Вино и булки

Первые лучи утра робко пробивались в комнату, цепляясь за пылинки в воздухе. Секби медленно открыл глаза, и его взгляд упал на спящего Хайди. В мягком рассветном свете он казался почти нереальным. Тонкие полосы света ложились на его торс, всё ещё перетянутый чёрными кожаными ремнями портупеи. Кожа под ними была слегка покрасневшей, а сами ремни — ослаблены, но всё ещё на месте. Он осторожно, чтобы не разбудить, протянул руку и провёл пальцами по кожаному ремню, лежащему на рёбрах Хайди. Тот шевельнулся во сне, его рука инстинктивно потянулась к тому месту, где только что была рука Секби, и легла поверх неё, прижимая её к ремню. Секби замер, наблюдая, как его тот медленно возвращается к сознанию. Первое, что увидел Хайди, открыв глаза, — это лицо Секби, освещённое утром, и его руку на своём теле. На его губах появилась медленная, сонная улыбка. — Проверяешь, настоящий ли? — прошептал он, его голос был хриплым от сна. — Запоминаю, — так же тихо ответил Секби. Его пальцы снова задвигались, теперь уже скользя по коже между ремнями, ощущая подушечками следы, оставленные тугой кожей за долгую ночь. — Чтобы потом, когда снимешь, знать, где целовать. Хайди прикрыл глаза, беззвучно наслаждаясь прикосновением. Он потянулся, и ремни слегка заскрипели, а мышцы на его животе напряглись. — Может, не стоит снимать? — пробормотал он, полувсерьёз. Секби фыркнул, но его глаза сияли. Он наклонился и прижался губами к тому месту на плече Хайди, где пряжка ошейника впивалась в кожу. — Дурак, — сказал он прямо в его кожу. — Ты и без неё... незабываем. Он почувствовал, как Хайди вздрогнул от его прикосновения и слов. Сильные руки обвили его, притягивая ближе, и их тела сплелись. Ремни давили Секби в грудь, но это было знакомым, почти приятным давлением — напоминанием о ночи. — Кофе? — наконец выдохнул Хайди, неохотно отпуская его. — Или ты так и будешь меня тут разглядывать? — А что, плохой план? — ухмыльнулся Секби, но всё же позволил ему подняться. Он наблюдал, как Хайди идёт к кухне — его спина, прочерченная ремнями, казалась ещё шире в утреннем свете. Когда Хайди вернулся с двумя дымящимися кружками, Секби сидел, прислонившись к изголовью, и смотрел на него. Он принял свою кружку, их пальцы встретились. — Спасибо, — сказал Секби, делая глоток. Хайди сел на край кровати, его спина была к Секби. Он повернул голову через плечо. — Это тебе спасибо, — он помолчал. — Оно того стоило, — прошептал он. — Хайди обернулся, его лицо было серьёзным. Он взял руку Секби и поднёс её к своим губам, поцеловав костяшки пальцев. — Значит, повторим? — в его глазах снова заплясали озорные огоньки. Секби рассмеялся, чувствуя, как по его щекам разливается румянец. — Чёрт возьми, да, — ответил он. — Обязательно повторим. Несколько минут они лежали в полной тишине, приглушённой только мирным дыханием и далёким гулом города за окном. Секби уткнулся лицом в шею Хайди, вдыхая его запах — смесь дорогого геля для душа и кожи. Его ладонь лежала на груди Хайди, и он чувствовал под пальцами ровный, спокойный ритм сердца. Но внутренний компас Секби, откалиброванный годами, начал подавать тихие сигналы. Он с глубокой неохотой приподнялся на локте, его тёплое место на плече Хайди сразу же заполнилось прохладным воздухом. — Ладно, пора... — тихо сказал Секби, его голос был хриплым от нежелания нарушать этот покой. — Нужно домой, переодеться, привести себя в порядок. Пальцы Хайди, лежавшие на его спине, мягко сомкнулись вокруг его предплечья. — Уже? — Хайди не открывал глаз, его губы растянулись в ленивую, сонную улыбку. — Утро только началось. Ещё рано. Останься ещё хоть на полчасика. Он потянулся, и его свободная рука легла на талию Секби, мягко притягивая его обратно. — Я бы с радостью, но мне правда надо, — Секби осторожно, но настойчиво высвободил руку и сел на край дивана, потирая лицо. В тот же миг рука Хайди вновь легла на его плечо, на этот раз чуть более ощутимо, пальцы слегка впились в мышцу. — Ещё полчаса, — Хайди снова потянулся к нему, обхватывая талию. — Ну что тебе стоит? В этот момент Секби почувствовал лёгкое напряжение. Настойчивость была приятной ночью, но сейчас, при свете дня, начинала немного душить. — Я обещал... — Секби снова попытался подняться, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. Но Хайди легонько, но твёрдо придержал его, не давая встать. — Все твои дела могут подождать, — он наклонился ближе, и его дыхание коснулось щеки Секби. Секби почувствовал, как его раздражение растёт, смешиваясь с тревожным холодком в животе. Эта настойчивость, прикрытая бархатным тоном, начинала его душить! — Хайди, — его собственный голос прозвучал резче, чем он планировал. Он отстранился, разрывая контакт. — Я сказал, что мне нужно идти. Он решительно встал с дивана, спиной к Хайди, и начал быстро собирать свою одежду, разбросанную по полу. Он чувствовал на себе тяжёлый, пристальный взгляд. Хайди не стал удерживать его силой, но молчание за его спиной стало давящим. — Жаль, — наконец произнёс Хайди. Его голос снова стал ровным и спокойным, но в нём появилась тонкая, ледяная прожилка, которой там не было секунду назад. — А я уже представил, как мы позавтракаем. Но, видимо, ошибся. Секби не ответил. Он торопливо натягивал джинсы, чувствуя, как воздух в комнате стал спёртым. — До связи, — бросил он через плечо, уже не глядя на Хайди, и вышел из гостиной, направляясь к входной двери. Щелчок замка прозвучал невероятно громко. Секби оказался на лестничной площадке, и прохладный воздух ударил ему в лицо. Он глубоко, с наслаждением вдохнул. Он почти бегом спустился по лестнице и вышел на улицу, где его встретили яркое утреннее солнце и свежий ветер. Только тогда он замедлил шаг. Его руки слегка дрожали. Он достал из кармана телефон, его пальцы сами нашли нужный номер в списке контактов. Телефон прозвонал всего один раз. — Алё? — голос Клэша прозвучал хрипло, но бодро. — Ты чёт очень рано. Что-то стряслось? — Нет-нет, всё путём, — поспешно ответил Секби, прижимая телефон к уху. — Как ты? Доехал нормально? Выспался хоть? С другой стороны провода послышался одобрительный вздох. — Живой-здоровый, не переживай. Таксист попался спокойный, слава богу. А выспался... — Клэш театрально зевнул. — Если честно, голова трещит по швам. Не надо было столько пить. Надо было меня остановить, а не поддакивать Хайди. — Да уж... — Секби нервно провёл рукой по затылку. — Ладно, не будем об этом. Ты не занят, часом? Не хочешь позавтракать со мной? Круассаны и кофе, я угощаю. — О, опять твои круассаны! — застонал Клэш, но было слышно, что он улыбается. — Ладно, уговорил. Минут через сорок, можно? — Отлично, — Секби почувствовал, как напряжение понемногу отпускает. — Жду там. — Договорились. Секби убрал телефон и улыбнулся. Разговор с Клэшем всегда приводил мысли в порядок. А сейчас ему очень нужно было поговорить с кем-то нормальным. Он зашагал быстрее, стараясь сосредоточиться на предстоящей встрече с Клэшем, на чашке горячего кофе и свежих круассанах. «Может, я просто не привык к такому напору? Или он действительно чуть перегнул?» Он вспомнил тёплые прикосновения, заботу в голосе Хайди, их страстную ночь. Может, эта настойчивость — всего лишь проявление симпатии? Может, он сам всё усложняет, как всегда? С каждой минутой тяжёлое чувство в груди понемногу рассеивалось, уступая место лёгкому чувству вины за свою поспешность.

***

Секби занял столик у большого панорамного окна, за которым кипела жизнь города. В кафе царила уютная атмосфера: приглушённый джаз, аромат свежесмолотого кофе и сладкой выпечки. Он заказал два кофе и круассана, хотя сомневался, что Клэш после вчерашнего сможет смотреть на еду. Пока готовили их заказ, он уставился в окно, наблюдая, как город постепенно просыпается. Его мысли путались, накладываясь друг на друга. «Я слишком чувствительный? Или это нормально — хотеть побыть одному после такой ночи? И нормальна ли такая реакция?». Он вздохнул и откинулся на спинку стула. Хайди был нежен и внимателен всю ночь. Он заботился, дарил тепло. Разве его желание продлить это мгновение — преступление? Может, Секби просто не привык к такой... интенсивности чувств? Может, он сам бежит от близости, находя проблемы там, где их нет? Он взглянул на свой телефон, полуожидая сообщения, но экран был тёмным. — «Он даже не написал, чтобы спросить, дошёл ли я благополучно. Хотя... вчера казался таким внимательным». Возможно, он обидел Хайди своей поспешностью? Ведь тот, возможно, просто хотел сделать ему приятное, а Секби отреагировал так, будто на него напали. А может... это и к лучшему? Возможно, не стоит игнорировать тот факт, что после ночи с человеком, который тебе нравится, ты не должен чувствовать облегчение, сбегая от него на рассвете. Дверь в кафе открылась, впуская уличный шум и Клэша. Увидев его, Секби почувствовал, как камень с души сваливается. Все сложные мысли и сомнения мгновенно отступили, уступив место радости от встречи с другом. Он поднял руку, поманил его к себе.