Образы прошлого

1

– Глава, Мария полностью переродилась в вампира, – спокойным голосом говорил Ноан, переливая в стакан кровь. Его мысли были где-то далеко от разговора с Реджинальдом. Он лишь сказал, что Леонор может вернуться к изучению, заодно вместе с Марией. Этот разговор не длился долго и был довольно холодным и отрешённым. Отключив звонок, Ноан положил телефон в карман и направился обратно в подвал. Ему было неловко спускаться туда, но в то же время ему туда очень хотелось. Зайдя в пустую комнату, он увидел Мари, лежащую, свернувшись калачиком, на кровати. Учуяв запах крови, она резко подскочила и чуть ли не вырвала стакан из рук Ноана. Её жажда была сильна, она выпила залпом весь стакан, в конце облизнув остатки крови с губ. – Теперь ты можешь переехать в одну из комнат наверху. Они не большие, но глава старался выбирать дом, в котором всем хватит места, хотя мне кажется, мы скоро переедем в новый дом, – сглотнув, начал Ноан. В его памяти всё ещё ярко вспыхивали недавние моменты, и он не знал, как успокоить себя. Мари с виду выглядела спокойной, но румянец на бледном лице говорил об обратном. – Так значит, я теперь вампир... – немного взволнованно прошептала Мария. – Да... С завтрашнего дня я продолжу занятия, которые прервались с Леонор после твоего появления. Надеюсь, ты завтра придёшь на них. – Конечно, – девушка подошла к нему и заключила в крепкие объятия. – Спасибо, что заботился обо мне, пока я была в бреду. – Рад новому члену семьи, – обнял в ответ он, и они в неловкости отстранились друг от друга. – Пойдём, я проведу тебя в одну из пустых комнат.

2

В дом тихо вошла Джейн, скидывая с ног каблуки. На диване сидел Дрейк, такой угрюмый, что она даже сначала подумала, что это кто-то другой. — А где все остальные? — спокойно спросила она. Дрейк поднял на неё холодные глаза. — У себя. Как свидание? — спросил он, не отрывая от телевизора взор. — Отлично... — Джейн хотела сказать ещё что-то, но Дрейк в одно мгновение оказался рядом с ней и посмотрел той прямо в глаза. — Да, чувствую. Развлеклась на славу. — В его голосе сквозило некое презрение. Он почувствовал запах другого вампира и нотки виски. Он понимал, что не имеет никакого права так говорить, но ничего не мог с собой поделать. — Что тебе надо, Дрейк? Мы, по-моему, всё выяснили ранее. Так что с кем и где я развлекаюсь, тебя не должно касаться, ясно? — Серьёзно поглядела она на него. Он нахмурился, на мгновение проскользнула искра боли в его взгляде. Джейн отодвинула его со своего пути и направилась наверх. Дрейк ещё пару минут стоял там же, глядя в пол.

3

Буквально сто лет назад всё было такое другое. Люди начали развиваться так быстро, что даже вампиры не поспевали за ними. Церковь ушла на какой-то второй план, и обнажились все умы мира, а так же их грехи. Помню, как меня обратили в вампира. Я лишилась семьи и близких друзей, война унесла их жизни. Несмотря на то, что я была довольно знатного рода, это не помогло мне удержаться совсем одной, особенно когда мир начал стремительно меняться. Меня обратили буквально спустя десять лет после съезда глав. Много слухов ходило о нём, говорили, что там произошло что-то кровавое и выходящее за рамки нормального. В моё перерождение рядом со мной был Дрейк. Я помню его тихий голос, такой отрешенный и усталый. Тогда с Ноаном что-то происходило, но глава предпочитал не распространяться об этом. Я помню отчётливо яркую татуировку змеи. Она в моём разуме, объятом лихорадкой, выглядела так, будто сейчас набросится и впрыснет яд через острые клыки. Но это вряд ли сравнится с болью, что меня окутывала ранее. Когда я прошла через перерождение, первым, кого я увидела, был Дрейк. Семья была маленькой, но такой уютной, что мне сначала показалось, что я вернулась к себе домой. Как же давно это было! Но вспоминая это сейчас, кажется, будто это было буквально вчера. Дрейк был холоден ко мне и проявлял лишь уважение, как к члену общей семьи, а вот я начала влюбляться в него. Сначала это была лишь симпатия. Тогда он был блондином — это был его настоящий цвет волос, а его голубые глаза так пленяли, даже после моего перерождения в вампира, как будто чары его красоты всё ещё действовали на меня. Позже я начала его узнавать лучше, благо на это времени было хоть отбавляй. Из закрытого и отрешённого, он вернулся с Ноаном уже совсем другим, кажется, начали проступать его истинные черты характера. Дрейк часто был улыбчив и редко можно было увидеть его задумчивым или грустным, а ещё реже — серьёзным. Его глупый флирт иногда переходил все границы, и поначалу я на них охотно велась, думая, что это проявления знаков внимания в мою сторону. Как же я была глупа и молода! Я лишь была одной из многих, а постоянные возвращения в дом с запахом других женщин окончательно убедили меня в том, что он вряд ли когда-нибудь станет моим. Я мало знала о его прошлом, и он не очень любил об этом говорить, но говорить о Боге и церкви он особенно не любил. Его настроение сразу портилось, и это были редкие моменты, когда он серьёзным тоном просил не упоминать в его присутствии всё, что касается религии. Иногда мне казалось, что он бежит от своего прошлого, от прошлого, когда он был ещё человеком. Я долго пыталась привлечь его внимание, а позже и вовсе прямо сказала, что он мне нравится, уже зная, что он ответит. Я сдалась, думала, что сдалась, но это было сильнее меня. Постоянно его видеть было пыткой для меня. Вот он рядом, я могу дотронуться до него, но Дрейк — нет. Я видела его глаза и понимала, что даже если мы переспим, это всё только усложнит. Я не хотела зависеть от мужчины, как моя мама, но в итоге оказалась зависимой, влюблённой по самые уши. Глупость! Ведь вокруг полно парней, но кажется, я оказалась однолюбом или я себе это внушила? Я уже ничего не знаю." Джейн лежала, свернувшись калачиком, на небольшой кровати. В её глазах стояли слёзы, а по телу распространялась кровь, смешанная с горечью и болью.

4

Спустившись чуть позже, Генри нашёл Дрейка, стоящего как истукан возле входа в дом. Это выглядело для него так нетипично и странно, что тот с разбегу набросился тому на спину и начал трепать волосы. – Дружище, мы не виделись так мало времени, а ты такой грустный. Неужели из-за моего отсутствия над домом нависла туча унылости? – Дрейк скинул его с плеч и направился обратно на диван. Телевизор всё ещё работал, показывая какую-то комедию, которую он и до этого не особо смотрел и слушал. – Забей. На самом деле всё нормально. Так почему ты так долго затворничал? Что-то придумал? – перевёл тему Дрейк. – Ох, да, я за этим и спустился. Изобрёл жидкость, которая разъедает нам внутренности. Круто, правда? – широко улыбаясь, сказал он и протянул Дрейку закрытую склянку с чёрной жижей. – Выглядит отстойно. Зачем тебе нужно изобретать что-то подобное? Это может обернуться для нас плохо. Забыл, что сказать тебе, Реджинальд, когда ты изготовил вещество, смягчающее нашу кожу? – скептически, подняв бровь, спросил Дрейк. Жижа в склянке не выглядела так уж привлекательно. – Помню я всё. Но чем мне ещё заниматься? Это единственное занятие, которое вызывает у меня хорошие эмоции. Тем более, если я вдруг захочу помереть, мне не нужна будет помощь других вампиров, – заключил он, направляясь на кухню. Оттуда он вышел спустя мгновение и сел рядом с Дрейком. – Ладно, раз тебе это так нравится, но будь осторожен. Я пока не готов терять членов нашей небольшой семьи, – в его голосе проскользнула грусть. – Боже, кто превратил тебя в это? – смеясь, спросил Генри. – Не упоминай Бога при мне. Это для меня как тряпка для быка, – серьёзно заявил Дрейк. – Хах, кажется, мне нужно сменить локацию и расслабиться, иначе превращусь в прежнего себя, что совсем мне не хочется, – закончил он, вставая. Зайдя в комнату за курткой, Дрейк вышел из дома, попрощавшись с Генри до этого. – А я думал, посижу с кем-нибудь в компании, – сказал сам себе Генри, доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку. Закурив, он тяжело вздохнул.

5

– О, я думала, здесь никого нет, – спускаясь вниз, сказала Леонор, заметив Генри. – А я вот думал, что здесь будет много народу, как раньше, но такое ощущение, что когда я ухожу в затворничество, происходит что-то интересное. Ха-ха, – улыбаясь, сказал парень, оглядываясь на Леонор. – Не против, если я присоединюсь? А то в комнате так скучно, что можно умереть, – спросила она, указывая на место рядом с ним. – Чтоб умереть, тебе ещё постараться надо. Ха-ха, садись, конечно. Может, ты расскажешь, что тут происходит? – заинтересованно спросил Генри, затягиваясь и выпуская дым. – На самом деле, ничего интересного. Смертная, то есть Мария, теперь вампир, она пережила перерождение, – садясь рядом, ответила Леонор. По телевизору шла реклама, поэтому Генри смотрел на неё. – Вот как. А что насчёт Дрейка? Он был сам не свой, буквально недавно ушёл куда-то. Я давно не видел его таким... грустным, что ли. – Вот тут я без понятия. Да и не особо люблю лезть в жизнь других, – ответила девушка. Реклама закончилась, и продолжился фильм. Они иногда перебрасывались фразами, но большую часть времени молчали. Это не было неловким молчанием, просто обоих заинтересовал фильм.