Romance & Cigarettes

Чонин.

      сладкий запах одеколона въелся в нос,а взбудораженные волосы щекотали уши и щеки. это были те ощущения, о которых он мечтал долгое время. Чонин стоял,положив на чужое плечо подбородок, и выжидал чтобы тот начал говорить первым. ведь, что Чонину рассказывать? хоть он и сказал,что первым все расскажет, но что говорить?       за ухом послышалсь тяжелый вздох, а наружу вышел белый,теплый пар. погода была самой ужасной из всех, но эти объятия были теплее всего. Хёнджин стал чаще дёргаться и всё таки заговорил первым. – не замерз?,– его тихий шёпот дал мурашкам Чонина выйти наружу. Чонин вспомнил, что одет только в синию кофту и тонкую куртку, но кровавые шрамы на его теле придавали тепло. Хёнджин сжал сильнее в своих объятиях парня, будто согревал своим телом. – не знаю, – честно ответил он. чья-то рука проскальзнула через его кофту и хододные руки дотронулись до кожи. холодок пробежал по всему телу. Чонин оттолкнул парня, но тот будто сильнее прижался.       Хёнджин проводил рукой по голой спине парня, чувствуя каждую частичку и каждый пластырь на нём. Чонин вздрогнул от надавливания на синяк сбоку рёбер и тихо простонал от боли. резающая боль вновь появилась. это были те чувства, которые он испытывал последние 4 дня. Хван всё-таки отошёл от объятий и задернул одежду. правый бок Чонина был покрыт большими синями синяками, чуть дальше пластыри нейтрального бежевого цвета, а за ними кровавые следы.       Чонин попытался вырваться, но сильная рука, обхватившая его талию, не давала выбраться. Хёнджин выдохнул, будто с облегчением, посмотрел на парня. его глаза были наполнены жалостью и тревогой, но был небольшой огонёк злости. на замученном лице появилась мягкая улыбка, которую так сильно любил Чонин, но она рассварилась в серьёзном голосе. – откуда это?,– он надавил на синяк на боку и Чонин зажмурился. ухмылка вновь появилась, – это ведь он сделал? твой отец, да?       Чонина будто пронзали в сердце. откуда он узнал о отце? сердце стучало так сильно, будто сейчас выпрегнет, дыхание стало сложным, словно его горло зажали сильной хваткой. перед глазами резко появилась картинка : морщинистая рука держала горло Чонина, а ядовитая улыбка всё не сходила. горло сжимали так сильно, что в лёгкие не проходил воздух,а из глаз текли последние слёзы.       Ян лежал, свернувшись калачиком, на холодном полу своей старой детской комнатки, в которой он провёл своё счастливое детство с мамой. место было в пыли, но десткие книжки и постельное белье с машинками всё также лежали, будто не убирали ничего, после его ухода из дома. эта ужасная, тошнотворная обстановка только и делала, что ухудшала обстановку. Чонин лежал там же где и его мёртва мать в последние минуты биение сердца. но вместо её, у него были силы жить и мотивации выбраться отсюда, ведь где то в Сеуле его ждёт компания, Феликс и Хёнджин. тот парень, которые показывал младешму,что такое чувство свободы и любви. только Хёнджин давал мотивацию от сюда выйти и сжечь дом к чертям.       резка боль. боль чуть ниже почек. что случилось? Ян открыл глаза и увидел ту же самую улыбку отца, которая не сходила будто вечность,а в его руках тупой,зажервевший нож. это был тот нож, которым убили его мать. в такой же позе,в этом же месте,в это же место. – долго же ждала вещичка своего часа, – прозвучал голос мужчины, – твоя мать должна была сделать аборт еще с самого начала. она знала что умрёт в твои 7 лет, у нас был договор. вот тупая овца. – договор?,– прохрипел Чонин, в его голосе уже не было звуков лишь жалкое поскуливание. нож стал поворачиваться в разные стороны, и боль становилась сильнее. – если она хотела родить тебя,то ей бы пришлось умереть в твои 7 лет, якобы, защитить своего сладкого сыночка, – засмеялся отец так громко, что из ушей чуть не потекла кровь, – она мертва, но ты нет. ты должен понести карму за неё. – какую, блядь, карму? что мама сделала тебе?, – проругался Ян сквозь зубы, но боль стала еще сильнее. – за то что пообещала быть со мной в горе и радость на свадьбе, – хмыкнул он. и Чонин почувствовал яркую и жгучую боль.       Чонин закричал, но боль стала только сильнее, а нож вытащили и красная кровь вытекала. что же было дальше? он не знал. проснувшись, он видел только детский потолок и яркие следы своей же крови.       Ян открыл глаза,но теперь перед ним был не его отец,а Хёнджин с переживающим лицом, который чуть ли не кричал о тревоги. правой рукой он убрал чужую руку с талии и отступил назад. он поморщился от резкой боли, которая исходила от сломанной руки. его взгляд упал на грязную улицу,покрытую ярким белым цветом. «совсем скоро моё день рождение»,– подумал Чонин и хмыкнул носом от холода, – «надо съездить к маме, повидаться». но от его мыслей его отвлёк мягкий голос: – нет, так не пойдет,– Хёнджин захватил чужую руку и быстрым шагом пошёл в незнакомую сторону. – куда мы?,– кричит Чонин, ведь из-за ветра было мало что слышно. – в отель, – всё коротко и не понятно говорил парень. спустя 20 минут они и правда пришли в отель. маленькая комнатка были слишком узкой для двоих, особенно когда там валялась в углу черная спортивная сумка. Чонин осмотрел помещение, но он даже не успел чтото сказать, как его посадили на кровати и протянули чёрный чай. этот горячий пар был расслаблающим, как и сам тот,кто ему дал его, – пей. ты ел уже? – нет... – прохрипел он, отпивая глоток чая. его желудок словно перевернулся от счастья и залпом выпел жгучаю воду, но язык только и мог бы его обругать. – Чонин! он горячий!,– ругается Хван, но его губы сразу расплылись в улыбке, – мог ведь сказать если замёрз, декабрь уже. – он был вкусным, – поднял голову Ян и улыбнулся. это была первая улыбка спустя неделю отсуствия Чонина с Хёнджином. и это был лучший чай,который когда то пил младший, – Хёнджин, – на отлик обернулись с пакетиком чая в руках и вопросительно посмотрели, – откуда ты узнал, что это сделал отец? – а это важно говорить?,– снова отвернулся Хёнджин, его широкая спина закрыла общий вид и остовалось смотреть на пол. спустя минуту молчания Хван присел рядом и отдал чай. чужое тело упало на кровать, – он мне позвонил. – что?!, – чай в его руках немного вылился на кофту и тот выругался. – сказал, чтобы я не лез в ваши дела и о нём я узнаю из новостей. если я залезу в ваши дела, то пострадает вся компания, – его руки сложись сзади головы, будто подушка и он продолжил, – он и тобой манипулировал компанией, слишком умело он это делает, – усмехнулся Хёнджин. – откуда... – взял номер? не знаю,– пожал плечами, – но он знает обо мне всё. – прости, Хёнджин... – отвернулся Чонин от безэмоционального лица друга и начал задирать свою кофту до локтя. его новые шрамы виднелись алым цветом, ни один пластырь не закрыл бы такие сильные порезы. сзади усшылалось шуршание одеждой и его руку захватили. мягкая рука Хёнджин прошлась по одному из шрамом, находящийся чуть ниже локтя. боли, как странно, не было. может это из-за того, что Ян ничего не чувствует или это у Хёнджина такие нежные руки? – ты не обрабатывал, да? я тебя такому не научил,а зря, – поднялся он и стал лазить по шкафчикам. спустя пару секунд он нашёл аптечку, в которой было всё что им нужно. Хёнджин аккуратно раскрыл синию упаковку самоклеющий бинтов и небольшую баночку хлорогексидин. и правда. Хёнджин много чему учил младшего,но разрешал ему делать всё что хочет. эта была та свобода, о которой мечтал Чонин и о чем мечтала его мама, – что ты хотел сделать с ним, когда приехал сюда? –а?,– вылез из своих мыслей парень. Хван хорошо знал Чонина, ведь тот и правда без причины не поехал бы сюда, – я знал, что так всё закончиться, но хотел... – как ему сказать, что его отец убил его же маму? как сказать,что он хотел сжечь их дом? мягкие руки погладили внутреннюю сторону руки Яна, а после взялась за его мизинец, – хотел отомстить за маму. он убил ее,когда мне было 7 и сделал меня виноватым в убийстве. хотел убить его семью в том доме. – как ты убил бы их, если блеванул, когда увидел, как Минхо режет пальцы? смелый ты малой, – взбудоражил волосы Хван и улыбнулся, – но мог бы попросить и моей помощи, а там бы подключились и остальные. знаешь как они переживали за тебя,болван? а я больше всех... позвонил Сынмину, а мне даже не отвечал! знаешь, как я расстроился из-за этого? думал ты не хочешь со мной общаться или я сделал не то... ты сумасшедший, Чонин... как мне жить с тобой, правда..       что-то теплое к нему прижалось, такое мягкое и сухое. губы Яна дрожали, а Хвана еще не сообразили что произошло. тихое дыхание слышалось так сильно, что будто Хёнджин дышал так,но это был Чонин. Хван захватил затылок парня и прижался своими губами сильнее, звуки становились громче, а губы влажнее. Чонин чувствовал сладкий привкус гигиенической помады, но самое вкусное было прижато к его губам. влажный язык Хвана пролез через зубы, словно змея, и их пылающие языки соеденились. поцелуй будто был вечным, а воздух нет. Чонин открыл глаза и увидел красные уши парня и его игривую улыбку. это выглядело безумно мило и привлекательно. это был первый раз, когда Чонин увидел такие слабые стороны парня, когда тот не может спрятать смущения,когда тот хочет чего то большего эмоциями. – задолбал болтать, – сказал Чонин, когда их губы отсоединились друг от друга. он чувствовал как его сердце сейчас вылетел из рёбер,а уши краснели как красный перец. – если будешь так и дальше затыкать,то я буду больше болтать, – рассмеялся Хван и прилёг на плечо Чонина, – поцелуй меня еще раз. – что? – я хочу чтобы ты меня поцеловал, – его голова уже была совсем рядом с Чонина.       какой еще раз?! ему не хватило этого? Чонин фыкрнул и отвернулся от чужого лица. но даже на другой строне это лицо появилось, всё с такими же умоляющими глазами «пожалуйста».       только Чонин отворачивался от смущение, Хёнджин не перестовал говорить о поцелуе. о том как хотел повторить, хотел прдольше чувствовать губы. младший уже не выдерживал от раздражение и с грохотом поставил кружку на стойку. – ты первый раз целовался что-ли?,– кричит Ян. сзади него стоял Хёнджин с запутанными волосами, в белой толстовке и красными ушами, будто сам хорёк вышел к нему! – с тобой первый. – значит и последний. – Чонин!,– вскрикнул он, но сразу же замолчал, когда в его макушку прилетел нежный поцелуй. Ян, стоящий на носках, мягко дотронулся губами по чужим волосам и быстрым шагом пошёл к кровати. Хёнджин всё так и стоял повёрнутый спиной, будто был в шоке. черные волосы опустились вниз и плечи вздрогнули. что это с ним? он же сам хотел чтобы его поцеловали? – Хёнджин?, – на него налетело огромное тело, обхватывая в объятия. они были такими сильными, что еще чуть чуть и его рёбра сломаются. Ян шевелился как змея в ловушке. он чувствовал дыхание парня. левой рукой он захватил за волосы Хёнджина и приподнял голову. всё лицо было красным, а из глаз чуть не текли солёные слёзы, – что случилось уж...? – поцелуй еще раз, – маленькие глаза округлились, словно рёбенок выпрашивающий игрушку у матери. – нет, – холодно сказал Ян и сильнее отдёрнул голову. послышались жалобные вопли и смех, которого не было слышно вечность. два поцелуя разбавили обстановку и Чонин наконец разобрался в чувствах окончательно.

***

      тихий ринтонг слышался из спины. Чонин лежал уткнувшись в стенку,а его спину обнимает горячее тело. играющая музыка так и не прекращалась, парень поднял голову, осмотрелся и увидел спящее лицо Хёнджина, с хвостиком на голове. а за чужой спиной лежал телефон с номером и подписью: «Чан хён». что-то случилось?       Чонин присел и дотянулся до телефона, который разрывался от звонков. чужая рука, обнимающая до этого талию, лежала на бёдрах и парень захватился за чужую руку, взяв трубку. – да, Чан?,– послышался сонный голос Яна. – Чонин? – Чонин. – мать твою, Чонин!,– выкрикнул в трубку старший. на заднем фоне послышались какие то обсаждения, наверное там были остальные кроме их двоих, – ты где? – в Пусане, – погладил руку, которую мягко держал в своей, – с Хёнджином. – Господи, – прохрипел старший, – что вы опять натворили, долбоёбы? – что случилось вообще? объясни нормал... – Драконы разгромили наш офис! сказали, что в этом виноваты вы оба! что вы сделали уже?!, – уже орёт в трубку Чан. вокруг были слышны успокоения старшего, значит было что-то серьезное. – Драконы? это те кто мне руку сломали? – сука,да! – Драконы?,– спящее тело подняло голову и проморгало глазами. Хёнджин положил голову на бёдра младшего и замычал,будто раздумывал над происходящем,– наверное это твой отец сделал. – отец?, – расскрыл глаза Ян. точно, отец ведь как то узнал о сломанной руке сына, о Хёнджине, который был защитником в тот день. он знал тот день наизусть, – блядь. – Чонин? ты объяснишь хотя бы что ты забыл в Пусане?, – в трубке послышался раздарженный голос Минхо, наверное он выхватил телефон у злого Чана.       что же ему делать? отец добрался и до компании, как и обещал. отец совсем скоро сломает жизнь каждому, только чтобы сломать жизнь своему сыну. какой остаётся план? что-то мягкое прикоснулось к его макушке. губы Хёнджина мягко поцеловали голову младшего и успокаивающая улыбка появилась на лице. Хёнджин знал, что надо делать, только он знал Чонина так хорошо. что же было бы с Чонином если не этот старший? смерть? мучительная смерть? но пока рядом с ним Хван - значит смерти не будет до его старости. – Минхо, приезжайте в Пусан, – выхватил телефон у младшего. – что? – забирай всех и приезжайте сюда, – на лице Хвана появилась ухмылка, которая разожгла огонь в его глазах, – мы убьём Драконов, чтобы жил наш младшенький. мы же любим его? – да!,– закричали все шестеро парней в трубку. это были те люди, которые нужны были появиться в жизни Чонина. Хван выключил звонок. – но я его люблю больше.