Сообщение, которого не было

      – Все сидишь? Может, пойдешь спать?       Диван прогнулся под весом второго человека. О стол глухо звякнуло стекло бутылки. Тусклый свет от экрана высветил этикетку дешёвого пива.       – Не хочу.       Сэм мотнул головой, не отрывая взгляд от экрана. Пить ещё одну бутылку он не собирался. В нем уже было достаточно алкоголя, и охотник осознавал, что от ещё одной порции его просто вырубит.       – Старик, что случилось? – рука Дина коснулась плеча брата, – Ты не ешь нормально, сидишь допоздна, пьешь больше чем обычно. Ты вообще спишь?       В повисшей тишине раздавались лишь тихие щелчки клавиатуры.       – Сэм? – Голос старшего Винчестера был непривычно тихим.       – Что ты хочешь услышать? – с глухим стуком захлопнув крышку ноутбука, Сэм вскочил с дивана. – Понимаешь, я виноват, ошибся послушав Руби. Из-за меня свободен Люцифер. Из-за меня начался апокалипсис, и гибнут люди. Лучшее, что я могу сейчас сделать, это найти способ остановить все это.       В несколько широких шагов он пересёк комнату и развернулся обратно. Охотник не кричал, его тон оставался ровным, словно Сэм просто констатировал факты.       – От того, что ты себя истязаешь, апокалипсис не исчезнет. У нас есть работа. Много работы. И для этого нам нужно быть сытыми и выспавшимися.       Вернувшись обратно, Сэм тяжело плюхнулся на диван. Сгорбился, ощутив тяжёлую ладонь старшего брата.       – А есть смысл? Я сосуд Люцифера. Знаешь, что он сказал на то, что я убью себя, чтобы не дать ему воспользоваться моим телом? Что он воскресит меня.       Рука Дина, вновь касающаяся его плеча, закаменела. И как бы Сэму ни хотелось повернуть голову, чтобы посмотреть на лицо брата, он остался неподвижным.       – Знаешь, я попробовал. Когда мы разошлись, я понял, что ты не будешь осуществлять свою угрозу, и сделал это сам. Пустил пулю себе в голову. – Со стороны Дина раздался судорожный вздох. – Оказывается, отмывать свои мозги со стены довольно сложно.       – О чём ты говоришь? Какая угроза? – голос старшего охотника звучал как-то сдавленно, почти беспомощно.       Он смотрел на сгорбленную фигуру своего брата, будто не видел его никогда. Поверить в то, что Сэм, отчаянно верящий и считающий самоубийство грехом, пошел на подобное... Немыслимо.       В ответ младший лишь потер лицо руками и вздохнул.       – Та, когда ты сказал, что я монстр, и что пути назад нет. Только с видом монстра ошибся. Я не вампир, я антихрист, демон-полукровка. И я без понятия, как правильно убивать подобных мне. – По-прежнему ровный тон, вкупе со смыслом сказанного, заставил Дина замереть.       – Я никогда не говорил подобного, – Он яростно вскинулся, развернув Сэма к себе лицом, лишь сейчас заметив, насколько сильно у того заострились скулы и запали глаза. Откуда Сэм вообще взял эту чушь?       Подавив желание встряхнуть брата за плечи, он лишь озвучил последнюю мысль:        – С чего ты это взял?       Молча, Сэм потянулся за телефоном, лежащим на тумбочке, и, зайдя в голосовую почту, нашёл одно из сообщений.       Со все нарастающим ужасом Дин услышал собственный голос, слегка искаженный динамиком:       "Послушай меня, кровососущий урод. Отец всегда говорил, что мне придётся либо спасти тебя, либо убить. Что ж, я честно предупреждаю тебя. Я больше не буду пытаться тебя спасти. Ты — монстр, Сэм. Вампир. Ты больше не ты. И пути назад нет."       Он не говорил подобного. Даже будучи мертвецки пьяным и злым на брата, он бы не сказал ничего такого.       А ведь его Сэмми считал иначе.       – Захария. Этот пернатый мудак сказал, что тебя нужно подтолкнуть, – почти рыча, Дин сжал руку в кулак, – Я этого не говорил.       И по тому, как болезненно-безнадежно вскинулся брат, понял, что идёт в правильном направлении.       – Я никогда не говорил подобного. Нет, сообщение я действительно отправил. Но не это. Я извинился, сказал, что должен тебе хорошую взбучку, но мы все ещё братья. Этого я не говорил.       Лицо брата в тусклом свете, пробивающемся через тонкие занавески, выглядело по-детски беззащитным. Будто тот не верил в то, что слышал.       – Я этого не говорил. – Дин осторожно притягивает к себе не сопротивляющегося братишку и крепко сжимает в объятиях. Сэм обмякает, словно из его тела вынули все кости.       Запах перегара становится сильнее.       – А сейчас ты ляжешь спать и перестанешь себя истязать. Хорошо?       И чувствует, как Сэмми кивает.       Когда он наконец разрывает объятия, его плечо мокрое от слез брата.