Образы прошлого

1

Мари сидела на первом этаже, на просторном диване, прижав колени к груди. Она была погружена в свои мысли, пока её не вывел из этого состояния Ноан. Это было для неё неожиданно: он подсел к ней, держа в руках две банки газировки, одну из них он протянул ей. Она напряглась, но банку с газировкой взяла. – Тебе, наверное, здесь не очень комфортно? Не волнуйся, тебя никто не тронет, потому что так приказал Реджинальд, – откинувшись на спинку, сказал парень, открыв банку и отпив пару глотков. Он был не похож на себя обычного, более взвинченный и напряжённый. – Слушай, а это твой природный цвет волос? – подняв бровь, спросила Мария. Она хотела было дотронуться до них, но, встретив ледяной взгляд из подобия, отказалась от этой мысли. Сейчас он был похож на ёжика, выпустившего колючки для своей защиты. Его пепельные волосы слишком сильно его выделяли и казались Марии странными, но невероятно красивыми. – Точно не могу сказать. Во всех моих воспоминаниях они были такими, – пожал плечами Ноан. Ему это тоже казалось странным, но биологию вампиров, к сожалению, начали изучать совсем недавно, сами вампиры, заинтересованные в этом. – Так и о чем ты так думала, что даже не заметила моего присутствия? – Странно, что ты проявляешь ко мне интерес, хотя ранее не очень-то хотел разговаривать со мной... – опасливо ответила Мари, неосознанно отодвигаясь подальше от вампира. – Просто… как бы сказать… находясь рядом с тобой, я начинаю что-то вспоминать о своём прошлом. Честно сказать, с незнакомцами я ощущаю себя более свободно, возможно, из-за того, что они ничего обо мне не знают, как и я о них. Это тоже одна из причин. Мария впервые со своего прибытия сюда видела его таким уязвимым и открытым, но её настороженность никуда не ушла. – У тебя проблемы с памятью? – удивлённо поинтересовалась она, крутя банку газировки в руках. – В какой-то степени. Я чётко помню последние пятьдесят лет, но недавно начал вспоминать события, происходившие до. Это меня и радует, и пугает одновременно. Потому что я начал понимать, что память пропала не просто так, её кто-то насильно стёр или заблокировал. И даже догадываюсь, кто, но зачем… – Понятно. И… отвечая на твой ранее заданный вопрос, я думала о своём парне… точнее, бывшем парне. – На её лице отразилась боль и печаль. Её губы поджались, кривя лицо. – Неужели всё так плохо было? – заинтересованно спросил Ноан, он был рад в какой-то степени сменить тему. – Вспоминая свою жизнь до того, как я начала с ним встречаться, мне кажется, что тогда я была намного счастливее и свободнее, чем когда-либо. Мне грустно осознавать, что я так сильно прогнулась под человека из-за слепой любви к нему. И больно, что мой отец оказался прав… Он был против моих отношений с ним, но я настаивала на своём. Думаю, мне просто искусно пустили пыль в глаза, что я не послушала даже своего самого родного человека, который желал мне лишь счастья. Я очень себя виню за это… – Наверное, поэтому я и не хочу ни с кем заводить отношения. Они кажутся мне тем, что отяготит меня ещё сильнее, чем муки того, что я мало что помню о своём прошлом. Но… знаешь, мне почему-то кажется, что я раньше очень сильно кого-то любил, настолько, что мне было очень больно… и сейчас, вспоминая об этом чувстве, моё сердце болит. – Сжав на груди майку, захватив в кулак медальон, сказал Ноан. Его голова гудела, будто пытаясь пробить какую-то невидимую дамбу в мозгу. – Любовь даёт не только огорчения, мне отношения дали не только плохие воспоминания. Когда наша любовь только зарождалась, она поднимала меня чуть ли не к облакам. Просто кажется, мы свернули куда-то не туда в определенный момент. Думаю, тебе стоит больше размышлять над тем, что ты уже вспомнил. Люди, которые теряют память, зачастую, вспомнив что-то одно, вспоминают со временем и об остальном, как снежный ком или клубок ниток. Надеюсь, вампиры такие же в этом плане, – её губы расплылись в теплой улыбке. Ноан посмотрел в голубые глаза девушки, в них он чувствовал некую жалость, но больше грусть. – Надеюсь, что так и есть. Было бы хорошо, если бы за ближайшие пять лет я смог всё вспомнить. И... спасибо, что выслушала. Я бы вряд ли смог поделиться этим с более близкими людьми, а так как мы почти не знакомы, мне с тобой легче говорить, – он выглядел слегка смущённым и понимал, что если она обратится и войдёт в их семью, то будет весьма неловко, но Ноан просто не знал, с кем бы он ещё смог об этом поговорить, потому что Дрейк вряд ли ответил бы ему нормально или ответил загадками. – Не за что. Надеюсь, мой парень, точнее, бывший парень сейчас, хоть немного волнуется или чувствует себя виноватым... Уходя после разговора от Мари, Ноан уже составил о ней какое-никакое мнение. Она показалась ему добрым человеком, и, возможно, из-за этой доброты парень смог её так подавить и привязать к себе. Мария за проведённый день в логове вампиров поняла очень даже многое. Они для неё казались даже слишком человечными, но со сверхспособностями. Они разговаривали и чувствовали почти так же, как и люди. Она предполагала, что это могло быть лишь опьяняющей оболочкой, но в какой-то момент ей стало всё равно.

2

– Ноан в последнее время такой задумчивый... – сказал тихо Дрейк, сидя на ближайшем дереве и смотря, как тот разговаривает со смертной. Он решил не подслушивать их разговор, ведь она была первой, с кем Ноан захотел поговорить с таким смущенным лицом. «На самом деле, я совсем не боюсь того, что Ноан когда-то вспомнит своё прошлое. Тот прошлый Ноа мне нравился даже больше. В те времена он был мне скорее братом, нежели учеником, а вспоминая его после стирания памяти... в моём сердце жгуче жалит чувство жалости. Но то, каким он был до стирания памяти, причиняет мне боль в гораздо большей степени, чем простое чувство жалости. Жаль, тебя нет сейчас с ним рядом... Шарлотта. Возможно, немного жестоко со стороны главы заставлять Ноа снова проживать те болезненные воспоминания, но, возможно, если они будут возвращаться постепенно, он не испытает такого шока... глава, надеюсь, вы знаете, что делаете.»

3

Вот и настало время решения судьбы девушки. Когда в коттедж прибыл Реджинальд, а все жильцы дома собрались на первом этаже, он подошёл к Марии и, присев перед ней на корточки, серьёзно спросил: – И что же ты решила? – его глаза поменяли цвет на ярко-красный, они словно смотрели ей в душу, ища правдивый и истинный ответ. – Я согласна, – коротко ответила она. Её руки предательски дрожали, но в глазах теплилась решимость. – Хорошо, тогда завтра мы проведём обряд. Я должен сразу тебя предупредить, что после моего укуса тебя охватит лихорадка. Раз ты особенный человек, то должна прийти в себя через три дня уже вампиром. Если твоё тело не справится, то ты умрёшь от сердечного приступа или дикой лихорадки, которая сожжёт тебя изнутри, – спокойно и монотонно сказал Реджинальд, будто говорил о погоде, а не о риске для жизни. – Поняла… – в этот раз её голос предательски дрогнул. Ей вправду было страшно, и её уверенность начала подкашиваться. Почему-то именно сейчас на ум ей пришло лицо её парня. Бровь Реджинальда дрогнула. – И да, я должен посвятить тебя ещё в одно дело. Ребятки, можете расходиться, для её удобства вам лучше здесь не быть, – повернувшись к своей семье, объявил глава. Все разошлись. Ноан и Дрейк задержались на лестнице, но в итоге тоже поднялись наверх. – Эту информацию нашёл Савьер, она касается твоего парня. Ты знала, что он подверг свою бывшую девушку насилию и за это его чуть не посадили? – серьёзно спросил вампир, заглядывая в глаза Марии. –Что?! Нет… –но, задумавшись, она ответила. – Хотя, кажется, помню, как год назад со мной связывалась какая-то девушка, она предупреждала меня об этом, но он… ну, конечно, он навешал мне лапшу на уши, а я поверила… – опустив голову, девушка потёрла лицо руками. – Да, но это не единственный его грешок. Помимо тебя, у него есть ещё и любовница, в данный момент он находится у неё, – серьёзно добавил Савьер. – Вообще, всё его дело – это сплошной разбой и насилие, начиная со школы. Ты правда не знала? Тебе же должны были об этом сказать хотя бы его друзья или знакомые? – Нет… точнее, они говорили, что мне не стоит доверять всем его словам и присмотреться к нему, но открыто никто не говорил. Наверняка они и сами боялись получить от него. Он довольно вспыльчив, но к чему вы заговорили о нём? Я всё равно не смогу с ним видеться, когда стану вампиром… если стану им, – неуверенно закончила девушка. По её щекам потекли слёзы. Она старалась не показывать своей боли, но чувство горечи и печали, в придачу с предательством, конкретно сбило её с ног. Ладно, девушка из прошлого – люди могут меняться, но любовница в настоящем поставила жирную точку. – Извини, если это принесло тебе боль, но я должен был рассказать перед тем, как принять тебя в семью. Просто прими это как прошлое, оставь за чертой. Я знаю, что это будет непросто, но если ты не сможешь отпустить эту горечь, то она будет волочиться за тобой мёртвым грузом и мешать жить дальше, – заключил Реджинальд и встал в полный рост. – Да, спасибо за совет. Мне просто нужно время, – вытирая рукавами кофты слёзы, сказала девушка. – Конечно, времени у тебя будет вдоволь. До завтра, – он положил свою большую руку на голову Марии и, слегка потрепав, ушёл. За ним последовал Савьер. Ноан вздрогнул, услышав всхлипы девушки внизу. Его сердце сжалось, и он ухватился за кулон, сжимая тот в руке. Дрейк, заметив этот порыв, двусмысленно глянул на Ноана, но ничего не сказал.