Призраки не лгут

На кухне горел торшер, окутывая помещение тёплым светом, но от вида задумчивого мужчины, уже четверть часа сверлящего взглядом строки в синем блокноте, было зябко. Дмитрий вернулся затемно. У Лэйн из забот — только шифры маньяка переводить да бегать на побегушках у Ноа. На плечах капитана было слишком много ответственности. Сегодня он провёл весь день в морге, и, может, оттого и был так молчалив. А ей просто хотелось, чтобы он взял её книжку и вышвырнул в окно, назвав эту библейскую писанину шизофреническим бредом, которым она заразилась сквозь криптоанализ. Чтобы спорил, кричал, высказался — и ничего не держал в себе. Но Дмитрий продолжал вчитываться в слова, небрежно написанные острым почерком. И что-то подсказывало Лэйн — её версия не была открытием. Грег тоже мыслил в подобном направлении. Аналитики рассматривали убийства с точки зрения ритуальных жертвоприношений. И даже Лестер за последние дни посетил несколько подпольных клубов, где можно было встретить некоторых представительниц Салемского ковена. Все вокруг прозрачно видели мистификацию совершённых преступлений. Не удивительно, что даже Лэйн строит свои догадки. — Завтра Грег будет проверять твою теорию о Смертных Грехах и возможных будущих жертвах. Это здравая мысль. Можно сработать на опережение. Лэйн удивлённо взглянула на мужчину, ожидая совсем другой реакции. — Ты думаешь… это может оказаться правдой? Он пожал плечами, закрывая блокнот и как бы обозначая, что на сегодня с него хватит. В отдел уже отосланы все фотографии её записей — есть, кому с ними работать. — Почему нет? Ты хоть и гражданская, но увидела, хоть и специфическую, но всё же связь. Взгляд со стороны порой бывает решающим. В его глазах она прочитала и другое: «Ты слишком глубоко влезаешь в расследование. Я втянул тебя в самую гущу этой войны, и мне страшно». Лэйн смутно припоминала причины, по которым их отряд не мог обратиться к сторонним, более опытным криптографам. Им запрещено обращаться за помощью. И это вызывало массу вопросов: ведь можно было привлечь к делу, в конце концов, полицию, ФБР? Как вообще получилось, что такие громкие преступления высокопоставленных лиц расследует группа из двух десятков человек от силы? Да ещё и под начальством военного наёмника. Не столь давно Грег вызвал её в кабинет и передал довольно увесистый конверт наличных, назвав это авансом. На вопрос «А будем ли мы подписывать договор?» он пожал плечами и выпроводил её, сославшись на занятость. На кого вообще она, чёрт возьми, работает? Это был бесконечно долгий день. Та вчерашняя прогулка, ставшая передышкой, казалась чем-то из далёкого прошлого. Но Лэйн помнила: он задолжал ей правду о себе. И она не хотела больше откладывать. — Почему именно ты руководишь поимкой убийцы, а не полиция? — её хриплый голос разрезал тишину. Дмитрий смотрел на неё так, будто вот здесь и сейчас эта девушка, живущая по соседству, выносит ему приговор. Он больше не мог бежать от неё, ведь сам втянул. Но он попробует. Хотя бы ещё немного. — Лэйн, я думаю, с тебя хватит на сегодня. Твои нервы и так уж слишком шалят. Между ними не было ожидаемого напряжения. Дмитрий был слишком усталым, чтобы вновь надеть свою стальную броню. Он уже не имел права на аргументы о засекреченности, когда сам так близко позволил ей подобраться. — Пожалуйста, не говори, что меня это не касается. Лучше я узнаю обо всём от тебя. Лэйн была непреклонна. Несмотря на впервые пережитую паническую атаку, она знала точно: пришло время узнать правду, какой бы она ни была. Она уже здесь — в его квартире, в его штабе, в его списке людей, проблемы которых волнуют его. А Дмитрий молчал. Но так громко думал. Снова хмурился, пуская на своё лицо этот долбаный угрюмый взгляд. — Пожалуйста, прекрати придумывать причины, чтобы отказать.  — Хочешь узнать обо всём, значит? «Хочу узнать о тебе», — не срывалось с её губ. Только кивок. Дмитрий встал, разминая затёкшие плечи, от чего чёрная футболка сильнее обняла грудь. Дотянулся до самого верхнего шкафчика, куда Лэйн залезла бы только со стула, и вытащил оттуда бутылку виски. Обернулся к ней, молча спрашивая, будет ли она тоже. — А кола есть? — скромно спросила девушка. Дмитрий фыркнул, театрально закатив глаза, и что-то внутри Лэйн сжалось от этого короткого проявления живых эмоций. В холодильнике был только яблочный сок, но её это устраивало. Она достала пару роксов, из которых когда-то пили с Анной. Лэйн принесла всё в гостиную, подумав, что мужчина слишком устал, чтобы сидеть на неудобном стуле. Она рассчитывала, что Дмитрий предпочтёт более удобное кресло, но он опустился рядом с ней на диван, сохраняя между ними нужное пространство. Он выпил первый бокал и сразу же наполнил второй. Лэйн растягивала напиток через трубочку. — Я всё равно не расскажу тебе больше, чем могу, — начал он, и Лэйн замерла, напрягшись, стараясь вынять из его откровения максимум. — В мире существуют проекты, которые курируются организациями, лишь косвенно связанными с государством. Джастин Шоу, первая жертва, являлся руководителем одного из таких. Мозг Лэйн активно крутил информацию, не упуская ни слова. Пока что она ничего не понимала. — Но какое отношение к этому имеешь ты? Дмитрий отпил ещё глоток, даже не поморщившись, и откинулся на спинку дивана. — К этому мы ещё придём. А пока вернёмся к Шоу. Ты уже видела его послужной список и можешь догадаться, какого рода проекты он финансировал. Но старик был лишь одним из немногих. Всем руководил Совет. Под каждую задачу созывали свой состав. — Значит, Шоу, Мэдисон и Вэнс были членами одного Совета? — Да. Последний созыв занимался одним поселением на востоке. Маленькая деревня стояла на отшибе бедной страны, погрязшей в гражданской войне. Очень выгодно для проведения не самых гуманных опытов, правда? Лэйн внимательно слушала, стараясь унять мурашки на коже. Она сделала большой глоток, пытаясь сглотнуть ком в горле. Но ничего не ответила, и Дмитрий продолжил. — Я служил в частной военной компании, и моим долгом было обеспечение безопасности на объекте. Охрана важных предприятий, находящихся в горячих точках — распространённое явление, я не задавал вопросов. У меня были подготовленные парни, которые беспрекословно выполняли приказы, лучшие в своём деле разведчики и бойцы. Мы — элита. И выполнение поставленной задачи возводилось в абсолют. Мускулы на его плечах, покрытых белёсыми полосками шрамов, заметно напряглись. — То поселение, объект 3638, существовало около года, который я провёл на его границах. Я даже представить не мог, что происходило за стенами, но однажды поступил приказ конвоировать «эксперимент» на борт самолёта. Это был человек, но лишь отдалённо напоминал себя прежнего. Изуродованный, покрытый плотной серой кожей, с диким отпечатком злобы и агонии на лице. Мои солдаты этого не видели. Они вообще ничего не знали. Только то, что мы осуществляем охрану военного объекта. Но меня, как командира, любезно посвятили в некоторые подробности. Мужчина нервно прикончил уже третий стакан, горько усмехнувшись призракам прошлого, стоявшим перед глазами белёсой тенью. — В декабре того года местные боевики обнаружили поселение. Один из неудачных «экспериментов» либо не был мёртв, либо ожил через неделю — чёрт знает — и сбежал. Так нас обнаружили. Была жестокая бойня, в которой я потерял с десяток солдат. Она видела, как ему было непросто всё это вспоминать. Мучали ли его кошмары по ночам? Наверняка. Такое бесследно не проходит. — Место было рассекречено. Началась масштабная подготовка к переносу объекта, а я уже держал при себе готовое заявление об отставке, потому что… потому что больше не хотел связывать себя с этим звериным адом, — его голос сорвался на хрип. Лэйн чувствовала его боль, слышала, как что-то снова безвозвратно ломается под тяжестью слов.  — А потом произошла вспышка эпидемии. Какой-то неизвестный, мутировавший вирус распространялся с бешеной скоростью, превращая людей в ходячих зомби. Это было настоящее цунами, которое без разбора пожирало и местных жителей, и учёных. Наглухо закрыли стены, не выпуская никого. Созвали Совет из человек тридцати, в котором, помимо прочих, состояли Вэнс, Шоу и Мэдисон. Они приняли почти единогласное решение о тотальной зачистке. Я получил приказ выкосить грёбаное поселение, не оставляя в живых даже тех, кто не подавал признаков заражения. Экипировка не спасала, вирус настиг и солдат. Блядь, мне пришлось своей рукой выстрелить в того, кого я считал братом! И я… — он осёкся и вздрогнул. Потому что почувствовал прохладную женскую ладонь на своём плече. Лэйн сидела к нему в пол-оборота, поджав трясущиеся губы. Весь её вид, взгляд и прикосновение говорили об одном: — Мне так жаль… Он почти инстинктивно потянулся к её ладони и сжал в своей мозолистой руке хрупкие пальцы. Лёгкие свело. Он не заслуживал, чтобы жалели. Не заслуживал этого полного искренней поддержки взгляда от девчонки, для которой все ужасы жизни равнялись отсутствию друзей и холодным родителям. Медленно, нехотя, отнял её руку от себя, игнорируя, как горело то место, куда она касалась, и отпустил. — Я распустил отряд. Точнее — то, что от него осталось. Но мою отставку откладывали до последнего, не желая терять рабочий инструмент. Всё бы закончилось, если бы не грёбаный генерал Ллойд. Именно он до последнего не давал согласия на мой уход из армии. В его планы входило вырастить меня до генерала подобного ему и усадить на своё кресло, теша собственное эго. Последние полгода я существовал в постоянной борьбе между собственными желаниями и долгом перед отцом, но принял окончательное решение об уходе. В этот день был убит Шоу. Пустой стакан снова наполнился. Лёд давно растаял, но ему было плевать. Лишь бы горло обожгло алкоголем, чтобы так не сдавливало от воспоминаний о прошлом. Он вовсе не хотел вываливать на неё всё и сразу, но все эти слова сами давно просились наружу. Он не хотел грузить её своими старыми травмами, но, боже, как легко оказалось всё рассказать, когда рядом есть кто-то, кто просто выслушает. — Тебе поручили расследование потому, что ты уже был связан с Шоу? — Не совсем. Убийца Шоу прихватил некоторые документы, в которых полно засекреченной и компрометирующей информации. Там также есть файлы, указывающие на причастность моего отца. Если я поймаю этого ублюдка и смогу закрыть дело без привлечения органов власти, — сохраню идеальную репутацию Ллойда. И могу валить на все четыре стороны. Последнее предложение вызвало вымученную, но мечтательную улыбку на его губах и вселило огромную надежду в Лэйн — надежду на то, что мужчина рядом с ней обязательно добьётся свободы, завершит эту безумную гонку и сможет, наконец, жить. — Дмитрий, — тихо позвала она, сдерживая порыв снова коснуться. — Всё закончится. Обязательно. Он наклонил голову в её сторону и встретился с полным печали взглядом. Яркие голубые глаза блеснули в свете тусклой лампы. Сейчас он был спокоен. На губах почти незаметная улыбка, а плечи расслаблены, словно вместе с правдой он сбросил с себя пару тонн. — Знаю, — сказал он слабым шёпотом, словно не верил сам себе. Этот неотрывный зрительный контакт ощущался интимно, будоражаще. Лэйн была не в силах его разорвать, пока не поймала себя на одной мысли, толкающей в бездну. Она хотела его поцеловать. И эта мысль оглушила её, накрыв волной воспоминаний о том, как она неприкрыто пялилась на Дмитрия последнюю неделю. Провожала его мускулистую фигуру взглядом каждый раз, как он распрямлял плечи в своих невозможно обтягивающих футболках. Думала о том, какой он в отношениях, когда не нужно нести на себе собственную броню. Пьянела от запаха его кожи в те моменты, когда оказывалась к нему непозволительно близко. Внизу живота сводило от знакомых ощущений. Пугало ли её его прошлое? До безумия. Но страх вытесняло необъяснимое желание стать для него кем-то большим, чтобы напрочь вытеснить все его кошмары. Оплести его руками и греть собственным телом. Между ними так мало расстояния, но целая стена из сплошных «но». Она хотела её разрушить — во что бы то ни стало. И разрушит. Но… День действительно был бесконечным. Тяжёлые веки ни в какую не хотели подниматься, заставляя её провалиться в один долгий, беспокойный сон.