В мире Bleach после смерти.

Глава 11. Сосед по Судьбе Получив свою последнюю и самую щедрую выплату от бригадира Дайсукэ, Арата коротко кивнул в знак благодарности, развернулся и зашагал прочь со строительной площадки. Он не был человеком многословия, и его прощание было таким же лаконичным и прямолинейным, как и его удары. Дорога вела его вперёд, к первому району, но его мысли были заняты не только предстоящими экзаменами. Ещё месяц назад, вскоре после своего обустройства в пятнадцатом районе, во время одной из своих немногочисленных прогулок, он заметил человека, чей образ заставил его сердце на мгновение остановиться. На углу улицы, у небольшого книжного ларька, стоял мужчина с аккуратно зачёсанными каштановыми волосами и вруг надетыми на переносицу квадратными очками. Его поза была спокойной и уверенной, а взгляд, скрытый за стёклами, казалось, проникал в самую суть вещей. Это был Сосукэ Айзэн. Тот самый человек, который в далёком будущем станет главным антагонистом, угрозой для всех миров. Но сейчас он был просто... человеком. Знакомым, другом, и, по крайней мере, внешне — воплощением спокойствия и интеллигентности. Их первая встреча была случайной. Арата, мучимый голодом и неумением готовить, зашёл в скромный ресторанчик, где подавали простую, но сытную лапшу. Каково же было его удивление, когда через несколько минут за соседний столик сел тот самый человек с квадратными очками. Их взгляды встретились, и Айзэн с лёгкой, вежливой улыбкой кивнул. Арата, превозмогая внутреннюю бурю — смесь страха, любопытства и странного волнения, — кивнул в ответ. Они не разговаривали тогда, но сама эта случайность положила начало. На следующий день история повторилась за завтраком в той же забегаловке. На этот раз Айзэн первым нарушил молчание, вежливо поинтересовавшись, вкусно ли готовят в этом месте. С этого всё и началось. Их встречи стали регулярными, постепенно перерастая в нечто большее, чем просто знакомство. Они начали проводить время вместе, разговаривать, и вскоре между ними зародилась странная, но прочная дружба. Именно после одной из их первых продолжительных бесед Арата, оставшись наедине с собой, обнаружил неожиданный подарок своей системы. Завязав осмысленные, глубокие отношения с другой душой, он получил новую особенность. Окно системы холодно сообщило ему: «Особенность «Сердечная Связь» активирована. Позволяет устанавливать ментальную связь с теми, кого пользователь считает друзьями или союзниками. Сила связи зависит от глубины взаимоотношений. На начальном уровне возможна передача простых эмоций и срочных предупреждений на небольшом расстоянии.» Это была способность, совершенно не похожая на его прежние, разрушительные таланты. Она говорила о том, что его путь — это не только одиночное разрушение, но и создание связей. В их общении Арата, как правило, был тем, кто говорил больше. Будучи попаданцем, он нёс в себе груз знаний и странных идей, которые не мог обсуждать ни с кем другим. И, как и многие в его положении, он часто сбивался на одну из своих самых больных тем — женщин. Он мог часами рассуждать о идеалах женской красоты, о воображаемых сценариях и приключениях, черпая вдохновение в воспоминаниях из своей прошлой жизни. В такие моменты он не замечал, как тонкие желваки начинали играть на висках Айзэна. Будущий мастер манипуляций и хладнокровный стратег, он, тем не менее,, казалось, с трудом переносил эти бесконечные, наивные и порой вульгарные монологи своего нового друга. Теперь же они шли вместе, эти двое столь разных людей, объединённых общей целью — Академией Синигами. Это величественное учреждение было построено тысячи лет назад под началом самого Генрюсая Ямамото Сигекуни — капитана первого отряда и главнокомандующего всего общества синигами, живого воплощения мощи и традиции. Их путешествие от пятнадцатого района до первого заняло около пяти-шести дней. Когда до официального начала вступительных испытаний оставалось всего ничего — примерно шесть или семь часов, — они наконец достигли величественных ворот Академии. Подав свои имена на регистрации и пройдя через недолгие формальности, они получили направления в общежития. По настойчивой просьбе Араты, которую он подкреплял своими простодушными и навязчивыми аргументами о важности дружеской поддержки, их поселили в одну комнату в мужском крыле общежития. Стоит ли говорить, что сам Айзэн был от этой идеи не в восторге. Он, человек, превыше всего ценивший личное пространство и контроль над своим окружением, явно предпочёл бы жить в одиночестве. Его новые, ещё неокрепшие планы требовали уединения для размышлений и экспериментов. Но Арата был неумолим. Он давно выработал свою собственную, весьма специфическую философию их дружбы. —Айзэн, не надо так говорить, — заявлял он, когда тот пытался вежливо намекнуть на необходимость личных границ. — Как это может быть твоим? У нас с тобой что твоё, то моё. У нас нет моего или твоего. У нас есть лишь общее. Этими словами он сопровождал свои действия, постоянно беря без спроса вещи Айзэна. Чаще всего это были книги — древние фолианты по истории Общества Душ, трактаты о рейриоку или сложные философские работы. Иногда он прихватывал чистые листы пергамента, чернила и кисти, заявляя, что хочет «зарисовать пару гениальных идей», которые почти всегда оказывались сомнительными схемами знакомств с девушками из соседнего женского общежития. Подобное поведение неимоверно раздражало Айзэна, но что он мог поделать? Как ни крути, а этот навязчивый, шумный и непредсказуемый человек стал его другом. И в этой дружбе была своя, странная ценность. В тот вечер, лёжа в своей постели в их общей комнате, Айзэн с обречённостью думал о завтрашнем дне. Ему нужно было вставать рано, чтобы как следует подготовиться к экзаменам. Но ещё большей проблемой было то, что ему предстояло будить Арату, который спал с мёртвым сном праведника и поднять которого с постели было задачей титанической сложности. Погружаясь в сон, Айзэн услышал, как его сосед что-то бормочет сквозь сон. —Арата... — прошептал тот, ворочаясь. — Чёрт возьми... Я бы предпочёл сейчас вместо того, чтобы здесь лежать, получить уже свой дзанпакто... Свою Асаути... Айзэн, уже почти отходя ко сну, мысленно покачал головой. Мечта каждого, кто приходил сюда. Получить свой собственный дзанпакто, обрести воплощение своей души. Наивная, но сильная мечта. Арата вздохнул, сел на кровати и посмотрел в темноте на спину Айзэна, который лежал, отвернувшись к стене и, казалось, уже засыпал. Поняв, что разговора не получится, Арата с обречённостью плюхнулся обратно на подушку. Он тоже начал проваливаться в сон, сознавая одну простую и раздражающую истину: завтра предстоит вставать до отвращения рано. Последней его мыслью перед тем, как сознание отключилось, был образ холодного лезвия его собственного, ещё не полученного меча. Конец главы. Примечание: Я всё ещё болен, но уже на пути к поправке, надеюсь как и мой ноут. А это часть 11 по Блич.