Затемнение

Тишина висела в комнате тяжелым одеялом. Superstar Daycare спал. Ковры с яркими узорами лежали неподвижно, игрушки разбросаны по полу, словно дети исчезли в воздухе. Мерцающие гирлянды на потолке бросали движущиеся тени, словно живые, и воздух пах пластиком, пиццей и чем-то неуловимым, что заставляло нервно глотать воздух. Мун шел по коридору, держа маленькую Эмили за руку. Шаги были тихими, но каждый отдавался в груди. – Тсс… – шепнул он, наклонившись к девочке. — Не бойся, ладно… все будет нормально. Она сжимала его руку крепче, чем нужно, и он чувствовал ее трепет. Беспокойство смешивалось с легким чувством тревоги — будто темнота шептала ему что-то неизвестное. – Молодец… – продолжил он, почти шепотом. – Давай, покажу тебе звезды. Коридор растянулся, черный и длинный. Светодиоды моргали, создавая ощущение движения, что одновременно очаровывало и пугало. Каждый шаг отдавался в голове эхом. Девочка прижалась еще сильнее. – Черт, – пробормотал Мун мысленно, – все так тихо… как мир затих специально. И тогда в конце коридора он увидел ее. Охранница стояла неподвижно, свет фонарика освещал лишь часть ее лица, улыбка была слишком спокойной, слишком идеальной. - Опять ребенок? – тихо сказала она. Мун передал Эмили в ее руки. – Она хотела увидеть звезды, – пробормотал он тихо, – ну, делай уже… Девочка хотела что-то сказать, но в этот момент… дзынь! Будильник разразился громким, резким звуком. Мун подпрыгнул, глаза широко раскрыты. Перед ним была обычная комната: солнце пробивалось сквозь жалюзи, старый будильник мерцал красными цифрами — 6:30. — Ох… опять… — сказал он, чувствуя, как странное эхо сна еще тянется за ним. На другой кровати шевелился Сан. Волосы его, взъерошенные и рыжие, ловили свет и отражали его по комнате. — Утро? – протянул он, едва открыв глаза. — Еще не готов… – Да ну его… – тихо произнес Мун, потирая глаза, – еще бы несколько минут… Сан медленно потянулся и усмехнулся. – Хорошо, хорошо, Луне… – сказал он, слегка смеясь. – Вставай уже, ну давай. Мун искривил улыбку. Внутри оставалась легкая тревога. Тени сна еще не покидали его. Они ощущались в скрипе плитки, в свете, ложившемся на стены, в тихом шорохе тканей. – Фух… – выдохнул он, наблюдая за яркими красками комнаты, – сегодня будет день… не такой, как вчера. Сан уже суетился, собираясь, наполняя комнату энергией. Мун стоял тихо, чувствуя, как тревога тянется за ним, как тень. Она была холодной нитью между сном и реальностью, между светом и тьмой. Они покинули комнату. Солнце пробивалось сквозь окна детсада, раскрашивая яркие стены, игрушки и рассыпанные книги. Атмосфера заполнилась светом и шумом утра, но Мун чувствовал, что этот день будет другим. – Ох, ну и день… – тихо пробормотал он, глядя на детей, которые начали появляться в группе. – Все как-то… не так. И даже Солнце-Сан не мог полностью разогнать эту легкую тревогу, сидевшую в груди Муна.