курсовая.

— даже меня уже твой препод заебал! — крикнул коломиец откуда-то со стороны коридора. он был явно недоволен тем, что парень недавно заснул прямо за столом. снова. — ну час ночи уже, а ты все пишешь с обеда. когда ты нормально спать ляжешь, а? — с неподдельной жалостью протянул денис, заходя в комнату. — да я сам уже не знаю, — отмахнулся илья. по его темным кругам и нервному подрагиванию пальцев, было невооружённым глазом видно как сильно тот вымотался за последнее время. — уже даже во снах вижу эту эконометрику... денис с недовольным лицом наблюдал за тем, как илья что-то нервно чертит на очередном черновике, сгорбившись как креветка. он смахивал на сумасшедшего ученого, одержимого своим новым открытием.

***

самое главное, что сейчас даже не время для курсовой! это очередное издевательство от мерзкого преподавателя, мол посмотрим как вы справитесь с внеплановой-то работой. денис его один раз в жизни видел, когда илью встречал с универа. полный неопрятный очкарик, с залысинами и странными усами. ещё и имя такое... эдуард. коряков тогда как школьник, незаметно тычил средние пальцы тому в спину, да с таким пренебрежением, что денису тогда показалось забавным. стоило бы отметить, что сначала илья подошёл к работе с неким энтузиазмом, но когда вник в задание поподробней, единственное, чего хотелось, это отчислиться.

***

через ещё час беспрерывной работы с комнаты доносились болезненные вздохи. неудивительно, что корякова видимо одолела головная боль. денис правда не хотел отвлекать друга до последнего, думал, что лучше дать тому поработать, но терпение лопнуло. трудоголик гребаный, вообще о себе не думает. надо же хоть на чуть-чуть отвлекаться, помимо походов в туалет и поесть, и то — если вспомнит. юноша отбросил телефон куда-то на диван, а сам пошел к шкафу, искать одежду для себя и для этого страдальца. себе выбрал теплый серый свитшот и джинсы, а илье черный лонг, штаны и его любимую старую кожаную куртку. одевшись, коломиец подошёл к рабочему столу и кинул получившийся ком из одежды прямо на колени корякова. — собирайся, гулять пойдем. прогулки перед сном полезны. отказы не принимаются, я оделся уже. — он твердо решил вытащить илью из дома, отвлечь его. — ну раз оделся, сам и иди. — илья даже ухом не повёл, как будто каждый день в него шмотьё прилетает. — пока не до... — «пока не допишу, никуда не пойду». — перебил того коломиец. эта фраза звучит в последнее время в их квартире постоянно. уже приелась. как только мозоль на языке не появилась. — знаю я, но ты скоро реально так сдохнешь. — ну зато доделаю. — да пошел ты нахуй, илья! денис хлопнул дверью и быстрым шагом пошел в соседнюю комнату. «вообще больше к нему походить не буду. только настроение себе испортил». — подумал парень и нахмурил брови. затем переоделся в домашнюю одежду, а уличную кинул на стул - все равно они никуда не пойдут. коломиец с грохотом плюхнулся на диван, а в глаза нагло засветил уличный фонарь. денис не понимал, как вообще столько дней можно пыхтеть над одной и той же монотонной работой? да даже в компы в здании неподалеку завалиться теперь не с кем. откуда то из соседней комнаты послышался громкий мат, потом шаги. через мгновение, совсем рядом, с противным скрипом открылась дверь и в глаза теперь бил теплый свет коридорной лампы. илья стоял в проходе уже переодетый, с курткой в руках. — ну, долго мне тебя ждать? — как ни в чем не бывало бодро, насколько только это возможно, спросил коряков, потирая глаза. денис с громким хмыканьем поднялся с дивана и переоделся в уличное шмотье уже во второй раз. —ну, пошли.

***

жили парни в пятиэтажке возле местного парка. хотя «парком» это место в их маленьком городке назвать было смело. так, кусок какой-никакой природы. несколько сосен вдоль тропинки, скамейки да одинокие качели, которые добрые детишки уже успели поломать. ну, и единственный работающий фонарь, который держался на последнем издыхании. постоянно мигал. наверное, если перевести его мерцания с азбуки морзе на русский, то вышла бы просьба к тем самым детям, чтобы доломали и его. денис топал впереди, а илья, насильно оторванный от бесконечных расчетов, пытался прийти в себя. свежий воздух более менее проветривал перегруженные мозги. только голова гудела как старый холодильник у них на кухне. коряков остановился у обшарпанной скамейки, задумавшись о том куда же все-таки уходит городской бюджет. — давай присядем что ли. — окликнул друга илья. — голова так и раскалывается. надо в аптеку будет потом сходить. денис обернулся и его лицо снова застыло в недовольстве и недоумении. — ты чё, все оставшиеся таблетки выжрал? там больше половины пачки оставалось в последний раз. — денис сел рядом с ильёй, который безуспешно массировал виски, думая, что это чем-то поможет. — а у тебя когда последний раз голова болела? там их мало было, а работы - много. да и сейчас меня эта самая работа ждёт дома, пока я тут «отдыхаю». — дать тебе бы по башке один раз, да боюсь расколется. — театрально протараторил денис. — ладно, сходим. тебе там ещё много писать осталось-то? — да не знаю я уже... это никогда не закончится. — в воздухе повисла небольшая пауза. даже сейчас илье приходилось что-то считать. — ну, страниц пять... — ещё страниц пять? у тебя столько же оставалось неделю назад! я, конечно, тоже учусь, но нас так не задрачивали ещё. — денис сложил руки в замок, а его выражение лица сменилось на более сочувственное. — да у вас просто эдик не работает. ему то то не нравится, то это не так. — парень оживился, как только тема зашла про мерзкого препода. — зачем он только преподавать пошел, если людей ненавидит. ему больше палачем бы подошло быть. виновники бы сразу с жизнью счёты сводили, как только слышали его имя. — ну эдик-палач... звучит конечно внушительно. — дениса этот образ позабавил. вдруг откуда-то прилетела ворона, пытаясь доклевать кусок чёрствой булки, которую кто-то не добросил до урны. и взгляд корякова застыл на карге, но сейчас он думал совсем не о ней. учеба в полную силу и обещание себе самому учится на одни пятерки пошли не по плану. казалось, что илья уже являлся не разносторонней творческой личностью, а ходячей энциклопедией. и то, по его мнению, написанной только на твердую тройку. — я так устал, ден. ты просто не представляешь. я даже сейчас сижу, а в моих мыслях проскакивают все более изощрённые задачки. — илья откинулся на спинку скамейки, не отрывая глаз от птицы. — каждый вечер одно и то же. я прихожу домой и все что я делаю, это только сижу за столом. осталось только геморрой заработать себе для полного счастья. — парню все так же было трудно сосредоточиться на своих переживаниях. — вместо того, чтобы быть тебе благодарным за то, что ты меня пытаешься расшевелить и сразу пойти в этот ебучий парк, я подождал, пока у меня вообще ничего не перестало получаться. впервые за все время илья сказал вслух, что он устал. может это заметил только денис, но факт от этого не менялся. воздух будто застыл, а у парня будто что-то сжалось внутри. коряков перевел взгляд на тот самый единственный выживший фонарь, который все также безостановочно мерцал, словно подавал сигналы о помощи. «прям как я». — резко подметил он. также мигает до последнего, пока совсем не перегорит. ежедневно делает одну и ту же работу: освещает дорогу. дорогу, по которой по ощущениям, никто кроме них с денисом и не ходит. да и сам похоже ждет, что скоро погаснет. — давай я тебе помогу как-нибудь. — голос коломийца в полной тишине зазвучал настолько непривычно мягко, что вырвал илью из раздумий. — я, конечно, гуманитарий, но хотя бы переписать то, что ты скажешь с черновика на чистовик смогу. а ты пока другое решать будешь. а насчёт всего остального... не парься. главное, что сейчас ты все-таки здесь. ответа не последовало, только ветер поднялся, зашевелив почти оголённые ветви. коряков с протяжным вздохом, медленно, почти незаметно положил голову денису на плечо. через ткань свитшота парень почувствовал горячий жар. — а ты не заболел случаем? — он приложил ладонь ко лбу рядом. — да у тебя температура кажись... либо у меня рука просто холодная. — я бы удивился, если бы не заболел. значит, жаропонижающее тоже надо купить. — илья прикрыл глаза, своей рукой накрыл чужие длинные пальцы и осторожно переместил их на свою щеку, большим пальцем поглаживая.— но рука у тебя и правда холодная. — илья расплылся в слабой улыбке. хоть чуть-чуть охладится. он редко позволял себе быть таким - уязвимым, по его же мнению. потому денис боялся двинутся, лишь бы не спугнуть. но все же снял руку со щеки и положил себе на колено - устал так держать на весу. но чужую руку не отпускал, просто взял поудобнее и покрепче. — сейчас я бы хотел быть этой вороной. — опять обратил внимание на птицу парень, наблюдая за ней в темноте. ее главные задачи - найти еду, свить гнездо и пережить зиму. конечно, сложновато в какой то степени... но учиться в вузе ей не надо. — да выучимся мы, не трагедия. — денис, сам того не замечая, мягко сжал чужие пальцы. — просто ей надо пережить зиму, а тебе эконометрику. и мы ее тоже переживем. снова повисла тишина. на этот раз теплая, полная понимания. затем илья медленно выпустил пальцы из чужой «хватки» , поднялся и посмотрел на друга. в его глазах мелькнула маленькая такая искорка. он набрал в легкие воздух, но как то не решался что-то сказать до последнего. — я без тебя наверное уже бы совсем выгорел. — тихо произнес юноша. решился. но в голову коломийца эти простые слова врезались громко. да так, что он ничего не смог ответить. да и не надо было. вместо этого денис придвинулся ближе и заключил илью в широкие объятия. он обнял крепко, по настоящему, чувствуя, как поднимается и опускается чужая грудная клетка. илья сначала тоже крепко сжал руки на спине дениса, но потом просто обмяк на его теле, пытаясь не уснуть прям там. в полуразваленном парке. денис всё обнимал так, будто хотел забрать чужую усталость себе. ворона улетела обратно, не оставив на земле ни крошки. и теперь на место, где только что была птичка, смотрел уже денис. — ладно, пошли. хватит на сегодня нашей прогулочной терапии. — сказал коломиец, хоть и не хотел прерывать такой момент. денис всё же отстранился, перед этим обвив руками чужое лицо и чмокнув илью куда-то в висок. — сейчас в аптеку, а потом я допишу страницу и спать. — виновато проговорил илья. снова-здорово. денис цокнул, но злится уже не хотел. — илья, нет. ты идёшь спать сразу, как только переоденешься в домашнюю одежду. на сегодня все. — ну ладно. уговорил. — илья поправил растрепавшуюся шевелюру и встал с уже родной скамейки. и пошли они до ближайшей круглосуточной аптеки, возвращались молча, но теперь напряжение у ильи спало - его ждала только кровать. и где-то в глубине души поселилась мысль: самые ценные знания приходят не из учебников, а из ночных душевных разговоров с человеком, который понимает тебя с полуслова и на чье плечо можно крепко опереться.