Покаяние

В холле было прохладно, сквозняк дул из разбитого окна. Аластор аккуратно ступал по полу разрушенного посольства Рая. Везде были осколки, следы разрушений и даже пара крыс. Аластор скривился. И в этом месте Вокс назначил им встречу? Его ухо дернулось от глухого звука шагов сзади и он мгновенно обернулся. Там стоял Вокс. В нелепой одежде священника и с довольной улыбкой на экране. Аластор закатил глаза и язвительно сказал: — Что же, теперь ясно почему ты просил прийти в наряде монахини. Вокс ухмыльнулся и подошёл ближе. Он протянул руку к лицу Аластора и провёл ею по щеке. За что получил шлепок по руке. — И ты ослушался. Что-то я не вижу его на тебе. Аластор щёлкнул пальцами и красный фрак сменился на красивое одеяние. Черное платье, узкое на талии, идеально подчёркивало изгибы тела Радио демона. На бедре был не очень приличный вырез, открывающий вид на гладкие темные ножки. На красной макушке был монашеский головный убор. Образ завершал серебряный крест на шее. Аластор медленно и грациозно, словно кошка, опустился на колени. Вокс сглотнул подступившую слюну. Даже в таком положении, Аластор выглядел горячо и дерзко. Аластор прошептал: — Святой Отец, я согрешил. И много раз. Мне нет прощения ни на земле, ни на небе. Вокс посмотрел на эти блестящие от возбуждения красные глаза и спросил хрипло: — Каетесь? Аластор лишь дерзко обнажил зубы: — Ни в коем случае. Лишь хвастаюсь. Вокс тут же схватил красные волосы любовника и прошептал возбуждённым голосом: — Сколько же гордыни в вас. Придется долго...выбивать. Не дав тому ответить, он вытащил свой уже вставший член с капелькой предэкулята. Он приставил головку к губам любовника. Аластор не сопротивляясь открыл рот и принялся нарочито медленно водить языком по стволу, задевая выступающие венки. Вокс громко застонал и толкнулся глубже в податливый рот. Аластор чуть не подавился, когда головка коснулась задней стенки горла, но упрямо продолжил посасывать. Вокс намотал медленно красные волосы на макушке и прижал Аластора крепче, заставив уткнуться в лобок. Аластор дернулся, но вскоре успокоился, дыша тяжело носом в тёплый низ живота. Он продолжил сосать и уже чувствовал пульсацию органа во рту и попытался отстраниться. Но Вокс лишь ухмыльнулся и прошептал хрипло: — Куда же вы? Грехи ещё не полностью искуплены. И кончил в горячий во всех смыслах рот. Аластор поперхнулся, посмотрев злым взглядом на Вокса, и уже собрался выплюнуть, как на его голову легла тяжёлая рука, заставившая поднять взгляд. — Глотайте же Святую жидкость, не стесняйтесь. Аластор тяжело сглотнул, смотря в эти горящие неоновым красным глаза. Вокс лишь наклонился к его лицу и сказал спокойно: — Первый этап очищения прошёл успешно. Приступим же к следующему... Вокс повёл Аластора к центру холла. Аластор мгновенно увидел стоящий там чистенький и аккуратненький алтарь. В голову закрались подозрения, что Вокс специально заказал его и поставил сюда для их игры. Пустая трата денег. На алтаре были прикрепления для рук и ног. Вокс взмахнул рукой в сторону алтаря: — Искупление приходит также через боль. Боль дает возможность осмыслить свои действия и испытать раскаяние. Прошу. Разденьтесь и ложитесь животом сюда. Аластор посмотрел на Вокса как на психа. Что тот ещё задумал? Но любопытство победило и он кивнул, щелчком пальцев заставив одежду исчезнуть. Кожа мгновенно покрылась мурашками от сквозняка и он лёг грудью на обжигающе холодный металл. Вокс неспешно прикрепил его руки и ноги. Он достал из своей сумки (Аластор даже и не заметил ее) стек. Вокс громко сказал: — Да придет вам искупление и очищение. И начал медленно хлопать стеком по заднице и спине. Аластор чуть дернулся. Было лишь стыдно и чуть неприятно. Но боли не чувствовалось от этих лёгких хлопков. Он уже хотел уколоть любовника в упадке сил от возбуждения, как сила ударов стала медленно нарастать. Кожа стала медленно краснеть, а жжение, как и возбуждение, увеличиваться. Аластор непроизвольно начал ерзать (хоть это и не сильно удавалось). Он тут же прикусил губу до боли лишь бы не издать звук. Но Вокс и не прекращал. Он продолжал шлепать его будто это было обыденным делом. Член Аластора встал, уткнувшись в холодный металл, от чего тот поморщился. Губа уже была прокушена до крови, но Аластор не мог терпеть. Казалось, вечность длилась это экзекуция. Он и представлять не хотел как выглядит его спина и зад. Ещё один удар по бедрам вывели его из мыслей и он издал полу стон, полу всхлип. Удары мгновенно прекратились. Вокс медленно обошёл чтобы встретиться взглядом с Аластором. В глазах его читался триумф. — Наконец, я получил доказательство что вы усвоили урок. Готовы ли вы извиниться и покаяться? Аластор посмотрел на него с глазами, полными слез (когда они появились?), и упрямо и дерзко ответил: — Нет. Наказание было слишком легким. Вокс улыбнулся опасно. Этого он и ожидал от Аластора. — Что же, я ошибся. Придется провести последний этап... Вокс освободил Аластора и тот медленно встал, постанывая. Спина, задница и бедра горели не по-детски. Он посмотрел с раздражением (на половину от боли, на половину от отсутствии разрядки) на Вокса, но тот уже снова копался в своей сумке. Медленно вытащить маленькое кольцо и вибратор. Для чего нужен вибратор Аластор хорошо знал, но...что за колечко? — Неужто хотите мне сделать предложение, чтобы я очистился живя с вами, Святой отец? — ухмыльнулся Аластор, обнажая жёлтые зубы. Вокс спокойно покачал головой: — Пока что, нет. Подойдите сюда. Аластор испытал небольшую...радость? от слов Вокса. Значит тот серьезно настроен на их отношения? Он молча подошёл и всхлипнул когда тот взял в свои холодные руки его напряженный орган. Вокс медленно надел на него это кольцо и Радио демон почувствовал как оно неприятно сдавило основание. — Зачем это? — хрипло отозвался он. Но Вокс не ответил, надавив на его спину, заставив встать на руки и ноги. Таким образом что его зад стал наивысшей точкой, был максимально раскрыт и нелепый хвостик вилял. Медленно Вокс налил смазку за свои пальцы, растер и ввёл две фаланги. Он удивился от того как они легко вошли и посмотрел на любимую задницу с подозрением. - Готовились перед очищением? Похвально. Смазав хорошенько все изнутри и убедившись что дырочка может спокойно принять и три пальца, он включил вибратор на среднюю скорость. Хвост тут же встал торчком от напряжения. — Не бойтесь. Это лишь направит вас на путь истинный. Вибратор ввели так быстро, что Аластор ахнул, стараясь одновременно избежать и принять стимуляцию. Вокс на толчки размениваться не стал и сразу же прижал игрушку к простате. Аластор протяжно застонал и попытался уйти от уже чрезмерной стимуляции. Но Вокс не дал. Прижал сильнее и включил полную мощность. Аластор вскрикнул от возбуждения и начал отчаянно кусать нижнюю губу, хоть это никак не сдерживало звуков. Он бы упал, если бы сильные руки киборга не придерживали. Аластор всхлипывал, чувствуя уже сильное напряжение в органе, но невозможность кончить. — Вокс... — всхлипнул отчаянно Аластор, наплевав на своё прежнее решение не показать слабости. — Стоп-слово? — Нет! — Тогда обратитесь подобающе и просите прощения за свои грехи. — Вокс откровенно наслаждался беспомощностью любовника. — Святой отец! Ах! Прошу вас...о прощении, Ах...за грехи! — Аластор скулил от всей ситуации. Казалось его член сейчас лопнет. — Прощаю, — Вокс вытащил вибратор из подрагивающей задницы и вошёл на всю длину. Аластор закричал, рыдая. Вокс, не размениваясь на нежности, жёстко входил в него, проезжаясь по простате. Аластор всхлипывая проскулил: — Вокс! Сними дурацкое кольцо! Вокс, чувствуя собственное приближение, резко освободил член Аластора и тот в эту же секунду кончил, всхлипывая от яркого оргазма. Спустя несколько толчков, Вокс излился также внутрь дрожащего ануса. Он медленно вышел из него и сел рядом прижимая любовника к себе. Аластор уткнулся лицом в плечо Вокса (что он делал крайне редко), не в силах сопротивляться и даже говорить. Вокс схватил свой пиджак рядом лежащий и укутал оленёнка в него. Он поцеловал его в щеку. — Ты был просто великопен. Аластор тихо и хрипло прошептал: — Ненавижу тебя. Вокс рассмеялся: — Не ври, Ал. Ты просто без ума от меня, — он вдруг сказал тоном священника с ухмылкой, — Так вы осознали свои грехи? Аластор улыбнулся дерзко: — Да. Осознал что их было слишком мало. Ответом ему послужил смех и поцелуй в макушку.