Жена Второго Нефрита

      Вэй Усянь поднял голову и пристально посмотрел на теряющиеся в мягких облаках вершины гор. Отсюда, из Цайи они казались особенно мистическими и недосягаемыми. Если постараться, можно успеть вернуться в устроившийся в этих самых горах орден к закату. А если совсем уж захотеть, то можно было бы ещё и успеть к ужину.       Вэй Усянь себя к желающим подобного не причислял. Возвращаться в Облачные Глубины не хотелось совершенно. Оказаться там сейчас — всё равно что добровольно себя заточить, повергнув вдобавок, смертельнейшей скуке.       Лань Ванцзи еще утром отправился по делам клана, Сычжуй ещё не вернулся из очередного путешествия и даже на завтрашний день у, с недавних времен, учителя, не было запланировано никаких занятий с младшими учениками. А без всего этого Облачные глубины, пусть и ставшие за последнюю пару лет домом, казались чем-то далеким и неприступным.       Вэй Усянь свернул в сторону ближайшей винной лавки.       Внутри царило привычное для подобных мест оживление. Который бы ни был час, он мог быть уверен, что обязательно заметит парочку знакомых лиц. Вэй Уснянь застыл в дверях, окидывая помещение придирчивым взглядом. Не успел он высмотреть, свободный столик как его окликнули:       — Выпейте с мной, друг на тропе совершенствования. Я угощаю. Хозяин, поднесите ещё чашу!       Явно приезжий, судя по одеждам, мужчина, устроившийся за столом у окна помахал, предлагая место рядом. Вэй Усянь, предполагавший, что придётся скучать, в одиночестве мигом приободрился, заслышав о бесплатной выпивке.       Хозяин питейной, покачал головой и тихо усмехнулся, поднося дополнительную чашу. Уж этого человека из Ордена в горах знал любой мало-мальский торговец алкоголем в поселке Цайи и его окрестностях. И конечно же он был одним из тех, кто слагал легенды о неуёмном аппетите человека в черных одеждах с белой лентой в волосах.       Вэй Усянь замахал торговцу, обещая хорошую выручку. Он всегда тратил щедрую сумму на алкоголь, особенно когда с ним спускался ещё и прекраснейший господин, цедивший чай, пока его спутник опустошал винные сосуды. Но если же ему выпадал шанс надраться за чужой счет, он своего не упускал.       Они обсуждали, казалось бы, обычные мелочи, пока мужчина не наклонился к Вэй Усяню и не поинтересовался:       — Скажи мне, друг, правда ли то, что говорят о жене Хангуан-Цзюня?       Глаз Вэй Усяня нервно дернулся. Сумев побороть эмоции он расплылся в улыбке, предвкушая веселье.       — Что вы имеете в виду?       — Вы ведь живете рядом с Облачными Глубинами. Так что наверняка знаете, что по всему заклинательскому миру ходит слух, мол Хангуан-Цзюнь привёл в дом невесту. Хотелось бы мне посмотреть, что же она из себе представляет.       — И что же о ней говорят?       Вэй Усянь махнул, призывая поднести ещё вина. Сдавалось ему, что разговор его ждет весьма забавный. А что может скрасить свежие сплетни, лучше чем вино?       — Моё лично мнение — она неимоверно дурна собой. Говорю вам, неспроста её до сих пор не представили ни в одном приличном обществе.       — Очевидно, что добрейший и праведнейший Хангуан-Цзюнь не обращает внимания на такие мелочи как внешность.       Вэй Усянь подлил себе вина в чарку, сделав при этом вид, будто они сидели на чайной церемонии.       — Может и так. А может дело в манерах? Второй нефрит много странствует. Нашел себе спутницу в одной из деревень… А там, очевидно, ничем таким и не пахнет.       Вэй Усянь поскреб подбородок. Никаких проблем в своих манерах он не видел. Да, знал, конечно, что его облик далек от благочестивого заклинателя, но какое ему было дело? Лань Чжань не жаловался, а другого было и не нужно.       Его собутыльник на какое-то время задумался, сосредоточенно очищая арахис, а потом с прежним энтузиазмом произнес:       — А может она ещё и тяжело больна? Почему же мы до сих пор не слышим благостных вестей?       Вэй Усянь хрюкнул в чарку, от чего непроизвольно втянул носом вино.       — Не могу отрицать того, что они работают над этим каждый день.       — Я слышал у Хангуан-Цзюня был преемник. А теперь кровный наследничек его-та и подвинет. Ох уж и не понравится это ему.       — Хангуан-Цзюню?       — При чём здесь Хангуан-Цзюнь?! Очевидно, что такая змея как эта не упустит шанса побороться за власть. А кто кроме как прямой наследник может ей эту власть предоставить. Да и свадьбу провели закрытую. Была ли та свадьба на самом деле? — Вэй Усянь оживленно закивал. Больших трудов ему тогда стоило уговорить мужа не проводить ещё одной церемонии, с размахом на весь заклинательский мир. Вэй Усянь сомневался, что за всё то время, что жил в ордене, вообще видел хоть одну свадьбу. А если и видел, то не понял, что это была именно она. — А может она уже понесла? А в ордене постарались как можно скорее все устроить. Хангуан-Цзюнь, конечно, праведник, однако вряд ли ему доводилось противостоять девицам. Что уж взять с этих монахов. Уж вы-то меня понимаете?       Вэй Усянь не понимал. Ему даже на какой-то миг стало ну очень уж обидно. Юньмен-Цзян, к которому он некогда принадлежал, уж точно не был монашеским оплотом. Да и легенды о Старейшине Илин ходили соответствующие. Только вот почему-то за всю жизнь едва ли довелось подержаться с девушкой за руку.       Он натянул, хотелось бы верить, не особо кислую улыбку и попытался вернуть беседу в интересное русло.       — Неужто какая-то девица внушает настолько сильный страх всему заклинательскому миру?       — Все женщины коварны. По себе знаю. А эта — получив место первой госпожи власти не упустит.       — Думаете сможет противостоять старейшинам?       — Тут не волнуйтесь. Уж о её холодности ходят отдельные легенды. Она ведь должна быть под стать мужу. Кто же обрадуется, если по Облачным Глубинам будет скакать жизнерадостная птица.       Вэй Усянь совсем упустил момент, когда от сочувствия они перешли к порицанию. Он на удивление, даже, не нашел что сказать. Так что подлил себе вина и кивнул, надеясь, что его изрядно захмелевший собутыльник сам разовьет свою мысль.       — Согласен.       — Вот-вот. И я о чем. Сама лично впишет на стену ещё с десяток правил.       — Да что там стену. Целое…       Вэй Усянь перевел взгляд на вечерний город и тут же заинтересованно вскинул брови. Несколько обвязанных белыми лентами голов, разглядывала его, едва ли не вваливаясь в трактир. Он помахал им, приглашая.       — Учитель Вэй!       Лань Цзынъи, смело влез прямо через окно и остановившись перед столом поклонился. Остальные адепты остались на своем месте, казалось, ещё больше стушевавшись. Вероятно они опасались что учитель, ещё и проживающий со Вторым молодым господином ордена может распознать их и позже выдать для наказания. Боялись они зря. В любом случае, Цзынъи был единственным кого из всей компании Вэй Усянь мог бы назвать по имени.       — Мы закончили охоту и возвращается в орден.       — Рад что мой путь через трактир наконец признали лучшей дорогой.       — Просто проходили через деревню! — тут же фыркнул юный адепт.       Вэй Усянь рассмеялся и придвинул ему чарку.       — Не пей слишком много. Ты становишься слишком похожим на Ланя.       — Я передам Хангуан-Цзюню, что вы здесь.       — Лань Чжань уже вернулся? Прекрасно, тогда я возвращаюсь вместе с вами. Как раз не помню куда запропастился мой жетон.       И как бы между делом он подлил юноше ещё вина.       — Прошу прощения, дорогой друг. С вами было очень приятно побеседовать. Но боюсь мне пора. Мои ученики не могут вернуться без меня.       Вэй Усянь подскочил на ноги, спешно поблагодарил за выпивку и направился к выходу, подталкивая Цзынъи, едва успевшего опрокинуть в себя чашу.       — Неужели такой благочестивый орден принял к себе кого-то столь противоречащего их же устоям?       Хозяин питейной покачал головой, собирая пустые винные кувшины.       — Не стоит переживать об этом. Заклинатели с гор очень ценят этого человека. Особенно тот, кого зовут Хангуан-Цзюнем. И, к слову, его жена ещё и ужасная пьяница. За один сегодняшний вечер вылакала четверть моих запасов вина.