Право на счастье

После нашей прогулки прошло несколько дней. С Киром мы виделись редко, почти не общались. Складывалось впечатление, что он умышленно избегает меня. Лишь при коротких встречах он бросал обычные дежурные фразы: «привет», «как жизнь?», «что новенького?», а я так же дежурно в двух словах отвечала на них. Позавтракав, они с Ником куда-то исчезали, появляясь только к ужину, а иногда и опаздывая на него. Правда, почти каждый вечер Кир передавал нам через кого-нибудь что-то к чаю. Я спрашивала Леру, куда и зачем они уходят на целый день, но та тоже толком ничего не знала. Я не особо расстраивалась из-за этого, вернее совсем не расстраивалась, а даже начала верить, что спокойствие вернулось в мою жизнь. Через день, а иногда и через два, я ходила прибираться в комнате парней. Только теперь, зная, что не встречу их там, на душе не было ни страха, ни неприятных ожидания. Хотя, если честно, я частенько вспоминала нашу последнюю встречу, и иногда возникало желание повторения той ситуации. Тогда Кирилл был не таким, как я привыкла его воспринимать. Интересно, о чём мы могли бы ещё поговорить? Единственный человек, который меня беспокоил – Олеся. Я, всё ещё вспоминая её угрозы, ощущала пробегающий внутри холодок при встрече с ней. Она, хоть и бросала враждебные взгляды, но близко ко мне, как и обещал Кир, не подходила…

***

Ещё вчера светило солнце, и было тепло, а сегодня с утра небо заволокли серые облака, грозившие вот-вот пролить свои слёзы по уходящему лету. После завтрака Лера с Артёмом вернулись к нам в комнату. Понимая, что им хочется побыть вдвоём, я решила пойти прогуляться, пока не пошёл дождь. Лера, конечно, начала уговаривать остаться с ними, но я уверила подругу, что хочу побыть с братом. В надежде, что Егор и правда составит мне компанию, зашла за ним, но брат был увлечён предстоящей игрой с приятелями и наотрез отказался идти со мной.

***

Вот так и получилось, что на улицу я вышла в одиночестве. Во дворе почти никого не было. Лишь несколько младших девочек с воспитателем гуляли на детской площадке. От прохладного порыва ветра, неожиданно налетевшего на меня, я передёрнулась, запахнула олимпийку, которую догадалась надеть, и не спеша двинулась вокруг корпуса. «А что было в этот день год назад?» – я частенько задавала себе этот вопрос, но редко могла дать точный ответ. Время съедало память о простых, ничем не примечательных днях, прошедших, казалось, так давно. Но сейчас мне это было сделать нетрудно, я быстро вспомнила, что было за три дня до моего прошлого дня рождения. Это была суббота. Мы всей семьёй ездили на природу на шашлыки. Папа должен был через два дня уехать в командировку, поэтому мы и решили отметить пораньше мой день рождения. Мама тогда говорила, что плохая примета – отмечать его заранее, но я отшучивалась, что я перехитрю все приметы и отмечу праздник и в настоящий день с друзьями… Предаваясь воспоминаниям, я не заметно для себя оказалась около уже знакомой беседки. Небо, будто почувствовав это, сбросило вниз первые робкие капли дождя. Я остановилась, подняла лицо, всматриваясь в серую пелену, пытаясь угадать – разойдётся дождь или только слегка попугает? Ещё несколько капель упало на меня. Я зашла в беседку, села на скамейку, около которой тогда поцеловал меня Кир, и словно снова ощутила его губы на своих. Улыбнулась. Почему-то сейчас от того поцелуя были другие ощущения. Я удивилась и испугалась одновременно, когда поняла, что не против почувствовать это ещё раз. Достала из кармана джинсов телефон, который теперь всегда носила с собой. В нём был отмечен всего один номер от непринятых звонков Кира. С того дня он больше не звонил. А я ведь так и не спросила, что тогда он хотел. Нажала на номер.., выбрала «сохранить».., « имя» – ?.. После раздумий подписала – «Кирилл». – Тут она! – неожиданно раздался голос Вики, стоявшей у входа в беседку, и я, подняв голову от телефона, заметила, как в мою сторону приближались Олеся с Аней. Вскочив на ноги, я начала паниковать, видя, какой мрачной и пугающей выглядела Олеся. Не знаю почему, но в тот момент я неосознанно нажала на зелёную трубку только что подписанного контакта. – Ну что, добилась своего, сучка?! – выкрикнула Олеська, быстро оказавшись рядом и ударяя меня по лицу. От неожиданности я разжала руку, и телефон с громким стуком упал на пол. – Я тебя предупреждала? – и следующий удар заставил осесть на скамейку. Разъярённая Олеська схватила телефон с пола и выбросила из беседки. Эти секунды дали мне время немного прийти в себя, и когда она занесла руку для следующего удара, я с силой оттолкнула её от себя. – Что тебе надо? – не понимая, что происходит, я оглянулась и с ужасом поняла, что я в ловушке – Аня перекрыла путь из беседки. – Что мне надо? – Олеськины глаза пылали гневом. – Мне надо уничтожить тебя, чтобы ты никогда и близко не подошла больше к Киру. – К Киру? – меня ошеломили эти слова, но тут же от понимания причины её ярости меня накрыла волна страха. Если дело касается Кира, то она способна на всё. – Но я.., – тихо пролепетала я и не успела договорить. Лишь почувствовала, как от сильного толчка боль отозвалась в груди, и я упала на пол. Олеська нависла надо мной, а я, не способная сопротивляться, испуганными глазами смотрела на неё. – Ты же, сучка, уверяла меня, что не хочешь быть с ним, – я судорожно мотала головой. – Так может, объяснишь тогда, почему он сказал, что больше не будет встречаться со мной? – Не понимаю, о чём ты, – я попыталась сбросить с себя взбешённую девушку, но снова получила сильную пощёчину. – Не понимаешь? Я сейчас тебе объясню!.. Эй, подержите ей руки! – приказала она своим шестёркам. Они, подбежав с двух сторон, с довольными лицами выполнили указание предводительницы. Теперь я, словно зажатая в тиски, не могла даже пошевелиться. – Страшно? – Олеська встала с меня, презрительно поглядывая сверху и, похоже, размышляя о способе моего наказания. – Что мне сделать, чтобы Кир больше не захотел даже взглянуть на тебя? Едкая улыбка возникла на её лице, и она что-то достала из кармана. Раздался щелчок, и распрямившееся лезвие превратило это что-то в нож. Маленький нож. – Что ты собираешься делать? – думая на самое страшное, дрожащим голосом спросила я. – Тебя же посадят, – я попыталась как-то остановить Олеську, но по её взгляду поняла, что мои слова ничего не значат. На лицах Ани и Вики, тоже появились тени сомнения, но они по-прежнему продолжали держать мои руки. – Олесь, – нерешительно произнесла одна из них, – может, ну её?.. Сдалась она Киру. Ну, поиграется с ней и снова к тебе вернётся… – А я не хочу, чтобы он с ней игрался, – упрямо возразила та. – Я сейчас сделаю из неё такую уродину, что никто и никогда на неё не взглянет. Олеська, продолжая хищно улыбаться, наклонилась ко мне и поднесла нож к щеке. – Тебе на какой отметину оставить: на правой или на левой? А может на обеих? – Олесь, давай не будем, – снова прозвучал осторожный голос Ани, и я почувствовала, как ослабела хватка на моих руках. – Ты что, дура? Не понимаешь, что если Клык будет с ней, то вам придётся слушаться и бояться её? – со злостью выкрикнула Олеська, заставляя Аню сжаться. – Пусть она пообещает, что не будет с ним, – испуганно продолжала стоять на своём Аня. – Ха! Ты сможешь поверить этой твари, которая уже не раз обманывала меня? Олеська отвлеклась на разговор с приятельницей и немного отвела от меня руку. Я лихорадочно оценивала, как мне поступить. Выход был один – попытаться вывернуться и бежать. Собрав все силы, я вырвала руки, отпихнула от себя Олеську и вскочила на ноги, но, сделав шаг, снова упала, только теперь лицом вниз, от того, что та успела схватить меня за ногу. Понимая, что попыткой побега только больше разозлила сумасшедшую противницу, я готовилась к чему-то страшному. И вдруг, лёжа на полу и закрыв голову руками, я услышала звуки быстро приближающихся к беседке шагов. Медленно, не веря своим ушам, я подняла глаза. – Кирилл, – почти прошептала я и разрыдалась…

***

Дальше всё, как во сне. Кир подбежал ко мне, помог подняться, произнося что-то тихое, успокаивающее. Я понимала, что нужно бы перестать плакать, но слёзы не слушались и продолжали оставлять влажные полоски на красных от ударов щеках. – Никич, разберись тут, – бросил Кир в сторону, и я заметила стоящего у него за спиной парня, гневно смотрящего на моих обидчиц. Кир взял меня за руку и потянул за собой. Я послушно шла следом, осознавая, что в этот раз не испытывала ни страха, ни неприязни. Вдруг я резко остановилась и, поймав недоумённый взгляд парня, вяло пояснила: – Там где-то телефон, – шмыгая носом, показала рукой в сторону, куда Олеська выбросила мобильник. – Никич, скажи ещё, пусть телефон найдут, – снова обратился Кир к другу, и тот взмахом руки показал, что понял просьбу. Мы продолжили путь, Кир по-прежнему держал меня за руку. На площадке нашего этажа он чуть притормозил. Видимо, решал, куда идти, но уже через несколько секунд он уверенно направился к нашей комнате. Там, сидя рядышком друг с другом на кровати, о чём-то весело беседовали Лера и Артём, но, как только перед нами открылась дверь, улыбка покинула их лица. – Кирка, что случилось? – подруга вскочила с кровати. Её беспокойный взгляд скользил то на брата, то на меня. – Лер, потом, – отмахнулся Кир. – Вы бы вышли пока, погуляли, – спокойно обратился он к сестре и её другу. Та хотела возразить, но Артём, молча кивнув Киру, подхватил её за руку и потащил за собой в коридор. Оттуда какое-то время доносились протестующие слова Леры и сдержанные уговоры Артёма, что так надо, но вскоре они затихли. – Переоденься, твоя одежда грязная, – Кир взял со спинки кровати халат и протянул мне. Я медленно и равнодушно осмотрела олимпийку, джинсы. Не удивительно. Разве можно не испачкаться, когда тебя валяют по грязному полу и пинают грязными кроссовками? Потом перевела свой взгляд на халат. Переодеваться под присмотром парня? Понимая, что он видел меня и в более откровенном виде, я всё же испытывала смущение. Комкая халат в руках, я не двигалась с места. Кир будто прочитал мои мысли и, сев на стул, отвернулся в сторону окна. – Переодевайся. Не буду я на тебя смотреть. Я, помедлив немного, начала торопливо стаскивать с себя одежду, бросая её прямо на пол и не отрывая взгляда от неподвижно сидящего парня. – Всё, – тихо произнесла я, застегнув молнию на халате. Подобрала брошенные вещи и начала их сворачивать. – Что ты собираешься делать? – мне показалось, что голос Кира зазвучал недовольно. – Сейчас? Ничего. Просто сверну, вечером постираю, – я положила одежду прямо на пол около кровати. – Это не твоя проблема. Кто испачкал, тот и постирает, – строго высказал Кир. Я не стала спорить. Лишь пожала плечами. Кир наклонился к моей кровати и откинул покрывало. – Ложись. Сейчас тебе лучше полежать. Я села на кровать, глянула на подушку. Голова болела. Она так и тянулась к подушке, но мысль, что я не смогу лежать и чувствовать себя спокойно рядом с Киром, останавливала. – Я не буду ложиться, – для убедительности помотала головой. – … А можно чаю? – я действительно вдруг ощутила жажду. Казалось, что если я сейчас не выпью хотя бы глоток воды, то не смогу не только двигаться, но и говорить, и даже дышать. – Счас, – Кир встал, подошёл к тумбочке, на которой стоял чайник, в нём ещё со вчерашнего дня оставалась вода, включил его. – Как ты нашёл меня? – кажется, я начала приходить в себя, потому как мою голову посетил вопрос, ответ на который спас меня несколько минут назад. Кир усмехнулся, но заметив мой настороженный взгляд, сразу стал серьёзен. – Ты же позвонила. Он посчитал, что такого короткого ответа достаточно, но я ожидающе продолжала смотреть на него. Заметив это, Кир вздохнул и нехотя продолжил: – Я успел услышать в трубку несколько фраз, пока телефон не отключился. Понял, что ты где-то на улице, ну, а поскольку шёл дождь, нетрудно было догадаться, где именно. – Но ведь вы с Ником после завтрака куда-то ушли, – нерешительно спросила я, пока он наливал чай. – Не успели. Только за ворота вышли… Чай сладкий будешь? Я кивнула. Он размешал сахар и подал мне чашку. Обхватив руками тёплую чашку, я вдруг поняла, как сильно замёрзла, пока находилась на улице. Сладкий чай помогал согреваться и успокаивал. – Как ты? – спросил Кир, когда я, поблагодарив, протянула ему пустую чашку. – Жить буду, – я попыталась улыбнуться. – Спасибо тебе… И Нику. – Да ладно. Это ведь я во всём виноват, – он пересел со стула на край кровати, заставив моё сердце ускоренно биться. – Не подумал, что Кошка сможет так отреагировать. – Но она просто что-то не поняла… Она кричала, что мы с тобой встречаемся… Ты должен ей объяснить, что это не так… – Это так! – резко прервал меня Кир. Я вздрогнула от выкрика и удивлённо взглянула на него. Он положил свою руку мне на колено и улыбнулся. – Снова я тебя напугал. Прости, не хотел… Утром, сразу после завтрака, у нас с Кошкой был разговор... В общем, я ей сказал, что мы с ней больше не вместе, и что я … что мне… что я хочу быть с другой девушкой… Я не говорил, что это ты, но она, видимо, и сама догадалась. Первый раз я видела, чтобы Кир так волновался. Его слова, словно, гром среди ясного неба, поразили меня. В первые секунды я была в оцепенении, не испытывая никаких чувств. Понимание услышанного стало приходить лишь спустя какое-то время. Трудно описать, что я чувствовала в тот момент. Всё казалось нереальным, происходящим не со мной. И эта близость с Киром, и его слова сводили меня с ума. – Но я не.., – я не могла подобрать слов, чтобы объяснить своё удивление, непонимание, потрясение. – Я знаю, – снлва перебил меня Кир. Его рука переместилась с колена на мою руку. – Помню, как ты сказала Нику, про эгоиста с низкой самооценкой, – горькая ухмылка появилась на его лице. – Ведь это тогда относилось и ко мне? – он глянул на меня, но не стал ждать ответа. – Ты была права. Раньше я и не думал, что девчонок нужно как-то добиваться. С ними всё было легко и просто, они сами были не прочь быть со мной… Когда Лера сказала, что ты другая, я поверил ей, сестрёнка хорошо чувствует людей. Кроме Сони она ни с кем так не была дружна, как с тобой… Жаль, конечно, что наше «знакомство» было таким неприятным.., но тогда, увидев тебя лежащую и бормочущую непонятно что, я сильно разозлился и не смог себя сдержать… А потом… потом ты каждый раз удивляла меня, и я злился. Очень злился, потому что чувствовал, как меня тянет к тебе, и изо всех сил старался оттолкнуть себя от тебя, а тебя от меня... Кир замолчал. Наверно, он ждал каких-то слов, но я, сидя с широко раскрытыми глазами, не могла поверить во всё происходящее. «Неужели он говорит искренне? Или, это какая-то очередная игра?» Тишину нарушил раздавшийся стук в дверь. На пороге показался Ник. – Кир, выйди. Разговор есть, – и он, увидев, как друг кивнул в ответ, тут же скрылся. – Я пока уйду, а ты ложись. Постарайся заснуть, – Кир сжал мою руку, встал и, не оглядываясь, вышел в коридор. Я залезла под покрывало, свернулась калачиком, закрыла глаза. Легко сказать – поспи. Сейчас мой мозг просто кипел. То, что я услышала, было большой неожиданностью, но пугало другое – Кир ждал моего ответа. Или не ждал? Ведь он не спросил, что я про это думаю. Сам решил всё за меня или даёт право выбора? А что если я откажу ему? И как быть с нашим уговором? А Олеся? Она примет решение Кира, или снова следует ждать какой-то пакости? А что если она снова возьмётся за Егора? Вопросы, вопросы, вопросы… И не на один из них не было ответа…