Сорт: Шрабы

Ханакаки — заболевание, которое возникает из-за

неразделённой (безответной) любви. Симптомы этой болезни

проявляются в виде цветов на теле больного. В зафиксированных

случаях цветы зарождались в легких, горле, а позже и в сердце

пациента. Из-за редкого проявления болезни учёным до сих пор не удалось

выявить причины возникновения недуга и в необходимой мере отследить этапы распространения этого явления. До 1891 года заболевание считалось

вымышленным и встречалось на страницах художественных

произведений Японии. Однако первый зарегистрированный

случай выявлен в 1516 году в провинции Симоса (совр. Тиба). Среди учёных всё ещё идут споры, следует ли включать Ханакаки в список официальных болезней.

В мире на данный момент зафиксировано только 23 случая болезни,

этого недостаточно, чтобы медицина могла официально вести исследование

недуга. Так как отсутствует возможность проведения необходимых экспериментов.

стр. 58

Обратите внимание! Выявленные способы лечения не подтверждены

ассоциацией колдомедиков и врачей мира маглов.

По сведениям из исторических записей, чтобы излечиться, нездоровая любовь

пациента должна стать взаимной. То есть второй субъект должен

проявить искренние чувства и сообщить о них

больному. (Зарегистрированные случаи: отсутствуют).

Второй способ подразумевает хирургическое вмешательство.

Пациент должен дождаться определённой зрелости цветов,

после чего целители вырезают растения из тела больного.

Возможные последствия: большая потеря крови и тяжелое восстановление,

так как при операции задействуются мягкие ткани. Потеря чувств —

невозможность к новой любви или полная утрата эмоций.

Целитель Ян Стринкинс проводит параллель с магловской лоботомией.

Не исключён летальный исход: смерть...

Гермиона со вздохом захлопнула книгу и устало потёрла глаза. Это уже 7 по счёту за сегодня, в которой не удалось найти никакой информации помимо общих зарисовок. Мифическая болезнь — единственное, что удалось отыскать среди книг, которые успели забрать из Хогвартса. Никаких зацепок, реальных случаев в современном мире, отсутствие статистики и должного лечения. Возможно стоит поискать в старых свитках на площади Гриммо. После нападения Пожирателей от дома мало что осталось, но ведьма надеялась обследовать на целостность подвал. Буквально за неделю до вторжения библиотеку перенесли на уровень ниже, чтобы освободить места для раненных участников Сопротивления. У семьи Блэков была большая библиотека, и не исключено, что там может храниться нужная информация. Однако самые ценные из свитков и книг могли быть спрятаны или перенесены бывшими владельцами: может Нарциссой, Белатриссой или Андромедой... Да и не факт, что удастся что-то найти о ханакаки. Разве что в разделе сказок. Гермиона повернула голову к окну, было уже темно, а за стеклом бушевало Кельтское море. Слышно, как волны ударялись о скалы, и завывал ветер. Гермиона поёжилась, представив погоду снаружи. После разрушения дома на площади Гриммо, штаб-квартиру Ордена требовалось перенести в срочном порядке. Новое расположение находилось на острове у побережья Корнуолла. Это место не значилось в магловских картах: волшебник, что обнаружил его, успел скрыть от чужих глаз. Помимо того, что остров окружали вечные туманы и бури, он также был спрятан древними чарами Морской Завесы. Только члены Сопротивления, знающие пароль, могли проникнуть внутрь и расположиться в крепости. Кажется строение принадлежало капитану Радогану, Гермиона точно не помнила его полное имя. Сейчас хранителем острова числился Билл Уизли, благодаря своей магии он поддерживал чары вокруг крепости и обеспечивал безопасность ее временных жителей. Кто-то из учеников во время нападения на Хогвартс успел унести портрет капитана. По словам мальчика изображение мужчины плакало и умоляло его забрать в безопасное место, не желая оставаться в руинах замка (однако сэр Радоган отрицает свою минутную слабость). Сбежавший ученик сжалился над капитаном и забрал картину, а после спасения группой Сопротивления, передал сэра её участникам, среди которых был и Билл. Так Ордену стало известно об ещё одном безопасном месте. Капитан Радоган попросил отнести свой портрет в родное пристанище, а взамен обозначил координаты волшебного острова и объяснил, как в него войти сквозь чары. Когда Гарри, Рон и Гермиона сопровождали Билла, то при обследовании крепости на наличии тёмной магии, был обнаружен Порт Волн. Находка представляла собой подземную гавань, там были зашвартованы волшебные лодки. Судна зачарованы, и если на острове появляется опасность или тёмные волшебники, то лодки становятся невидимыми. Обнаружить их могут только те, кто знает пароль для входа сквозь чары Морской Завесы. После первого посещения острова, вблизи загорелся маяк. Как позже Орден узнал, официальное название гласило, что это маяк Света. Свечение также было скрыто от маглов, но служило ориентиром для союзников. Из потока мыслей Гермиону вывело урчание в животе: скорее всего она пропустила ужин. Как только девушка подумала о приёме пищи, живот резко скрутило в спазме. — Чёрт! — только и успела выругаться волшебница. Она в ужасе прикрыла рот рукой и сорвалась с места, чтобы скрыться в уборной. Пока Гермиона бежала по коридору, то судорожно оглядывала пространство. Её ужасала мысль, что кто-то заметит, в каком она состоянии. Забежав в первую попавшуюся уборную, ведьму скрутило над унитазом. Она упала на колени, закашлялась, и в этот момент живот прошиб новый сильный спазм. Сегодня она ещё не успела ничего поесть, занятая работой, поэтому из неё вырывался желчный сок. Всё тело пробрала мелкая дрожь. Она схватилась за ободок унитаза, чтобы не потерять равновесие. После ещё нескольких спазмов и кашля, она увидела, как унитаз окрасился красным. Блять. Она судорожно прикрыла глаза. Во рту скопилась слюна, перемешавшись с кровью. Медный привкус был отвратителен. Она несколько раз сплюнула кровавую слюну, всё это время дыхание было частым и прерывистым. Ей было больно. Что-то ещё было в крови, какие-то сгустки. Как только спазмы завершились, Гермиона вытерла губы рукавом, а затем протянула руку, чтобы дотронуться к кровавому комку. Ведьма взяла его в руки и протёрла пальцами. — Как я и думала, началось... — тихо произнесла Гермиона, растирая в руке лепесток розы.