночных прогулок! — Собственный голос не только непривычно сонный, но еще и злой, что Пугод с непривычки аж вздрагивает. Он часто кричит, но никогда настолько гневно. Хотя… его не то чтобы часто будят посреди ночи приведения, так что его реакция вполне оправдана. Наверное. Шаги на секунду затихают. Пугод выдыхает с облегчением. Шаги вновь возобновляются. Так продолжаться больше не может. Пугод не знает, как изгонять привидений или любую другую мистическую хтонь (кем бы его "сосед" не являлся), зато неплохо умеет болтать, поэтому сонно ковыляя до кухни и включая чайник, он пробует договориться (или хотя бы достать привидение своей болтовнёй, тоже неплохой вариант): — Я понимаю, что ты тут жил дольше меня и так далее и тому подобное, но! Теперь ты тут не один. Если надо дневную норму шагов закрыть или чем ты тут вообще занимаешься, то делай это днём. Ночью я пытаюсь спать. Да и… Пугод говорит. Много, долго и быстро. Стримы научили его вести долгие-долгие монологи, но в этот конкретный момент… слова Пугода не ощущается монологом. Чужое, незнакомое присутствие явственно чувствуется в воздухе. Оно не агрессивное, но внимательное, будто некто внимает каждому-каждому слову Пугода. Засыпая посреди монолога прямо на диване, Пугоду видится чей-то глубокий-глубокий, внимательный до мурашек по коже взгляд. Утром — кто-то наливает ему кофе в кружку. Пугод даже не покупал кофе! Впрочем, парень не то чтобы удивляется лишь громко и капризно заявляет, что не пьет такое. Когда Пугод сонный уходит на учёбу, дверь сама по себе закрывается ещё до того, как он успевает достать ключи из кармана. Когда приходит обратно, по всей квартире снова слышатся чужие шаги. На этот раз Пугод просто жмёт плечами, а не возмущается. Кто знает, может приведению и правда нужно дневную норму шагов закрыть. Кто такой Пугод, чтобы ему мешать? И только когда Пугод заводит стрим и здоровается с нежно любимым чатом, привидение наконец-то идёт на прямое взаимодействие. — Что ты делаешь? — Незнакомый голос – низкий, медленный и поглощающий, вызывает дрожь по телу. Пугод замирает. Смотрит в чат, а там сплошное ничего. Обыкновенные вопросы и уже привычный поток эмоджи. Но ведь, учитывая как близко раздался голос, зрители должны были его услышать? Какого чёрта? Надо вырубить стрим. Стоп! Стрим вырубать нельзя, ему сегодня ещё столько нужно сделать… Тогда звук. Точно. — Эй? Ты меня слышишь? — Допытывается незнакомец. И, только поспешно заявив чату, что ему нужно отойти и, вырубив микрофон, Пугод удосуживается ему ответить: — Кто ты такой? Секунда – молчание. Но стоит Пугоду засомневаться в собственной адекватности, как "сосед" соизваливает ответить: — Это неважно. Что ты делаешь? — Эй! Почему неважно? Если ты не хочешь отвечать на мои вопросы, то я не собираюсь отвечать на твои. — Абсурд происходящего постепенно отходит на второй план, уступая интересу. — А еще меня мама учила с незнакомцами не общаться. Тихое фырканье разносится по комнате. Пугод с удивлением осознает, что уже слышал его, когда вместе с Секби разбирал вещи. Пугод присматривается внимательно-внимательно и – о чудо! – начинает различать чужой силуэт. Еще мутный и жутко размытый, но всё же вполне реальный. — Ты смешной. Раньше меня звали Модди. — И что ты тут делаешь… Модди? — Пугод растягивает чужое имя, будто пробуя на вкус. Красивое. — Живу. — Смешок ироничный. — Но сейчас твоя очередь отвечать на вопрос. Что ты только что делал? Пугод смеется. Вот и заклинило же Модди на этом дурацком вопросе. — Стримил. — Понятнее не стало. А. Конечно! Вряд ли привидение, живущее тут неизвестно сколько лет, в курсе что такое стрим. Повезет, если он знает про существование компьютеров и прочей техники. — Я… — Пугод пытается подобрать слова, но получается откровенно ужасно. Невольно вспоминается тот ужасно неловкий эпизод жизни Пугода, когда он пытался объяснить родителям, чем зарабатывает деньги. — Веду прямую трансляцию? То есть говорю здесь, а другие люди благодаря компьютерам или, не знаю, телефонам слышат это в других местах. — Как звонок? Может быть Пугоду это лишь чудится, но в чужом голосе слышен интерес. — Да. Только на много-много людей! И я их не слышу. Зато они могут мне писать – это называется "чат"! Хочешь посмотреть? Секунда — кромешная тишина. Только сердце Пугода бьётся быстро-быстро да компьютеры работают. — Хочу. — Модди отвечает несколько неуверенно, будто сомневается, но всё же чётко. Пугод считает это маленькой победой. Стоит Пугоду вернуться ко стриму, как призрак в его квартире и вся паранормальщина происходящего отходит на второй план, если не на десятый план. Какая разница смотрит ли за ним призрак, если прямо здесь и сейчас совершенно непременно нужно доказать свою правоту вон тому парню из чата? Краем глаза Пугод замечает, как блёклый силуэт превращается во вполне себе реального мужчину. Красивого, пусть и весьма сурового, мужчину. Плечи широкие-широкие, сильные руки – это даже сквозь слои одежды видно! – и великолепные черты лица. Модди сошёл будто со страниц учебников истории… какого-нибудь параграфа про викингов или варваров. Пугод откровенно не залипает на своего "соседа", только потому что стрим мешает. А вот у соседа никаких мешающих обстоятельств нет. Он всего Пугода взглядом поглощает и слушает так, будто парень не о глупостях всяких болтает, а священное писание зачитывает. Такое безраздельное, абсолютное внимание… смущает, но ещё больше – радует. Сразу чувствуешь себя важным и нужным. Модди, как только Пугод заканчивает трансляцию, ещё до того, как парень встанет с кресла или хотя бы выключит всю аппаратуру, незамедлительно спрашивает: — Ты научишь меня стримить? Что. — Я хочу также. — Поясняет Модди, будто Пугод многое из этого "хочу" поймет. Может при жизни он был избалованным ребенком из богатой семьи или чьим-то командиром? Слишком уж хорошо и привычно у него дурацкое "хочу" получается! — Просто уточняю: ты хочешь стримить? Для реальных людей? Вот как я сейчас? Кивок. — Будучи… — Кажется Пугод понял в какой именно ситуации придумали слово "ахуй". — призраком? Ещё один кивок. Пугоду совершенно точно не нужно было соглашаться жить в этой квартире. Не зря её проклятой назвали! И, ладно, Пугод ещё был готов терпеть летающие кружки, ощущение постоянного присутствия и тихое фырканье. Но привидение, которое хочет стримить? Нет уж, это совсем сюр какой-то. Однако, тёмные-тёмные, глубокие глаза глядят на него так внимательно, живо даже (ха-ха!). Пугод никогда не видел такого завораживающего взгляда у человека. Отказать Модди мучительно сложно. — Хорошо. — Поэтому Пугод и не отказывает.