Конфликт

      Э́ллиот снова заперся в этой комнате. Язык не поворачивался назвать это место своим домом. Чужой дом, незнакомые двери, скрывающие невесть что за своими массивными створками. Здесь не было и тени того безопасного убежища, которым был родительский дом, обитель его детства. Почему судьба обернулась такой чудовищной гримасой?

***

      Они сидели за столиком в пиццерии, весёлые и беззаботные. Это место было детищем его отца. «Builder Brothers Pizza» — сеть быстрого питания, его гордость и проект всей жизни. Мама нежно касалась его непокорных волос, оживлённо беседуя с милой официанткой. Он же, увлечённый, выводил какую-то бессмысленную закорючку на бумажной скатерти, отчётливо помнил – жёлтым карандашом. Может, это было солнце, а может, звезда. Отец отлучился в кабинет с помощником, обещая вернуться через минуту. Всё было прекрасно: новый день, новые открытия, новые лица. Но этот день обернулся кошмаром, въевшимся в память навеки. Вдруг – пожар. Неистовый, беспощадный, стремительный. Эллиот помнил, как здание взметнулось в огненном танце, пламя яростно пожирало всё вокруг. В панике метались посетители, тщетно пытаясь вырваться из огненной ловушки. Он и мама застыли в оцепенении, и женщина лишь крепче прижала его к себе. Хаос, разруха – вот они, самые страшные воспоминания его жизни. Взгляд лихорадочно метнулся в сторону кабинета отца, от которого его отделяла стена пламени. Там, за адским занавесом, была причина всего: кто-то облил здание горючей смесью. Всё подстроено. Отец должен был стать первой жертвой. Пока всё вокруг плавилось и обращалось в пепел, прибыли пожарные. Но их появление не принесло спасения. Словно насмехаясь над ними, пламя взревело с новой силой. Газовые баллоны на кухне! Дальше – обрывки воспоминаний. Спасатели, рискуя жизнью, пытались эвакуировать людей. Какой-то взрослый мужчина в форме схватил Эллиота. Он цеплялся за маму до последнего, успев сорвать с её шеи жемчужное ожерелье. В памяти навеки запечатлелась картина: она, испуганная, нет, в ужасе, сидит на кафельном полу ресторана, в своём любимом фиолетовом платье, её уложенные светлые волосы растрепались, а зелёные глаза полны отчаяния, окружена кольцом огня.

***

      С того рокового дня он больше никогда не видел мать и отца… Лишь на чёрно-белой фотографии на похоронах. Там он, сломленный горем ребёнок, не осознающий масштаба трагедии, подносил букет белых лилий на их могилы. Оказалось, у его мамы была сестра. Тея. Она была почти точной копией матери, только моложе. Те же золотистые волосы, те же изумрудные глаза, те же россыпи веснушек, но всё же – не она. На её лице застыла печать скорби. Возможно, она любила сестру, но они не общались после её свадьбы. Теперь же на неё возложена непосильная ноша – забота о её сыне, её живом отражении. Их отношения не заладились с самого начала. Эллиот устраивал истерики, не желая видеть рядом никого, хоть отдалённо напоминающего мать. Часами отказывался от еды и не выходил из своей комнаты. Казалось, темнота помогала ему не видеть страшный пожар, неотступно стоящий перед глазами. И вот – очередная ссора. Мальчик сидел за дверью в темноте. Ему до тошноты не хотелось идти на контакт с тётей. Она была похожа, но до жути чужая. Тея опустилась на колени рядом с дверью, придерживая подол платья. Дыхание ровное и спокойное, как и выражение её лица. – Элли, милый, я понимаю, тебе сейчас очень тяжело… – Нет! Снова срыв. Снова этому девятилетнему ребёнку ничего не нужно. Женщина вздохнула, тихо и тяжело. Она пыталась объяснить, что им нужно научиться жить вместе, но он отвергал всё с ожесточением. – Пойми, твои слёзы, крики и истерики не вернут их. Не вернут мою сестру. Если бы это было возможно, моим истерикам не было бы конца. Я тоже потеряла родного человека, но теперь на мне лежит ответственность за тебя. Я дала обещание позаботиться о тебе. Позволь мне исполнить его. Это ещё не конец жизни. – Значит, я предам маму… Ты ведь так на неё похожа, но, доверившись тебе, не предам ли я её память?.. Этот тихий, жалкий вопрос перевернул всё внутри неё. Он боялся потерять доверие, но доверие уже мёртвого человека. Да ещё и по такой глупой причине. – Ох, малыш. Ты ни в коем случае не предашь её, доверяя мне. Ты лишь покажешь, насколько ты силён, отпуская прошлое. Казалось, она нащупала корень всех его страданий. Почти добилась его расположения. Но за дверью снова послышались всхлипы, а затем рыдания. Ничего не разрешилось, но, возможно, у неё ещё есть шанс всё изменить. Теперь она хотя бы знает, от чего отталкиваться в будущем.