Моё первое свидание

— Это...оно? — Я знал, что тебе понравится. — Да я просто в восторге. Когда Ноли, бога пустоты, разрушителя пространства, могущественное существо, приглашали на свидание, на которое почему-то он согласился, заставили отказаться от своей божественной формы, приняв вид жалкого плебея и по совместительству смертного, при этом не абы кто пригласил, а сам смертный, который к тому же похуже любой мигрени, он искренне думал, что для него подготовят нечто настолько грандиозное, то, благодаря чему он не будет сожалеть о своём выборе. Но он ошибся. Он решил довериться ему, но в итоге пошло под откос его понимание о людях и их понятиях страха. И... моральных нормах. Хотя чего он ожидал от такого парня, как он? Что он будет его восхвалять или, может, устроит ему жертвоприношение, принесёт ему дары или просто сводит в красивое место? Да, великая пустота, он ожидал всего, но не этого! В конце концов он же бог, а не какая-то профурсетка. — Нет. Ты серьёзно хочешь, чтобы я курил шмаль? — с искренним недоумением спросил его Ноли, уставившись на два пакетика, которые Севен держал так, будто это САМАЯ ахуенная вещь, что богу доводилось видеть. Короче, он очень гордился собой. Ноли по лицу это видит. — Не, ну а чё? Между прочим, это лучший сорт, торчки с уника подогнали. Знаешь, как сложно было выторговать эти злоебучие два пакетика? Я жопу за них рвал. — Севен махал перед его лицом травкой, на что Ноли лишь слегка поморщился и оттолкнул его руку от себя. — Как же ты страдал, больные раком по сравнению с тобой живут самой лучшей жизнью. Они стояли посреди аллеи, где-то вдали от основных улиц, насколько Ноли мог судить по их пустованию. И ему было некомфортно по двум причинам. Первая: он не в восторге от идеи, которую придумал этот на ментальном уровне гидроцефал. Вторая, уже из первой вытекающая: он не знает, что с ним будет из-за его нового тела. Он прикрыл глаза, обдумывая решение, и впервые он был благодарен 007, что тот просто стоял и терпеливо ждал, вместо того чтобы снова начать уговаривать. Не всегда он такой надоедливый кретин. Итак. Будь он в форме бога, скорее всего, ничего бы он и не почувствовал. Так же, как он не нуждался во сне, потому что не чувствовал усталости как таковой. С алкогольным и наркотическим опьянением точно так же. Для него это был всего лишь странный вкус и запах без какого-либо эффекта. А этот нахал, видимо, о чём-то догадывался, потому что выглядел слишком жизнерадостным, когда просил его об услуге: «Ну стань человеком. Бля буду тебе понравиться!». Кстати о новом теле, по ещё одной просьбе 007, теперь его маска полностью слилась с его лицом, так что гниющей плоти больше не видно. Если приглядеться можно было увидеть его сверкающие фиолетовые глаза, но не суть. Сейчас он, в каких-то обносках в фиолетовых тонах, которые дал ему Севен по причине, что они ему подходят, и с тёмно фиолетовыми дредами, которые выбрал уже сам Ноли, стоит перед парнем, что пригласил его на свидание, и нервозно поглядывал на перемолотую траву. Ситуация.. Интересная. Волнительная. — Хорошо. Я согласен. Но чтобы ты знал, эта идея абсолютно, на все 150 процентов ужасна, и, клянусь моей звездой, я забуду о том, что ты произвёл на меня впечатление, и уйду сразу же, как только хотя бы одним нейроном предположу, что я не хочу здесь более оставаться. — он окончательно открыл глаза, подняв их на Севена, что всё это время смотрел на него, чуть наклонив голову. Хакер расплылся в улыбке, прищурив глаза, а потом сжал кулак и дёрнул его вниз, выдавая из себя шипящее «Йес!». Как понял Ноли, это он так радуется. — Да я тебе отвечаю, приход мгновенный, если, конечно, те не наебали. — Севен приблизился к нему, кладя руку через его плечо, и потащил к ближайшей скамейке, а потом шёпотом добавил, отводя голову в сторону: — Что навряд ли, потому что они знают, что я могу найти их и отпиздить. Ноли решил проигнорировать последнюю фразу. Если не считать той встречи в подпространстве, то это было первое их соприкосновение, пусть и через ткань. Не то чтобы не приятно, может немного странно. Возможно из-за нового тела, нужно просто привыкнуть. Ноли шумно выдохнул, стукая себя по лбу. — И ради этого я стал человеком. — Напомню, что если бы ты припёрся сюда в своей супермегакрутой неотразимой всепоглощающей форме, то это привлекло бы излишнее внимание, и тогда бы проходу бы не давали, и каюк пришёл бы нашему процессу. Так что не буркуй и давай уже накидаемся. — он широко улыбнулся. Они дошли до скамейки, Севен вальяжно плюхнулся на неё, Ноли же постарался сохранить чувство собственного достоинства, просто сел, скрестив ноги. Пусть он теперь и в форме человека, забывать кто он по природе, в планы не входило. На это 007 лишь усмехнулся, потом он достал из кармана два слегка смявшихся листа бумаги, на которых можно было различить формулы и куча нарисованных мужских гениталий. Один протянул Ноли, а в другой сам начал быстро засыпать траву, что-то впихнув в уже как-то скрученный косяк. Причём он делал это так аккуратно, будто у него в руках находилась фарфоровая статуэтка стоимостью с его почки. Ноли наблюдал за этой работой ювелира, потом посмотрел на лист бумаги и пакетик, щедро отданный девиантом. Руки застыли в воздухе, нависая над дарами волхвов, не понимая с чего начать. Севен повернул к нему голову, наблюдая за тем, как бог не предпринимает абсолютно никаких действий по отношению к его заработанному сокровищу. — Ты хоть знаешь, как это делается, да? — он немного наклонился, чтобы видеть не только его профиль. Ноли посмотрел на него и приподнял бровь. — Я похож на того, от кого шмалью за километр несёт? — Нет, ты похож на импотента. — Севен выдал из себя издевательский смешок и тут же заткнулся, когда увидел, что Ноли смотрит на него так, будто щас на месте 007 останется пустое место — Ладно, всё всё молчу. Не пили меня взглядом, а то ослепнешь. — снова абсолютно не обратив внимания, но внешний вид Ноли — Давай ка я лучше покажу. Он придвинулся ближе, отобрав листок и возвращаясь на своё место, и принялся проводить мастер-класс, как создать игрушку, а потом накуриться в хламину. — Значит, засыпаем мы эту бандуру на лист, вставляем фильтр, у меня самодельный, но лучше тебе не выделываться по этому поводу. И начинаем закручивать. Важно делать это не спеша, чтобы ничего лишнего не высыпалось. Напомню, это сокровище добывалось потом и кровью. — удивительно, он и правда делал всё аккуратно, чётко следуя своей инструкции. Такой сосредоточенный, такой серьёзный. Ноли подпёр щёку рукой, смотря на того, кто так старается для него. Как слегка поджаты его губы, как профессионально он всё делал. Было приятно. — Разве ты не можешь просто, ну.. Украсть? С твоими-то возможностями я думал, это не такая большая проблема. — на это заявление Севен, закончив наконец-то закручивать косяк, закатил глаза. — Ты правда хочешь знать? — он приблизился к его лицу, смотря на глаза через маску. Взгляд был как у лисы, будто читал мысли Ноли, а после выдал свою тайну, качая головой влево-вправо. — Мне просто пиздец как лень. Код писать новый, настраивать его. Геморрой полнейший. А если ещё и спалят снова, придётся по закоулкам прятаться. Найдут — выебут без смазки. — А ты, я смотрю, прям красноречив на слова. — всё ещё подпирал лицо ладонью, с издёвкой произнёс Ноли. Севен цыкнул куда-то в воздух, вручая в руки сто раз доделанную трубку и указывая пальцем, чтобы тот сунул её в рот. Ноли так и сделал. — Так хорош тянуть кота за яйца, приступим. 007 призвал с00lgui и, быстро набрав заготовленный скрипт, поджёг свой косяк. Дым тонкой струйкой сразу пополз наверх, источая из себя характерный запах, от которого тошнить хочется, но Севену, видимо, норм. Всё в целом было бы и хорошо, только Севен взмахом убрал свою панель, а у Ноли так ничё ещё и не горит. Он скрестил руки, ждя объяснений от 007. — А я? — Ноли успел приподнять бровь, и лицо Севена оказалось внезапно близко к нему. — А вот и ты. Он держал косяк между пальцами, горящей стороной прислоняя к косяку Ноли. Нужно было какое-то время, чтобы он разгорелся, так что оставалось только ждать. Это была бы неловкая сцена, если бы им с Ноли не было плевать. Они как будто проделывали это каждую неделю, как старые знакомые. Как те, кто давно друг друга знал. У Севена были чуть закрытые глаза, он смотрел только, чтобы косяк не перегорел. А вот Ноли смотрел прямо на него, и ему было отчего-то спокойно. Даже прежние переживания насчёт этой затеи на его фоне казались не такими идиотскими. Он всё ещё не понимал этого человека, но, находясь к нему так близко.. — Ты держи-то её, — Ноли не заметил, как начал расслабляться, и рот слегка приоткрылся. Благо Севен успел сомкнуть его челюсти, так что всё обошлось. Косяк тлел, и 007 отодвинулся, гордясь картиной, которую провернул. Ноли предположил, что всё это было, чтобы повыкобениваться, но в целом он и не против. — Это очень интересный способ поразить человека, ты знал? — Ноли усмехнулся, складывая руки на груди. — Ой, да завались ты. Если ты всё ещё собираешься тут сидеть, лучше держи косяк крепче. — Севен чуть наклонил голову, смотря на бога, и показал три пальца, — На счёт три вдыхай, первую пробу отдаю тебе. Раз. Два. Три! Сделав неуверенный медленный вдох, Ноли сразу почувствовал, как лёгкие заполнились едким дымом, а мышцы потихоньку начали расслабляться, будто он проснулся после векового сна. Перед глазами замигали маленькие разноцветные точки, чувство эйфории пришло мгновенно. И если раньше у него и оставались дольки сомнения, то теперь по ощущениям их сначала избили, а потом накачали. Голова шла кругом, в хорошем смысле, хотя она и просто кружилась от никотина. Так что единственное, что мог из себя выдавить Ноли, после того как выдохнул дым, это: — Господи. Севен громко и звонко рассмеялся от реакции Ноли, и начал трясти его за плечо, в то время как сам Ноли мог ели фокусировать взгляд перед собой. — Вооо, пошло дело, пошло. Я же говорил, что ебать прёт. А это только первая тяга. — дальше он сам резко и глубоко вдохнул, откидываясь на скамейку, и, выдохнув дым, жизнерадостно произнёс, повернувшись к Ноли, что пытался привыкнуть к новым ощущениям: — Продолжим.

***

— И вот, эта обосанная манда пытается указать мне на мои же ошибки в моей же системе. Типа помочь хочет. — Севен делает паузу, всасывая вредный дым. Выдохнув его, он очень энергично начинает тычет пальцем в небо — Да иди ты в пизду со своими советами! Ноли без понятия, сколько времени прошло с того момента, как он тут оказался, может, Севен говорил что это на минут 15, но по ощущениям часа 3. Одно известно точно, ему сейчас спокойно. Он чувствует, как парит в пространстве, где нет ничего, кроме его самого. И это не как пространство, пустое под стать ему. Оно ласкающее, призывающее к себе. Проще говоря, как бы сказал Севен, он под ебучи злоебучим кайфом. Ноли чувствовал, или уже скорее не чувствовал, как всё его тело стало ватным, а звуки чуть приглушёнными, так что нужно было хорошо так напрячься, чтобы на чём-то сфокусироваться. Его голова лежала на спинке скамьи, глаза прикрыты от пришедшей эйфории, и если бы не тараторящий 007 рядом, то, возможно, он бы тут и отрубился. И, скорее всего, всё было бы очень плохо, ведь он тогда бы ВООБЩЕ ничего не контролировал и принял бы своё обличие. Ну хоть бы избавился от этого принудительного расслабления.. —..дец. Ты вообще со мной? Алёёё. — Севен пару раз похлопал перед его лицом, пытаясь привести в чувство, взамен Ноли повернул голову к нему, одаривая его помутневшим взглядом. — Ебать тебя разматала, конечно. Если ты от этого в таком состоянии у меня, то что же будет после 40 градусов? Ноли, не поднимая головы, положил руку на его лицо и несильно, но упорно отодвинул Севена от себя. — Между прочим это твоя вина. — он попытался ткнуть его в грудь, но из-за слабости рука полетела вниз, как только столкнулась с телом. — Между прочим, ты согласился. Мог бы и послать пососать. — он немного потупил, а после усмехнулся, возвращаясь в прежнее положение. — Ну или просто послать. Ноли проигнорировал плоскую похабную шутку и вновь уставился на небо. — Ты слишком мне понравился. Тут отказ был как неповиновение последователей мне. — Ох, я так польщён. — он положил руку на грудь, принимая похвалу. А потом как понял — Так, погоди-ка. Какие ещё последователи? 007 резко поднялся, смотря на Ноли своими округлёнными глазами, красоту которых можно было видеть даже под очками. Ноли молчал, а потом усмехнулся, отворачивая голову от Севена. Самого Севена такой ответ не устроил. — Ты чё молчишь в пизде торчишь?! Отвечай! И что за смех? — Да я вот думаю, ты так на меня хотел произвести впечатление, всё обо мне разузнал, нашёл меня. — медленно проговорил Ноли с разной интонацией и глюками в голосе, которые начали возвращаться. Он вернул голову и, приподняв бровь, издал смешок, — Как ты не узнал, что есть культ, созданный в мою честь? Повисло молчание, после которого Севен прикрыл ладонью глаза, откинувшись на спину, и выдал протяжное: — Бля. Тут же раздался громкий глючный смех, изредка прерывавшийся, чтобы резко набрать воздуха и снова продолжиться. Тональность звука менялась каждую секунду: то она была безумно высокой, как у оперных певиц, то опускалась до рёва медведя. Севен приподнял ладонь с глаза, смотря, как Ноли, скрючившись и упираясь руками о скамейку, истерически напрягал свою диафрагму, по-простому смеялся над ним. И вот, когда казалось, что он перестанет, из его рта с новой силой вырывался поток помех. — Ладно всё харош. Я понял, я проебался. — тот пристал и начал оправдываться — Но в свою защиту скажу, что я искал тебя по частицам кода твоей звезды. И если бы я наткнулся на какое подобие твоего культа я бы об этом узнал. Севен начал трясти его за плечо, чтобы тот прекратил выплекс рандомных звуков. И Ноли прекратил, тяжело дыша, иногда издавая мелкие смешки. А потом, сделав громкий выдох, откинулся назад. — В целом, ты бы ничего дельного там не нашёл бы. Только сгнившие трупы животных, всякие побрякушки, куча свечей, ну и этих жалких существ. — Ноли покрутил кисть куда-то в сторону, — Кроме того, что поклоняться моей статуе, читать молитвы и восхвалять меня, они не умеют. Но признаюсь, такое коленопреклонение, такое чинопочитание, мне оно приносит особое удовольствие. — Севен наконец-то отпустил его, но сам он как-то странно улыбнулся. — А как же та часть про неповиновение? — он прищурился, как кот, что Ноли показалось это забавным сходством. Он же не кот, он гиена. — Ты любишь цепляться за слова. Единственное жёсткое действие, что я проявлял по отношению к ним, это убил одного из последователей. — Прям убил? — он с интересом слушал его, приблизившись к лицу. В голосе была издёвка, 007 явно нарывался, подначивал. — Прям размазал по стенке, что от него осталось только мокрое место. А всё, что не превратилось в мокрое место, разлетелось по церкви. — в ответ Ноли точно так же приблизился к нему и будто специально сделал свой голос более низким. 007 закатил глаза. — Ты не представляешь, как это вкусно звучит. Я ж есть захотел. — какой же он дурной. — Своих последователей не дам есть. — Ноли отстранился и смотрел на Севена, одновременно веря и не веря в его возможности. Хотя больше веря — Уж прости, я ещё в вменяемом состоянии. — Да не бля. Я тоже ещё не настолько упоротый, чтобы есть человечину. — А я думал, ты таким родился. — А ну цыц. — он сделал движение пальцами, чтобы собеседник замолчал. Со стороны, — В общем. Помнишь пиццерия папенькиного сынка? Там пицца просто отвал башки. Сынок, правда, у них припизнутый, не особо меня любит. Но в целом... А знаешь. А поехали туда? Севен вскочил со скамейки, что аж Ноли слегка дёрнулся, и начал вызывать с00lgui явно для команды. На что сам Ноли приподнял бровь, удивляясь, во-первых, тому, как он вообще был таким резким, если пару минут назад он валялся пластом, во-вторых, тому: — А мне то зачем? — А ты предпочитаешь гнить тут? Ноли бы с радостью остался здесь, ну или вернулся бы к себе «домой». Взгляд ещё был расфокусированный, а тело тяжёлым, но, как он себе уже говорил, Ноли сам на это согласился. Да и пока что не особо-то он и жалел. Немного повтыкав на вытянутую руку Севена, он начал подниматься. Ничего же плохого не должно случиться, верно? — Ладно. По коням.

***

— Пошёл вон. — Да ладно. Ты не можешь нас выгнать. Клиент всегда прав. Может быть Ноли переоценил себя. Ну, или свои мысли. Или этого молодого человека. Но стоило им перешагнуть порог пиццерии, Ноли сразу же встретил фотографию с тупым лицом, которая висела в рамке «Чёрный лист», а потом услышал и ор одного из работников, стоящего за кассой. Это привлекло внимание посетителей, что теперь вжались в свои диванчики, а некоторые начали потихоньку покидать пиццерию, надеясь, что их не заметят. Ноли видел, как большая часть взглядов была приковано к нему, хотя и Севена это стороной не обходило. И, в отличие от божества, он знал, что так будет. Вот же подонок. Внимание он не хочет привлекать, ага. Поверил, ну и бредятина. — Повторяю, если не покинешь пиццерию со своим новым другом в течение минуты, я вызову властей. — последняя фраза заставило Ноли отвлечься от разглядывания деревянных досок под ногами. Он посмотрел на Севена, который на этого заявление заулыбался ещё больше. — Ой, да брось. Я тебе привёл нового покупателя, а ты оказываешь ему не самое лучшее первое впечатление. Где же твои манеры Эллиот? Он же теперь не придёт больше к тебе! Ай-ай-ай. — Севен покачал головой, будто он отчитывал мальчишку за украденную конфету, которую скорее всего сам и украл. Но было видно, как ему это нравиться. Когда он перестал издеваться над бедным сотрудником и громко хлопнул в ладоши, перепугав этим всех людей включая Ноли, — Ах, я же вас даже не представил. Он сделал шаг назад, хватая Ноли за руку и притягивая к себе. Как только тот приблизился, Севен перекинул руку через его плечо и с самой торжествующей улыбкой, что у него была, смотрел на парня с красным козырьком перед собой. — Ноли, это Эллиот, истеричка на все 10 из 10. Эллиот, это Ноли, мой возможно новый парень, но пока это не ясно. — он махал руками то перед Эллиотом, то перед Ноли, представляя их, будто им это было важно. Лицо у Эллиота становилось всё злее, а Ноли начанало надоедать это представление. Пусть и не сразу он это понял, но ему хотелось уйти. Даже не от мысли, что возможно скоро перед дверьми пиццерии окажутся админы, и не от всеобщих взглядов устремлённых в его сторону. Он просто знал, что этот его новый парень выдаст какую нибудь хрень от которой у него начнёт дергаться глаз. Севен ещё спорил о чём то с Эллиотом, да так увлечённо, что складывалось впечатление, что о нём забыли. — Да мне плевать на твоего нового друга. Если честно мне его жаль, что он выбрал тебя. Посмотри на себя, ты же урод! А вот будь Ноли у себя, ему бы не пришлось ждать, пока наступит хоть какая-нибудь развязка. Хотя, если так подумать, возможно, она уже наступила, только не с ним. Люди всё ещё таращились на него, и как же это бесило. Он любил, когда на него смотрели с ужасом. Но сейчас на него смотрели лишь с мыслью «Кто это?», «Это один из прихвостней 007?». В их глазах не было страха, только недопонимание. Мерзко. — Да хоть четырежды в чёрном листе, как будто меня это когда-то останавливало! Хотя нет. Всё это началось, когда он нашёл его, а Ноли, в свою очередь, его не убил. Но кто бы устоял перед его речами? Пусть в них было столько же смысла, сколько в надежде, что Ева не съест запретный плод. Но он ему понравился, правда. И нелепый прикид, и манера речи. Что-то в нём было. То, чего смог разглядеть только Ноли. Хотя если его сейчас спросить, он не ответит. Но всё же.. — Ноли! — его наконец-то выдернули из мыслей пока его как он думал бросили. Севен развернул его к себе, смотря на него так, как когда-то смотрел на него при их первой встрече, упирая руку в бедро. Божество ждало, не издавая звука, пока парень перед ним хоть что-то скажет. В свою очередь Севен просто недоумевающее смотрел, приподняв бровь. — Ты чего? — взгляд 007 был направлен только на него, так что Ноли начало казаться что о нём и правда вспомнили. Он немного ещё постоял на месте, после чего вздохнул, стараясь успокоить себя. — Я хочу уйти. — твёрдость в его голосе была слышна, даже за редкими глюками, что начали появляться. — Серьёзно? Мы только пришли! — грустно проговорил Севен, делая страдающее выражение лица, а потом он шёпотом добавил, приближаясь к лицу Ноли — Давай, может, хотя бы разрушим это место? Ну знаешь, мой c00lgui и твоя звезда. От пиццерии и пустого места не останется! Вот именно такой херни Ноли и ожидал. Севен по-злодейски улыбался, рассчитывая, что ему не откажут. Но вместо этого Ноли вздохнул ещё раз, потирая переносицу. — Нет. Пожалуйста, давай уйдём. Ноли поднял на него глаза, в надежде, что они наконец-то уйдут. Только вот Севен пропустил второе предложение мимо себя, наклонив голову, как полный идиот. — В смысле нет? После такого, Ноли не выдержал. Он сжал свои руки и чуть ли не заорал. — Да в прямом, мне надоело! Признаюсь, твоя идея была необычная, местами я даже думал, что, может, ты не такой тупой, каким кажешься. Но все твои попытки казаться умнее, оказывается, упираются в привлечении внимания. Ты ведь специально сюда пришёл, да? — Ноли раздвинул руки в стороны, обхватывая всю пиццерию, в его голосе стало появляться всё больше помех, из-за чего многие слова повторялись несколько раз. Он начал походить на заезженную пластинку, и было уже плевать, что теперь все на них смотрят. Севен, сначала ошарашенный внезапным выпадом бога, теперь тоже выглядел раздражённым. Парень за стойкой начал медленно отходить назад, пока совсем не скрылся в соседнем помещении. Как его там, Эллиот? Да не важно. — Ну знаешь ли. — он сложил руки на груди — Твоя компания на самом деле тоже была не такой уж и прекрасной. Я как будто всё это время общался с бабкой, которая застряла в прошлом. Да что уж там, с табуретом было бы интереснее общаться, чем с тобой. У тебя же эмоциональный диапазон как у зубочистки! — Севен ткнул в Ноли пальцем, и в этот раз его руку отдёрнули намного сильнее, чем в прошлые разы. У бога уже начинал дёргаться глаз, а по ощущениям ещё чуть чуть и он проткнёт ногтями человеческую кожу. Ещё немного, и он вернётся в своё тело, разнесёт здесь всё, как и просил Севен, а ему самому раскрошит голову и будет это делать так медленно, пока не услышит, как тот кричит. — До твоего уровня просто опускаться не хотелось. Лучше быть эмоциональным инвалидом, чем человеком, который даже слушать не умеет! Севен хмыкает, но без издевательской ухмылки, что не может не радовать Ноли. Но в ту же секунду он снова смотрит на него так, будто уже выиграл его в этом споре. Он улыбается — Ооо, так ты всё же признаешь, что ты не лучше меня? И наступает тишина, довольно долгая для ссоры, в которой один уже строил план убийства. Довольно долгая, чтобы второй перестал улыбаться. Посетители, которые, наверно, уже десятый раз молились Спавну, чтобы они сегодня выжили, теперь тоже ждали конца этого шоу. Даже шума печей не было слышно. В это время Ноли молча стоял, брови больше не были сведены к переносице, а сам он выглядел, как олень при свете фар. Он повернулся к нему спиной, пряча лицо в ладонях и поднимая голову к потолку. Он шумно выдыхает и слишком спокойно произносит: — Пошёл нахуй, Севен, просто пошёл нахуй. Он устало уронил руки и немного разворачиваясь к 007, так что видно было только его профиль. Руки всё ещё лежали на лице, поэтому он не мог смотреть на Севена. Зато Севен мог смотреть на него, чем он щас и занимался. Не зная, что делать, он протянул к нему руку. — Ноли, ты.. — Администрация Роблоксии! Советую поднять вам руки, чтобы мы их видели! Оба резко развернулись ко входу. Прямо на проёме стояли Думбрингер, Дуед, а за ними пару полицейских машин. Эллиот всё же вызвал их, мудовзон. Пока Севен пытался переварить всё происходящее, Думбрингер начал медленно подходить к ним, держа в руках этот ахуенно большой молоток. Вряд ли гвозди заколачивать. На телепортацию нужно время, которого у них, сюрприз, уже нет. Остаётся дать бой. Севен вызвал панель, но его руку резко схватили за предплечье. Он повернул голову, его держал Ноли. Всё произошло так быстро, но Севен точно запомнил, как Ноли поднял свою свободную руку и звезда материзовалась в ней. Она засияла ярко, ослепив всех кроме собственника. Ещё он запомнил серьёзное выражение лица Ноли, и насколько холодные были его руки. Прошла секунда, и они очутились на какой-то крыше огромного здания, далеко от пиццерии. Прошло ещё три секунды, и Ноли отпустил руку Севена. Он отвернулся от него, отходя в сторону, пряча руки в толстовке, которую Севен любезно отдал. Кстати, делает так впервые за всё то время, что он был в ней. Севен смотрел на него, они больше не ругались, но чувство напряжения осталось. Он немного походил по крыше, смотря на город перед собой, и неуверенно начал: — Наверное, я должен сказать спасибо, что не оставил меня там. — Он потёр затылок, отворачиваясь от Ноли. Он не видел его лица, но почувствовал, как тот закатил глаза. — Наверное, я должен радоваться, что ты соизволил меня отблагодарить? — На удивление, он ответил, а не наградил Севена порцией игнорирования. По глюкам, которых уже не было слышно, можно было понять, что Ноли не злится. Он просто разочарован. — Что ж, в таком случае не за ч… — И прости, что вёл себя как последний мудак, что не слушал тебя и что подверг нас опасности. — На одном выдохе выпалил Севен. Возможно, эти слова и дались ему нелегко, но он их сказал, и уже, впрочем, неважно. Ноли повернулся к нему. Севен смотрел на него так, будто вот-вот расплачется на месте. Что, конечно же, было неправдой, потому что это же Севен. Он выше этого. — Хочешь знать моё мнение? — Ноли саркастично обратился к нему. Севен молчал. — Я считаю, что да, ты мудак, что да, из-за твоей инфантильности мы чуть не оказались в Банленде, и что да, ты урод, как и говорил Эллиот. После каждой фразы он приближался к Севену на шаг, пока не оказался совсем близко к нему. Севен старался не смотреть на него, упирая свой взгляд куда-то в пол. Ноли же смотрел на него строго, как будто выносит приговор. Он поднял руку, и Севен зажмурил глаза, готовясь к удару. Он это заслужил, как-никак. Ещё секунда, и… Он прописал щелбан. Севен растерянно распахнул глаза, глядя на Ноли. Тот улыбался, прищурив глаза, и точно не выглядел так, словно хотел с Севена шкуру содрать. — И я принимаю твои извинения. Пять слов — и Севен стоит как вкопанный, а внутри его головы мартышка, хлопающая в тарелки. Он начал быстро моргать, метая глазами по сторонам. — И-и всё? Ты что, не злишься? — Слушай. Свидание, признаюсь честно, было отвратительным, ужасным, кошмарным, нелепым, фу, иу… — Да понял я! — Севен обиженно прикрикнул, отчего Ноли засмеялся. — Но также я признаюсь, мне было весело. Спустя столько времени я почувствовал себя… Живым. — Он начал расхаживать по крыше и рассказывать так, будто он лектор на сессии у Севена. Никогда 007 не думал, что увлечённые своими впечатлениями люди так могут приковывать к себе внимание. А Ноли продолжал: — Когда мы с тобой ругались, я испытывал такой гнев, что мне казалось, что я взорвусь на месте. Ещё никто не вызывал у меня таких эмоций. Он остановился, переводя дух, и посмотрел на Севена. Тот всё ещё стоял, будто бетон съел его ноги, но теперь у него было не такое лицо, словно он стоит на эшафоте. Подул ветер, и волосы Севена слегка начали качаться. Боже. Как же это слащаво, ужас. Севен прикрыл глаза, хмыкая. — Если тебе интересно, я хотел подарить тебе цветы. Я думал, это будет хорошим финалом свидания. — Он глупо начал чесать свою щёку, смотря куда-то в сторону, а потом вновь на Ноли, на что Ноли пожал плечами. — Никогда не поздно. Как по команде, Севен призвал панель и начал быстро что-то вводить. Спустя пару секунд в его руке оказались цветы, которые он быстро протянул Ноли. Они были чёрные с ярко-красной обводкой, сама их форма напоминала календулы. Они ничем не пахли, но сами выглядели безумно красиво. Ноли крутил их в руках, потом взял один цветок отдельно и начал отрывать по одному лепестку. — Да-Нет, Да-Нет. — Ты что делаешь? — удивлённо уставился на него Севен. Ноли мило посмотрел на него. — Спрашиваю у цветка: достоин ли ты быть моим парнем. Нелепо и глупо. Не под стать Ноли, божеству, разрушителю пространства. Но Севен сжался. Он надеялся, что лепестков хватит, чтобы дойти до «Да». После каждого нового слова у Севена перехватывало дыхание. — Да. — Он вырвал ещё один. — Нет. — И ещё один. — Да. — И ещё. — Нет. — И ещё. — Да. Последний лепесток упал на землю. — Нет. Ответом было «нет». — Это значит, не будешь? — Севен обречённо посмотрел на цветок с одной сердцевиной. — Цветов ещё много. Может, на каком-то тебе и повезёт. Но продолжу я уже у себя. Пусть это останется секретом, пока мы не встретимся. Хочу ещё полюбоваться ими, пока не изуродую все. Ноли продолжал осматривать букет, улыбаясь ему. Севен облегчённо выдохнул, уже представляя, как проберётся к Ноли и лично пересчитает лепестки, чтобы добавить новых. Но тут он кое-что осознал, осмотревшись вокруг. — Кстати, а куда ты нас отправил? И в этот самый момент из двери, ведущей к лестнице, вышел Шедлетский. Видать, хотел подышать воздухом. Но его планы тут же сорвались, стоило ему распахнуть дверь. Он уставился на парочку, которая точно так же смотрела на него в ответ. И вместо того, чтобы позвать кого-нибудь или самому задержать их, Шедлетский просто медленно начал закрывать дверь. Как только она защёлкнулась, Ноли и Севен переглянулись. — Ты что, серьёзно нас телепортировал прямо в штаб-квартиру Роблокса? — Севен приподнял бровь, усмехаясь. — Я запаниковал. — Ноли тоже засмеялся над абсурдностью всей ситуации. — Зато я знаю, что теперь Шедлетский — мой любимый админ. — Согласен. Но давай-ка лучше на всякий случай уйдём отсюда. А то вдруг и правда выебут без смазки.